Старые времена и не только.

Через какое-то время после того дня.. Очередная туса вечером субботы, да уж, что может быть лучше? Весьма неприятный вкус дешёвой алкашки и звуки поп-рока двухтысячных годов, что уже начинают резать уши. Грязный туалет, парочка кабинок и две раковины, над которым висит одно мутное зеркало. В одной из кабинок раздаются весьма непристойные звуки, но мне всё равно. Алкоголь лишь слегка притупил сознание, и заставил расслабить тело, когда я прижимаю к стене чужое. Сбившееся дыхание, и мое, и ее, но приятных чувств почти нет, это снова, просто игра.. Спустя мгновение я отпускаю ее хрупкие плечи, тяжело выдыхаю, аккуратно приближаюсь снова, но на этот раз к уху, шепчу что это ничего не значит и спешу выйти из помещения. Уже вижу тебя, ты где-то рядом с барной стойкой, снова закидываешь в себя очередную порцию алкоголя и что-то говоришь, я трогаю рукой укус на шее и надеюсь, что ты не заметишь следы безумия, игры, которая ничего не значит. Через время мы уже идём домой, твои тяжёлые берцы и мои мартинсы стучат по асфальту, разбавляя тишину, в которую погрузились уже почти ночные улицы Питера. Ты перебрала на этот раз, поэтому идёшь, слегка пошатываясь, но почему-то впереди меня. Твоя светлая макушка маячит перед моим носом. Так мы и дошли до дома, ввалились в квартиру, и включили свет. Ты садишься за стол и пристально вглядываешься куда-то под моим лицом, кажется на шею, но делаешь ты это всего секунду, и тут же отводишь взгляд. Следующий час ты задумчиво сидишь на том же месте, иногда переводя взгляд на меня. Через время ты встаёшь и приближаешься к моему уху, – Идём, – немного сипло и глухо произносишь ты и мертвой хваткой цепляешь мое запястье, выводя меня из кухни. – Слушай, – наконец решаю что-то сказать я, когда мы оказались в коридоре,– ты какая-то задумчивая сегодня, что случилось? На тусе кто..– почему-то договорить не удается, а спина грубо и резко врезается в стену, вырывая из моей груди шокированный и слегка болезненный вздох. Я приоткрываю глаза, ты стоишь прямо передо мной, а твои руки упираются в стенку по бокам от меня. Из за разницы в росте ты смотришь на меня чуть ли не снизу вверх, выглядит весьма забавно, но смеяться не хочется. – Ну и что это значит?– аккуратно стараясь улыбаться вопрошаю я, так же аккуратно кладу одну из своих рук к тебе на плечо. В этом освещении ты выглядишь весьма магически, нереально. Синиватый свет из окна делает всё контуры твоего лица резкими и темноватым, а тени под глазами добавляют ещё больше загадочности. И ты кидаешь злой и раздраженный взгляд прямо на мои глаза, затем переводишь куда-то на низ лица, а потом, спускаешь ещё ниже и останавливаешь на шее, на том самом месте, куда недавно вгрызлись ее зубы, оставив заметный синеватый след. – Ты..– поджимаешь губы и сводишь брови к переносице, встаёшь на носочки, становясь чуть выше меня, приближаешься к лицу и наши носы сталкиваются, я вздрагиваю, словно какая-то неженка, обстановка накалилась, и продолжает делать это с каждым мгновением, я не отвожу взгляда от злых голубых глаз и с волнением не представляю, что ты сделаешь в следующих момент, когда одна из твоих рук начинает подниматься. Я ожидаю удар, но он не происходит, вместо него я сначала чувствую, что мою руку грубо отпихнули, а затем чувствую пальцы в своих волосах и наше столкновения зубами, а за ним и губами. Я вздрагиваю, но поддаюсь, чувствую вкус той самой дерьмовой алкашки, но это ничего не испортило. То напряжение ушло, но вместо этого пришла слабая дрожь всего тела, вниз живота то и дело ударяли спазмы, каждая клеточка тела получала очень странное чувство, некогда похожее на что-то вроде удовольствие, но ещё не оно. Эти приятные спазмы заставляли вздрагивать, сжимать ноги и чуть ли не изгибаться, но мешал один признак - я все ещё была прижата к стене, что весьма сковывало мои движения, хотя действительно хотелось изогнуться, сломаться пополам. Я открыла глаза и пыталась разглядеть хоть одну здравую мысль в твоих, но и тут был промах - они были плотно закрыты. Вдруг вторая рука опустилась ко мне на талию, а затем и к бёдрам, и стала блуждать там. Я резко оторвалась от тебя, чтобы хотя бы перевести дыхание, но и единственное, что я смогла выдать это: – ёб твою...– кажется, алкоголь и подобные действия начисто отформатировали память, заставляли не думать. А ты, как мне кажется, Вообще не думала, ты снова вцепилась в мои волосы и снова притянула, ближе, и снова прикосновение моих губ к твоим, в один момент это испугало, но приятное чувство заставило заткнуть голос в голове, что ругался матом, и глухо простонать, прямо тебе в губы. В ответ на это ты толкнулась своими бедрами в мои и ещё сильнее прижала к стене. Вот тут я совсем очумела, стала чуть ли не задыхаться, пытаться выбраться из этого захвата, и практически жадно глотать воздух, приостанавливая поцелуй. Ты снова резко приблизилась, прервав мои вздохи. Ураган эмоций продолжал метаться, растворяя здравые мысли в прах, стало жарко. Жар распространился по телу и заставлял уже самой прижиматься ближе, толкаться бедрами в твои. Я уже понимала, что чувствую, хотя, это вряд-ли. Это уже не было похоже на то, что было сегодня в туалете, здесь меня чуть ли не разьедали эмоции, спазм, и совсем далёкое осознание, которые конечно приблизится, но когда-нибудь потом.. Я выгибаю шею от нового потока спазмов, а ты приближаешься к ней и кусаешь как раз то место, где красовался и чужой укус, ты покрываешь его своим. Мне кажется, ты тоже испытывала нечто подобное, но не знаю точно. Тело снова окатила волна жара, кажется, я сейчас взорвусь, расстворюсь на кучу мелких кусочков, если только ещё немного... Но вдруг ты отскакиваешь от стены и бежишь. Я пытаюсь сконцетрировать свой взгляд, чтобы посмотреть твое местонахождение, наконец, сумев, я иду за тобой, меня трясет, словно лихорадит. Ты стоишь на коленях перед унитазом, все стало понятно.. Я подхожу ближе и сочувствующе похлопываю тебя по спине. А осознание тонкими струйками оседает в моей голове, что сейчас произошло? До сих пор не укладывается.. На утро мысли восстановились, вернее, здравое мышление. Мысли все ещё были заполнены этими воспоминаниями вчерашнего позднего вечера. Этой ночью я смогла проспать только час, больше не спится. Но мне хватило этого, достаточно. Ты ещё спишь,но уже начинаешь ворочаться, значит скоро проснешься. После того, как тебя вырвало, ты лишь умылась и молча пошла спать, да и я тоже. Сегодня нам придется поговорить, серьезно. Ранее я не испытывала ничего подобного, лишь покалывания внизу позвоночника, когда видела тебя и твою улыбку, обращенную на меня, разве это не у всех друзей так? А вчера, я чуть не сошла с ума. Возможно, это была какая-то шутка с твоей стороны, или что-то подобное, но даже если так, эту шутку я запомнила ох как надолго. Губы все ещё побаливали от вчерашних поцелуев, а от воспоминаний на них появлялась приятная щекотка. Что за чёрт? Ты пошевелилась и привстала с дивана в сидячее положение. – Доброе утро.– на автомате бросаю я и слегка улыбаюсь, но мне кажется, слишком натянуто, слишком нервно. – Доброе. – ты пытаешься о чем-то думать, но тут же хватаешься за голову. В этот момент я даю тебе стакан воды и небольшую таблетку, ты с радостью принимаешь таблетку и опустошаешь стакан. Я улыбаюсь и встаю с места ложа, иду на балкон по пути доставая из кармана куртки пачку сигарет, выхожу на балкон и открываю окно, оттуда дует приятной утренней прохладой, свежестью нового дня. Хмурые облака застелают небо плотным полотном, но где-то вдали просвечивается голубизна неба и свет солнца. Дым сигарет оставляет в лёгких свой след, и остаётся горьковатым привкусом во рту. Через пару минут ты приходишь и встаёшь рядом, берешь одну сигарету и тоже закуриваешь. Вдыхаешь дым глубоко, расслабляешь напряжённые глаза, а затем переводишь взгляд на меня. Сначала я смотрю в окно, а затем в твои глаза. Кажется, наши мысли снова совпадают, как всегда. – Ну и нервотрёпка,– начинаю я, но ты вопрошаешь первая: – Что вчера было? Просто у меня какие-то странные воспоминания..– как-то нервно, но я лишь улыбаюсь. – Ну, я думаю, твои воспоминания правдивы..– твои глаза округляются, щеки наливаются краснотой, а взгляд мутнеет, но переходит на собственный укус на моей шее. – Прости, я..– ты хочешь оправдаться наверное, – Вообще не знаю, что на меня нашло. Я бы не полезла, если бы трезвая была, прости. – Это было похоже на очередной приступ ревности, но только более тактильный.– из души вырывается смешок и я подхожу к тебе ближе, обнимаю, и чувствую тот же напор в ответ, хах. В этот день мы полежали ещё пару часов. Вроде, ничего не изменилось, но какое-то странное напряжение все равно не давало покоя. Вроде всё те же разговоры, все те же стихи в тетрадке, все то же кофе, но напряжение от воспоминаний, оно было. И не сказать, что мне было как-то хреново после вчера. Я немного и сама не ожидала от себя такой реакции, но хотелось повторить что-то такое ещё раз, или нет, не раз, хотелось делать такое на протяжении всех этих часов. Но сказать об этом было как-то неловко. Вдруг, ты вовсе не хотела этого, вдруг тебя тошнит от этих воспоминаний о вчерашней близости. Затем при виде тебя у окна ко мне вдруг пришло вдохновение.. – Ну как мне встать? – Ну как-нибудь, там.. подвигайся, повертись пока.– неумолимо командовала я, когда ты, не зная куда себя день, пыталась встать. Я сидела недалеко от тебя с листком для набросков и карандашом. – Повертеться?– вдруг спросила ты и подняла брови. – Ну да, подвигайся.– кивнула и устремила взгляд снова на тебя. Ты ухмыльнулась и действительно стала двигаться. Сначала ты выгнула спину и повернулась, затем стала двигать плечами в подобии танца, напевая при этом какую-то мелодию из иностранного рок-н-ролла. В следующие моменты движения становились то более плавными, то резкими. Кажется, смотрела я на это чуть ли не с открытым ртом, не ожидала, что на мою просьбу подвигаться,.ты отреагируешь.. так, но уже не хотелось чтобы ты останавливалась. От взгляда я вновь ощутила те самые спазмы внизу живота, покалывания в позвоночнике, тепло, что приятно разливается по телу. На мысли вышло ощущение, что последние две жизни я была беспаметно влюблена в тебя, эта связь душ снова дала такие мысли, но они моментами перебивались этими самыми приятными спазмами. А движения между тем, становились ещё более изящными. Ты все чаще уходишь в изгибы и прогибы, с каждым разом делая их все отчаяннее и прекраснее. Наверное, это могло бы продолжаться бесконечно, если бы я не почувствовала, что меня кидает в жгучий жар, начинает кружиться голова. Дальше смотреть было невозможно. Я вышла из за стола и подошла к тебе. Ты приоткрыла один глаз, посмотрела как-то хитро, и снова зажмурилась, продолжая это безумие. Ты снова взглянула на меня, из под прикрытых ресниц твои глаза казались темнее, чем обычно. Всё, к черту эти рисунки, ещё успеется. Не понимая ничего, и словно даже не думая, я касаюсь твоего плеча, медленно спуская ладонь к талии. – М?– ты полностью открываешь глаза и вплотную подходишь ко мне, обе мои руки в перекладываю на самый изгиб твоей талии и пытаюсь прижать, блин. Сама не знаю, что происходит. На лбу выступает испарина, становится ещё жарче. Атмосфера накаляется до невозможности. – Ты..?– издаю возглас, так и не понимая, что хотела спросить, придвигаюсь к твоему лицу и касаюсь кончиком своего носа, твоего. Не хотелось уходить из этого положения, но в звонок позвонили.. Пришлось вскинуть брови, отскочить от тебя, и с покрасневшими щеками идти к двери. Во время заката мы сидели на крыше нашего дома, с десятого этажа было видно почти все, в этом микрорайоне. Ветер дует в лицо, раздувает волосы. Я пью какой-то дешёвый энергетик, а ты безалкогольное пиво по скидке. Напротив стоит другой дом, пятиэтажный и совсем старый, до невозможности скучный, как и наш. Я вглядываюсь в небо, последние солнечные лучи хотят скрыться за горизонт, а мы сидим рядом, как обычно переплели руки, и души. Мой взгляд падает на тебя. Ты смотришь в даль, в твоих глазах отражаются какие-то эмоции и небо. Разве бывают люди, с такими глазами? Или волосами, губами, характером? И тем более внутренним миром? Я уже давно поняла, что нет. Окунувшись в свои мысли я не заметила, что ты перевела свой взгляд на меня, и смотришь как-то вопросительно, чего-то ждёшь. На риск всего, что может быть потом(или же не быть), я пододвигаюсь ближе и провожу рукой по твоим волосам, ероша их. Ты прижимаешься к моей руке и берешь ее своей, сплетая пальцы и притягивая меня ещё ближе. От подобной близости сердце замерло на секунду, затем тело пробило током, ведь сначала соприкоснулись наши носы, а затем произошло то, о чем я думала весь день. Почти лёгкое, но манящее и приятное касание губ перерастает во что-то более откровенное, от этого мне на секунду приходится отрываться от твоих губ, судорожно выдыхать, и снова повторять это безумие. Твоя рука прошлась по моим волосам, затем опустилась до шеи и ушей, ты взяла оба уха в свои ладони, и придерживала меня за них. По инерции я оторвалась от тебя и скользнула губами по шее, оставила слабый след, поймав тихий вздох. От этого звука чуть не снесло крышу. В молчании я поднялась на ноги и за руку потянула тебя к выходу с крыши. Ты послушно встала и молча пошла по направлению в нашу квартиру. Как только захлопнулась входная дверь, я тут же прижала тебя к ней. Вчера это была ты, а сегодня я, забавно. Внизу живота показывало, тело обдавало спазмами, особенно, когда я слухом, а иногда и губами ловила твои вздохи. Приятно, до невозможности приятно. Нам словно сорвало крышу. Но вместо продолжения всего этого безумия мы лишь зашли на кухню. – И так..– слегка запинаясь начала я. – Да. – сразу согласилась ты. После этих коротких фраз повисло молчание. Ты смотрела в мои глаза, а я в твои, кажется, мы поняли друг друга без слов, потому что в ту же секунду мы одновременно встали из за стола на ватных ногах, и взявшись за руку пошли по направлению в ванную, даже не став закрывать дверь ввалились туда, сразу натыкаясь на углы, раковину и стиральную машинку. Мне кажется, между нами ничего не должно измениться. Ну, разве что совсем чуть-чуть. Не смотря на всю эту жалкую любовь, мы всё ещё остаёмся давними друзьями. А все что сейчас происходит - это тоже порывы юности, не так ли?