В субботу вечером

С того вечера прошла пара недель, за которые Брок привык, что они остаются с Барнсом наедине в зале, и тот его гоняет, заставляя рвать жилы. Зачем это было нужно Барнсу, Брок представления не имел, но тот утверждал, что Брок может драться лучше, быть быстрее. И Брок старался, потому что ему хотелось, чтобы Барнс хвалил его за успехи. Это было странно, раньше Броку не нужно было ничьё одобрение, а сейчас похвала Барнса оказалась важна. Брок чувствовал, что что-то происходит, что он проникается этим суперчеловеком, которого раньше реально боялся. А вот сейчас уже не было так страшно, и не только из-за того, что теперь Брок знал, как с Барнсом можно было справиться, похоже, он просто привык к нему. Вот оно, то самое время, которое Брок хотел провести подальше от Барнса, а тот умудрился поломать все его планы, влезть под кожу и остаться там. И Брок стал бояться, что Барнс может залезть не только под кожу, что он может поселиться в его сердце. И не хватало Броку ещё безответной любви в столь позднем возрасте. — Барнс, у тебя что, личной жизни нет? — спросил как-то Брок после тренировки, вымотанный донельзя, а они ещё хотели куда-нибудь сходить поужинать. Сегодня выбирал Барнс, но Брок ещё в самом начале этих странных отношений сказал, что пауков и прочую экзотическую дрянь есть не будет, чтобы хоть немного ограничить безграничную фантазию Барнса. — Ты все вечера со мной проводишь. Тебя там Роджерс не потерял? — Никто меня не потерял, — заверил Барнс. — А с личной жизнью у меня всё… странно. Ты уверен, что хочешь об этом поговорить? Лучше скажи, что у тебя с личной жизнью, раз ты каждый вечер со мной. — Ты уверен, что хочешь об этом поговорить? — отбил подачу Брок. — Уверен, — кивнул Барнс. — Кстати, сегодня идём есть рыбу. — Рыба так рыба, — не стал спорить Брок, надеясь, что в меню есть кальмары. — А личная жизнь… Пока Страйк и ты — вся моя личная жизнь. И ебусь я с вами так, что хватает надолго. — Какая-то недобрая у тебя личная жизнь, всё не ты её, а она тебя, — рассмеялся Барнс. — Ты же красавец мужчина, тебе любая баба должна давать с писком и визгом. — Я по мужикам, — без задней мысли ответил Брок, хотя был уверен, что Барнс должен знать. Хотя, откуда ему, ведь действительно прошло уже два месяца, как Брок вышел на работу, и за это время он ни с кем не встречался. Только подрачивал дома в душе на всякие светлые, но безликие образы. — Что, что-то не нравится? — С чего ты взял? — спросил Барнс. Брок видел, что тот рассматривает его как-то по-новому, но как именно, сказать бы не взялся. — Тогда чего у тебя мужика нет? — А вот это уже не твоё дело, — резче, чем хотел, ответил Брок, и Барнс тут же погрустнел. — Ладно, извини. Но правда, это тебя не касается. — Хорошо, — Барнс вздохнул и улыбнулся. — Ну что, в душ и поехали за рыбой? — Да, давай, — согласился Брок. Пока они мылись, одевались и ехали, Брок успел передумать много всякого по поводу этого короткого разговора, но решил, что открывать Барнсу душу не будет. Зачем? У Брока всё было нормально, что ебли не было, так не в ебле дело. Брок просто понял, что не хочет больше разовых трахов. Он хотел отношений, но при его работе все отношения могли пойти прахом уже на первой неделе. Не говоря уже о месяце. Поэтому и не пытался заводить новых знакомств, а всё своё свободное время посвящал тренировкам. — Сегодня платишь ты, — усмехнулся Барнс. У них появилась странная традиция платить за ужин по очереди. И Броку это даже нравилось. Словно эрзац отношений. Но чем дальше Брок узнавал Барнса, тем больше тот ему нравился. Весёлый, милый, он каждый раз получал салфетку с номером телефона очередной официантки, клал её в карман, задорно улыбаясь Броку. Брок стал замечать, что рядом с Барнсом у него практически всегда было хорошее настроение, даже если до этого хотелось убивать. — Знаешь, а ты нравился Зимнему, — вдруг сказал Барнс, когда они сделали заказ. — Ну, как профессионал. Он поэтому тебя пиздил иногда. Хотел, чтобы ты был сильнее и выносливее. — Хера себе откровение, — изумился Брок. — Хочешь сказать, что ты пиздил меня ради меня же самого? Изначально это была тренировка, но что-то пошло не так. Брок не уловил, когда всё изменилось, и он стал выхватывать больше, чем мог себе позволить. Страйк стоял рядом, они могли бы завалить Зимнего все вместе, но они стояли и смотрели, как командира избивают, потому что Зимний рявкнул, что он убьёт Брока, если хоть кто-то к нему приблизится. И мог бы убить, в этом Брок не сомневался ни секунды. Тогда никто не сунулся защищать своего командира. То ли боялись выполнения угрозы, то ли просто Зимнего, который ещё неизвестно, что бы сделал со всеми ними. Все его бойцы потом отводили глаза и молчали, когда Брок очухался две недели спустя. Сошла синева с рожи, а дышать стало не так больно. Брок тоже не поднимал этой темы, не хотел вспоминать даже сейчас, спустя несколько лет. — Как-то так, — качнул головой Барнс. — Прости. — Да ладно, забыли, забили, — отмахнулся Брок, замечая, что Барнс не поправляет его, когда Брок называет его Солдатом, извиняется за его действия. Интересно было, действительно ли ему жаль, или это просто дежурное “прости”. Но спрашивать Брок не стал, зачем? Да и вечер хороший, незачем его портить. — Хочу ребят своих вывезти на дальний полигон, — сказал Брок, чтобы заполнить паузу. — Поиграть в условиях, приближённых к боевым. Против вас с Роджерсом. Вы как на такое смотрите? — О, захват флага, — обрадовался Барнс. — Люблю такие игры. Стив, думаю, тоже оценит. Рассказывай план. — Вот тебе сразу и план. Ну уж нет, — Брок рассмеялся. — Нет, Барнс, вы будете лишены информации, карты, рации. — А ты не перегибаешь? — притворно негодующе спросил Барнс. — Нас со Стивом всего двое. А твоих вместе с тобой больше чем дюжина. — Хорошо, рации я вам оставлю, — сжалился Брок. — Только мне нужна будет твоя помощь кое в чём. — Я весь внимание, — заверил Барнс. — Мне нужно новое тренировочное оружие, которое реально вырубает, но без последствий для организма, — сказал Брок. — Я ошивался в нужном месте и услышал про него. И слышал, что его ещё не испытывали. Так что мы можем убить двух зайцев разом. Я получу игрушки, а ты их потестишь. — А, я понял о чём ты, — Барнс задумался. — Да, как раз сделали двадцать штук, испытание на людях прошли отлично, а вот в полевых условиях их ещё не испытывали. Я похлопочу, обещаю. — Спасибо, Барнс, — улыбнулся ему Брок. — Да ладно, чего не сделаешь для хорошего человека, — Брок заметил, что Барнс почти светился, только от чего именно, Брок бы сказать не взялся. Они ели, обсуждая разное. На этот раз это были фильмы, и Брок обнаружил, что у них с Барнсом вкусы схожие. Брок тоже любил тупые боевики, воспринимая их как лучшие комедии. — Кстати, — Барнс глянул на Брока. — А можно я приглашу тебя в кино? — С чего это ты? — удивился Брок. — Можно же один вечер не трескать в каком-нибудь очередном ресторане, а посмеяться над тем, как рожка УЗИ хватает на десять минут боёвки? — предложил Барнс. — Как раз вышел новый фильм, “Осаждённые” называется. Не помню, кто там играет, но трейлер был бодренький. Стрельба, взрывы, беготня. В общем, как в любом хорошем боевике. Возьмём места для поцелуев, чтобы никому не мешать, и посмеёмся вдоволь. — Вот ты внезапный, — покачал головой Брок. — Ладно, давай завтра сходим в кино. Платишь ты. — Конечно, я же тебя пригласил, — заверил Барнс. — А когда будем флаг воровать? — Как только ты оружие достанешь в нужном количестве, — ответил Брок. Они ещё поболтали и расстались. Каждый сел в свою машину и поехал домой. Всю дорогу Брок думал над откровением Барнса о том, что Зимний пиздил его не потому, что ему это нравилось, а ради самого Брока. А сейчас Барнс его тренировал. И тоже ведь не ради себя любимого тратил время, практически всё своё свободное время на него, Брока. Это было странно. Очень странно, но делать с этим сейчас Брок ничего не хотел. Он просто будет радоваться обществу Барнса, пусть у них ничего и не может получиться. Занятно было то, что контакты друг друга у них были, но ни Брок, ни Барнс не созванивались и не писали сообщений. Зачем, если они и так за день и вечер могут наговориться? Но, добравшись домой, Брок зашёл в пустую маленькую квартирку и понял, что ему одиноко. А Барнс разбивал это одиночество легко и просто, смеялся так заразительно, что хотелось смеяться вместе с ним. Устроившись в кресле, Брок налил себе виски из стоявшей прямо на журнальном столике бутылки и залпом выпил. Подумал и налил ещё, но теперь просто держал стакан в руке и думал. Думал о том, что раньше ему не было так одиноко. Он жил своей жизнью, иногда трахался, иногда пил со Страйком в каком-нибудь баре, бывало, приглашал в гости Роллинза или Грешника со Зверем. Но ему не нужно было постоянное присутствие своих боевых товарищей. Да, они были друзьями, но это не значило, что им нужно проводить кучу времени вместе. Они вместе работали и этого хватало. А тут Брок внезапно понял, что скучает по Барнсу. Оставив стакан, Брок взял телефон, повертел его в руках, вздохнул и плюнул на всё. — Вот что ты за чёрт такой, Барнс, — буркнул Брок, набирая сообщение. “Не спишь?” Брок отложил телефон, чтобы не нервничать, не расстраиваться, если Барнс не ответит. Но ответ пришёл почти моментально. “нет. А ты чего не спишь?)))” “Не спится. Барнс, можно личный вопрос?” “Вопрос можно, но я могу на него и не ответить)))” “Мы друзья?” Почему-то это внезапно стало для Брока важно. Вот ещё вчера он не думал о том, кто они с Барнсом друг другу, а сегодня в одиночестве и полумраке захотелось узнать. Эх, меланхолия с виски творят чудеса, о которых потом не хочется вспоминать. Но отступать было поздно. “Да. У тебя что-то случилось?” “Нет, ничего.” Брок кривил душой. У него случился Барнс. Брок знал, что это ещё не любовь и даже не влюблённость, но уже знал, не сможет больше без Барнса. А если и сможет, то забыть его будет тяжело. “Хочешь, я приеду?” Брок хотел, очень хотел, но наступил себе на горло. Если он сейчас даст слабину, то потом уже не сможет. “Нет. Спи давай. И я спать пойду” “До завтра))) И спокойной ночи)” “И тебе” Брок отложил телефон, чувствуя себя очень странно. Они с Барнсом друзья. Вот так вот просто. Они друзья. Брок выпил ещё и пошёл спать. Эту мысль он обдумает завтра. На следующий день Брок приехал на работу, прошёл, как обычно улыбнувшись секретарю, которая остановила его. — Брок, подождите, — позвала она. — Что случилось? — Брок вернулся к секретарской стойке. — Вам просили передать, — и она на стойку поставила стакан с кофе, выложила маленькую шоколадку и конверт без подписи. — Спасибо, — Брок был озадачен. Кофе давно встречал его в его кабинете, как и шоколад, а тут было что-то непонятное. Отпив, Брок спрятал шоколадку в карман и неловко открыл конверт, в котором было письмо, написанное каллиграфическим почерком. «Доброе утро. Прости, но наши планы откладываются. Нас со Стивом дёрнули, и я не знаю, на сколько. Пей свой кофе и сходи куда-нибудь без меня. Барнс». — Ну ты даёшь, Барнс, — улыбнулся Брок, хотя то, что Барнса не будет непонятно сколько, расстраивало. Но Брок переживёт. — Привет, Брок, — в зале был только Роллинз. — Мы можем поговорить? — Это что-то важное? — собрался Брок, выкинув розовую романтику из головы. — Вот ты мне и скажи. Что у тебя с Барнсом? — спросил Роллинз, глядя на Брока. — Мы друзья, — пожал плечами Брок. — Я тоже твой друг, вот только ты не проводишь со мной всё своё свободное время, — Роллинз подошёл к Броку. — Брок, я же вижу, как ты на него смотришь, когда думаешь, что этого никто не видит. Ты в него влюбился, да? — Не пори чушь, Джек, — отмахнулся Брок. — Ну да, мне он нравится чисто эстетически. Но не более. — Брок, я волнуюсь за тебя, — Роллинз положил руку ему на плечо и заглянул в глаза. — И дружба эта ваша странная очень. — Джек, я не маленький, могу и сам о себе позаботиться, — Брок аккуратно снял с плеча руку Роллинза. — У меня всё нормально. Правда. — Хорошо, если так, — Роллинз вздохнул. — Ладно. Покажешь, чему тебя там Барнс учит? — Пять минут, — ответил Брок и пошёл переодеваться. Сегодня Брок целый день укатывал своих бойцов, показывая то, чему научил его Барнс. Естественно, секретную связку против него он оставил при себе. Это был их с Барнсом секрет. Брок даже поразился, что у них уже был секрет, не слишком ли рано? Не слишком ли он сблизился с Барнсом? Брок не знал. Он не представлял, как так получилось, что они стали друзьями, хотя всего-то два с небольшим месяца назад он даже рядом с Барнсом находиться опасался. Стервец был харизматичен, красив и полностью отвечал вкусам Брока в мужчинах. И утренний разговор с Роллинзом доказал, что Брок увлёкся, слишком увлёкся Барнсом, и это нужно было прекращать. Брок подошёл к тому краю, когда падение ещё можно было остановить, но он не хотел. Понял сегодня утром, что пусть и влюбится он, плевать. Брок хотел влюбиться, хотел этих ярких чувств, переживаний, даже страха за барнсовскую шкуру хотел, слишком давно в жизни его всё было пресно. Но пока Брок ещё не влюбился, пока он ходил по этой тонкой грани. Когда кофе утром не появился, Брок сопоставил всё, на что перестал обращать внимания. Это был Барнс. Каждое утро тот приносил ему его любимый кофе, и это началось ещё раньше, чем они с Броком стали нормально общаться. Что это значило, Брок не знал, но предполагал, что так Барнс просто приручал его. И, гад такой, приручил. Когда суперов не было уже три дня, Брок стал волноваться, не случилось ли чего непоправимого. Но спросить было не у кого. Раз их отправили только вдвоём, значит, дело было какое-нибудь жутко секретное, или Фьюри просто не посчитал нужным послать с ними Страйк, но так или иначе, дни тянулись, заполненные тренировками, разок страйковцы даже затащили Брока в бар, где оторвались на славу, чуть не устроили драку, но выгнать их побоялись, поэтому они сидели вплоть до самого закрытия, распевали песни и вообще вели себя безнаказанно. Как Брок добрался домой, он помнил смутно. Хорошо, завтра был выходной и, если что, можно было поболеть полдня. Так оно и вышло. Брок давным давно так не надирался, полгода, наверное, точно. И с утра ему было очень херово. Но как бы херово ему ни было, стакан и таблетки на тумбочке он заметил, выпил и застонал. Голова болела от каждого движения. Хотелось просто умереть. Оставлял ли Брок себе воду вчера, он банально не помнил, но шорох на кухне его насторожил. Даже с головной болью, страдающий тяжёлым похмельем, он достал из-под подушки пистолет и крикнул. — Брать у меня нечего, так что валите, а то пристрелю, — и снова застонал от боли. — Не стреляй в меня, — нарисовался в дверном проёме Барнс. — Я тебя пришёл спасти от похмелья. — Имеет смысл спрашивать… а, хуй с ним, — Брок махнул рукой и небрежно положил пистолет на тумбочку. — Проваливал бы ты, а? — Не могу же я оставить тебя в беде, — Барнс улыбнулся и, подойдя к кровати, протянул Броку стакан с чем-то, что было прозрачным и чуть зеленоватым, да и пахло очень странно. — Это что? — спросил Брок. — Лекарство, — заверил Барнс. — Так что пей, полегчает, обещаю. — Меня вырвет, — предупредил Брок. — Тазик я уже притащил, — обрадовал Барнс. — Давай, Брок, пей. Брок взял в руки стакан, принюхался, но пахло это “лекарство” вполне пристойно, только Брок не мог понять, чем именно. А потом просто выдохнул и залпом заглотил весь стакан. Желудок бунтовать не стал, и Брок откинулся на подушку, прикрыв глаза. — Ты же не свалишь? — тихо спросил Брок, чувствуя присутствие Барнса кожей. — Свалю, — он слышал улыбку в голосе Барнса. — Когда ты в себя придёшь. — Спасибо, мамочка, — с сарказмом сказал Брок. — Хули тебе от меня надо? Барнс сел на кровать рядом с Броком, тот аж глаза открыл от общего охуения, хотя, сказать по правде, Броку было приятно внимание. Последний раз за ним ухаживала мама, когда он болел какой-то зверской простудой. С тех пор Брок справлялся с недомоганием сам. На крайний случай у него были Роллинз, Грешник и Зверь, которые могли помочь в случае чего, но похмелье явно не входило в этот случай. Каждый с этим недугом справлялся самостоятельно. — Почему не спрашиваешь, как я сюда попал? — улыбнулся Барнс, проигнорировав вопрос. — Потому что знаю, какие у меня замки, — ответил Брок. — Их разве что ленивый не взломает. А брать у меня нечего. Вернее, все знают, что если залезут, таких пиздюлей потом огребут, что мало не покажется. — Суровый ты, значит, — Барнс тихо рассмеялся. — Ладно, Брок, отдыхай. Я тебе поесть приготовлю и пойду отчёты писать. — Я рад, что вы целы, — выдавил из себя Брок, хотя чувствовал, что голова уже проходит. Да и пить хотелось не так отчаянно. Барнс погладил Брока по руке и ушёл греметь в кухне посудой. А Брок не заметил, как соскользнул в сон. Проснулся и понял, что остался один. Голова не болела, только во рту было мерзко, словно там кошки срали. Приведя себя в порядок, почти полчаса простояв под душем, Брок вышел оттуда свеж и бодр, готовый к новым свершениям. Оставленный Барнсом завтрак, конечно, остыл, но это оказались оладьи и картофельная запеканка с мясом, которая даже холодной оказалась очень вкусной. И Брок подумал, что хочет отплатить Барнсу тем же, решив позвать его на ужин и приготовить лазанью. У него она была лучше, чем в том кафе, в этом Брок был уверен. “жду тебя вечером” Брок отправил сообщение и, не дожидаясь ответа провёл ревизию холодильника. Для лазаньи кое-чего не хватало, и он уже собрался в магазин, как телефон пискнул. “хорошо” И всё, больше ничего Барнс не написал. А Брок поехал в супермаркет, чтобы добрать недостающие ингредиенты. Когда всё было куплено, Брок даже прихватил бутылку вина, он добрался домой и принялся колдовать на кухне. Лазанья не терпела суеты. Где-то под вечер позвонил Роллинз узнать, как Брок себя чувствует, потому что сам он отошёл от этой пьянки не так давно. Брок ответил, что у него всё хорошо, и они попрощались. Приближался вечер. Брок навёл дома порядок, сервировал стол на двоих, не совсем понимая, на кой чёрт он всё это делает, если Барнс заходил утром и видел бардак. Но отчего-то Броку хотелось устроить ужин по высшему разряду. Когда всё было готово, и Брок уже стал ждать Барнса, он поймал себя на том, что нервничает. Словно Барнс сейчас напишет, что не сможет прийти, но нет. Тот постучал в дверь как раз тогда, когда волнение Брока выходило на новый уровень. — Привет, — на пороге стоял Барнс, но Брок его сначала не узнал. Тот был гладко выбрит, волосы очень аккуратно стянуты в хвост. В руках Барнс держал бумажный пакет, от которого сладко пахло выпечкой. — Десерт, — вручил он Броку пакет. — Спасибо, — немного удивился Брок. — Проходи. Пить что-нибудь будешь? — Слушай, у тебя так одуряюще пахнет едой, — Барнс прошёл в гостиную, — что я думать ни о чём не могу. Я же прав, это лазанья? — Да, ты прав, — улыбнулся Брок. — Пойдём тогда сразу есть. И это… Спасибо за завтрак, было очень-очень вкусно. — Да не за что, — Барнс сел за стол. Брок достал из духовки противень с лазаньей, положил кусок себе и побольше Барнсу. — Держи, — поставил он перед ним тарелку и выставил на стол миску с греческим салатом. — Приятного аппетита. Не волнуйся, она вся для тебя. — Это охуительно вкусно, — Барнс попробовал кусочек. — Ты просто волшебник, Брок. — Ешь давай, — усмехнулся Брок. — Я рад, что тебе нравится. За ужином болтали о всякой ерунде, обсуждали захват флага и новое тренировочное оружие, которое оба ещё даже в руках не держали, и Броку было хорошо. Да что там, ему было просто невероятно классно вот так вот сидеть с Барнсом у себя дома. Словно именно этого Брок и хотел больше всего. Казалось, что Барнс, вот такой вот, весёлый, милый, свой в доску, был всегда. И подобные вечера уже не в ресторане были частью их общей жизни. И Брок не знал, что с этим делать, потому что Барнс проник в его сердце. И было слишком больно осознавать, что ничего большего между ними не будет, и Броку остаётся только мечтать о несбыточном и дрочить в душе. Но он решил, что справится и с этим. И не такое переживали.