В субботу вечером

— У тебя на завтра есть планы? — спросил Барнс, уже собираясь уходить. — Вроде нет, выходной же, — пожал плечами Брок. — Тогда я завтра за тобой заеду утром, хочу кое-куда тебя отвезти, — загадочно улыбнулся Барнс. — Слушай, я не люблю сюрпризов, — вздохнул Брок, словно говорил это уже сотый раз, а его не слышали. — Не волнуйся, — заверил Барнс. — Если не понравится, буду за тебя месяц отчёты писать. — Два, — вступил в торги Брок. — Полтора, — не спешил соглашаться Барнс. — Хорошо, — усмехнулся Брок. — Полтора. — А если тебе понравится, — тут же сказал Барнс, — будешь кормить меня ужином неделю. — Неделю кормить тебя ужином, — рассмеялся Брок. — А харя не треснет? — Не, — мотнул головой Барнс. — Моя харя не трескучая. — Ладно, значит, завтра утром. Всё, вали уже, а то тебя Роджерс потеряет, — Брок говорил и улыбался, но в душе хотел, чтобы Барнс остался. Пусть на диване в соседней комнате, пусть всего лишь до утра, но просто знать, что ты не один. Но предлагать подобное Брок не стал. Просто закрыл за ним дверь и пошёл прибираться на кухне. Он складывал тарелки в посудомойку, когда телефон пискнул сообщением. “Спокойной ночи” Брок улыбнулся и тоже пожелал Барнсу спокойной ночи. Закончив с уборкой, он завалился в кровать, но ещё долго лежал без сна, перебирая их с Барнсом совместную деятельность. Выматывающие тренировки, ужины в маленьких ресторанчиках, разговоры ни о чём и обо всём. Улыбающийся Барнс, который не лезет к нему в штаны, а просто друг, который уделяет Броку очень много внимания. И, как ни странно, но Брок был благодарен Барнсу за это. За то, что помог разглядеть в себе человека, а не машину. За то, что оказался лучше всякой терапии и заставил улыбаться, иначе смотреть на мир. И если с Зимним было очень непонятно, как общаться, то с Барнсом было легко и весело. Даже грустные истории и воспоминания казались не такими чёрными. Да, они разговаривали о потерях, ранениях, но всё это теперь казалось не таким мрачным. А ещё Барнс делал сложное совершенно простым. Брок бы не побежал к нему ранним утром лечить от похмелья просто потому, что его не звали. А Барнс... А Барнс всё сделал по-своему, и сделал правильно. Идеально. Так, что Броку даже злиться за вторжение в частную собственность не хотелось. За этими мыслями Брок не заметил, как уснул. Утром Брок решил, что стоит приготовить завтрак на двоих, с чего он взял, что Барнс будет с ним завтракать, он не знал, но был уверен, что тот обрадуется. И поймал себя на мысли, что ему хочется хоть чем-то радовать Барнса. Тот постучал в дверь ровно в тот момент, как Брок засунул в посудомойку всю грязную посуду и пошёл открывать, совершенно забыв снять весёлый, весь в лисах, фартук. — Доброе утро, — улыбался Барнс. — Прости, я не заехал в пекарню… — Пошли завтракать, — предложил Брок, и отказываться Барнс не стал. — Оу, откуда ты узнал, что я люблю черничные кексы? — удивился Барнс, видя на столе блюдо с кексами, которых Брок напёк специально для него. — Я работаю в секретной надправительственной организации, несколько лет провёл под прикрытием в Гидре, — усмехнулся Брок. — Ты думаешь, меня бы не хватило узнать, что ты любишь? — А если честно? — спросил Барнс, сцапал живыми пальцами один из кексов и прикрыл глаза от удовольствия. — Невероятно вкусно. Что ты делаешь в ЩИТе, Брок? Открой свой ресторан. — Везде, где мы ужинали последнее время, ты заказывал черничные кексы, или черничный пирог или что-то с черникой, что было в меню, — признался Брок. — Ничего шпионского, просто я заметил и запомнил. Так куда мы едем? — Секрет, — усмехнулся Барнс. — Давай поедим и поедем уже, нам часа полтора пилить. — Даже не представляю, что это может быть за место, куда ты меня хочешь отвезти, — признался Брок. — Мы стрелять едем? — Пострелять мы и на полигоне можем, — пожал плечами Барнс, слопав ещё кекс и запив кофе с невероятным количеством сахара. — Короче, не допытывайся, не скажу. И Брок перестал пытать Барнса вопросами. Они обсудили захват флага, Барнс пообещал, что на следующей неделе всё устроит, и можно будет погонять Страйк. Брок ел, поглядывая на Барнса и радовался его обществу. Уже в машине Брок снова попытался выяснить, куда они едут, но Барнс, зараза, не пользовался навигатором, поэтому посмотреть конечную точку маршрута было невозможно. Брок вздохнул, понимая, что Барнс его переиграл, а тот лишь хитро улыбнулся. Ехали молча, Брок пялился в окно, Барнс на дорогу. Но это молчание не тяготило, оно было нормальным, правильным. Ведь невозможно трепаться постоянно, иногда и отдыхать надо. И вот они отдыхали, но были вместе, что Брока радовало несказанно. Когда они свернули с основной трассы на просёлок, Брок оживился, крутил головой, пытаясь понять, где они, но не знал. Барнс стал кому-то звонить, и сказал только, что они уже подъезжают. — Ну вот, мы почти приехали, — сказал он. Когда они подъехали к воротам, с другой стороны тоже уже подъезжал старенький пикап, а над воротами была красочная, явно или новая, или свежепокрашенная вывеска “Пушистый рай”. — Говори, где мы, — повернулся Брок к Барнсу. — Мы приехали на ферму “Пушистый рай”, — пожал плечами Барнс. — Открывает нам ворота муж Чарли Бронсон, Тодд. Я с ними познакомился пару недель назад в сети, когда искал, куда бы тебя отвезти, чтобы порадовать. Вот, нашёл их и уверен, что тебе понравится. — Барнс, я ненавижу фермы и всё, что связано с сельской жизнью, — очень серьёзно сказал Брок. — Это необычная ферма, Брок, так что расслабься, пожалуйста, — попросил Барнс. Брок внял просьбе, но спросил: — Мы в любой момент можем уехать? — Конечно. Как только тебе надоест — сразу домой, — заверил Барнс. Тодд открыл им ворота, подождал, пока они заедут, закрыл ворота и подошёл к водительской двери. — Привет, я Тодд, — представился он. — Чарли вас ждёт, поезжайте за мной, я вас провожу. Минут через десять неспешной езды они подъехали к обычному сельскому дому с большой террасой. На которой стояла женщина лет сорока, наверное, но выглядела она постарше. Работа на земле никого никогда не молодила, подумал Брок. — Здравствуй, Джеймс, я правильно понимаю? — улыбнулась Чарли, сходя с террасы. — Очень рада. Очень. — Здравствуй, Чарли, — Барнс выбрался из машины, и Брок последовал его примеру. — Это мой друг, Брок. Я про него говорил. — День добрый, — поприветствовал её Брок. — Не знаю, что он вам про меня наговорил, но не верьте ни единому слову. — Даже так? — Чарли рассмеялась. — Может быть, хотите чаю? Или сразу пойдём к моим хвостатикам? — Сразу, — решил Барнс и зачем-то взял Брока за руку. — Пошли, сейчас увидишь, ради кого я тебя сюда привёз. Они шли минут десять, прежде чем Брок увидел огромные вольер с лисами. Множество рыжих зверьков. Кто спал, кто играл, кто что-то грыз. Брок замер, глядя и не веря своим глазам. Он очень любил лис, но живьём видел их только в зоопарке, и как о его страсти узнал Барнс, Брок даже не предполагал. — У тебя книжка про лис стоит на полке, — ответил на незаданный вопрос Барнс. — И фартук с лисами, вот я решил свозить тебя к живым. Ну что, сюрприз удался? — Более чем, — заверил Брок. — Идёмте, они не кусаются, это ручные лисы, — заверила Чарли, открывая дверцу в вольере. — Вот вам угощение, но сначала дайте лисам к себе привыкнуть. Сразу не гладьте. Брок зашёл в вольер и тут же был окружён хвостатыми рыжиками, которые принюхивались к нему, ходили вокруг, а Брок стоял и улыбался как идиот. Потом присел на корточки и попытался угостить одну из хитрованок. Лиса слизала с ладони угощение и за ней тут же потянулись другие. Брок старался угостить каждую лису. Когда лисы стали вставать передними лапами к нему на колени, он попытался погладить одну из них, но она не далась, однако другая с удовольствием подставилась под руку. Брок часа два провёл с лисами, угощение для них давно кончилось, но рыжие бестии уже к нему привыкли и позволяли гладить себя, кто-то пытался попробовать Брока на зуб, кому-то надоела игра с новым человеком, и они разошлись по своим делам, но две лисы остались рядом с Броком, давая себя гладить, чесать за ушками и вообще всячески благоволили к человеку. — Хочешь ещё поиграть, или мы прервёмся на чай? — спросил Барнс. Он всё это время стоял рядом с вольером и смотрел на Брока. — Давай прервёмся, — согласился Брок. — Они такие классные. Чарли выпустила Брока и закрыла вольер. Теперь Брок огляделся , увидел несколько отдельных маленьких вольеров, и там тоже сидели лисы. — А эти не дружат с остальными? — спросил Брок у Чарли. — А эти дикие, я их выхаживаю и возвращаю в дикую природу, — объяснила она. — Кого реально вернуть. — Вы принимаете пожертвования? — спросил Брок, доставая телефон. — Принимаю, конечно, — ответила Чарли. — А что? — Хочу пожертвовать на лисичек, — сказал Брок. — Будет здорово, — честно ответила Чарли. — Корм ещё ничего, а вот лекарства для них стоят недёшево. — Куда перевести? Чарли назвала номер своей карты, и Брок тут же отправил ей денег. Прикинув, что денег у него хватает, он отправил десять тысяч. Да, сумма была изрядная, но для него вполне себе не бьющая по карману. Всё равно за боевые ему платили отдельно, а работая на две стороны, Брок успел скопить полмиллиона, которые некуда было тратить. Если только на безбедную старость, но до старости Брок ещё не дожил. — Вы ноликом не ошиблись? — Чарли посмотрела на приход средств в своём телефоне. — Не думаю, — заверил Брок, и больше они эту тему не поднимали. Только Брок улыбался, уверенный, что помог лисичкам. — Может, хотите себе лису? — спросила Чарли, когда они сидели за чаем в просторной гостиной, где было развешано множество фотографий лис. — Я-то хочу, — сказал Брок. — Но работа не позволяет. Я был бы рад к вам приезжать. Может помочь чем? — Приезжайте, конечно, — улыбнулась Чарли. — Помощникам мы всегда рады. — Отлично, — обрадовался Брок. — Хотите перед отъездом ещё поиграть с хитрованками? — Чарли словно прочитала мысли Брока. — Поиграть успеется, чем сейчас помочь нужно? — спросил он, собираясь не словами, но и делом доказать, что он отвечает за свои слова. — Даже так, — улыбнулась Чарли. — Тодд напилил уже досок в размер, но всё не хватает времени и рук, чтобы собрать домики для ещё нескольких диких лис. Умеете обращаться с молотком и гвоздями? — Показывайте, что надо делать, — тут же сказал Брок. — Барнс, давай, поднимай задницу, будем лисам домики сколачивать. — Я знал, что тебе понравится, — улыбнулся Барнс, поднимаясь. — Но с тебя неделя домашней стряпни. — Хорошо, — Брок улыбнулся ему. — Буду я тебя кормить, буду. До самого вечера они помогали Чарли с Тоддом. Сколотили и обустроили пару вольеров для новых диких лис, которым нужна помощь. Поправили уже имеющиеся вольеры. Тодд нарадоваться не мог на таких умелых и толковых помощников. Перед отъездом, Брок снова зашёл в вольер к лисам, которые обступили его как хорошего знакомого, разрешили себя погладить, и Брок залип ещё на час. Домой они уезжали, когда совсем стемнело. Тепло попрощались с Чарли и Тоддом, которые даже ужином их накормили. Только в машине Брок почувствовал, что устал, вымотался, но был абсолютно доволен сегодняшним днём. Единственным желанием было принять душ и завалиться спать. Барнс отвёз Брока домой, зачем-то проводил до двери подъезда и словно хотел что-то сказать или сделать, но не стал. — До завтра, — только и сказал он. — До завтра, — кивнул Брок. — Спасибо большое. Ты со мной ещё к Чарли с Тоддом поедешь? — Обязательно, — заверил Барнс. — Иди отдыхай. Брок ушёл к себе, принял душ и, оказавшись в кровати, почти моментально уснул. Приехав утром на работу, Брок вновь обнаружил у себя на столе шоколадку и кофе, но на этот раз рядом с этими двумя предметами лежала ярко-красная гербера, любимый цветок Брока. Надо сказать, Брок вообще любил цветы, но слишком редко ему их дарили. Иногда Брок жалел, что он не тонкий и звонкий мальчик, которого любой здоровенный мужик с удовольствием бы кормил шоколадом и пирожными, дарил цветы и трахал до звёзд в глазах. Брок уже понял, что всё это таскает ему Барнс, но цветок оказался неожиданным подношением, и Брок не представлял, что это значит. Оглядевшись, Брок понял, что вазы для цветов у него отродясь не водилось, поэтому достал бутылку с водой, открыл и поставил герберу в неё. — Барнс-Барнс-Барнс… — вздохнул Брок. — Что же ты творишь? Но ответа на его вопрос не было. Брок сидел, подперев руками голову и пытался понять, что между ним и Барнсом происходит. Нужно было поговорить, открыть карты и понять до конца, что между ними, потому что это уже была не дружба. А что это было, Брок пока не знал. Знал он только то, что Барнс из кожи вон лез, чтобы Брок от него не шарахался. А потом забрался в сердце, в душу, и вот теперь гербера. “Я достал оружие! Стив согласен. Когда?” Пришло сообщение от Барнса, Брок усмехнулся. Значит, захвату флага быть. Прикинув, Брок решил, что можно сегодня собраться и завтра спозаранку начинать игрища. “Заезжаем сегодня», — просто ответил Брок, место уже было, нет, не подготовлено, но как раз за сегодня всё будет сделано. А суперы пусть свой лагерь сами обустраивают. — Итак, господа хорошие, — вышел Брок в зал, где Страйк занимался. Все побросали свои занятия, Зверь аж штангу чуть не уронил. — У нас завтра захват флага. Против нас играют два супера. Собираемся сегодня, выезжаем, ставим лагерь, деваем свой флаг так, чтобы эти два клоуна его не нашли. И ещё, мы тестируем новое тренировочное оружие, так что быть внимательными, запоминать все ощущения от новых игрушек. Потому будете мне отчёты по ним писать. Как поняли? — Есть писать отчёты! — рявкнул Зверь. — Молодец. Роллинз, с тебя всё для обустройства лагеря, — начал раздавать обязанности Брок. — Грешник, Зверь, — получить новое вооружение. Эммс, Финли, — с вас паёк на два дня. Выдвигаемся на место после обеда. Приказ ясен? — Так точно! — гаркнули четырнадцать глоток, Брок махнул “вольно”, и все разбежались по назначенным им делам. Первая половина дня была вся в сборах, и у Брока, как ни странно, было полно свободного времени, которое он переписывался с Барнсом. Тот тоже активно болтал с Броком, но при этом про цветок не сказал ни слова, а Брок ничего и не спрашивал. Он решил, что такие вещи надо обсуждать лично. Если есть что обсуждать. После обеда бойцы отчитались, что всё укомплектовано и сложено в машины. Брок оглядел своих бойцов, назначил дежурных по лагерю сразу, чтобы потом не терять времени. Они загрузились в машины и поехали. “Конец связи. Мы выехали” “Мы тоже))) До встречи)))” — Ох и встречу я тебя, — усмехнулся Брок. — С Барнсом переписываешься? — тихо спросил Роллинз. — Да, — не стал скрывать Брок. — Ясно, — Роллинз вздохнул, но ничего не сказал, а Брок не собирался обсуждать с ним при ещё двоих свидетелях свою личную жизнь. Он и сам-то ничего не понимал. И совершенно не хотел, чтобы даже друзья об этом знали. Слишком всё было сложно. Хотя чего сложного — просто поговорить с Барнсом, расставить все точки над i и наконец-то перестать ломать голову над тем, что же у них с Барнсом за отношения. Ранним вечером добрались до места. Брок достал карту-километровку и ткнул пальцем в один из квадратов. — Мы базируемся здесь. Всё, что я знаю, суперы базируются где-то тут, — он ткнул в другой квадрат. — Ставим лагерь, прячем флаг, выставляем линию обороны и смотрим в оба. Начало игры — пять ноль-ноль. — Есть! — ответили ему страйковцы. Лагерь поставили быстро. Растянули две палатки, развели незаметный костёр, чтобы поесть горячего, который быстро затушили. Койки не ставили, покидали спальники на пенки, так оно было проще подниматься ни свет, ни заря. Выставили охранение, потому что знали, что в пять утра суперы уже нападут. Брок был в этом уверен. Но до упора сидел и пялился в телефон, ждал хоть одной строчки от Барнса. И дождался. “Спокойной ночи, Брок” “и тебе” Брок ответил на сообщение и выключил телефон. Теперь двое суток они все будут без связи. Игра началась. Суперы начали, как и предполагалось, без предупреждения, сразу выведя из строя двоих бойцов, но и страйковцы не вафли сушили, Стиву пришлось нелегко под плотным огнём, но они с Барнсом, который тоже был замечен, еле ушли от шквального огня. Захват флага нахрапом не получился, и страйковцы двинулись на позиции своего условного противника. Им нахрапом взять тоже не удалось, пришлось отступить, потому что Барнс стрелял точно и вывел из строя ещё двоих. Брок ругался, чертыхался, но был рад, что суперы сразу не разметали отряд, а дали возможность хотя бы подойти к ним на расстояние выстрела. Дальше началась почти позиционная война, которая длилась полдня, пока страйковцам это не надоело. Эммс оставили в засаде, Финли пошёл первым, как самый молодой и резвый, но и глазастый, выцелил Барнса где-то в кустах и дал по нему очередь, а потом подключились и остальные, так что Барнсу пришлось отступить. И чуть не прошляпили свой флаг, который почти удалось сорвать Роджерсу, но не тут-то было. Конечно, два суперсолдата — это сила, но и на неё найдётся управа. С небольшими передышками они бегали по лесу целые сутки, устали донельзя, но суперы не дремали, хотя тоже подустали. Брок сам вымотался вконец, но флаг отдавать не собирался. Он уже думал, что ничего не получится, когда услышал по рации радостный голос Финли. — Есть!!! Флаг у нас! — орал он. Оказывается, он взял на себя ответственность и, пока все бегали и стреляли, смог подобраться к вышке, на которой висел флаг суперов и не просто содрал его, а смог даже дойти до лагеря целым и невредимым, когда почти половина команды была условно мертва, а часть условно ранена. — Молодец, — выдохнул Брок и объявил в матюгальник. — Флаг взят. Страйк выиграл, суперы проиграли. Раненые и убитые уже готовили ужин, чтобы не ехать на голодный желудок, и к ним присоединились Барнс и Роджерс. — Молодцы! — похвалил Роджерс. — Думаю, премия за хорошо отработанные игры будет не лишней. — Ты прав, Роджерс, — оскалился Брок, изображая дружелюбную улыбку. — Совсем не лишней. — С этим решаемо, — кивнул он. — Ну что, отдыхаем, ужинаем и домой? — Домой, — кивнул Брок. — Заебался я в лесу. — Ты мне должен ужин, — рассмеялся Барнс. — Похлёбка с тушёнкой подойдёт? — усмехнулся Брок, наплевав, что теперь все знают, что у него с Барнсом что-то есть. — Э нет… — Барнс улыбнулся сытым котярой. — Только твоя стряпня. — Тогда завтра, ладно? — устало спросил Брок. — Хорошо. Завтра, — обрадовался Барнс. Но завтра не получилось, как обычно это бывало. Группу Брока, успевшую вернуться и хоть как-то привести себя в порядок, отправили на борьбу с террористами, Брок даже не успел ничего сказать Барнсу, надеясь, что тот и сам всё выяснит.