Чувств твоих отражение

      На четвёртом уроке уровень собранности Олега можно было охарактеризовать как «смотрю в книгу — вижу фигу». Он честно старался пялиться то в учебник, то в тетрадь, пытаясь решить вроде бы несложное уравнение, но в голове стоял непонятный (и неприятный) гул. Мысли занимала совсем другая задачка.       Дано: в этой школе есть его соулмейт, и так как поначалу связь слабая и работает только вблизи, то на переменке он находился в буфете. Кто-то — и Олег вместе с ним — испытал злость и стыд сразу после того, как Кирилл публично обгадил Сергея. Логично предположить, что этим человеком был сам Сергей, но и простое совпадение исключать тоже нельзя. Решение: попытаться развести Сергея на сильные эмоции, желательно наедине. Ничего сложного, не считая того, что с ним в принципе не хотелось иметь никаких дел, да и абсурдность ситуации зашкаливала.       — Ты правда десять минут как не можешь это решить? — прошептал Сергей у него над ухом, как будто мысли прочитав.       Олег вздрогнул от неожиданности, удивлённо покосился на него. Сергей ткнул пальцем в его раскрытую тетрадь с начатым решением уравнения:       — Икс вправо, затем на пятнадцать всё сократи.       Олег почесал затылок, неохотно вникая-таки в уравнение. А, ну да, решалось действительно просто.       — Ага, спасибо.       — На здоровье. Надоело смотреть, как ты тупишь, — пожал плечами Сергей.       — Да-да, я уже понял, что ты здесь самый умный, — отмахнулся Олег, записывая решение.       — Что есть, то есть. Хотя быть умнее здесь собравшихся, даже вместе взятых, — это не сказать, чтобы высокая планка.       «Какой же ты говнюк самовлюблённый», — подумал Олег, закатывая глаза.       Учительница выразительно посмотрела на него с Сергеем, без слов призывая заткнуться.       Олег покрутил ручку между пальцами. Нет, ну не мог Сергей быть его соулмейтом. Этого хмыря физически сложно терпеть, с чего бы ему в будущем стать кем-то важным для Олега? Разве что какие-то совсем хреновые обстоятельства вынудят их… К долгому сотрудничеству?       «Пожалуйста, не надо мне такого сомнительного счастья».       Выбросить из головы все лишние мысли никак не получалось. Олег решился-таки на провокацию, когда учительница отвлеклась на других. Придвинувшись к Сергею, он с самым невинным видом поинтересовался:       — Так что, Гречкин правду говорил: ты любитель взять за щеку?       Сергей взвился, как змея, и больно лягнул его по ноге под столом. Чужая злость вспыхнула в Олеге, как спичка, руки сами сжались в кулаки. А потом отпустило так же резко, как и накатило.       Вот ведь блядь.       Соулмейт Олега действительно перед ним и в данный момент близок к тому, чтобы его возненавидеть. Пожалуй, проверять стоило аккуратнее.       — Ты совсем охренел?!       — Успокойся, я просто хотел…       — Перехочешь, козёл! — сказал Сергей с отвращением, которое Олег тут же и сам ощутил. — Не смей больше с таким ко мне подкатывать!       «Боже, как тупо получилось».       — Да я…       — Разумовский! Волков! — учительница, дождавшись, когда на неё наконец обратят внимание, холодно потребовала: — Закрыли свои рты немедленно, пока не выгнала обоих.       Они оба притихли.        Олег после короткой заминки открыл тетрадь на последнем листе и написал карандашом: «Нужно поговорить после уроков. Это важно». Толкнул в бок Сергея. Тот прочитал, излучая раздражение, положил кулак с выставленным средним пальцем сверху на написанное.       Этого и следовало ожидать. Олег написал ещё два слова: «Мы соулмейты».       Сергей закрыл тетрадь молниеносно, будто обжёгшись, и едва заметно кивнул. До конца уроков они не разговаривали, словно ничего и не случилось.

***

      Сразу за школой Сергея избили трое одиннадцатиклассников, передав привет от Гречкина. Что ж, это было предсказуемо. Олег вмешиваться не стал, стоя поблизости и наблюдая. Бесплатное шоу, только попкорна не хватало. Сергей, несмотря на худобу, оказался не так уж плох и даже успел хорошенько приложить по лицу одного из обидчиков, и двинуть локтем в живот другого, но потом его всё-таки отпинали, воспользовавшись численным преимуществом. Ребята не жестили, поэтому Олег проигнорировал лёгкий укол совести: соулмейтная связь ещё не обязывала его спасать Сергея, как даму в беде. Сам заварил кашу — сам пусть и расхлёбывает. Жалко только Кирилл по этому принципу не живёт и жить не собирается, привык всё делать чужими руками, ничего не боясь. Совсем зарвался, страшно подумать, что из такого вырастет.       — Ну и как, стоило оно того? — спросил Олег, наблюдая, как Сергей встаёт с тротуара, держась за бок.       — Гречкина слегка попустить? — Сергей сплюнул слюну вперемешку с кровью на тротуар. — Так это ж бесценно.       Несмотря на помятый вид, разбитые губы и алеющую от удара правую сторону лица, Сергей держался так, словно вышел из драки победителем. Это даже вызывало уважение.       — Ну да, — согласился Олег. — Красиво ты его уделал.       — Жаль под рукой не оказалось настоящих помоев.       Сергей смотрел на него странно: будто тоже решал для себя непростую задачу. Он не злился. Его эмоции считать вообще не получалось. Ну да, связь между ними пока слабая. А может, такой и останется. Не было никакой уверенности в том, что они сблизятся, как и в том, что им это вообще надо.       Олег, повинуясь неожиданному благородному порыву, поднял рюкзак Сергея, сброшенный в драке: тот выглядел так, словно в него попытались засунуть половину школьной библиотеки как минимум, и весил соответственно.       — Нахрена ты с собой столько всего таскаешь?       — Дополнительная литература, не слышал?       — Пф, и слышать не собираюсь.       — Неуч.       Они заняли лавочку в одном из относительно тихих дворов: Сергей забрался на неё с ногами, обхватил колени. Его тяжеленный рюкзак лёг громоздким барьером между ним и Олегом. Оглянувшись по сторонам и убедившись, что их не подслушивают, Сергей спросил:       — Ты когда о Гречкине спросил, меня так проверял?       — Ну да.       — А я сразу понял, что это ты: единственный новенький, что тут гадать. Но говорить не собирался, решил дать тебе поиграть в Шерлока Холмса. А ты вот так быстро. Признаться, я почти впечатлён.       Олег хмыкнул на это «почти», закурил и протянул открытую пачку Сергею:       — Будешь?       — Не. А хотя оставь на пару затяжек.       Олег удивлённо приподнял брови. Потом спохватился: ну да, наверное, для детдомовских норма докуривать друг за другом. Дефицит и всё такое. Сергей заметил его реакцию, нахмурился, скорее всего, ожидая издёвки или иронии. Олег не собирался его подкалывать, на этот счёт точно нет. Он и сам едва не оказался в приюте. Странно (и немного страшно) было думать о том, насколько по-другому могла сложиться его жизнь.       — Бери целую, мне не жалко.       — Вообще, я не курю, — всё ещё хмурясь, Сергей взял сигарету из пачки. — Почти.       — Здоровый образ жизни? — Олег щёлкнул зажигалкой, давая прикурить.       — Денег нет. На такую хрень точно нет.       — А вообще? Ну, в смысле есть возможность подработки, чего-то такого?       — Я надеюсь, это не очередная попытка выяснить, сосу ли я члены за деньги? — иронично приподнял бровь Сергей.       Олег рассмеялся:       — Не. — Он театрально положил ладонь на грудь там, где на веревке болтался амулет — волчья голова с острым клыком внизу: — Клянусь, мои мысли чисты.       — Ладно, — усмехнулся Сергей. — Подработки бывают, но так, по мелочам. Чаще всего ПО на компьютерах настраиваю и по учёбе всякое.       — Ясно.       Сергей курил задумчиво, поднося сигарету к разбитым губам с каким-то особым изяществом, как в фильмах или рекламных роликах, где актёры делали это нарочно сексуально. Сигарета в принципе смотрелась красиво в его длинных тонких пальцах. Может, потому что Сергей сам по себе идеально красивый, мальчик-картинка прямо. У него даже на лице ни одной веснушки, как будто отфотошопили, а ведь рыжий-рыжий. И глаза такие яркие, бездонно-синие, каких Олег ни у кого не видел.       Решив, что слишком откровенно пялится, Олег отвёл взгляд.       — Я, по правде, не знаю, что с этим делать, — сказал он и неуверенно спросил: — Будем пробовать… Общаться?       «Дружить» прозвучало бы слишком громко. Да и в принципе не похоже, что Сергей умел и хотел с кем-то дружить.       Тот пожал плечами:       — Я тоже не знаю. Мне когда-то хотелось кого-то, ну хоть кого-то… — Сергей поморщился, швырнул бычок в урну. Олег почувствовал странную — не свою — тоску, и это неожиданно оказалось больно. — …Кто понял бы меня. Я даже друга воображаемого придумал себе, представляешь? Слава богу, отпустило, перерос. И сейчас мне никто не нужен, я всего добьюсь сам.       Эта позиция не удивляла — Сергей весь воплощение эгоизма и тщеславия — и всё же Олег уточнил:       — То есть в людях ты видишь только средство для достижения цели?       — Конечно. Как и большинство. Я, по крайней мере, имею смелость говорить об этом прямо, не лицемеря.        — Ясно, — без энтузиазма ответил Олег. — Спасибо за честность.       — Что, не будет пылких возражений в духе «дружба — это чудо»?       Насмешка задела, так как на самом деле Олегу хотелось возразить, что человеку нужен человек и полнейшее одиночество — это не круто. Но даже если в глубине души Сергей и сам это понимал, соглашаться не собирался.       — Я же вижу, что тебе неинтересно. Зачем тратить время друг друга?       Сергей кивнул.       Олег встал, ощущая смятение, своё и его, и вообще непонятно чьё больше. Это всё нервировало. Есть ли способ закрыться от чужих эмоций? До чего же досадно, что они с Сергеем оба ни в какой связи не нуждались, особенно друг с другом — и вот так попали.       — Ладно, увидимся в школе.       Сергей открыл рот, чтобы что-то сказать, но передумал. Олег явственно уловил его сожаление и уже хотел спросить, что не так, но Сергей совладал с эмоциями и махнул рукой:       — Ага, пока.       По пути домой Олег получил сообщение от Вадика «Чё как первый день в новой шараге? Скучаешь по нам?» и селфи с упоротыми лицами нескольких одноклассников. Бухнули уже где-то после школы, ничего нового.        «Ну и рожи🤮. День как день», — соврал в ответ Олег. Вот Вадик поржал бы, если бы узнал, как дела обстоят на самом деле. Бесячая злорадная скотина!       «Ты только не плачь в подушку, но Ленка твоя походу уже нового ёбаря нашла».       «Рад за неё».       О Ленке Олег и не думал особо. Внешне она была потрясной, вот только дура-дурой, и вроде как это было неважно, не для задушевных бесед он с ней встречался, но один фиг утомляло. В итоге они расстались ещё до переезда, но Вадика в подробности своей личной жизни Олег не посвящал. Вадик и сам, при желании, совал свой нос куда не просят, и, если справедливость есть, однажды этот шнобель оторвут. «А ты себе нашёл?» «Пошёл нахуй»,  — написал Олег с мрачным удовлетворением: пьяный Вадим временами шутил особенно мерзко.