Лето кровавых слёз

      Через пару часов офицер, со списком зевак и камерой, вошёл в двери участка; он сразу направился к Аарону.       — Сэр, я всё принёс, всё тщательно записал, приметы каждого рядом с данными, как вы и говорили. Я могу ещё чем-нибудь помочь? — офицер надеялся на то, что «неудержимый Блэк» даст ему ещё какое-нибудь задание, и так он станет частью расследования, но юному блюстителю закона суждено было исчезнуть в начале этой истории.       — Спасибо за помощь, ничего больше не нужно, — сухо ответил лейтенант, не отрываясь от записей. Прошёл час с тех пор, как он начал изучать записи; Аарон знал, кто ему нужен, но всё равно просматривал все по очереди, не перескакивая на нужную. К нему несколько раз подходил Джейсон, но он упорно продолжал игнорировать его.       Для Джейсона это было унизительно, особенно в присутствии коллег, но он ничего не мог сделать — не закатывать же истерики, — поэтому он улыбался, и после каждого такого случая поворачивался и тихо говорил: «Ну вот, меня опять отшили», — по участку проходил тихий смех и все шутили в ответ: «Ничего, попытайся снова, когда-нибудь его сердце оттает», или, что-то вроде: «Нелегко завоевать такого мужчину, постарайся». Это всё могло быть весело, если бы не было так грустно.       Джейсон в очередной раз улыбнулся, пошутил, и направился в отдел судебно-медицинской экспертизы: они должны были скоро привезти останки; он не надеялся на новую информацию по делу, но всё лучше, чем сидеть без дела.       Джейсон ждал, что ему скажет Дилан Пирс, но тот, как всегда, строил из себя не весть что, хорошо, что там был Крис — забавное и нелепое существо, — он любил «игры в полицейского», поэтому охотно делился информацией, а Джейсон взамен делал вид, что он очень помогает. Для лейтенанта он был неудачником, «может и звучит не очень, но он неудачник. Это просто такая категория людей, он в этом не виноват, он меня не бесит, просто неинтересен как человек и собеседник».       — Ну, что там, Крис?       — Девушка, 23 года, блондинка, метр семьдесят, судя по степени разложения и глубине захоронения, мертва примерно год. Мы взяли образцы на анализ, но могу сказать, что умерла она от удара тупым предметом по затылку. Личность пока не установлена, попробуем по зубам установить.       Аарон был очень напряжён: он уже пять минут рассматривал имя и описание одного из зевак, того самого; он схватил блокнот, камеру, и направился в отлётный кабинет, включил запись и просмотрел всё в ускоренном режиме. Там были все, кто околачивался рядом с телом; одним из последних был тот самый человек в беговых облегающих лосинах, чёрных шортах поверх них, чёрных кроссовках с белой подошвой, чёрной толстовке, с бутылкой воды в руке и зонтом в другой, и это лицо, смотря на него Аарон, впервые за много лет, не смог сдержать своих эмоций; на мгновение его лицо исказилось в гримасе ненависти и отвращения, но потом сразу же появилась улыбка, но далеко не добрая. Он всматривался в это лицо снова и снова, все, потускневшие со временем воспоминания, окрасились в яркие цвета; эти старые воспоминания, как клип на повторе крутились у него в голове.       — Леон Миллер, Леон Миллер, Леон Миллер… Это ты, Леон Миллер.       Аарон всю ночь пролежал с открытыми глазами; он знал, что в царство Морфея ему сегодня путь закрыт, так что даже не пытался.       В четыре утра лейтенант зашёл в участок; дежурные полицейские испугались, что случилось что-то срочное, молча наблюдали за ним, но, к их счастью, он что-то взял со стола и ушёл в отдельный кабинет. Аарону не терпелось узнать о нём всё, всё что он делал эти 10 лет, как жил, где и с кем. «Леон Миллер. Мать — француженка Мирьем Меро, отец –– американец Джон Миллер. Родился в Америке в 1994 году в Нью-Йорке, ходил в младшую и среднюю школу в Манхэттене; родители развелись, когда ему было 16, с отцом переехал в Бруклин и продолжил учиться там в старшей школе N. Мать вернулась во Францию. В 17 лет уехал к матери…» — Аарон перестал читать, и сжал в руке мышку так сильно, что она треснула, а потом и вовсе швырнул её в другую часть кабинета; дежурные офицеры, сидевшие в общем зале, вздрогнули и посмотрели друг на друга: было интересно, что там происходит, но никто из них не рискнул проверить. Аарон успокоился, взял себя в руки, прошёлся по кабинету и снова сел за стол, правой рукой пытался нащупать мышку, но тут вспомнил, что пару минут назад швырнул её об стену: «Ненавижу тачпады! После окончания школы учился в университете N, после начал работать в винодельне отчима, три года назад переехал в Нью-Йорк, и стал директором открывшегося офиса по импорту вин. Не женат. Приводов нет, даже штрафов нет. Идеальный мальчик, как и тогда. Посмотрим, как долго ещё ты сможешь притворяться, Леон Миллер». ***       Не успел Джейсон войти в участок, как Аарон направился к выходу, проходя мимо него, замедлил шаг: «Пойдём, надо поговорить с одним из вчерашних зевак», — Джейсон, который не ожидал этого предложения от своего временного напарника, завис на несколько секунд, нахмурил брови и посмотрел на коллег, взглядом говорящим: «Вы тоже это слышали, или у меня галлюцинации?»       Джейсон быстро направился в сторону парковки, «думаю мне послышалось, но надо всё равно проверить, вдруг произошло чудо», и оно произошло: лейтенант Блэк стоял у своего серого Dodge viper, и курил LM; по его мнению, если и травиться, то только им.       — Подозреваемый уже в Макао.       — Да, я вышел сразу после тебя. Так он подозреваемый?       — Не знаю…       — Ну ты же сам сказал, что он подозреваемый.       Аарон не хотел утруждать себя ответом.       — Да брось, мы же напарники, ты сам меня позвал с собой, а теперь отмалчиваешься; я хотя бы должен знать, — не успел лейтенант договорить, как напарник кинул ему на колени папку. Джейсон открыл её и на первой же странице была фотография Миллера.       — И что это? Фото парня в лосинах? Хоть я и не ценитель мужской красоты, но могу сказать, что у него красивые ноги.       — Третьи сутки идёт дождь, ты пойдёшь бегать в парке?       — Нет.       — А с зонтом?       — Нет.       — Посмотри на фотографии всех «мух», кто здесь лишний?       — Ну, если убрать репортёров, собачников, бездомных, то остаются парочка из «Los diablos» и парень в лосинах.       — К «Los diablos» так просто не подойти, так что начнём с бегуна.       — Ну не знаю, с одной стороны, это странно, с другой, к сожалению, носить лосины — это не преступление, только из-за того, что он не по погоде одевается или любит бегать в дождь с зонтом, если бы это было признаком, можно было бы считать большую часть города потенциальными преступниками.       — Закончил?       — Да, — криво улыбнулся Джейсон: «Кажется, я его взбесил».       — Телу уже год, оно не опознано, особых примет нет, в способе убийства нет ничего особенного, улик нет. Что ты собираешься делать, ждать, пока дело само раскроется?       — Нет, но…       — Пока офицеры сужают круг пропавших женщин по известной информации, а корнеры ищут её по слепку зубов, мы можем только расспросить зевак. Джейсону показалось, что это логично, но всё равно что-то в поведении напарника ему казалось странным, но он не мог понять, что именно: то ли то, что он с ним говорил, то ли то, что позвал его на допрос потенциального подозреваемого; но самое странное конечно — это выбор подозреваемого на основе одежды не по погоде. В любом случае, деваться было некуда, да и напарник впервые пошёл к нему навстречу, взял его с собой, даже если это окажется пустышкой, он ничего не терял: зато с напарником контакт установит.       Дорога была недолгой, минут тридцать от участка до офиса компании «melodie de la lune»; он находился в пригороде, здание в стиле европейского ранчо с небольшим участком. На самом деле, у компании есть ещё два помещения: один — недалеко от центрального парка, в бизнес-центре, там находится головной офис, а тот, в который направлялись парни, предназначался для хранения и разлива вин из бочек в бутылки, которые далее перевозили на склад, где хранился готовый товар на продажу. Леон Миллер практически всё время проводил в бизнес-центре — это и логично, всё руководство, менеджеры и пиарщики работали там, но сегодня и ближайшие четыре дня он проведёт на «ранчо», так как из Франции ожидается прибытие проверяющего качество вин. Аарон узнал об этом, просидев долгие часы в интернете собирая информацию о Миллере и его компании. Подъехав к пропускному пункту, Аарон повернулся к Джейсону и предупредил его, чтобы тот молчал: говорить будет он. Напарнику это, конечно, не понравилось, но ссориться он не хотел, поэтому кивнул и сделал вид, будто ему всё равно и не особо-то хотелось. Один из охранников подошёл к машине со стороны водителя и жестом показал, чтобы тот опустил окно; Аарон нажал на кнопку:       — Я инспектор по качеству из Франции, нас ждут, — второй охранник кивнул и их пропустили.       — Да что это за охрана такая, это же частная территория, нельзя так просто пропускать всех в подряд, так любой может сказать, что он проверяющий и «нас ждут»; они даже не проверили и пропустили.       — Наличие таких идиотов ускоряет расследование. Когда машина подъехала ко входу, там уже собрались директора всех отделов, готовые встретить высокопоставленного гостя. Их сверкающие улыбки быстро скрылись за хмурыми физиономиями, когда Аарон показал значок.       — Я — лейтенант Блэк, а это мой напарник — лейтенант Янг, мы из полиции Нью-Йорка, нам нужен генеральный директор Леон Миллер.       — Это я, — из здания вышел высокий, стройный молодой человек с тёмными, слегка вьющимися, волосами и синими глазами.       — Здравствуйте, мистер Миллер, мы из полиции, хотим задать вам несколько вопросов о вчерашнем дне.       — О вчерашнем? Вы о том, что я был в парке, когда нашли тело?       — Да, — со спокойным лицом ответил Аарон.       — А какое я имею к этому отношение? Я просто так же, как и остальные, остановился посмотреть, что за шум. Любопытство не преступление, насколько я знаю.       — Да, всё так, но мы собираем показания со всех, кто был в тот день там.       — И вы решили начать с меня, с человека, который находится дальше всех остальных? А как вы узнали, что я буду именно здесь? Хотя вы представились проверяющим из Франции, а как раз его мы и ждём. Видимо, вы слишком хорошо работаете, лейтенант.       — Стараюсь как могу ради граждан, — обычно Аарон не утруждал себя отвечать на колкости, но тут был особый случай: он еле сдерживал свой гнев.       — Я бы и рад вам помочь, но как вы и сами поняли, мы ожидаем важного гостя, так что, простите, но не могу вам помочь, особенно сегодня.       — Это не займёт много времени.       — У меня его в принципе нет.       — Ваш гость ещё не прибыл. Немного вашего времени сейчас или завтра в участке с повесткой? — Аарон был настойчив, он не собирался сдаваться, но и не показывал свою злость, чтобы никто не понял его личной заинтересованности: ни напарник, ни сам Леон.       Генеральный директор даже и не скрывал своего недовольства, он зашёл в здание, а полицейские проследовали за ним.       — Я поговорю с вами, но как только приедет гость, вы без вопросов уедете.       — Хорошо, — выдавил Аарон.       — Что вы делали в парке в пять утра во вторник?       — Бегал.       — Вы часто бегаете в такую погоду и с зонтом?       — По вторникам я бегаю в любую погоду.       — Именно по вторникам?       — Да.       — Почему?       — Это не ваше дело, и причина к этому случаю отношения не имеет, да и я к нему не имею отношения, — Леон раздражался всё сильнее, и это радовало Аарона.       — Ну это уже решать не вам.       — Мне было любопытно. Все стояли, и я стоял.       — Хорошо, не выезжайте из города, позже мы вас вызовем для дачи показаний.       — Что за бред, я что — подозреваемый?       — Ещё нет.       — Ещё нет? Да я просто мимо проходил.       — До скорого, мистер Миллер.       Парни вышли из здания и сели в машину; Леон смотрел им вслед с раздражением, злостью и недоумением.       — Напарник, что это было? Я молчал всё время, как ты и сказал, но что это? Мы ехали всю дорогу сюда, только для того, чтобы узнать, что парень любит бегать по вторникам в любую погоду?       — Если он причастен к её смерти или что-то знает, то занервничает и начнёт действовать.       — Всё равно у меня чувство странное. Полицейские не стали тратить время и направились искать двоих из «Los diablos»; оказалось, что они только полгода назад переехали из Вашингтона в Нью-Йорк, после того, как им исполнилось восемнадцать и они ушли из приюта. Скорее всего, они торговали наркотиками и просто прибежали на шум, посмотреть, а, может быть, их кто-то отправил, посмотреть. ***       Как они и думали, «Los diablos» ни к чему не привёл, парни утверждали, что просто гуляли по парку, а без имени жертвы связать их с её смертью невозможно за отсутствием каких-либо улик.       Но лейтенанту Аарону Блэку это было и не нужно: он точно знал, что к ним это не имеет никого отношения, зная, как они разбираются с жертвами, куда они девают трупы, он мог с уверенностью сказать, что «Los diablos» тут не причём. Полицейские сели в машину и поехали обратно; Джейсон уже планировал немного поработать и пойти домой отдохнуть, но тут они свернули не в ту сторону, и он понял, что отдых его начнётся ещё нескоро.       — Куда ты, я думал, мы едем в участок?!       — Поедем на место, сбор улик только закончился, а зеваки ещё не успели всё разнести.       Они приехали в парк почти в шесть часов, скоро должно было начать темнеть. Как и говорил Аарон, никого уже не было и можно было нормально осмотреться.       — Посмотри, есть ли какие-нибудь отметины на деревьях, может, убийца пометил место, чтобы потом найти, а я осмотрюсь и сделаю несколько фотографий.       — Хорошо, — у Джейсона было недовольное выражение лица, он не понимал, что они делают — это напрасная трата времени.       «Да что я делаю, вместо того, чтобы искать в базе жертву, я осматриваю чёртовы деревья. Его способ работы очень странный, никакой логики, или же всё слишком логично и легко. Ну ладно, стоит потерпеть, надоело менять напарников, он не лучший вариант, странноватый, себе на уме, мнение других ему побоку, но всё же лучше многих. Да что же я ищу? Деревья, как деревья».       — Эй, напарник, мы тут уже полчаса шныряем, я ничего не вижу, никаких отметин. Блэк, ты что там заснул? Блэк?                   — напарник не отзывался, хотя Джейсон видел его силуэт; ему показалось, что он что-то рассматривал.       — Блэк?       — Что?       — Да что с тобой, мне пришлось переться сюда, потому что ты не отзывался.       — А, да?       — «А, да»? — Джейсон и так был раздражён из-за того, что после рабочего дня ему ещё приходится копаться в грязи и рассматривать деревья, а тут ещё и напарник торчит на одном месте, изображая увлечённые поиски.       — Я задумался.       — Ты там что-то рассматривал, нашёл что-то?       — Нет.       — Ну ладно, нет так нет, что так, резко-то?       — А ты нашёл?       — Тоже пусто.       — Ну ладно, нет так нет, туговато придётся, совсем улик нет, голый скелет с пучком волос и одной туфлёй.       — Обратно пойдём? Темно уже, — Джейсон уставшими глазами посмотрел на напарника.       — Да, давай, подожди, включу фонарь, если провалишься в грязь, в машину сесть не дам.       — Сам притащил в эту грязень, теперь жалуется, хорошо хоть дождь закончился. Аарон включил фонарь, и они пошли обратно, вдруг Джейсон схватил его за руку, в которой он держал источник света.       — Что с тобой, боишься темноты? Ты же полицейский, — с насмешкой сказал Аарон.       — Да нет, я что-то видел.       — Вендиго?       — Очень смешно, нет, да где же это? Немного правее посвети.       — Может, хватит дёргать мою руку туда-сюда?       — Левее, а теперь вниз. Вот оно! — что-то блеснуло из грязи. Джейсон подошёл и хотел поднять, но тут Аарон крикнул:       — Ну не руками же?! И подожди, сначала сфотографирую.       — Да, да, забыл, — полицейский достал из кармана два пакета для улик и аккуратно взял одним из них предмет и положил во второй.       — Это что ещё?       — Он весь в грязи, но, по-моему, либо монетка, либо медальон, скорее — второе; он слишком тонкий. Думаешь, он имеет отношение к делу?       — Без понятия, надо проверить. Он был в стенке ямы на глубине 7-10 сантиметров. Либо он был здесь давно, убийца засыпал труп землёй и там был этот кулон, либо он принадлежал жертве или убийце.