Лето кровавых слёз

      Аарон, видимо, решил взять врага измором; Леон не мог терпеть его присутствия и раз в день, а тут вечером снова вернулся, но это было даже неплохо. Теперь он знал причину всего и мог объяснить, поэтому на этот раз он без слов впустил Аарона в дом.       – Почему мы всегда в гостиной разговариваем, не хочешь показать мне остальной дом. Что-то мне подсказывает, что я часто буду сюда заходить.       – Я так не думаю, – сказал Леон с лицом, не выражающим никаких эмоций. – Я знаю, что вы имели ввиду.       – Ого, ничего себе, так быстро исправился, молодец, посмотрим, как хорошо ты сделал свою домашнюю работу.       Леон нервничал, всё-таки перед ним стоял неуравновешенный человек с огромной силой и вескими причинами пустить её в ход.       – Я прочитал ваше дело, и понял, что вы от меня хотите, но вы обратились не по адресу. Я… – Аарон не дал ему договорить.       – Не по адресу? А, по-моему, я там, где и должен быть: в доме убийцы.       Леон хотел быть вежливым, но сорвался и перешёл на агрессивный тон и снова на неформальное общение.       – Это не я, меня не было в машине десять лет назад, и я не убивал девушку, устал тебе это повторять. У тебя навязчивая идея, никого не можешь найти, поэтому решил обвинить меня. Да, машина моя, но за рулем был не я. Я же давал показания.       – Я и мои друзья после вечеринки пошли домой к Ронни Дугласу, его родителей не было дома, мы выпили, если бы отец узнал, он бы забрали у меня машину, да и отношения у нас тогда были не очень, так что я остался у Ронни, я отключился у него в комнате. Ронни и его девушка Мегги спали в гостиной на диване, ещё там был Кит, он наш друг и парень сестры Ронни, Рокси, он спал с ней в её комнате.       – Мой дом был через четыре дома вверх по улице, там и стояла машина. Когда я утром проснулся, все ещё спали, в дверь постучались, я открыл, там была полиция, мы все поехали в участок, дали показания, у нас взяли пробу ДНК и отпечатки пальцев, и всё.       – А тот факт, что кроме вашей ДНК и отпечатков, других в машине обнаружено не было, тебя не смущает? А то, что вы все богатенькие сопляки и даже то, что отец Кита О’Конера был тогда шефом полиции? Ты правда думаешь, что я в это поверю? Пятеро пьяных подростков, сели за руль и поехали кататься, врезались в другую машину, испугались и уехали, оставив людей умирать, бросили машину неподалеку и убежали домой, сделали вид, что спали, потом их родители отмазали их от тюрьмы, обставив всё так, как будто машину угнали, а они в это время мирно спали. Или же это был только один человек, который, подговорил других прикрыть себя. Какая из историй кажется более правдоподобной: о преступнике, не оставляющем следов или о пьяных подростках?       – Может для тебя это и не похоже на правдоподобную историю, но это правда. Я был подростком, но никогда не был настолько безрассудным, чтобы сесть за руль пьяным, и, тем более, никогда не был бессовестным трусом, чтобы сбежать и оставить людей умирать.       Аарона бесило, что Леон всё отрицает; его лживый рассказ был как издевательство, Аарон еле-еле сдерживался, чтобы не прикончить его.       – У меня нет времени слушать этот бред, в любом случае, срок давности по этому делу шесть лет, он уже давно истёк. За него ты наказание в виде тюремного заключения получить не сможешь, а вот за убийство девушки я тебя посадить могу, от этого мне конечно сильно не полегчает, но что есть. Так что прекращай оправдываться и тянуть время. Я жду твоего ответа, будешь страдать на воле или сидеть в тюрьме от двадцати пяти лет до пожизненного, так или иначе, я отомщу за смерть своих родителей.       – Больной, с тобой бессмысленно говорить, убирайся из моего дома, иначе я вызову полицию.       – Полицию? Давай вызывай, чего ждешь?       –Псих, – Леон схватил телефон, Аарон его выхватил. – Верни телефон! – Леон попытался забрать телефон, Аарон схватил его за горло и сжал так сильно, что тот начал задыхаться.       – Не испытывай судьбу, ты не сможешь позвонить, трусливый червяк, как только твоя стая гиен узнает хоть об одном твоем промахе, сразу набросятся и сожрут тебя, думаешь я не знаю этого? Я знаю о тебе всё.       – Отпус… дышать… больн… Леону было больно, он не мог дышать, медленно начал терять сознание, как только Аарон заметил это, то разжал руку. Леон упал на пол; он кашлял и тяжело, и шумно дышал.       – Что, больно? Это ничто, по сравнению со страданиями моих родителей, когда они, сидя неподвижно в машине, захлебывались собственной кровью в попытках позвать на помощь. Эти два часа тянулись как вечность, когда скорая приехала, уже ничего нельзя было сделать, они просто держались изо всех сил, чтобы дождаться моего прихода. Моя мать не дождалась меня, когда я приехал, отец уже ничего не видел и мало что мог сказать, – Аарон замолчал, отвернулся от Леона, принял свой обычный невозмутимый вид и направился в сторону двери.       – Я вернусь завтра, мне нужен ответ, – Аарон развернулся и ушёл. «Почему этот псих не может понять, что я не имею никакого отношения к смерти его родителей, и, тем более, к найденному телу в парке, я был там в такую погоду, только потому что ждал Кейт, как всегда, во вторник утром. Когда услышал, что найдено тело женщины, я боялся, что это может быть она. Кейт пропала три года назад, когда мы должны были встретиться в парке во вторник утром, но она так и не пришла и после этого я ее не видел. Даже имея ресурсы для её поиска, за все эти три года я так и не смог найти даже её след. Когда услышал о теле, почему-то подумал, что это она; может она не бросала меня: она пришла на встречу, но кто-то напал на неё. Но этот психопат-полицейский не захочет слушать меня; ему всё равно зачем я был в парке, он уже сделал свои выводы. И какие у него есть улики? Он может подставить меня в любую минуту. Если верить детективу, у него идеальный послужной, он даже поймал «Калигулу», даже я, тот, кто не интересуется новостями, не связанными с фоновым рынком, слышал об этом преступнике и его зверствах. Блэк - герой в глазах общественности, а я богатенький наследник».       Леон не знал, к кому обратиться за помощью, у кого просить совета и защиты; у него не было ни друзей, ни родственников, которым бы он доверял. Единственное что он знал - это то, что ни за что не сядет за решётку, он вытерпит все побои и вымогательства, шантаж, всё то, что может сделать с ним этот больной маньяк. Он точно, не проведёт всю свою жизнь в тюрьме.       Леон готов был дать ответ, но он не появился, как грозился, и на следующий день его тоже не было. Леон расслабился, подумал, что его прижали или, что он пришёл в себя и передумал.