Мунсу и белый кролик

      Несмотря на то, что Хопер много раз убивал и видел жертвы среди своих товарищей, почему-то сейчас ему было хуже некуда от увиденного. Однако, крики кролика хоть как-то вернули его в реальность, и вот он уже погружает сокомандников в вагон грузовиков. Он знает, что безрассудство их предводителя не исправно, но в этом есть хотя бы один плюс — другие могут спастись.       — Живее, заводи мотор! Нужно гнать к границе, пока их не стало больше!       И вот как раз тут то из всех щелей ломанулись грязные монстры. Хопер едва успевал отстреливаться от них из автомата. Ворота кое-как открыли, и оба грузовых рванули из кишащего крысами склада. Вот только по самому глупому канону, нашёлся тот дурак, который решил, воодушевившись словами капитана, что он ему ровня.       Чен спрыгивает в самый последний момент с кузова, и попутно отстреливаясь, бежит в сторону двери, за которой скрылся их лидер.       — Чен! Чен, мать твою, ты что творишь?! Придурок!       Но парнишка уже не слышал Хопера. Ему казалось, что он неуязвим, несмотря на буквальный поток мерзких тварей, спешащих схватить и разорвать его.       Чен бежит попятам за белым кроликом, движимый лишь идеей не оставить своего лидера в беде. Вот только он не знал, и вряд ли узнает уже, что Тэхен не просто так занимает этот пост. Спасаясь от толпищ голодных и мутировавших крыс, в течении семи лет, он ни разу не попался! Но он один такой, и на других это точно не распространяется.       — Тэхен, белый кролик! — зовёт того парень, пока сам Ким удирает в огромном отсеке оружейной от трех крыс сразу. Он лавирует, маневрирует, так, словно его тело совсем свободно, нет никакой тяжести, словно ему под силу просочиться даже в самые узкие щели, куда даже пронырливый нос крысы не способен втиснуться. И вот так, стоя в стороне и наблюдая за пируэтами старшего в погоне за жизнью, Чен совсем не заметил, как подверг собственную опасности.       Его хватает одна из крыс, и с диким воплем тянет за ногу к двери, чтобы утащить в укромное место и полакомиться. Чен от неожиданности падает, ударяясь челюсть, и пачкая кровью пол, старается зацепиться за косяки в проходе, пока голодная тварь тащит его.       — А-а-а-а-а! Помогите! Кто-нибудь!       Тэхен слышит это сразу же, ускорившись ещё сильнее. Тупые крысы так и лезут к нему, не в силах уловить, и кажется, валятся из всех щелей еще больше. Ким решает, наконец, предпринять попытку, чтобы уложить если не всех, то хотя бы большинство. Пока он бегал, он уже натыкался пару раз взглядом на баллоны с газом, стоящие практически прямо посередине комнаты. Это его шанс.       В очередной раз увильнув между ящиков от голодных крыс, брюнет попутно собирает за собой еще, как можно больше, и пустившись вверх по коробкам и уступам, бежит от центра, как можно быстрее, выстреливая в бочки и укрываясь в углу. Взрыв болона осветил комнату и оглушил большинство присутствующих. От кучки крыс, что за ним бегала, остались одни ошметки, остальные пока лежали без чувств. Откашливаясь, Тэхен поднялся со своего укрытия, окидывая горящую комнату взглядом, и натыкаясь в ней на Чена. Ким ринулся к нему, бросаясь на пол и проверяя пульс. Живой! Тэхен осматривает его, собираясь поднять, на что парень пока не реагирует — видимо волна оглушила и его.       — Чен! Слышишь? Я тебя вытащу! — не обращая уже никакого внимания ни на что вокруг, брюнет закидывает парня к себя на спину, стараясь как можно быстрее уже слинять отсюда. Вокруг темно, визоры Тэхена потерялись где то там, но не было смысла останавливаться. Он по памяти шел по коридору, в котором они с Хопером видели труп, возвращаясь к месту их привала. Крысы тем временем начинали шуметь уже позади. Тэ, подтянув бессознательное тело на себе, только продолжил идти, проговаривая, что он обязательно его спасет, они спасутся.       Находиться в здании уже было не безопасно, все крысы лезли внутрь и поэтому Ким видел перед собой шанс только бежать на улицу, и укрыться где-нибудь там, пока не рассветет. Он выбрался кое как из склада, зацепившись за колючую проволоку пару раз, но продолжил двигаться, ведь буквально каждый шаг отделял их от неминуемой смерти.       — Сейчас, скоро найдем убежище и я тебя осмотрю… — Тэхен уже по видимому успокаивал себя, но как только за его спиной со стороны склада послышались истошные вопли, парень вынужденно перешел на бег. Остановиться было негде, перед складом везде открытая местность, и в случае чего, Чена было бы видно. Оставалось бежать и надеяться, что они найдут убежище или произойдет чудо.       И когда кажется, что надежды на спасение нет, что вот-вот тебя схватят сзади и сожрут, появляется луч надежды, в кромешной тьме. И вот в сумерках, по повелению если не судьбы, то рока точно, с блеском проносится наконечник металлической стрелы, со свистом влетая в черепушку крысы, буквально наступавшей на пятки бегунов. Мутант повалился замертво, однако, остальную толпу это никоим образом не остановило. Несмотря на это, есть одна хорошая поговорка: семь раз отмерь, и один отрежь. Так и поступает охотник, рассчитывая каждое свое движение. Следующие две стрелы из арбалета выпускаются в крайних крыс, да так, чтобы наконечники, привязанные друг другу двухметровой верёвкой, образовали преграду для остальных крыс, и замедлили им ход. И вот, как только ловушка сработала, охотник начал действовать. Он выкатил на их место стрельбы на своём чёрном мотороллере, буквально на ходу слетая с него и делая кувырок. Теперь, когда он стоял напротив движущейся к нему толпе, бегуны могли быть уверены, у них есть шанс спастись.       Бешеных крыс начинает палить из огнемета столп горящего пламени. Твари загорались так быстро, словно спички, и уже не в силах были преследовать жертв. От общего числа, охотник спалил больше трети, остальные же, почувствовав запах горящей плоти, ринулись наутек. Однако, убежать тоже не все успели. Более десятка в конвульсиях получили пулю в затылок, пока пистолет полностью не разрядился. Повисла тишина, с едва уловимым писком убегающих прочь крыс.       Охотник стоял немного поодаль от сидящих подле машины бегунов. Он развернулся в пол оборота, смерив уставшего парня изучающим взглядом.       Сам охотник выглядел достаточно молодо. Коротко стриженые волосы и бритый затылок, рот и нос покрывала специальная маска, с отведёнными трубками за спину, где висел баллон. Уши были во многих местах проколоты, а на чёрных изучающих глазах красовался шрам, полученный совсем недавно.       Тэхен не шевелясь, также смотрел на него. Оба видели только глаза друг друга, остальное их лицо было скрыто, и угадать, какая на лице эмоция, было невозможно. Отвернулся первый брюнет; ему нужно было удостовериться, что крыс позади не осталось. В прочем так это и было. Незнакомец вычистил всех подчистую, тогда то Ким повернулся к бессознательному Чену, который только что попытался открыть глаза.       — Чен, ты как? Я же велел всем уезжать, зачем ты остался?       Парень, что до этого, кажется, не подавал признаков жизни, начал откашливаться, смотря с былой надеждой в янтарные глаза своего командира.       — Кх-кх… Помочь вам… Кх… Простите, я стал лишь обузой…       — Не говори так, слышишь? Я вытащу тебя! — пытаясь снова поднять непослушное тело парня, Тэхен наткнулся на истекающий кровью укус на ноге, а после вновь столкнулся со смиренными глазами своего подопечного, и его грустной улыбкой, когда он снял респиратор.       — Простите, кх… За вами и впрямь не угнаться. Белый кролик самый быстрый…       Тэхена пробрал ужас. Он вот-вот потеряет второго члена из своего отряда, из-за чего паника взяла над ним верх.       — Нет, Чен. Слышишь? Не смей сдаваться!       Убрав арбалет за спину, туда же, где висел баллон, охотник тяжёлым шагом направился к лежачему. Рост его составлял без малого 190 сантиметров, и было прекрасно видно, какое телосложение он имел, чтобы так двигаться, да ещё и таскать с собой столько оружия.       Подойдя почти вплотную, он присел с другой стороны от Чена, и поднёс руку к его лицу, оттянув нижнее веко, проверяя слизистую.       — Ему уже не помочь, через пару часов он начнёт мутировать, если его не убить. — Голос прозвучал твёрдо, низко и звучно. Именно такой голос был под стать всему его внешнему виду.       Он не глядя на второго, поднимается в полный рост, доставая из напоясника пистолет, и направляет его прямо в голову зараженного.       — Да простит Господь твои грехи!       Рука, и даже лицо не дрогнуло, выпуская пулю ещё живому человеку в лоб. Кровь брызгает вместе с мозгами, пачкая одежду кролика, и все его лицо. Жестоко было убивать сокомандника на глаза его командира, но кто сказал, что может быть иначе?       Испачканный в крови кролик уже в прямом смысле, отскакивает от машины и размалёванного тела Чена, пытаясь прийти в себя от произошедшего. Тэхен собственными глазами, пока еще стоит, видит то, как вместо лица его ученика сияла черная дыра. Сгустки крови и волокон стекали по его одежде как слизь, так, что от прежнего Чена не было и следа. Ким почувствовал в этот момент абсолютно все — от смирения до ненависти. Его шкала чувств заполнилась до максимума, когда он вспомнил его последние слова. «Не успел! Не спас!» — такие мысли терзали теперь сердце белого кролика. Но внезапно его взгляд наполняет злоба и гнев. Так же быстро достав один из пистолетов, Ким направляет его в голову человеку, которого сейчас, единственного на всем белом свете, ненавидел. Он осторожно обходит его, так же держа мушку на прицеле.       — Кто давал тебе право распоряжаться его жизнью?! Он мой подчиненный? и я был в отвеnt за его жизнь! — каждое слово с грубостью, камнем сейчас лилось у него изо рта, — Кто ты вообще такой?! Арахнид?! — Ким заглянул за спину того, и увидел здоровенный арбалет. Он вспомнил, как рассуждал с Хопером, почему в округе было так мало крыс, и кажется, теперь знал, кому принадлежала та стрела. — Так это ты стрелял! Сколько вас?! Арахниды так долго бы не прятались…       — Я не лагерный узник, как ты мог подумать. Не отношу себя, ни к одному из них. — Большего он сказать не мог, иначе подверг бы себя опасности. — Мне жаль, но его было не спасти. Ты не успел бы ему помочь, даже если был бы самым быстрым бегуном на все четыре лагеря.       Охотник не знал, кто стоит перед ним, но определить, что он бегун, и явно пришёл на оружейный склад, было не сложно.       — Я зачищал эту территорию пару дней назад. Не удивительно, что вы нашли мою стрелу… — мужчина убрал оружие обратно за пояс, показывая, что не намерен оставаться тут дольше. — Проваливай лучше, пока на твой запах не набежали крысы.       Он седлает нагруженный мотороллер, заводя мотор. Тот стоит в нескольких метрах от него и продолжает держать оружие. Кстати о нем. Парень не сможет добраться живым даже до ближайшего аванпоста, поэтому, недолго думая, охотник достаёт снова тот пистолет и бросает тому под ноги.       — Возьми, он полностью заряжен. Хватит, чтобы дойди до лагеря и не сдохнуть.       На этом, он лишь повторно смеряет вид брюнета своими чёрными глазами, и ловит на себе его взгляд, буквально с ним соприкасаясь.       Первым, зрительный контакт разрывает охотник, и больше ничего не говоря, покидает местность, скрываясь за поворотом. Ким удивленно смотрел ему вслед, опуская свой пистолет. Иждивенцев он встречал и раньше, но этот был каким-то другим. Тэхен чувствовал всем своим нутром, когда тот перезаряжал оружие и поправлял свою маску, что для него это обычное дело — тусоваться в логове крыс, незнакомец был натренирован на это.       Тэхен отправляет свой пистолет в кобуру, и все-таки поднимает с земли ему оставленный, осматривая. Оружие плотно лежало в руке и Ким угадывал то, что им пользовались не раз. Вся облицовка была покоцана, но он как верный старый пес, еще хранил порох в своих пороховницах. Долго решать, брать пистолет или нет, не пришлось. Тэхен услышал, как где-то отдаленно уже ревела орда крыс, медлить было нельзя. И белый кролик что есть мочи, оттолкнувшись с силой один раз от земли, быстро побежал обратно, не оставляя даже за собой и запаха.       Добрался к концу города Тэхен примерно через два часа, тогда-то и началось светать. Примерно в четыре часа утра, он увидел свою выжившую команду, с Хопером во главе, который с беспокойством раздавал приказы и успокаивал его ребят. Тэхен еще раз посмотрел на пистолет, и спрятал его глубоко во внутренний карман своего плаща. Кровь на его респираторе и мантии засохла, так что когда он оказался ближе к машинам, у всех во взгляде вперемешку с волнением, читался и страх. Тэхен тут же его попытался развеять.       — Я в порядке. Не медлим, пора возвращаться…       И тогда-то вспомнив о Чене, те ребята, что вчера смеялись над ним, решили спросить.       — Чен, он… — садясь в грузовик, Тэхен приостановился, и дотронувшись до своей шеи, сорвал один из жетонов, вручая его команде, — Погиб…       Всем было хорошо понятно, что командир сейчас не хотел говорить об этом, поэтому никто лезть к нему с другими расспросами не стал, только Хопер подбадривающе похлопал его по спине, и они отправились домой.       Добрались они до лагеря к семи утра. У ворот их уже ждали новобранцы, готовые помочь в случае чего, и закончить перевозку оружия. Ниса тоже была среди них, однако она стояла в толпе по другой причине. После того, как оставшиеся в живых разгрузились, в количестве шести человек, девушка протиснулась к ним, и приостановила за руку их командира.       — Белый кролик, с возвращением! Я пришла по поручению Брэнды, он ждёт тебя и Хопера в штабе, говорит что надолго не задержит.       Чимин, стоявший рядом, лишь кивнул, устало потирая шею.       — Хорошо, идём.       Всё трое отправились по знакомому маршруту в штаб, а оставшихся было решено покормить и отправить мыться к реке.       Штаб был заполнен командирами других двух отрядов, начальниками пищевых и оружейных складов, а также некоторыми гостями из лагеря-союзника. Минуя первый этаж, Хопер только на втором, у подхода к кабинету спрашивает.       — Зачем все они здесь?       Ниса ничего не отвечает, а лишь открывает перед парнями дверь, выпуская внутрь. Делать было нечего, пришлось остаться без ответа. Первым вошёл Тэхен, а за ним Хопер. В кабинете, все так же, у круглого стола, стоял Брэнда, а по правую от него руку стоял Юн. Оба подняли взгляд от карты, когда бегуны вошли. Ниса оставалась стоять в кабинете, ближе к двери.       — Тэхен, Чимин… — Зовёт тех по именам глава, и улыбается уголками губ. — Рад, что вы живы. И благодарю за безупречно выполненную работу, теперь оружия хватит надолго.       Он делает небольшую паузу, выражение его лица меняется, на более строгое, и он снова обращается к бегунам.       — Сегодня Юн проведёт осмотр оружия, и надеюсь, все из них будут рабочими. Нам передали, что двое погибли на вылазке… Мне очень жаль, Тэхен. Теперь тебе нужно будет пополнить отряд кем-то из новобранцев. На этом, ваша миссия окончена, можете отдыхать. И обязательно примите душ, ведь вы почти сутки пробыли в красной зоне. — Мужчина смотрит на Юна, давая ему слово. Тот практически все это время смотрел на Тэхена, ненароком ища на нем раны. И кролик вроде был в порядке, только почему-то весь заляпан кровью, — Я попрошу одного из вас остаться, чтобы сделать разметку на карте, показать что изменилось, где крыс было больше, и все в этом роде.       Хопер шагнул вперёд, давая понять, что он останется для этого. Он повернулся к Киму, заведомо зная, что тот ему благодарен, и грустно улыбнулся.       — Иди отдыхай, вечером жду тебя у костра. — Вернув строгий взгляд, Хопер заметил, что Юн смотрит только на Тэхена, и конечно не был этому рад, поэтому, чтобы не томить момент, он вытолкал того по-дружески за дверь, и остался заполнять карту.       Брюнет покинул штаб с тем же молчаливым видом, что и зашел в него, и просто пошел туда, куда глаза глядят. Ему нужно было немного остыть и подумать. Он не всегда таким возвращался с вылазки, только когда терял кого-нибудь, или не выполнял задание с точностью из-за осложнений. Ким был идеалистом, он должен точно знать, что ему и его команде ничего не угрожает, и они выполнят задание на все сто процентов. Но жизнь это не игра, где можно в случае неудачи пройти уровень заново, и нужно довольствоваться хотя бы тем, что большинство все-таки выжило.       Ноги привели его к госпиталю. Под этим словом понималось кирпичное трехэтажное здание в конце главной улицы, стоящее немного криво, по отношению к другим постройкам. На подходе туда Ким уже чувствовал запах медикаментов, которые отрезвляют даже не хуже смачной пощечины. Брюнет заглянул в окно, смотря как туда-сюда носятся санитарки и медсестры, у коек лежащих больных и раненых. Больных, чем раненых, было безусловно больше, потому как к болезни за семь лет стали относиться пренебрежительней, чем раньше. На него даже никто не обратил внимания, когда он вошел, хоть он и был в крови, потому что здесь это давно стало нормой. Ему пришлось окликнуть одну из медсестер, чтобы она указала ему куда идти.       Их главный доктор в поселении, как всегда, был загружен работой. Тэхен даже помнит тот момент, когда Намджун предлагал Ливете работать хотя бы посменно, но тот, как заводная юла, накричал на главу, сказав ему не соваться в госпиталь, пока с ним что-нибудь не случится, он же в его работу не лезет. С тех пор Джин работает здесь каждый день, за тем исключением, когда все же уходит спать. Тэхен застает его в хирургической палате, когда старший зашивает одному из бойцов рану на груди. Он не шумит, понимая что Джин работает с иглой, хотя точно знает, если он и пальнет в воздух, Джин скорее умрет, чем бросит это.       Сегодня ему удалось зашить порядка семи бойцов. Эти люди были из другого отряда и наткнулись на забредших на их территорию Арахнидов. У враждующего с ними лагеря была особенность: помимо того, чтобы всадить пулю, они любили оставлять на теле врага свои знаки, которые просто вырезали на теле человека; некоторым даже приходилось ампутировать конечности из-за этого, но слава богу, отряд был весь цел, только немного поцарапался, что сейчас как раз и исправлял великодушный доктор.       Закончив зашивать, Ливета перевязал бойцу подбитое плечо и дал немного спирта, ведь обезболивающее у них хранилось лишь на особые более серьезные случаи. Посмотрев наконец на Тэхена, он недовольно покачал головой, и велел ему пройти за ширму к умывальнику, чтобы тот наконец стер с себя кровь, а сам, поменяв перчатки, подошел к своему столу, где вел учет о запасах и больных. Он узнал о вылазке Тэхена только вчера вечером, а сегодня, что Ким потерял на ней двух человек.       — Ну я устрою, Брэнде! Как он может так направо и налево раскидываться людьми, как будто у нас их так много… И тебя он не жалеет! Ты конечно парень молодец, но и у тебя не девять жизней. Ты только скажи, и я все ему выскажу!       Тэхен, наконец-то, улыбается, видя то, как в раковину смываются остатки крови. Он всегда любил слушать, как Джин сердится на Брэнду, а еще больше видеть это. Только, кажется, его единственного он так и не смог приструнить. Выйдя из-за ширмы, брюнет потирает руки чистым полотенцем и медленно подходит к Ливете, наблюдая за его действиями.       — Оставь этот запал для него, уверен ему понравится. — Присев с краю стола, Ким подобрал какую-то безделушку от туда же, и начал вертеть её в руках, — Ты ведь не поругался с ним? Он выглядел довольно уставшим…       Мужчина лишь только раздул ноздри на этот вопрос, и остро подчеркнул последнее слово у себя в дневнике.       — Я с ним не разговариваю. Представь себе, решил что у меня есть время отдыхать, когда сам, между прочим, отправил еще один отряд на юг. Я целый день пробыл на работе! Столько пуль я еще из тел не доставал… — Ливета хоть и повысил голос, но конечно, это белому кролику не предназначалось. Немного успокоившись, он закончил делать записи и отложил ручку, осматривая Тэхена своим рентгеновским зрением. — Ты то хоть в порядке? Хопера больше не тошнит? Я ему приготовил парочку транквилизаторов, будет время — пусть заходит и забирает…       В дверь кабинета размеренно постучали, и не дожидаясь приглашения, вошли. Это был Брэнда, с кипой бумаг в руках. Он не увидел сидящего кролика, так как того загораживала ширма у входа.       — Ливета, дорогой, я принёс кое какие бумаги, нужно пересчитать все ампулы с болеутоляющим… — говорил тот, попутно закрывая дверь на щеколду, — А после того как закончишь, мы могли бы не идти на ужин, а сразу заняться… — И подойдя уже ближе, он видит Тэхена, и их с Джином удивлённые глаза. — Эм, кролик, ты тут? — старший стушевался, ощущая неловкость от сказанного, но сделал вид, что всего этого он не говорил, проходя к столу и складывая бумаги. — Я хотел сказать, доктор, что вам нужно сделать это сегодня, а после передать отчёт мне в штаб.       Повисла неловкая пауза, в которой никто не знал, как реагировать. Тэхен на секунду отвернулся, пряча улыбку, но после вернул себе спокойное выражение лица, делая вид, что уже собирается уходить.       — Ах, что ж, мне уже пора. Я обязательно передам твои слова Хоперу, Ливета…       Попрощавшись с обоими, Ким поспешно удалился за дверь, и последнее, что он видел, это возмущённое лицо Ливеты. Он понимал, что этой парочке нужно было остаться наедине, ну, а ему следовало уже принять душ и отдохнуть перед ужином.