Just a prank

Кэйа долго ворочался с боку на бок. К глубокой ночи уже была выпита не одна чашка чая с мятой, но ожидаемого эффекта при этом не последовало. На прикроватной тумбочке покоится дочитанная одним махом книга, а рядом с ней валяется бутылочка бесполезного снотворного снадобья. Все известные капитану способы заснуть не работали, и, окончательно вымотавшись от бессонницы, он принял поражение и покорно вылез из-под одеяла. Олберич взглянул на часы, стараясь утихомирить нарастающую внутри волну раздражения. Не сказать, что ему не было весело разыграть Дилюка, своей цели достичь удалось сполна. Зрелище было что надо. Но, что это было после? Мысли его спутались в один огромный клубок, который уже с трудом умещался в голове. По неведомым ему причинам, путешествие на Драконий хребет сильно повлияло на его эмоциональное состояние и отрицать этого он не мог. И почему-то вдруг капитан вспомнил себя маленьким. Когда Дилюк брал его в походы, по возвращению он также подолгу не мог заснуть. Тогда Рагнвиндр тихо пробирался в комнату отца, отыскивал наискучнейший по его мнению роман и возвращался в комнату Кэйи. Читал ему вслух. Но читал особенно: монотонно, без интонации, без пауз. И, как ни странно, каждый раз эта странная магия срабатывала: Кэйа спал спокойно и крепко, не видя кошмаров. Рыцарь бессознательно цеплялся за это прошлое, пренебрегая движением времени. Но сколько бы ты ни держался за память, удержать воспоминания в деталях не получится. Ведь воспоминания — город заброшенный и даже эта история вскоре забудется, сотрётся. И, если и не исчезнет полностью, то расплывётся и останется лишь один смутный, едва различимый силуэт. «С чего я вообще думаю об этом пустяке?» — стараясь прийти в себя и отогнать наваждение, Кэйа подошёл к окну. На улице мрачно шевелится осенняя темь, низкое небо налито мраком и дождем. Кажется, сама погода разделяла его чувства, но помочь не пыталась. Тяжело выдохнув, капитан решил выйти и подышать свежим воздухом. Ночной Мондштат всегда успешно успокаивает его сознание в минуты тревоги и растерянности. Именно в тёмное время улицы так комфортны без людей, без шума. Знакомые места меняются до неузнаваемости, всё преображается и приобретает непривычные очертания. Дождь стих. Кэйа вышел на улицу. И спустя некоторое время, сам до конца не осознавая каким образом, оказался у злополучной таверны. Присел за один из столиков на улице. Поблизости не было ни души. Взгляд капитана будто затуманился, стал более тусклым, но вскоре это прошло. Ощущение давящей тоски пробралось под кожу. Он попытался понять, что же это такое — то, что происходит с ним изо дня в день, и как к этому причастен занудный хозяин этого заведения. Олберич понял и понял наверняка: эта ночь стала для него откровением, а бессонница прояснила то, что он так сильно боялся признавать. Кэйа отчаянно желал видеть его. Видеть часто и, желательно, поближе с собой. Беззаботно отправляться вместе на опасные миссии, разговаривать по душам. Несмотря на то, что прошло уже много лет, у них разная работа и окружение, Кэйа скучал. И скучал сильно. Сегодня он наконец смог в полной мере позволить себе эту небольшую слабость.

***

В некомфортной полудреме рыцарь промаялся целую ночь и едва успел к началу рабочего дня, собравшись в беспорядке. Капитан зашёл в свой кабинет и сразу же заварил бодрящий напиток из ветряной астры. Выглянув в окно, он на миг позавидовал всем мирно спавшим безработным. Сел за рабочий стол и задумался. «После обязательно отосплюсь» Но сейчас нужно не витать в облаках, а решить насущный вопрос, а именно… — Кэйа, ты не выполнил моё поручение? — без стука в кабинет вихрем ворвалась Джинн, мощным рывком распахнув дверь. — Упс. — «Упс»? — следом за действующим магистром в проёме показалась Лиза. — Капитан и не смог разрешить ситуацию с цельномороженым мясом? Забавно, начинаю понимать, почему жители не привыкли доверять Ордо Фавониус. — Мне доложили, что ты решил пойти на задание сам, — игнорируя подругу, строго продолжила девушка. — С тобой что-то стряслось? Рыцарь молча пожал плечами. — Со мной? Ну, если вкратце, то все в порядке. Лишь общее переохлаждение организма, а вместе с этим множественные ушибы, ссадины и гематомы. Ничего серьёзного. — Каков герой, — ехидно подыграла библиотекарь. — Джинн, не хочешь наградить товарища медалью за тяжкий труд? — Лиза, прошу тебя, — девушка резким движением руки отмахнулась от подруги. Кэйа откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди. — Премии будет достаточно, я скромный рыцарь. Лиза захихикала. Однако магистр молча потёрла виски руками и выглядела крайне озадаченно. От её обычно спокойного вида не осталось и следа. И, считав обстановку, Олберич сразу понял одно: его точно ждут неприятности. Напряжение повисло и простыми шутками снять его больше не казалось возможным. — Прости, — признал он, глядя магистру в глаза. — Я действительно не справился. Многое произошло и я не успел. У меня нет достойных оправданий. — Кэйа, — командир замолчала, будто собираясь с силами. — В последнее время ты сам не свой и это всё чаще отражается на твоей работе. Олберич тяжело выдохнул и опустил взгляд. — Я понимаю. Наблюдавшая за всем этим со стороны библиотекарь задумалась. Неудобную атмосферу срочно нужно было как-то разрядить, напряженные ситуации заставляли её чувствовать себя крайне некомфортно. Пользуясь временной тишиной, Лиза более внимательно взглянула на Кэйю и сразу же приметила: его уставший взгляд, мешки под глазами, мятую одежду. И идея разрешения небольшого недопонимания возникла моментально. — Так, Джинн, а когда он в последний раз брал отпуск? — Отпуск? О чём… Только капитан хотел заявить о том, что никакой отдых ему вовсе не нужен, как его речь бесцеремонно прервали. — Ох, точно! — будто опомнившись, начала магистр. — В последнее время ты терпишь такие нагрузки, а я и не задумывалась, насколько это может быть тяжело, — голос девушки изменился, в один миг она почувствовала себя очень виноватой. Вот что особенно привлекало людей в ней: всегда заботилась о других больше, чем о себе. — Мне совершенно не… — Прости, я немедленно даю тебе двухнедельный отпуск, ты обязан восстановиться, — опомнилась и бодро повторила Джинн, игнорируя всяческие попытки Кэйи вставить слово. — Не стоит, правда. Заверяю, что подобного больше не повторится. — Нет, всё. Уже решено, — покачав головой, командир осталась непоколебимой. — С сегодняшнего дня я не рассчитываю видеть тебя здесь. — Джинн, постой. — Это приказ, — посчитав, что поступает верно, девушка не стала выслушивать уговоры и покинула кабинет. — Будешь должен, — подмигнув рыцарю, Лиза вышла вслед за подругой. «Было бы за что» Кэйа прикрыл глаза. Он надеялся, что хоть на работе сможет отвлечься от давящих на сознание мыслей. Да, пусть пришлось бы взвалить на себя кучу миссий за раз, но ему не привыкать. И разве итог не стоил бы того? Но теперь, надежда на побег от самого себя развеялась окончательно. «Сегодня однозначно не мой день» Рыцарь усмехнулся собственным мыслям. В любом случае, первый за всё время работы отпуск — событие, которое определённо стоило отметить. Да и слегка колющее чувство вины не давало полноценного покоя душе и проведать Дилюка стало необходимо. Подойдя к таверне, он было привычно шагнул к неприметной двери, но внезапно остановился. На двери висело объявление, которого точно не было раньше. Плакат был написан от руки, краски слегка растеклись от недавнего дождя. Но несмотря на это, капитан сразу узнал обладателя разборчивого почерка. На листовке по центру был изображен павлин и выше его изображения большими буквами «Кэйя Олберич». Текст внизу бумаги гласил: «Особо опасный преступник, не впускать». Награда же, предназначенная смельчаку, сумевшему поймать злодея и обезопасить таверну при этом не упоминалась. Кэйа громко рассмеялся и зашёл внутрь. Хозяин находился за барной стойкой, мешая очередные напитки. При приближении рыцаря, он с плохо скрытым раздражением взглянул на него. — Вот это месть, ты правда сумел меня удивить. Дилюк пожал плечами, протянул ему напиток и водрузил на стол бутылку. — Не месть, — выдохнув, он усмехнулся. — Я периодически считаю, что общество нужно обезопасить от тебя. И чем быстрее, тем лучше. — Как жестоко. Но знаешь, мне льстит, что ты потратил своё свободное время на это изображение. Пусть даже и написал меня в таком неприглядном виде, — Кэйа проглотил янтарную жидкость, словно воду, и вновь наполнил свой стакан. После расслабился, потирая виски. — В последнее время ты так часто появляешься здесь, что у меня создаётся впечатление, что ты безработный. — Ну, теперь можно и так сказать. — Неужели? — вопрос Дилюка прозвучал неожиданно резко. Рыцарь даже подумал, что за его жизнь искренне переживают, но быстро списал свои фантазии на алкоголь. — Меня отправили в отпуск на несколько недель, — он вновь улыбнулся. Довольной улыбкой. — Хм. Не помню, чтобы ты когда-то брал его намеренно. — Верно, меня заставили, — он усмехнулся и вдруг задумался. — А ты сегодня разговорчивей, чем обычно. Даже не пытаешься меня прогнать или съязвить. Рагнвиндр не ответил. — Могу ли я считать, что наше небольшое вчерашнее недопонимание замято? Хозяин таверны закатил глаза, вновь оставив рыцаря без ответа. На протяжении всего диалога, он вел себя странно и несколько отрешенно, заранее обдумывая каждое сказанное предложение. — И чем планируешь заниматься все время, неужто пить без продыху? — Нет, пока не было времени думать о планах. Кэйа задумчиво почесал кончик носа, с подозрением наблюдая за Дилюком. В нормальном состоянии он уже давно что-нибудь едкое сказал, хотя бы раз попытался прогнать и выпалить, что рыцарю здесь совершенно не рады. А тут даже старается поддержать диалог, лишь изредка отвлекаясь на других гостей. Видать, к дождю… Хотя небо вроде ясное, даже слишком. Атмосфера в заведении достигла апогея, и люди держали свои бокалы и энергично болтали. Капитан заказывал коктейль за коктейлем. Но, если раньше Дилюк постоянно останавливал рыцаря от перебора и категорично отказывал в сервисе, то сейчас на прежние действия будто не решался. Спустя всего час, Кэйа сильно опьянел. Стал рассказывать Рагнвиндру и посетителям небылицы без умолку, только разобрать его становилось всё труднее и труднее. Теперь алкоголь дал о себе знать в полной мере, и организм начал сдаваться: сначала Кэйа почувствовал ощутимую слабость в ногах, потом неведомая тяжесть добралась до живота, потом, словно дубиной переговоров, стукнуло по голове. Отсутствие ночного сна сказывалось ощутимо. Тело его стало горячим и тяжелым. Какое-то время он ещё мог различать подвыпивших завсегдатаев таверны и участвовать в дискуссиях. Но картина окружающего пространства незаметно тускнела, и капитан и оглянуться не успел, как его глаза окутала мягкая пелена тьмы. Ощущения притупились, хоть издали и доносились всё те же шумные звуки. — Тебе совсем плохо, — констатирует очевидный факт Дилюк. Кэйа резко открыл глаза и посмотрел на часы. — Чёрт, на сегодня мне точно хватит. Наверное, он выпил больше алкоголя, чем полагал: сделав попытку встать, ноги подвели капитана, он столкнулся со служанкой, при этом опрокинул пару напитков. И вдруг понял, что все за столами умолкли и глядят на него. — Стой, я помогу тебе дойти, — Рагнвиндр наблюдал за ним с мрачным, осуждающим видом. — Не хватало ещё, чтобы ты упал снаружи и украшал вход своим бренным телом. Пригласив к стойке второго работника, Дилюк тяжело выдохнул и подошёл к рыцарю. Нисколько не смутившись, наклонился к нему. Поддержал за руку и помог встать, не дав соскользнуть со стула на пол. Исчезновение двух никак не сказалось на обстановке таверны: часть посетителей рутинно перешептывались, с серьезным видом обсуждая проблемы личной жизни, другие же просто смотрели в пустоту. Кэйа шагал, придерживая у пояса тяжелый Меч Сокола, чтобы тот не бился о голень, шагал механически, периодически поглядывая на спутника. Спутник же поддерживал капитана под руку, помогая идти. Некоторое время рыцарь молчал, ничего не говорил, не делал. Он только покорно двигался вперед, направляемый рукой Дилюка. Лишь подмечал каких-то людей, что изредка заговаривали с ним, а Рагнвиндр останавливался ответить. Прохладный ветер освежал щеки и плечи. Устав телом и душой, Кэйа уныло позвал компаньона по имени. — Дилюк… Ответа не последовало, хотя, возможно он просто не расслышал. — Дилююк… — Что? — Почему ты не остановил меня? — этот вопрос интересовал Кэйю с того самого момента, как они покинули таверну. Он давно чувствовал, что Рагнвиндр постепенно менял свое отношение к нему, но все же какая-то часть его души по неведомой причине не желала, чтобы их общение выливалось в дружеское. — Ты должен был сам контролировать себя, я не записывался тебе в няньки, — хозяин таверны звучал как никогда строго. Однако, смысл сказанного казался комичным, учитывая то, как бережно он придерживал рыцаря. Тот же не обратил ни малейшего внимания на напускную холодность его тона. — Тогда можешь бросить меня прям здесь, не умру. Похоже, что сказанное застало Рагнвиндра врасплох. — Я тащу тебя уже больше половины пути, и если бы хотел бросить, то оставил у ближайшего к таверне куста. А теперь окажи мне услугу и не болтай попусту. — И как люди только терпят твоё занудство… Дилюк решил не тратить силы и время на ссоры из воздуха. А Кэйа умолк, считая, очевидно, что теперь сказал достаточно. И вновь погрузился в какие-то свои, по всему видать, не слишком ясные мысли.