Твоё имя?

Тепло… Очень тепло… Впервые Луз чувствовала тепло… Ей не было страшно… Ей не было больно… Луз находится в каком-то белом тумане… Перед ней стоит Эмити. Придя в себя, взгляд упал на девушку. Спохватившись, она подорвалась с места, чуть не упав, побежала в сторону зеленой макушки. Блайт, что странно, быстро забегает в еще более светлую комнату, даже не задерживая взгляд на девушке, и закрывает за собой темную, дубовую дверь. В смятении рассудка, Луз, чуть надавливая на ручку, открывает врата. Неожиданно кто-то схватил ее за волосы. Шатенка поворачивается и видит дядю Сашу… Луз хочет выкрикнуть хоть слово, но бессмысленно. Крика, как такового нет, лишь некий немой шепот мигом распластался по стенам белого помещения. Ничего не выйдет. Голос домениканки поставили на беззвучный. Снова дядя Саша снимает свои штаны… — Нет… Нет. Нет… Пожалуйста… Не надо… НЕТ! — задыхаясь, кричит девушка.

***

Проснуться в холодном поту явно дело не из самых приятных. Девушка старается отдышаться и понять где находится. Голова ходит кругом, взгляд фокусируется на месте где она все время лежала. Койка… Судя по обстановке и запаху — в больнице? Повернув голову налево, она увидела полюбившуюся зеленоволосую макушку. Котенок так крепко спала, словно этой ночью спасла человека от самоу… Так… Луз пытается приподняться, но сразу же чувствует жуткую боль в руке. Шатенка хмурит брови. Смотря на свою перебинтованную руку, она пытается вспомнить события ранее, но её мысли перебивает её подруга. — Луз…? ЛУЗ ТЫ ПРОСНУЛАСЬ! — девушка крепко обняла Луз, чуть не упав с койки и не потащив за собой другую. — Айайайай, не так резко пожалуйста, руку. больно. — промямлила Носеда, скривив лицо от поступившей боли, ей пришлось опереться, чтобы не ебнуться вниз. — Прости… Я так рада, что ты жива…— Блайт снова крепко прижала к себе Носеду. Луз же почувствовала приятное тепло на душе от объятий. Она уже и забыла что это такое, иметь друзей. От слов, что Эмити не наплевать на нее, на щеках девушки заиграл алый румянец. — Слушай… Хочешь переехать ко мне? Вдвоём и жить веселее и ты нормально заживешь. — услышав это, Луз чуть не умерла второй раз, только от шока, спущения, понимания и заботы. И все это для неё. Для неё… От неё…

***

На удивление, дома никого не было, видимо, ещё не отпустили из тюремной камеры. Оно и к лучшему, ведь Луз могла спокойно собрать вещи. Сложив все в чемодан, она зашла в ванную за предметами личной гигиены. Красный. Красивый цвет, не правда ли? Пролежавшая всю ночь кровь, давно засохла. Зайдя в комнату, в ноздри ударил несильный запах стали. Девушку сильно флешбекнуло, словно кто-то ударил лопатой по макушке. Вот ее позвала мама. Кухня. Дядя Саша. Началась агрессия. Девушка начала вытаскивать ящики и все содержимое без промедления летело на пол. После ванной, она перешла на ебаную кухню и начала сносить все там. Всё что было на столе падало на пол. Выпитая этой мразотой бутылка из-под водки тоже упала и разбилась вдребезги. Небольшой кусок стекла прилетел в ногу Луз. Первая алая капля медленно скатывалась по ноге шатенки, но девушка этого не заметила. Когда на полу был настоящий пиздец, девушка успокоилась, взяла свои вещи и навсегда покинула квартиру. Переступая знакомый порог, начиналась её новая жизнь. С ней. Уже с порога Эмити замечает кровь на ноге Луз, берет ее руку в свою и ведет в на кухню, сажая ту на стул и достаёт маленькую аптечку. — Ой да ладно тебе, небольшая царапина. — непринуждённо говорит пострадавшая. — И что, обработать то все равно надо. Эмити начала обрабатывать ногу Луз перекисью, Носеда начала болезненно стонать от неприятного ощущения. Зеленоволосая, начала несильно дуть на рану. Лицо Луз можно было перепутать с красным перцем. Когда Блайт закончила свои действия, Носеда облегчённо выдохнула и поблагодарила за помощь. Луз начала все чаще и чаще смотреть на Эмити, а когда они пересекались взглядами, то отворачивалась и краснела. Но почему. Уже неделя как Луз живёт в квартире Эмити. Она стала часто на неё смотреть, снимать, когда та спит и умиляться этому. Официально можно заявить, что Луз - дальняя родственница томатов! И тому есть доказательства. Например, когда она вошла в занятой туалет. Раньше Эмити жила одна и закрывать за собой дверь не было нужды. Но после этой ситуации, Эмити лишь улыбалась, а Луз извинялась сотню раз. Она не могла принять свои чувства к Эмити. Ранее ей не давалось любить девушек. Но из-за того, что все парни её отшивали, самооценка была ниже плинтуса. Она снова боялась быть брошенной. Оптимальным решением было посоветоваться с Уиллоу в школе. — Слушай… Тут такое дело… Я кажется влюбилась… — В кого!?— спрашивает Уиллоу с ошарашенным выражением лица. — В Эмити.. Лицо Уиллоу стало ещё больше ошарашенным, однако, уже через несколько секунд она смотрела на подругу с пониманием. — Ты ей об этом сказала? — Нет… Поэтому я и пришла… Спросить у тебя совета… Я боюсь, что я снова буду отшита, но мне больше не к кому идти кроме как к ней. Я ушла из дома навсегда. — Слушай, так нельзя. Лучше сказать сразу, ведь тебе и дальше будет больно, тем более, вдруг это взаимно. — поддержала подругу Уиллоу. — Да, ты права… Прямо сегодня и признаюсь. — настроено заявила Носеда. — Давай, я верю в тебя!

***

Цветы и конфеты всегда смягчают ситуацию! Если выбросить из головы моменты, когда они потрепанные, словно ими кого-то били по башке, лежат в мусорке... Она долго не могла выбрать какие ей подарить, потому что либо одни были уродливыми, либо ей не по карману. И вот спустя тридцать минут скитаний по магазину, она наконец-то выбрала жёлтые розы. Выйдя из магазина и выкурив одну сигарету "для храбрости" с полной уверенностью пошла домой. Репетировав свою речь, люди, проходящие мимо, смотрели на нее с недопониманием. Девушка несет цветы и конфеты? Кому? Ха-ха, неееет. Вот в наши времена, парни за девушками ухаживали, не то, что сейчас, беспредел! Луз что-то шепчя себе под нос подходила к подъезду, подняв глаза она увидела двух людей. Это была Эмити и парень из параллели. Они...целовались… Зрачки шатенки забегали, дыхание участилось, пульс бил как сам не свой, сознание и трезвое сердце кричали ей "Беги. Лучше уйди." Нервно хмыкнув, Луз развернулась. Уходя, все повторяя про себя слова — Дура, дура, дура, дура. Лучше бы ты сдохла. Луз Носеда выбросила букет с конфетами в мусорку, зайдя в ближайший магазин, купила алкоголь. После, следующая её цель была заброшка, на которой она провела несколько ночей. Раз глоток. Два глоток. Три глоток. Темноволосая включила музыку и начала пить из горла дешёвое вино. В наушниках на всю громкость играла песня «can you fell my heart» в это время девушка допивала бутылку вина. Ей хотелось кричать во все горло от отчаяния. Настал припев — can you feel? Can you feel my heart. — с этими словами, пустая бутылка полетела в стену, а Луз кричала во все горло. Луз пила редко, ей хватило целой бутылки, чтобы напиться в хлам. Было уже достаточно поздно, но Луз не шла домой, она шагала прямиком к Гусу. — Открывай… *Ик*… Гууууус… Открывай… — Еб твою мать, Луз?! Какого хрена??!! Ты пьяная в хлам! — И что? *ик* мы теперь не друзья? Зазвонил телефон. Домениканка даже ухом не повела. — Может ответишь? — волнующе спросил Гус. — Да нахуй надо. — выразилась Луз, после чего просто падает на землю спать. — ЕБАНЫЙ НАСОС. ЛУЗ?! Иногда, я жалею, что тогда открыл тебе дверь. Гус достал телефон из кармана девушки и ответил на звонок. Это была Эмити. — Луз?! — раздался голос из трубки. — Почти, Гус. Луз сейчас в хламину пьяная лежит, дрыхнет на земле. Проговорив адрес себе под нос несколько раз, Портер привёл девушку домой. Зайдя в комнату, он положил её на кровать Эмити. В это время проснулась Луз. — У тебя такая красивая комната… Слушай Гус, а ты мне друг или не друг? Гус даже не стал слушать дальше и молча ушёл домой, попрощавшись с Блайт. — Не уходи пожалуйста, я боюсь оставаться одна… — с некой мольбой в пьяном голосе, проговорила Носеда. Нервно выдохнув, Эмити легла рядом с Луз, та крепко обняла её за талию. Обе девушки заснули крепким сном.