my shape shifter

— Лиам, что происходит? Зачем мы бежим? — громыхая ботинками по асфальту и держа курс в сторону моего дома, кричала я на бегу. Лиам бежал рядом и чуть впереди, часто оглядываясь. Оглянется, помедлит и дальше бежит. Устав бежать, я остановилась и глазами, полными слез, посмотрела вокруг. В голове метались разные мысли. Я не знала, что делать, что говорить, нужно ли вообще что-то делать или говорить? Лиам мог просто посмеяться надо мной — Может вправду розыгрыш? Он тоже остановился и повернулся ко мне лицом, взгляд светлых глаз скользил за моей спиной и всесторонне оценивая. Я хотела обернуться, но Лиам не дал мне посмотреть, мягко коснувшись моих плеч своими ладонями. Я меньше всех понимаю, что происходит в этом городе, и это заставляет меня нервничать. В этом городе происходит слишком много странных вещей. Понимаю, что меня накрывает жгучая паника, но я стараюсь взять себя в руки и дышать спокойно. — Лел, беги, ладно? Не оглядывайся. Я потом всё расскажу, — Лиам говорил торопливо, время от времени робко запинаясь. Словно налетев ураганом, заглядывает в глаза, — Там очень плохие люди, они ищут меня. Беги, ладно? — Что расскажешь? —участливо спрашиваю я, мой осипший голос сорвался на фальцет, и прежде чем говорить, я откашлялась, — Лиам, куда бежать? Что происходит? Хочу задать ещё вопросы, но Лиам ладонями толкает вперёд; снова послышался шум. С той стороны улицы, откуда мы бежали. Пока ещё тихий, но вполне ясный. И усиливающийся. Но что Лиам сделал этим людям? Он казался мне милым парнем, и я почти была уверена, что он об этом знал прекрасно. Он мне запомнился как интересный, приятный парень, который мне нравился: атлетически сложенный с очаровательной улыбкой и ярко-голубыми глазами, а каштановые волосы вились на концах. По разговорам — Лиам Данбар был добрым, замечательным — что же происходит? Быстро, стараясь не оглядываться и не рассуждать, я добежала до ближайшего поворота и снова растерянно замерла на развилке. Почувствовав, что появилась отдышка и сжимающие ощущения в области сердца, я облокотилась на бетонную стену. Звенящая тишина в голове взорвалась потоком новых ощущений и сменилась резкой слабостью. Я тяжело дышала, пытаясь прийти в себя и осознать, что произошло. Органы чувств обострились до предела, я стала слышать, как мое собственное сердце колорит об грудную клетку и кровь шумит в ушах. Саднили рёбра. На лбу сильно выступила испарина. За спиной послышался рык, страх сковал мое тело. Рык похож на волчий — полный несдержанной злобы. Я хотела обернуться, удостовериться, что всё это — не больше чем фантазии, ни на чём не основанные страхи, но невозможно было заставить себя взглянуть на то, что происходило за спиной. Мои мысли перебил металлический лязг, грохот сапог, и я невольно вздрогнула. Я почувствовала ответственность, не захотев бросать Лиама тут — а в следущий миг я поняла — несмотря на странное поведение и поступки, лишённые логики, он мне нравился. Не могу сказать, что сильно, но что-то в его голубых глазах, в его точёном профиле всегда меня завораживало. То есть, он и раньше мне нравился, но сейчас я почувствовала радость, ликование. Я поспешила взять себя в руки, сказав уже совершенно спокойно, и как бы констатируя: «Я справлюсь, я не бросила заносчивого Теодора, разве я брошу Лиама?» Отогнать мрачные мысли с трудом, но получилось — в последний момент я схватила палку с земли, та была небольшой, но размахивать перед лицом странных незнакомых бандитов — сойдёт. На секунду почувствовав себя в ловушке, в буквальном смысле зажатой в углу, я заставила себя сделать шаг, смелый шаг: из любопытства вышла из углу и прислушалась. Я вгляделась в густые тени, и во мраке, совсем близко увидела желтые глаза и огромные острые клыки с влажностях отблесками слюны. Гладкая поверхность лица обросла шерстью. Это был Лиам. Передо мной было существо смелое, беззастенчивое. Волосы падали ему на глаза, лицо разбито в кровь, рубашка разорвана до пояса, на боку зияет пройденная дыра с коричневыми краями. Более того, я застыла в невозможной подвижности, казалось, само дыхание прервалось. Люди в масках надвинулись на него — они замахали руками, распространяя едкий дым. Клочья угольно-чёрного дыма обретали форму, наливаясь объемом и на ходу превращаясь в ещё одного уверенно человека в маске — шагающего с развивающимся плащом за спиной. Все они выглядят жутко, и, как и из оружие в руках — дым — внушал страх. Все они словно сошлись с обложки книг «Врачеватели страха» — пугающие люди в масках лениво поманили меня пальцами, призывая подойти ближе, но тело перестало слушаться — даже если бы захотела, я не смогла сейчас сделать и шага. Либо у меня галлюцинации, либо я в психиатрической больнице. Я протерла глаза. Того, что я видела, никак не могло быть в реальности. В эти секунды сердце билось где-то в районах пяток и совершенно в сумасшедшем ритме. Страх сдавил грудь липкими паучьими лапками, хоть мне и нужно было сохранить рассудок, понять, что стряслось. Один из оживлённых копий перехватился запястье Лиама, и резко дёрнул, одновременно сдвинувшись вбок и ударив Лиама ногой в живот. Я разрыдалась, дикий страх граничил со стыдливым сожалением; слезы сами гордом лились по щекам. Не от жалости к себе, а от безвыходности. Мне было страшно. Больше всего хотелось проснуться, вынырнуть, из дурацкого жуткого сна и понять, что ничего не произошло. Немедленно, сейчас же, просто оказаться как можно дальше от этого места, отмотать время назад. И понять, что все происходящее — кошмар. Секунду спустя упала на колени, глухо стукнув ногами об асфальт. Я притихла, всплеснула руками; хотела бежать, но ноги подкосились уже давно. Но вот Лиам обернулся почувствовав, что за ним наблюдают. Его жёлтые глаза мерцали и трудно было понять, что в них больше: желание подойти или заботы. Неужели воображение снова играет злую шутку? Жёлтые глаза пронизывали, будто спрашивали о чём-то. Закрыла лицо руками. Рядом раздавался шум драки, лязг оружия, топот стремительно бегущего человека. От неожиданности я на какое-то время убрала руки с глаз и прикрыла уши ладонями, с ужасом взирая на начавшееся побоище. Один из жутких людей издал страдных стон, от которого мурашки побежали по телу. Беззвучно открываю рот, но от страха не могу даже кричать. Разум понимает, что это всего лишь фантазия, поэтому допускает любую несуразность. Глубоко вздохнув, я стала медленно валиться на асфальт, просто обмякнув, как будто из меня выдернула какой-то стержень, который до этого держал меня в вертикальном положении. Стало чертовски холодно, мёрзли и немело тело — я громко всхлипывала, пряча лицо в ладонях. Мои глаза были закрыты. Вновь и вновь мысленно возвращаюсь к произошедшему событию, ища хоть какое-то объяснение. Это невозможно, невозможно. Слишком кошмарные события. — Лел, все закончилось! Лел, пожалуйста, встань, — я так погрузилась глубоко в страдания, что не заметила подошедшего парня. Тревожно дёргает за плечо, — Лел, скажи, что ты в порядке. — У меня галлюцинации, — я снова зажмурилась, твёрдо решив не открывать глаза, как бы любопытно мне не было. Снова громко всхлипываю, вздыхая глубоко и судорожно, размазывая слезы по щекам, — Мне сейчас такое виделось, я схожу с ума. Тео... он говорил, что видел похожее, но я думаю, он соврал. Я сумасшедшая. — Это не так, — чувствую, как Лиам приподнимает меня, бережно протирает ладонями по телу, стараясь согреть меня, — Слушай, это не так. Посмотри на меня, — его голос охрип и сипел, в нем звучали печальные нотки. Осторожно приоткрываю глаза. Он сидел передо мной на корточках, не выпуская мои руки; он смотрел задумчиво. Я стала запоминать каждую черточку его недовольно лица, такого хмурого, заботливого. — Ты не сумасшедшая. Я могу доказать, но тебе не понравится. Ты не сошла с ума, это всё было на самом деле, но Лел... поверь мне, ладно? Не пугайся, пожалуйста, — голубые глаза смотрели с такой надеждой, что я растерялась, — Это все происходит реально, слышишь? Если ты захочешь прекратить общение, то сделаешь это, ладно? Я просто хочу, чтобы ты не считала меня монстром. И поверила мне. Медленно киваю, словно своим мыслям. А затем наблюдаю, как сквозь его дёсны прорезаются тонкие клыки — два сверху и два снизу — они сходятся почти впритык. Голубой цвет глаз сменился на яркий, сверкающий желтый, время словно замедлилось, а звуки приглушались. Я неосознанно отодвинулась, стараясь не смотреть в его лицо. Он до сих пор держал мою руку. Прикосновение его пальцев помогало сосредоточиться и придать мыслям верное направление. — Ты...? — неуверенно начала я. — Оборотень. Несмотря на то, что я остаюсь в относительной безопасности, мне все равно страшно. Меня знатно потряхивало. Всю свою сознательную жизнь, я не верила в паранормальное. Тот, кто верит в сверхъестественное, идёт куда дальше: верят в конкретное объяснение, противолежащее науке, и блин продолжают верить, даже если в какой-то момент появляется более естественное объяснение. Оборотню, сидящему передо мной, объяснению нет. И после этого ты все еде отказываешься верить в сверхъестественное ? - спрашивает внутренний голос. Волк в лесу был далеко не галлюцинацией, как и события в библиотеке — все это было правдой. Постепенно созрело сознание: сверхъестественное существует. Раньше я даже зная, что некоторые вещи из сверхъестественного существуют, и если мне об этом кто-то начинал говорить, я подвергала слова к сомнению и критике. Так было сложно принять, словно поменялось мировоззрение. —Я не причиню вреда, ведь ты мой... друг, — он принял человеческий облик, — Это нормально бояться. Осторожно киваю. — Кто это был? — я посмотрела за его спину, кивая — на асфальте остались глубокие, тяжёлые следы с длинным прошаркиванием. Данбар вздохнул, настраиваясь рассказать, но я резко выставляю ладони вперёд, желая, чтобы он замолчал. — Я не готова, не сейчас. Я медленно поднялась с земли и стряхнула грязь с одежды. Рядом со мной так же отряхивал себя Лиам. — Между нами все остаётся как прежде? — неловко поинтересовался парень. Грязная челка превратились в блестящую гладкую волну, льнущую к нежному, слегка к взволнованному лицу. — В смысле? — Если ты не хочешь знать меня, то... — Все в порядке, все как прежде. Подумаешь, мой друг оборотень, — напряжённо засмеялась я над не смешной шуткой, — Все правда хорошо. Это было не так — далеко не так. До моего дома мы дошли в молчании — мне сложно было всё переосмыслить. Я надеялась, что горячий душ поможет мне расслабиться — напрасно, только сильнее заболела голова. Для меня это был стресс необычайный, до такой степени, что эти ощущения даже словами невозможно описать. Жаль, что мой собственный страх не может исчезнуть, словно рассеявшись в воздухе. Я боялась города, боялась, что будет дальше — что, если кроме оборотней существует кто-то ещё? Спать не хотелось, да и не уснула бы все равно, слишком большой объём информации подсознательно продолжал обрабатываться в голове. Я закрыла все окна и форточки, проверила каждую щелочку, и только потом позволила включить свет в комнатах. Я ещё помедлила, а потом взяла книгу в руки. Я водила пальцем по корешку, испытывая непонятные чувства перед древней книгой. Мифология. Неуверенно открыла, и стала медленно, находясь в сомнениях, перелистывать. Нагвали. Вампиры. Банши. Застываю, не в силах просто поверить в это. Я ошибалась, не веря в сверхъестественное, почти все ошибались. Я так и не легла спать: провела ночь, сосредоточенно изучая старые страницы книги. Со стороны всё это казалось фантазией, ничем больше. Как же такое могло быть возможно? Резким движением села на кровати, на секунду закрыв лицо руками, и резко выдохнула — привычный ритуал. Это помогало. Я не хотела говорить с дядей, поэтому как можно рано ушла в школу. С утра лил сильный дождь, вокруг липкая и жидкая грязь. Пару раз я случайно наступила в лужу, и правый кроссовок наполнился грязной водой. Не самый приятный день. За несколько мгновений одежда промокла насквозь, и словно нарочно, чтобы добить меня, подул холодный ветер. Оледеневшая я зашла в школу. Трясясь от холода и стараясь согреться, обхватив себя руками, дошла до раздевалки. Аккуратно развесила одежду на батарею, оставаясь в белье. Сейчас было только семь утра — Может и хорошо, что ушла пораньше. Ты игнорируешь меня? Тео. Я совсем про него забыла, в связи со вчерашними событиями; постукивая по дисплею, набираю краткий ответ. Нет, были дела. Облокотившись на стену, начинаю ждать ответ. Этот город странно меняет мою жизнь, и я ужасно боюсь следующего дня.