Последняя надежда мира. Начало.

Ночь накрыла своим темным одеялом королевство Мильтрам. Лишь звезды освещали старую резиденцию в которой обитал Авгур - капитан десятого отряда рыцарской гвардии. Имение было под стать хозяину. Двухэтажное здание из лунного камня. Замок в ночи отдавал голубоватым светом и освещал близлежащую местность. На втором этаже красовался открытый балкон, с видом на лесной массив и искусственно созданный пруд. Пятьсот бравых, начинающих рекрутов, было призвано для того, чтобы вырыть этот водоем. Ко всему прочему, около полусотни магов было нанято, чтобы осуществить прихоть капитана, наполнить его водой, при помощи энергии созидания. Работа, как говорится, стоила своих усилий. Даже у короля, пруд вызывал поистине детский восторг и белую зависть. В помещении жили слуги, которые занимались благоустройством и уходом за резиденцией, а также заботились о ее обитателях. Охраной служил небольшой эскорт элиты рыцарей-магиков в подчинении капитана. Ну и конечно, сам Авгур и его семья. Жена - Фелиста и дочь - Канна. Авгур очень ценил уединение и в целом был мрачным человеком в последние годы. За время службы, повидал многое и в основном - это были ужасные воспоминания. На счету капитана десятого отряда было немало военных действий. На одной из подобных заварушек, его лучший друг был убит тем, кого сам же спас от неминуемой гибели. А тот, не зная чести, воткнул неизвестно откуда взявшийся клинок в шею, снизу-вверх, проткнув все на своем пути. Так глубоко, что аж лезвие торчало из макушки головы. Видя это, в Авгуре вскипела небывалая ярость, и он разрубил пополам человека, который так низко расправился с его товарищем. А тот, до момента пока меч коснулся тела, смеялся как псих, поливаемый кровью своего врага. Это было одно из самых ярких воспоминаний о сражениях давних лет. Войны были не только с теми, кто мешал покою и спокойствию граждан, имели место и внутренние. Авгур застал и такую. В сражениях на мечах у него не было страха. Если ты слаб, то проиграешь. Вот и все. Но, когда схлестываешься с другими рыцарями-магиками, понимаешь весь ужас, скрывающийся в магии. Все способности так индивидуальны и необычны, что не знаешь от кого ожидать угрозы. К тому же, есть те, кто прячут часть своих умений. То, что скрыто, было так опасно, что магики после тех войн, устроили полную переоценку способностей с занесением их в общий реестр. В запретный список входила магия, влияющая на сознание других людей против их воли. Так же особо опасные физические. Если же, конечно, это не было угодно для важных боевых задач. Нарушителя обычно ждала магическая клетка, иногда же смерть, в зависимости от тяжести преступления. Из воспоминания Авгура, случай произошедший с ним лично: Один рыцарь, который на тот момент уже был одним из приближенных капитана, подумал, что его ущемили в жаловании и в целом не ценят его умений, как воина. Оскорбленный до глубины души, он ворвался в покои тогда еще капитана, и не желая ничего слушать, в мгновении ока взорвал его изнутри своими умениями. В обычной ситуации, конечно, у него ничего бы не вышло. Магически защищенная броня, амулеты и магические щиты... Но никто не ожидал такого поступка и не знал о его скрытой способности. Все что осталось от капитана - это кровавая лужа и ошметки на стенах. Рыцарь был пойман и казнен. После того случая, было еще несколько инцидентов. Ни один проверяющий не знал, были ли это совпадения или намеренные покушения третьих лиц. Однако были огромные подозрения, которые доказать никак не смогли. Впоследствии, принята обязательная аттестация, которая проводилась кем-либо из капитанов. Все же это не избавляло от случаев взяток или же просто избегания подобных процедур. Сокрытие принадлежности к магии, все равно оставалось большой проблемой. Все эти события в целом, сделали Авгура таким, какой он есть: бесчувственным, холодным, расчетливым. Это не делало его плохим человеком, просто сложным. Семья не могла этого не заметить и со временем тоже начала к нему соответствующе относится. Вместе они собирались редко, в основном за ужином. Трапезы проходили молча. Изредка глава семейства объявлял о каких-то событиях, будь то официальные встречи, которые будут состояться в резиденции или же о важных известиях, касающихся королевства. Семейные посиделки и разговоры вне ужина, возникали не часто. Авгур был целиком в работе. Покидал свой дом крайне редко. Ему посчастливилось найти на аттестации, около трех лет назад, человека с уникальной способностью, которая помогла ему решить проблемы с коммуникацией. Направляя энергию на область, парень мог передавать изображение и голос определенного человека или группы лиц, если те находились в одном помещении или ограниченной области. Все это воспроизводилось очень качественно и в мельчайших деталях. Такие умения его подручного, позволяли экономить очень много времени и сосредотачиваться на нескольких задачах сразу. Он отправил его в отряд Теней, под свое командование. Звать его - Дариан. Парень не задавал много вопросов, да и сам не болтал, поэтому был особо ценен на своем посту. Другие члены отряда сначала не воспринимали Дариана в серьез, но вскоре ни у кого не осталось сомнений в его исключительности. Какое-то время его существование вообще считалось шуткой, ведь парня попросту никто не видел и не слышал. В ту ночь, при помощи своей Тени, Авгур должен был провести официальную встречу со своими подчиненными, которые проявили так необходимую сейчас инициативу, в решении возникших на границе проблем. Такое рвение, было крайне редким явлением в нынешние времена. Рыцари-магики сейчас, не то, что раньше. Возможно, капитан мог показаться ворчливым стариком, коим сейчас и являлся, но был прав. Пока не поступит прямого приказа, они даже лишний раз не пошевелиться. Это, конечно, отчасти даже и правильно, но Авгур хотел иметь подле себя не только безвольные инструменты, но и тех, кто думает своей головой. В ком есть: рыцарский дух, честь и доблесть. Кто-то же должен занять его место, когда он пойдет на покой. В королевстве было полно проблем, которые требовали его внимания. Авгур был доверенным лицом короля, который занимая пост управителя своего города. Но помимо своих обязанностей, помогал в расследованиях и устранениях угроз в других важных пунктах. В последнее время на его голову навалилось так много задач, что ему просто была необходима помощь со стороны. Ребята двинулись в Малис для разведки и успешно справились со своим заданием. Им помог какой-то сомнительный парень, по имени Гин. Вывели потаенную угрозу, появившуюся на границе, которую сложнее всего узреть и предотвратить. Ведь все основные силы сейчас находятся ближе к самому королевству. Чем больше оно останется не тронутым, тем большей волной накроют последствия. Со дня на день, после оповещения ребят, Авгур должен был отправить подкрепление. Пока что, средний отряд. Сил должно было хватить за глаза. О чем он и хотел сообщить через Дариана, однако задуманному не суждено было сбыться. Накануне встречи, вечером, таинственный человек, каким-то образом миновавший охрану, проник в резиденцию. Как позже выяснилось, при помощи особого снадобья усыпил рыцарей, которые были в карауле. Было неизвестно как, ведь на посту были бывалые воины, но факт остается фактом. Авгур сидел в своем кресле, накаченный до отказа, зельями подавления. Человек с таким тяжелым характером и железной волей, сидел в кресле со стеклянным взглядом, которым он смотрел в пустоту и пускал слюни, как умалишенный. Где-то далеко, у себя в сознании, капитан боролся. Прилагал все усилия, но безуспешно. Эликсир был сильнее. Человек в черном капюшоне находился сзади, в тени, и перебирая в пальцах пустые склянки из-под зелий. Когда Дариан начал передачу изображения, фигура в темном плаще подняла руку и начала подавлять волю Авгура до конца, превращая его в податливую марионетку. Управлять телом и голосом капитана сейчас было легко. Заставил произнести давно заготовленную речь. Как же было приятно наблюдать за тем, как кривятся физиономии его назойливых неприятелей, когда они услышали, что никакого подкрепления им не светит. Авгур бился в истерике, в глубине своего сознания, но его тут же затыкали силой. «Сиди смирно... - шептал голос в его голове». Судя по мелодичным нотам – голос был женский. «Или тебе будет еще больнее. - злорадно продолжала она. - Я раздавлю тебя... Я раздавлю тебя, как личность». Как только связь с рыцарями оборвалась, женщина облегченно вздохнула и отпустила контроль. - Отлично... Какое-то время, тот край вновь будет без присмотра. А с этими рыцарскими шавками, можно будет разобраться после. Ладно... Засиделась я тут с тобой, доблестный капитан рыцарей. - с самодовольным ехидством произнесла она. - Пока контролировала твою старую головушку, видела твои кошмары и страхи, - издалека начала она. - Очень грустно погиб твой самый близкий товарищ... Как бы мне воплотить твои старые кошмары в жизнь... - растягивала она свои слова, словно наслаждаясь процессом. - О, точно, придумала... Подожди немного, я же знаю, что ты меня слышишь. Жди. Женщина в черном плаще растворилась в дверном проеме его кабинета. Через несколько минут дверь медленно начала отворятся, но на пороге была уже не она. При входе стояла Канна. В её руках был маленький кинжал. Она была одета в пижаму. Девушка шла босыми ногами, медленно, слегка пошатываясь. Глаза у нее были стеклянными. Авгур постепенно приходил в сознание, эликсиры потихоньку слабели, но он по-прежнему не мог шевелиться. Несмотря на природную силу и быстрое восстановление нейтрализовать то, чем его опоили было невозможно. Спустя время, мог лишь видеть перед собой и невнятно, тихо что-то говорить. Канна подошла ближе. На ней была дурацкая, нечеловеческая улыбка. - Папоооооочка, а чего ты такой грустный? - начала говорить она. - Ты не рад, что я пришла? Я ведь люблю тебя, папочка! Чего же ты молчишь…? Из глаз капитана начали течь слезы. Слезы бессилия и разочарования. -Какая же ты мерзкая сука, - думал про себя он. – Сама не захотела, значит, пачкать руки...» - О, да-а-а… - послышался голос изо рта Канны, но не принадлежавший ей. - Какие же это прекрасные эмоции... еще... еще, как же хотелось бы видеть их снова и снова... А-а-а... К Авгуру уже постепенно возвращались силы. Женщина во тьме заметила это и направила сильный импульс энергии в Канну. - Прощай, любимый папочка... Девушка подошла вплотную и медленно воткнула клинок через горло вверх. Из глаз у нее полились слезы. Хоть и под чарами, но настолько противоестественные действия вызывали такие сильные эмоции, что никакой контроль не мог их подавить. Авгур же, истекая кровью, опустил голову. Свет его глаз поблек. Она же упала без чувств, подле ног убитого отца. Девушка еще какое-то время смотрела на это зрелище и, убедившись в смерти капитана рыцарского отряда, поспешила скрыться. Наутро, пришедшие в дееспособное состояние рыцари, обнаружили мертвого капитана и его дочь. Канна не смогла ничего доказать и предоставить какие-либо доказательства в свою защиту. Рыцари хорошо относились к дочке капитана, но простить ей этого не могли. Сквозь слезы один из ответственных за охрану сказал: - Мы не придадим тебя смерти. Это слишком слабая мера за то, что ты сделала. Ты будешь вечно сидеть в темнице этой резиденции и думать над тем, как сильно ты ошиблась. Канна приняла это наказание молча, склонив голову. Дариан заночевал в таверне, близ Приграничного леса. Решил отправиться в путь рано утром. Обычно, через день или два, к нему поступают новые распоряжения от Авгура, в которых указываются новые маршруты, для встреч и секретных донесений. Парень никогда не знал, куда его направят после, поэтому инстинктивно, медленно направлялся ближе к центру королевства, чтобы сэкономить время пути для следующей поездки. Снарядил лошадь и по привычке накинул на голову капюшон. Необходимости в нем не было, но из-за выжженного шрама на голове, чувствовал себя, как не в своей тарелке. Поэтому предпочитал скрывать его от любопытных глаз. Дариан двигался в спокойном темпе, пока не почувствовал подозрительное присутствие. Спустя еще некоторое время, чутье Тени, которую ни раз за всю жизнь преследовали, подсказало, что это не скверное воображение и не паранойя. За ним был хвост. Люди, которые преследовали его, скакали не по главной дороге, как он, а объезжали по склону сверху. Парень слышал цокот копыт сзади, сбоку и даже спереди. «Хотят окружить, пленить без боя, очень самонадеянно, - подумал Дариан. - Ну что ж, не получилось». Приготовившись, резко ударил поводьями и стукнул каблуками по бокам лошади. Та взвизгнула и быстро помчала вперед. Такой маневр моментально разорвал так долго выстраиваемое преследователями окружение. Он вырвался вперед, чем застал их врасплох. Головой Дариан понимал, что это ненадолго. Хоть его скакун и отдохнул этой ночью, до того преодолел слишком большое расстояние. Еще немного и Тень загонит лошадь. В свою очередь, транспорт преследователей, явно несильно напрягался и не испытывали сильных перегрузок. Когда его конь выдохнется, плен не заставит себя ждать. Парень мчал до поворота основной дороги и вместо того, чтобы повернуть, ринулся в поле. Дариан хотел запутать преследователей, оторваться. В такой суматохе у него возник план, и он был намерен рискнуть. Преследователи, увидев, как парень дал деру, сначала смутились. Ведь задержание почти было осуществлено. Они двигались за ним от самой таверны, хотели отвести, как можно дальше, чтобы не появилось внезапной подмоги. Все складывалось очень удачно. И тут, в последний момент, решил сорваться с крючка. Конница немного опешила, но быстро пришла в себя. - Взять его живым, ясно?! - крикнул капитан. - Есть! - хором прозвучало со всех сторон. Когда лошадь выскочила с главной дороги, командир хмыкнул. «Ты хочешь поиграть в салочки на нашей земле? Ну-ну». Меньше всего хотелось заниматься бессмысленной погоней, сейчас, когда по Малису, впервые за долгое время, шуршат рыцари-магики, но этого человека приказали поймать живым. Еще одну ошибку им вряд ли простят. Еще какое-то время скакали за ним, постепенно сокращая расстояние. Тень петлял, пытался сбить их со следа, но все было безуспешно. «Еще немного и он ошибется... - думал про себя командир отряда». На несколько секунд лошадь скрылась с глаз, а после, неестественно взвизгнув, помчала быстрее. Никто из преследователей не придал этому значения. Командир отряда жестом приказал ускориться, дабы не упустить чудом обретшего силы скакуна. Погоня продлилась не долго, после чего произошло то, чего никто из конницы не мог даже предположить. Фигура в плаще растаяла в воздухе, осталась лишь лошадь, которая, не сбавляя темпа, бежала дальше. - Фокусник хренов! - стиснув зубы, и сильно натянув на себя поводья, выругался капитан. - Провалится мне на месте, второго утырка уже упускаем! - сгоряча сплюнул вниз. - Какими же тупыми выродками надо быть! - окинул всех разозленным взглядом, но понимал, что они тут не при чем - это его вина. Мужчина осмотрелся, кружа на своей лошади. В поле не было ни души. Лишь ветер поглаживал траву и ветви ближайших деревьев. Солнце уже поднялось слишком высоко и сильно пекло, без того разгоряченную голову капитана. - В бездну этого шарлатана. Без лошади он далеко не уйдет. Оставляем часть группы в надзор за округой. Остальные на базу. Нечего внимания привлекать. По коням! - стукнул свою лошадь ногами в бока и двинул в обратном направлении. Дариан паниковал. Парень плохо знал здешние места, в отличие от этих подозрительных личностей. Медленно, но верно, догоняли. Чувствовал, как холодная рука смерти сжимается на горле. У него был план, но боялся не успеть его вовремя реализовать. Тень искал подходящее место. Петлял туда-сюда. И, о чудо, нашел, увидел. Осталось лишь не облажаться. Была всего лишь одна попытка. Дариан завернул за деревья, появился небольшой промежуток времени, когда смог скрылся с глаз разбойников. Не колеблясь, прыгнул в ближайший кустарник. Как только оказался на земле, не обращая внимания на боль, направил энергию на свое седло. На месте, где только что не было всадника, образовался фантом, копия, словно брат близнец. Преследователи не заметили подмены и продолжали погоню, а он, ни на секунду не расслабляясь, посылал энергию, поддерживая стабильное состояние своего двойника. Дариан медленно, так, чтобы его никто не увидел и не услышал, сменил кусты, в которые приземлился. Сделал это для перестраховки, вдруг, они начали бы прочесывать местность. Как только лошадь почти скрылась с глаз, отпустил руки и перестал слать энергию. Фантом растаял в воздухе. Он услышал ругательства и яростное негодование разбойников. На его лице появилась гаденькая улыбка, счастливая и самодовольная. На такую убедительную иллюзию ему потребовалось потратить приличное количество сил. Парень залез, как можно дальше в кусты. При помощи магии он сокрыл свое присутствие, чтобы если вдруг в отряде преследователей были сенсоры, они его не распознали и не нашли. На остатки сил, создал дополнительную устойчивую иллюзию преграды, которая не даст им увидеть его сквозь растения. Использовав последние чары, рухнул без сил и потерял сознание, Гин трудился у тётушки Мии в подмастерьях уже больше четверти периода Поувэя. За то время, он улучшил свои знания в областях: противоядий, тонизирующих и усиливающих эликсирах, ядов и обычных повседневных лекарств. Знания впитывал так жадно, что старушку это иногда даже пугало. Когда был сосредоточен на процессе изучения, на его лице, словно отсутствовали какие-либо эмоции. Было ощущение, что юноша не учил новый материл, а вспоминал давно забытый. Как-то одним из этих дней старушка подошла к Гину. - Тебе бы отдохнуть, Гин. - с беспокойством начала она. - Ты не спишь, не ешь - это ненормально. Тебе нужен отдых! Парень был очень сосредоточен. Около семи дней назад, к ним привели мальчика, по имени Шон. Он кашлял кровью и был очень слаб. Старушка Мия сказала ему очень неутешительные прогнозы. Эта болезнь была магического типа, к которой у нее не было таланта. Да и даже если бы и был, хворь мало изучена. Даже опытный маг-лекарь, едва ли сказал бы, что с ребенком не так. Единственное, что она точно могла сказать было то, что мальчику осталось не более года, судя по его жизненным показателям. Как бы Гин досконально не проштудировал писания старушки, ему не попадалось ничего, что могло бы в действительности помочь Шону. Мог лишь утолять боль своими лекарствами. Вечером, в свободное от работы время, сделал приличный запас пилюль для своего юного пациента. В очередной раз, когда мальчик пришел за лекарствами, юноша присел перед ним на корточки и сказал: - Я обязательно найду решение. Ты точно выберешься, сможешь это пережить. Шон лишь грустно улыбнулся. Он хотел верить в его слова, но ему было так тяжело и больно, что сама надежда не могла проникнуть в него через этот блок. - Спасибо, дядя Гин... Если у вас это получится... Я... Я буду очень счастлив. - Улыбнулся, как можно более правдоподобно, взял сверток и двинулся к выходу. Гин чувствовал нечто странное, загадочное, будто бы мальчик что-то скрывал. И это что-то было очень важно и могло быть причастно к этой болезни. Но ребенок ничего бы не сказал. Никому. Быть может, ему показалось, просто его больное воображение. Ведь парень думал, что выход есть всегда и ответ тоже, несомненно, должен быть. Но, возможно, это был не тот случай. Старушка Мия подошла к нему сзади, положила руку на плече, прерывая его мысли. - Не стоит обещать того, что не сможешь сделать, Гин. Если бы он действительно поверил в твои слова, то его ожидания были бы более мучительны. А после, если ты бы не сдержал своего слова, возможно, даже проклинал тебя и винил в своих бедах. Едва ли ему стукнет четырнадцать, и он отправится к предкам. Жаль его, конечно, но так сложились обстоятельства. Тебе повезло, что несмотря на возраст, он не наивный мальчуган. Может быть виной тому его хворь. Сам нутром понимает, что обречен и старается держаться по-взрослому... достойно. Но он был рад твоему не безразличию. - Дети не должны так рано умирать. - Гин сжал свой кулак так, что костяшки пальцев побелели. - Вообще никто не должен умирать, не дожив до седой старости. Я клянусь, что найду решение и спасу его. - Возможно, это и есть вся жизнь и больше ему просто не отложено. - пожала плечами старушка. - Хоть и короткая, может, он уже сделал то, что должен был. - Чепуха. Не верю в это. - Что ты имеешь против судьбы Гин? Судьба позволила тебе жить, будь благодарен. А ты еще и огрызаться пытаешься. - Мы сами творцы своей судьбы. Стало быть, - в его глазах появился еще больший огонь надежды. - Я послан судьбой, чтобы Шон познал долгую и счастливую жизнь, увидел своих детей или даже внуков. Старушка улыбнулась, погладила парня по плечу и молча ушла. Одним утром Гин проснулся из-за какой-то возни на улице. Парень по-прежнему жил на первом этаже, рядом с окном. Поэтому ранние пациенты доставались обычно ему. На улице еще было прохладно. Роса медленно скатывалась по траве. Едва поднявшееся солнце, отражалось в её каплях и радужно переливалось. Этот запах ни с чем нельзя было перепутать, запах свежего утра. Ранние пташки ворковали друг с другом, наслаждаясь последними днями Поувэя, но не их щебет разбудил его. Тот шум, из-за которого юноша проснулся, был цокот и ржание приближающейся к лечебнице лошади. Кобылу вела за узду незнакомая ему девушка. На вид ей было около тридцати, не более. Светло русые волосы, едва доходившие до линии груди, беспорядочно развивались от порывистого ветра. Выразительные темно зеленые глаза, которые оглядывались по сторонам, наслаждаясь ранним, утренним пейзажем. Приближалась все ближе, двигаясь в его сторону. Подошла настолько близко, что можно было рассмотреть ее уже более детально. Барышня была очень красивой. Маленький аккуратный нос. Слегка пухловатые губы, которые чуть изогнулись в приветливой улыбке, когда увидела, наблюдавшего за ней парня. На щеках красовался легкий румянец, появившийся из-за прохладного утра. Выглядела девушка слегка уставшей. Видимо путь был не близким. Одета была под стать своим глазам. Длинное зеленое платье, возле груди которого было кружевное декольте. Походные черные сапоги без каблука. На плечах была черная утепленная накидка. Девушка медленно подошла ко входу в лечебницу. - Приветствую. - уставшим и сонным, но очень добродушным голосом сказала она. Весело улыбнулась, приподняла подол платья и поклонилась. - Здравствуй. - Гин тоже улыбнулся ей в ответ. - Что-то я не припомню среди местных твоего лица. Что тут делаешь? Не заболел ли часом? - она нахмурилась, что придало ее лицу еще более усталое выражение. - Так уж вышло, что с недавнего времени я обитаю тут. - пожав плечами, юноша обвел руками территорию лечебницы. - О как. - удивилась девушка. - И чем же ты тут занимаешься? Не припомню, чтобы Мия держала нахлебников, занималась благотворительностью и заселяла к себе в лечебницу из чувства гостеприимства. - Ну... - это долгая история... О событиях, связанных с разбойниками, он решил умолчать. - Но теперь я помогаю тетушке Мие вместо ее помощницы, которая ненадолго уехала. - Быстро же мне нашли замену. Она изобразила, до глубины души обиженную и оскорбленную леди. Уж слишком наигранно сложив руки на груди. - Только за порог, а уже никому не нужна. - продолжила устраивать она представление. Гин улыбался, видел, что она ничуть не расстроена и наслаждался ее игрой. После похлопал в ладоши, оценивая прекрасное исполнение. - Весело тебе, да? - аерестав изображать недовольство, она вновь улыбнулась. - Как тебя звать-то? Или можно уже просто, «господин лекарь»? Девушка слегка рассмеялась и ожидала ответа. - Вообще-то, прежде чем спрашивать чужое имя, неплохо было бы представиться самой. - юноша посмотрел своими туманно-серыми глазами, в ее хитрющие зеленые. - Можешь называть меня «господином лекарем», если тебе так больше нравится. - парень передразнил ее издевательский тон. - А можешь просто - Гин. - Альби меня звать. Прошу прощения за мою невоспитанность, впредь такого больше не повторится. Она натянуто изобразила чувство такта, вновь приподнимая подол платья и кланяясь. - И правда, где же были мои манеры... - Ваши извинения приняты, госпожа Альби. - съязвил Гин. - Какой же ты всё-таки вредный... Она повела лошадь в загон возле лечебницы. А когда она почти скрылась за поворотом, по-детски показала ему язык. «Вроде взрослая женщина... - подумал про себя Гин». Привязала свою кобылу к стойке, навалила свежего сена и налила воды. Провела по загривку и хлопнула по бедру лошади на прощание. Девушка вышла из загона и подошла к двери в лечебницу. - Дом... Милый дом. - прошептала она, войдя в дверь. Прошла вдоль коек, к столику, за которым принимали пищу пациенты лечебницы. На данный момент, пока первый этаж был свободен, Гин пользовался им, как личным рабочим местом. У него не было отдельной комнаты, как у тетушки Мии и ее помощницы, поэтому приходилось довольствоваться тем, что есть. Этаж был свободен и так как ночевал тут один, перебрался с той койки, где за ним ухаживали, на ту, что была дальше от двери и огородил ее шторой. Стол стоял напротив окна. Сейчас его освещал солнечный свет. Альби широко распахнула окна и глубоко вдохнула свежий воздух, проникающий в комнату. Затем, приземлилась за столик. Гин опустился напротив. Старушка Мия еще не проснулась или же делала вид, что не проснулась. До обхода было еще какое-то время, поэтому если бы не внезапный гость, юноше было бы скучно. А так как человек это был новый, вызывал сильное любопытство. Внешность и манеры поведения Альби, были для него необычны и нетипичны, добавляя определенный шарм к ее персоне. Хоть ему казалось, что ей около тридцати, она обладала юным задором. Нельзя, конечно, судить по первому впечатлению, но для него сейчас была таковой. - Как провела путешествие? - решил прервать тишину Гин. - Тетушка говорила, что ты поехала к родителям? При упоминании родных, девушка вздрогнула. В ее глазах читалось недоумение, но случайно испытанная эмоция быстро сменилась обычным взглядом. - Родители... да, навестила своих предков. Очень скучали по мне. Не могу же я вечно скрываться от их чуткой любви, за научными работами и сборами трав. – усмехнулась она. - Повидала пару мест... Встретилась со знакомыми, да и двинулась обратно. Не могу же я так надолго оставить Мию... А она вот раз! И нашла мне замену. - девушка снова надула губки. - Не переживай, тебя я точно не смогу заменить. Старушка часто говорила о тебе и приводила в пример. Гин хотел задобрить Альби, поэтому нехотя соврал. На самом же деле, старушка Мия почему-то вообще не говорила про свою ученицу. Лишь пару упоминаний. Но... Ей об этом знать не стоит. Девушка не слушала его. Взгляд был направлен на дневник, что лежал рядом. Она бесцеремонно притянула его к себе и внимательно уставилась. Гин это заметил и вытянул книжку из ее рук. - Хэй! - возмутилась было она. - Ты чего? - Не прилично лезть в чужие вещи без разрешения. Ты же сказала, будешь следовать манерам. - искоса посмотрел на девушку юноша. - Какой же ты жадина и зануда... - цыкнула она. - Что это за дневник? Я мельком увидела знакомые травы и формулы. - Это мои наблюдения и выписки по работам тетушки Мии. - решил честно ответить он. Альби округлила глаза от удивления. - Ну да... А что такое? - вопросительно посмотрел на недоуменное лицо. - Мне нечем было заняться. Она позволила мне прочитать. Девушка недовольно поморщилась. На ее, поначалу казавшемся добром лице, стали появляться какие-то отталкивающие черты, но она быстро вернула самообладание. - Мне Мия не давала читать своих работ. Учила по другим книгам. Говорила, что этот том мне не нужен, что сама должна во всем разобраться. - Ну, может - это было действительно правильное решение? Тётушка Мия посчитала, что знания, которые ты получишь сама, будут эффективнее и глубже. - предположил, пожав плечами юноша. - Возможно, ты прав. - немного подумав, ответила она. - Интересно, чему же ты научился, пока меня не было? И не давала ли тебе Мия каких-либо моих книг? Когда Альби задавала последний вопрос, была чуть встревожена. - Немного того, немного сего... - уклончиво ответил Гин. Если подумать, выучил практически все, что ему дали... - А на счет твоих работ... Нет, тетушка не давала мне твоих работ, прости. - Ну что ты. - она облегченно выдохнула. - Все в порядке. На то это и мои работы. Незачем посторонним на них смотреть. Девушка вызывала у Гина большой интерес. Поэтому ему было любопытно послушать про нее саму, нежели говорить о себе. Парень пристально смотрел на нее, не отводя глаз. На улице не обратил внимания, но здесь, в закрытом помещении, ветер потянувший воздух из окна, донес до него ее прекрасный аромат. С противоположным полом, с точки зрения любви и привязанности он не был знаком. В деревне это были больше семейные отношения. Сейчас же, он чувствовал себя по-другому, но смог устоять перед этим. Альби, благодаря большому жизненному опыту, заметила перемену в его взгляде и нагло решила поставить в неловкое положение. Медленно придвинулась на стуле, поднесла свою ладонь к его лбу и приблизилась почти вплотную. Юноша стал чувствовать ее запах еще более отчетливо. Чувствовал, как выдыхаемый воздух касался его кожи. Ладонь была теплой и нежной. Гин видел свое отражение в ярко зеленых зрачках. Наклонилась к его уху и прошептала. - Неужели влюбился? Гин невольно вздрогнул от этих слов. Его тело покрылось мурашками. Сердце забилось быстрее, а щеки невольно выдали его смущение. Он отпрянул. Слишком медленно, слишком нехотя, но отпрянул. - Не понимаю, о чем ты. Гин решил состроить дурачка, под таким смущающим и пронзительным взглядом Альби. Чувствовал, что на него как будто что-то давит, какой-то силой. Разговор прервала, вышедшая из своей комнаты, тетушка Мия. - А-А-Альби! - старушка расцвела в улыбке. - Как ты, радость моя? Как родные? - не прекращая говорить, женщина шла к ней, раскинув руки для объятий. Давление, которое испытал Гин, резко оборвалось. Парень все еще был смущен, но то странное ощущение его отпустило, как только старушка зашла в комнату и девушка отвела от него свой, смущающий и поражающий в самую глубину, взгляд. - Мия-я-я! - Альби встала из-за стола и ответила на объятья старушки. - Все прошло хорошо, без происшествий. А я смотрю у тебя гости? - показала глазами на юношу. - Да-а-а... Он мне очень помог, пока тебя не было... Ведь Рой... - Ее глаза сразу наполнились слезами. - Ну, ну. Все будет хорошо. - Альби гладила старушку по спине, пытаясь успокоить. - Я вернулась. Рой тоже жив, я уверена. Произнося эту фразу, девушка была слишком уверена. Когда это говорил Гин, внушало доверие и надежду. Из ее уст это звучало, будто она точно знает, о чём говорит. Старушка не обратила на это внимание, но парень - да. Но подумал, что ему всего на всего показалось, и не придал этому значения. Встреча с этой незнакомкой в целом ввело его в непонятное состояние. - Ну, пойдем, расскажешь мне подробно о своих путешествиях. Прости Гин, это все между нами, девочками. Старушка потянула Альби за руку, а та поддалась. Напоследок, она посмотрела на юношу, каким-то странным и загадочным взглядом. Он кивнул. Они скрылись за дверью. Вновь оставив его наедине со своими мыслями. Гин провел рукой по лбу, на котором еще некоторое время назад была рука Альби. «Неужто и правда, влюбился? - задал уже сам себе этот вопрос». Сердце все еще ускоренно билось, а ее запах врезался в его память. «Кто знает». В следующие несколько дней помощь Гина перестала требоваться вовсе. Альби прекрасно справлялась со всеми обязанностями, которые он делал и даже больше. Парень не знал, что тетушка Мия сказала ей в тот день в комнате, когда они уединились, но она стала относиться к нему с еще большим любопытством. Такое внимание сильно напрягало и смущала его. Несмотря ни на что, девушка обладала какой-то чудовищной энергичностью. Как-то ночью, когда ему плохо спалось, заметил, как та покидала лечебницу на своей лошади. Гин ни о чем не расспрашивал Альби, в конце концов, это ее дело, чем заниматься в свое свободное время. Юноша постепенно начинал скучать без дела. От Лага и Рина, с последней встречи, не было никаких вестей. Они обещали дать знать, когда свяжутся с капитаном, но по-прежнему тишина. Начал думать, что сведения оказались чрезвычайно секретными и ему, обычному смертному, до них не должно быть дела. На третий день безделья к нему подошла тётушка Мия. - Гин, можно тебя попросить? Некоторые травы подходят к концу. Это не срочно... Но было бы неплохо, если бы мы пополнили запасы. Всякое может случиться. Экстренные ситуации... Парень, словно воспрял духом и оживился. - Да, тётушка Мия, конечно. На лице старушки было немалое беспокойство. Терзали смутные сомнения, можно ли отпускать его одного, в связи с последними событиями. Но решила не наводить на него панику, особенно после того, как увидела его загоревшиеся глаза. «Пусть развеется, - подумала она». - Ну, тогда я на тебя рассчитываю. Гин не стал терять времени, чтобы как можно раньше добраться до места. Путь был не так далек, как до Приграничного леса, но и не был в шаговой доступности. Чтобы туда добраться, одолжил кобылу тётушки Мии. В свободное время он попрактиковался в езде и уже более-менее мог держаться в седле, не то что раньше. Закинул на спину лошади несколько мешков под травы, накормил её в дорогу и отправился в путь. День был очень ясный, на небе не было ни единого облачка, а солнце поднималось все выше и уже сильно припекало. Проехав приличное расстояние, Гин наконец-то смог расслабиться и более уверенно почувствовать себя в седле. Лошадь в свою очередь была рада, что наконец-то смогла выбраться из загона и как следует размяться. Его волосы развевал ветер. Ненадолго отпустил поводья, раскинув руки, наслаждаясь ветряными потоками. Воздух, словно проходил через него насквозь, делая его еще более счастливым. Кобыла чувствовала настроение хозяина и тоже радостно заржала. Юноша потрепал её за черную гриву. Кличка у лошади была Туча. Она была крупная, вороная, гордость тетушки Мии. Обладала крутым нравом, но к Гину относилась скорее положительно, чем отрицательно. Лечебница тетушки Мии уже была почти не видна. Гин, никогда еще сам не выезжал оттуда так далеко. До недавнего времени был страх после происшествия, да и не было на это нужны. Парень доскакал до местной таверны, единственной в округе Приграничного леса. Заведение имело название – «Последний оплот». Тучу оставил в загоне, близь заведения. А сам, уже пешком, двинулся в сторону издалека видневшегося леса. В отличие от Приграничного леса, это было светлое, сильно просвечивающее солнцем место. Он не чувствовал от леса угрозы, только умиротворение. «Как в таком месте дядю Роя вообще могли подрать... не понимаю...» Перепрыгивая через поваленные деревья, пытался найти лучшее место для сбора трав, которые были в дефиците. Работа, для человека без опыта, была бы просто ужасно тяжела, но благодаря наставлениям из книги, без труда мог найти все, если в этом лесу это присутствовало. - Так... - мычал про себя Гин. - «Темнохвостка пышная»... Растет во влажных местах, будь то болота или озера... Ага... Любят прохладные и водянистые места... Сложно будет найти здесь прохладно место... Нужно зайти поглубже. Немного поплутав в центре перелеска, облегченно вздохнул, увидев побеги. Начал аккуратно собирать с них цветки в мешки. Собирал с энтузиазмом, но старался хоть что-то оставлять, для того, чтобы это не были последние ингредиенты в этой местности. Гин провозился за сбором трав так долго, что даже не заметил, как солнце начало прятаться за горизонт. Еще недавно освещенный лес, словно начал проваливаться во мрак. Парень обладал хорошей памятью и внутренним чутьем на дорогу, поэтому выбраться не составило труда. Юноша переживал о том, что явно обеспокоил тетушку Мию, которая за него переживала, а возможно, даже и Альби... Он очень хотел есть. Голод подкрался незаметно, но верно. Дойдя до таверны, закинул на заждавшуюся его лошадь, которая недовольно заржала, свою травяную поклажу. Мельком посмотрел на сооружение, из окна которого исходил теплый свет. Желудок снова раздраженно заурчал. Парень обреченно вздохнул. Погладил по загривку лошадь и сказал. - Подожди еще немного, ладно? Лошадь, будто поняла его и спокойно затопталась на месте. Медленно подошел к двери, за которой звучал веселая и развлекающая музыка. Как только отворил дверь, ему в нос ударил запах вкусной, только приготовленной еды. Слюни выступили во рту, а желудок, словно подпрыгнул и сделал сально. Было ощущение, что сами ноги несут его к стойке, где стоял хозяин трактира. Мужчина был суровым на вид. На нем было что-то вроде шапки-колпака. Густые брови, которые почти закрывали слегка приоткрытые глаза. Зрачки, как черные точки, внимательно рассматривали посетителей. Над широкими губами красовались не менее пышные усы рыжего цвета, ничуть не уступающие объемом бровям. Руки были сложены на груди. Он был напряжен, будто ожидал чего-то. - Приветствую тебя путник в своей таверне! - воскликнул хозяин. - Я тебя здесь никогда не видел, надеюсь, ты не учинишь мне лишних проблем. Если да, то желаю тебе хорошо провести вечер у меня в гостях. Да будет пища моя приятной для твоего желудка, выпивка приятная для тела и музыка для души. - он поправил свои пышные усы с легким хохотом. - Меня звать - Бурза. Я и мои подчиненные будем обслуживать тебя этим вечером, а может и не только этим... Возможно, захочешь посетить это место еще раз. Чего изволишь отведать? Голос хозяина трактира был очень громким и отчетливым, местами перекрывающим музыку. - Здравствуй, Бурза. Меня звать - Гин. Я очень проголодался. Да, верно, я здесь впервые. Может, ты что-то посоветуешь? - Хо-хо, разумеется! - растянулся он в улыбке, как большой сытый кот. - Финансы позволят? Или нужно что-то подешевле? - А что за расценки? - Ну-у-у... - начал было Бурза. - То, что я хочу тебе предложить, потянет на серебряную монету. - Хорошо Бурза, меня устраивает. - улыбнулся Гин. - Я сомневаюсь, что ты обидишь нового гостя. - Конечно, Гин! Все будет в лучшем виде, не беспокойся. Садись там, ближе к стойке, в уголке. Он присел туда, куда его пригласил трактирщик. Отсюда открывался вид на всю таверну. На небольшой сцене, вдоль противоположной стены, исполняли песни местные артисты. Гостей было немного, что не удивительно, ведь таверна была на отшибе. Но отчего-то хозяин был напряжен. Не хотел показывать это, но было видно, что о чем-то переживает. Парню принесли долгожданную еду: миска с похлебкой, из которой торчала увесистая ножка мяса, овощной салат, кусок ягодного пирога и в конце ему поставили огромную кружку с неизвестным содержимым. Хозяин таверны подмигнул, когда тот спросил взглядом, что в кружке. Отхлебнув солидный глоток, понял, что это было. Это был мёд, очень хорошего качества. Во всяком случае, в деревне ему редко доводилось пробовать нечто настолько вкусное. Выпив около половины, Гин расплылся на стуле, довольный и расслабленный. Стал наслаждаться пением девы, что вышла на сцену. Она исполняла какую-то задушевную балладу, смысл которой он сейчас не понимал, но звучало это превосходно. Парень почти закончил трапезу, как кто-то открыл дверь таверны с ноги. Группа людей, весело смеясь, зашла в заведение. Юноша перевел взгляд на Бурзу. Он понял, что именно этого хозяин и опасался. Похоже, знал, что эта компашка сегодня сюда нагрянет. Они шумно завалилась за самый большой стол. Их было около десяти человек. Сильно шумели и смеялись, чем перекрывали исполнение той пресной девушки, что он недавно слушал. Рассмотрев людей внимательно, Гин пришел в ужас, страх и гнев одновременно. За секунду протрезвел, сердцебиение ускорилось и сознание пришло в порядок. Среди людей узнал одного человека. Того, кто недавно приказал его поймать. Командир того отряда разбойников, собственной персоной. Гин сильно сжал кружку у себя в руках и стиснул зубы. Сразу же накинул на голову капюшон. - БУ-У-У-УРЗА! Ну, сколько можно ждать, пока ты соизволишь принести свой зад к нам! - начал кричать камандир отряда. Хозяин трактира, поправив рубаху и с силой натянув на лицо улыбку, подошел к гостям. - Приветствую вас в своем заведении, дорогие гости! Гин видел, что радушие, оказанное им, было очень притворным и наигранным, но кажется, уже в умат пьяные гости не поняли этого. Ну, или им целом было все равно. - Бурза! Ну, сколько можно тебя учить, когда дорогие гости входят, нужно бросать все свои дела и сразу нестись их обслуживать! Сколько можно повторять?! Или ты хочешь обидеть своих дорогих гостей?! - косо посмотрел на него капитан. - Тебе плевать на свою халупу?! Хочешь, чтобы мы ее спалили?! Мы не любим, когда к нам без уважения понимаешь... Да, ребята? - Да-а-а-а! - послышался клич пьяной оравы. - Видишь? Мои ребятки глубоко оскорблены твоим отношением... Трактирщик побледнел. - Извините меня, дорогие гости! - по-прежнему с улыбкой, выдавливал эти слова из себя. - Выпивка за счет заведения. - Во-о-от, уже другое дело Бурза. - хлопнул он трактирщика по плечу. - Давай нам своего фирменного пойла и жратвы, да поживее! Хозяин ушел за стойку. Гин видел, как в гневе пнул один из табуретов. Через какое-то время, трактирщик и несколько его подчиненных, поставили на стол целый бочонок с медом и внесли огромное количество подносов. Разлив по кружкам мёд, один из особо пьяных посетителей резко подскочил. - ЗА КАПИТАНА! ДО ДНА! Шатаясь, осушил свою кружку, наполненную до краев, и плюхнулся обратно на стул. Лидер их своры улыбался. - ДО ДНА! - сказали и остальные. - Да... - начал один из разбойников. - Устали мы без дела, капитан. Устали от этих поганых рыцарей, засевших в городе. Вроде ничего не делают и не предпринимают, а все равно мешают, как назойливые мухи. - он с гневом сплюнул на пол. Было видно, как от этого плевка Бурзу в очередной раз перекосило. - Верно ты говоришь, - сказал капитан, - но я бессилен. Поступил приказ. Быть тише воды, ниже травы и никаких возражений... Скоро... как мне сказало наше «начальство», преграды будут «устранены». - он гадко улыбнулся. - И мы сможешь продолжать нашу деятельность дальше. - А что-то слышно про того мальца? - начал другой худощавый разбойник. - Я, конечно, в него всадил свой дротик, без сомнений, но к нему сразу приехали те ублюдки, могли и помочь. Гин побледнел. Наконец-то увидел лицо своего возможного убийцы. «Они все еще помнят обо мне, хоть и считают мертвым... Хорошо, что надел капюшон... Надо бы смыться отсюда... Как-нибудь аккуратно и незаметно... Но как...» - Я думаю - он мертв. - прервал его размышления капитан. - А если нет... То и что? Ничего не знает, ничего не может. Жив и жив. Для нас он как говно на обочине, никак не касается. Отряд заржал, как ретивые кони. Лишь один из присутствующих возмутился. - Как это неважно! - гневно сказал он. - Этот урод мне плечо своим самодельным набалдашником раскурочил. - ударил в свое забинтованное плечо. - Еле залатали! Чуть без руки не остался! А вы хотите спустить ему это с рук?! - Успокойся Гримлен. Мы ничего не забываем. За твое плечо отомстим рыцарям. А про этого мальца, если ты хочешь, узнаем, когда будем выдавливать им глаза. - сказал капитан. Послышался одобрительный клич, а Гримлен удовлетворенно отпил из своей кружки. Гин понимал, что нужно уходить. Он достал из кошелька монеты. Серебряник оставил за еду и несколько медяков положил на стол за гостеприимство. Во время очередной шутки капитана, про то, как они «подвесили за яйца» очередного, мимо проезжающего купца, и ржание его подчиненных, парень аккуратно выскользнул на улицу. Быстрыми шагами дошел до Тучи и на всей скорости, которая была способна выдать его лошадь, помчал к лечебнице.