Шестое сердце

Сегодня за ним придёт смерть. Он знал это еще неделю назад, а вчера почувствовал её приближение. Ему не было страшно, он давно разучился бояться чего-либо. И давно ничем не дорожил, в том числе жизнью. Когда-то один знатный человек из города, где он раньше жил, отнял у него самое дорогое, что у него было в жизни - любимую девушку, которую он мечтал увидеть своей женой и которая отвечала ему взаимностью. А потом появился этот ужасный человек, которого богатство и знатное происхождение наделили чудовищной властью брать то, что ему не принадлежит. Он подослал своих людей, выкрывших её из дома, наигрался и через несколько дней вышвырнул её на улицу. Она так и не вернулась домой, -не выдержав позора, покончила с собой. После этого он сделал всё, чтобы отомстить. Он сумел разработать и привести в действие очень детальный и сложный план и подставить своего ненавистного врага так, что того обвинили в предательстве и даже чуть не казнили, но в итоге всё обошлось изгнанием. Потратив на месть все душевные силы и выгорев изнутри, он уже не боялся смерти, потому что не находил причин жить. Он попытался уйти в горы и жил в одиночестве, вдали от людей, в надежде, что жизнь отшельника вернёт ему душевное равновесие. Но так и не смог примириться со случившимся. Смерть оказалась молодым красивым парнем, которого сопровождал тот, кто сам гораздо больше походил на смерть. Хоть он и не дорожил жизнью, но не в его правилах было сдаваться. Он дрался во всю силу, выкладываясь в своём последнем бою и пытаясь нанести как можно больше вреда. В какой-то момент произошло странное: он воспользовался взрывными печатями, которые ему удалось поместить на одежду противника, он не сильно верил в успех этой затеи, но его смерть почему-то остановилась на пару секунд - с расширенными глазами, в которых было что-то близкое к панике. Парень с косой просто застыл на месте и смотрел на него, смотрел, как его руки складывают печати, чтобы взрыв уничтожил врага, но в этот момент спутник смерти в бешенстве налетел на него, не давая закончить начатое, и с силой приложил его спиной о скалу. Парень словно очнулся, сорвал с себя взрывные печати и, зацепив его косой, наконец-то показал истинное лицо смерти. Дальше была боль. Что-то жуткое творилось с окружающим миром, который враз посерел... а потом для него всё закончилось. *** - Со мной ничего не случилось бы, тебе вовсе не обязательно было вмешиваться, - поджал губы Хидан. - Тогда считай, что он меня просто разозлил, - голосом Какузу можно было замораживать воду. Какузу действительно до сих пор был зол, потому что какого чёрта эта тварь решила, что может возвращать Хидана в самые неприятные - насколько мог судить Какузу - воспоминания?! Когда он увидел застывшего Хидана, то мгновенно понял, в чём дело, что тот ещё не до конца избавился от воспоминаний о могиле, в которой оказался после того, как его взорвали в прошлый раз, что сейчас, увидев на себе печати, он как будто вернулся в те мгновения, и иррациональный страх опять пережить всё это просто парализовал его. Какузу был в бешенстве от того, что кто-то посмел сделать подобное. Вдруг Хидан одним слитным движением подался вперёд, оказавшись по мнению Какузу слишком близко, положил руки ему на плечи, приблизил губы к самому уху Какузу и негромко сказал, понизив голос: - О, так тебя разозлило то, что он меня достал? Ты хотел защитить меня? Какузу ответил рычанием и быстрым движением перехватил руки Хидана, а затем слегка приложил его спиной о так кстати оказавшееся поблизости дерево. - Какого чёрта ты добиваешься? Всё ещё удерживая руки Хидана, он смотрел в малиновые глаза, в которых, разумеется, не было и тени страха. Впрочем, насмешки тоже не было, и это несколько остудило гнев Какузу. Хидан по очереди посмотрел на свои руки в крепкой хватке Какузу, потом опять посмотрел ему в глаза, слегка наклонив голову набок, и вдруг подался вперёд, приблизив своё лицо к лицу Какузу и прошептал тому прямо в скрытые под маской губы: - Не надо за меня слишком переживать. Какузу, кажется, забыл как дышать. Хидан провоцировал его постоянно, с самого начала их знакомства - словами, действиями - сначала провоцировал на драку, а теперь?.. Какузу медленно отпустил его руки и отодвинулся. Хидан слегка улыбался, смотрел спокойно и несколько изучающе. - Хорошо. Слишком - не буду, - осторожно проговорил Какузу, слегка расширенными глазами глядя в глаза жреца. Он чувствовал себя так, словно имел дело с взрывным механизмом, который может сдетонировать от неосторожного слова или жеста. Все его попытки держать дистанцию в итоге проваливались, ощущение ускользающего контроля волновало и выбивало из колеи. - Мы идём в пункт обмена. И если по пути попадётся кто-то, годящийся на роль ещё одной маски - будет просто отлично. Хотя с тремя сердцами я чувствую себя гораздо спокойнее. Особенно, когда они не колотятся так сильно, как когда ты подходишь так близко. *** - Какуууузу, почему ты вечно молчишь? - когда Хидан скучал, он делался невыносимым. Они уже успели сходить в точку обмена, отдать тело и получить за него деньги и теперь собирались приступить к выполнению задания Пейна. - А что я должен делать, развлекать тебя историями? - Какузу приподнял бровь и бросил взгляд на Хидана. Язык мой - враг мой. Вот зачем я это сказал? Ещё не хватало подать ему такую идею. - Пф. Сомневаюсь, что ты умеешь их рассказывать, - фыркнул Хидан, - но поговорить-то можно? Поговорить. Угу. Например, о том, что я не хочу, чтобы ты подходил близко, потому что на самом деле хочу? Да, конечно, давай поговорим. - О чём ты хочешь поговорить? Что-то конкретное? - Какузу подумал, что, вероятно, проще не спорить с бессмертным, нервы будут целее. Хидан посмотрел на него чуть удивлённо, словно не ожидал, что он так быстро пойдёт навстречу. - Хм... Ну, вообще-то есть один интересующий меня вопрос. Маски помнят, что было раньше? Неожиданно. Но в свете того, что Хидан каким-то образом смог договориться с маской огня, когда мы были в убежище, вопрос действительно интересный. - Скорее нет. Вообще, долгое время я был уверен, что они в принципе не могут действовать самостоятельно и делают исключительно то, что я им скажу делать. Но на деле это зависит от моего уровня контроля. Некоторые вещи я довёл до автоматизма, например, возвращение одной из масок, если я лишился основного на данный момент сердца, произойдёт даже если я не нахожусь в сознании. И это не связано с тем, что у маски есть сознание как таковое, а связано с тем, что в тот момент, когда я понимаю, что противник меня достал, я отправляю мысленный приказ. И так как это действие доведено до автоматизма, то я даже не задумываюсь об этом, то есть не совершаю никаких сознательных действий. То же самое и с поведением масок в различных ситуациях. - То есть, когда в убежище я попросил маску огня помочь, по сути я попросил тебя? Просто признай это, угу. - Да, в каком-то смысле. Хидан молчал, обдумывая услышанное. Сам не зная почему, Какузу решил продолжить, хотя обычно он бы просто обрадовался тишине и тоже замолчал бы. - Однако кое-что остаётся. Я ведь могу использовать стихии которыми владели те, у кого я забрал сердца. Но это отсылает нас уже к природе чакры... - Жрецы в храме Джашина, учили, что вся чакра имеет божественное происхождение, - проговорил вдруг Хидан, - что Джашин дарует людям силу. Однако, на деле это не совсем так. Сейчас я сомневаюсь, что хоть кто-то из них слышал Джашина. Иначе они бы не искажали всё так. Джашин - связующее звено между жизнью и смертью. Чакра имеет природу жизни, в то время как смерть - это отсутствие чего-то, пустота. И только пустота может быть чем-то заполнена, то есть для того, чтобы чакра или жизненная сила появилась где-то, там изначально должна быть пустота. Поэтому я сомневаюсь, что стихию воды, которой ты и так владеешь, ты мог использовать на более высоком уровне, чем твой собственный, за счёт отобранного сердца, даже если человек, сердце которого ты забрал, владел ей лучше, так ведь? - Хидан вопросительно посмотрел на Какузу. Он прекрасен, когда серьёзно о чём-то говорит. И в бою тоже - когда размахивает этой своей косой и движется так технично, но грациозно. И... о, чёрт. Кажется, я влип. - Да, ты прав. Хотя в случае со стихией воды это мне никак не мешает уже давно. Всё-таки я прожил достаточно лет для того, чтобы овладеть ей в совершенстве. - И кстати! Через пару часов мы дойдём до деревни, где наверняка сможем нормально отдохнуть в гостинице, - Хидан так резко сменил тему, что Какузу даже не нашёлся, что возразить. То есть он всё-таки обращает внимание на карту, да? И когда только успел? *** Гостиница, строго говоря, была не совсем гостиницей. Просто дом с большим участком, на территории которого было расположено несколько отдельных гостевых домиков. Хозяин лучился радушием и вовсю улыбался при виде постояльцев. - Проходите, проходите, пожалуйста! Вот здесь есть отличный домик. Домик, действительно, был неплохим. Он стоял в дальнем углу сада, одной стеной был вровень с забором, то есть окна выходили наружу, за пределы огороженного участка, и Какузу сразу отметил это как преимущество - его ум просчитывал и возможность нападения, и пути отхода. - А ещё, - хозяин продолжал заливаться соловьём, - у нас сегодня проходит ежегодный праздник. Вообще-то он длится неделю, но сегодня как раз последний день, и вы как раз успели до его завершения. Поэтому очень вам рекомендую присоединиться к нам и не оставаться в такую ночь в четырёх стенах! Какузу посмотрел на него скептически. Разве не требовалось им отдохнуть перед дорогой? Разве не для этого они останавливались в гостинице? Но мельком взглянув на Хидана, он вздохнул, поняв, что спокойно отдохнуть не удастся. - Даже не начинай! - попытался Какузу, когда хозяин наконец-то оставил их осматриваться во временном жилище. - Эй! Мы не можем такое пропустить! - Хидан, почему тебя так привлекают подобные празднества? Это уже не первый раз, когда тебя просто за уши не оттащишь от всяких мелких фестивалей в глухих деревушках и вот таких местечковых праздников, о которых больше никто не в курсе, кроме кучки людей, живущих поблизости... - Но ведь в этом и есть самая прелесть подобного! Никогда не знаешь, что тебе готовят местные жители. Какузу всё-таки согласился, что если они на час-другой задержат свой отход ко сну, это не сильно повредит им, и они пошли прогуляться по деревне. Везде горели фонарики, пахло дымом костров и благовониями, ходили люди в масках различных животных и просто обычные люди в праздничной одежде. Кое-где попадались столики, заставленные угощениями, за которые можно было присесть и отдохнуть. Жители деревни прыгали через огромный костёр, пили саке и всячески веселились. - Во славу Джошина, бога плодородия и покровителя всего живого! - донеслось издалека. Хидан вмиг помрачнел. Настолько, что Какузу стало даже слегка не по себе, потому что таким он жреца ещё не видел. - Какого?.. - рука Хидана потянулась к косе, с явно кровожадными намерениями, и Какузу еле успел перехватить её нитями и прошипел: "Стой". Хидан посмотрел недовольно и слегка покрутил рукой, оплетённой нитями: "Отпусти". Какузу убрал нити, по-прежнему поглядывая на Хидана, - как бы тому в голову не пришло, что жителей в этой деревне многовато и надо уменьшить их количество. Они уселись за столик, уставленный тарелками с фруктами, и Хидан откинулся на стуле, закинув руки за голову и осматривая всё вокруг внимательным взглядом убийцы. Какузу всё ещё пристально наблюдал за ним - он не хотел лишний раз конфликтовать с местными жителями. Он вообще предпочитал не оставлять за собой дурной славы в расчёте на то, что в приглянувшееся место можно будет и вернуться, если оно опять встретится на пути. Хидана же такие мелочи как будто не беспокоили. Хидан кивнул в направлении одной из группок местных жителей. - Вон тот. - Что? - Какузу проследил за направлением его взгляда и сразу же понял, о чём он говорит. - Молния, - коротко проговорил Хидан, и Какузу кивнул. Человек сидел в некотором отдалении от основной группы людей и развлекался тем, что пускал небольшие молнии между пальцами. - Надо выманить его подальше отсюда, - Какузу нахмурился, прикидывая план действий. - Пожалуй, это я возьму на себя. Подходи к дому, в котором нас поселили, с внешней стороны, - Хидан улыбнулся, тряхнул головой и пошёл вперёд прежде, чем Какузу успел возразить. Какузу следил, как Хидан приближается к человеку, управляющему молнией движениями пальцев, останавливается около него и что-что говорит, склонив голову. Человек вскинул взгляд, какое-то время всматривался в собеседника, а затем улыбнулся и кивнул. Какузу злился и думал, что зря он не позволил Хидану всех здесь поубивать. Что он ему говорит? И какого чёрта его собеседник улыбается? А почему меня собственно это вообще волнует? Главное ведь заполучить ещё одно сердце и по совместительству маску молнии... Наконец-то Хидан повернулся, на мгновение оскалился в улыбке-усмешке, не сулящей ничего хорошего, затем слегка мазнул взглядом по Какузу, подмигнул и двинулся прочь. За ним, как привязанный, шёл его собеседник - на шаг позади, но не отставая. Какузу подождал ещё несколько секунд и тоже двинулся к условленному месту. Уходили из деревни они так и не отдохнув, но с маской молнии в качестве четвёртого сердца Какузу.