МЕТОД. Стажировка

***

Утром Есеня поднялась по гулким железным ступенькам на крыльцо заброшенного заводского корпуса. С удивлением прочла категоричные круглые буквы, выведенные мелом на двери: "Не будить". Усмехнулась и осторожно толкнула незапертую створку. Берлогу Меглина заливал яркий утренний свет. Поскрипывая старыми половицами, стажёрка медленно двинулась наискосок в поисках хозяина. Её встретили знакомые предметы: полупустая бутылка с ввинченным в пробку штопором на столе, рядом - серебристая фляжка, портсигар. К своему удивлению, гостья заметила, что в жилище до сих пор сохранялся порядок, который она навела ещё месяц назад, когда впервые попросилась на ночлег. Улыбнулась. Наставник обнаружился на кровати. Заслонившись локтем от всего белого света, он по своему обыкновению дремал на покрывале в джинсах и ботинках; на серо-голубой рубашке манжеты были расстёгнуты, как и воротник. Помедлив, Есеня решила проигнорировать прописную просьбу на двери и постучала кулаком по пыльному зелёному сукну столешницы. Меглин вздрогнул, проснулся мгновенно, потёр глаза. И с недовольной гримасой обвёл взглядом пространство в поисках нарушителя спокойствия. - Ты ж - на "больничном", - напомнил он, вместо приветствия. - Выписалась, - заявила Есеня. Подпрыгнула и уселась на краю стола, поболтала ногами, как частенько делал он сам. - Я - в отпуске. Услышала: - А папа знает, где ты... отпуск проводишь? - Я перед папой не отчитываюсь, - отпарировала она, старательно пряча улыбку. Он хмыкнул и выразительно закатил глаза. А ученица с места в карьер начала свою явно заготовленную речь: - Ты... прав был... Насчёт пистолета. Я оказалась не готова. Задумчиво обвела взглядом жилище, соскочила на пол. И, более уже не отрывая глаз от его хозяина, медленно направилась к нему. - Когда лежала там, в багажнике, со связанными руками и задыхалась, то дала себе обещание. Что, если выберусь, то больше этого не допущу. Никогда... - она вскинула голову. - Научи меня! - Чему? - фыркнул он. - Как не быть жертвой, - отчеканила Есеня. Меглин насмешливо прищурился, смерил её своим привычным оценивающим взглядом. Но в тёмной глубине его глаз внезапно загорелись ещё незнакомые ей огоньки. Он усмехнулся. И неожиданно, тихо позвал: - Иди сюда. Брови стажёрки подскочили вверх. Опешив, она застыла в полном и счастливом недоумении, неуверенно шагнула вперёд. Остановилась. Округлила глаза. А наставник улыбнулся совсем обезоруживающе: - Ну, иди, иди... Похлопал по покрывалу, рядом с собой. И протянул руку. - Иди. В такой позе, с закинутым за голову локтем, жмурясь от дневного света, он казался непривычно расслабленным, сонным и не опасным, вроде красивого хищника, что отдыхал после ночной охоты. Но то, что она услышала, тон, смысл этих слов, были ещё убедительнее. Нет, в самом деле... Ей же не послышалось? В один миг позабыв обо всём: о своей просьбе, о том, что случилось за эти несколько месяцев, - в общем, полностью отключив голову, - Есеня скользнула к нему. Встала коленом на край, невольно приоткрыла губы. Всё ещё не веря ни во что, замерла, не вполне понимая, что надлежало делать дальше. Вернее, можно ли было действовать именно так, как ей захотелось? Как подсказывал сладко замерший в груди вечный моторчик. Как спокойно велели его глаза, острые немигающие, от которых было уже не оторваться. Нет, не может быть... Наконец, решившись, она несмело протянула руку, и Меглин осторожно сжал её пальцы, так, что по всему телу прошла дрожь. Потянул подопечную к себе. Прошептал: - Ну, давай, давай... И вдруг, с силой дёрнул на себя, опрокинул на постель. И неизвестно, как извернувшись, навис над ней, безжалостно сомкнув на её шее все десять пальцев. Есеня ужаснулась, захрипела, закашляла и слабо попыталась вырваться. Её сердце в оглушительной панике куда-то ухнуло, пальцы схватились за его напряжённые, словно стальные запястья. Она рванулась, раз, другой, попробовала сопротивляться, освободиться. Собрав все остатки сил, двинула его кулачком. В ответ хватка наставника стала мёртвой. В глазах потемнело. - Хотела уроков? Вот первый: всегда ожидай нападения, - сквозь зубы процедил он. - Поняла? - Д-да, - чуть слышно просипела Есеня. Отпустив её, Меглин молниеносно вскочил на ноги. Прошёлся до стола, схватил с него винную бутылку. Выдернул пробку, отбросив штопор, и невозмутимо отхлебнул, как обычно - из горлышка. Причмокнул. - Второй, - бесстрастно продолжил он. - Не жди, когда к тебе повернутся. Бей в спину, это ж преимущество. Едва очухавшись и глотнув воздуха, Есеня поспешила применить этот совет на практике. Но атаковать со спины не сумела: наставник ловко увернулся, подтолкнул в спину и она прокатилась грудью по столу. А Меглин мастерски заломил ей обе руки. Схватил за шиворот, вдавил носом в зелёное сукно. - Третий: никогда не нападай без оружия. - Ты же... против оружия, - прохрипела Есеня. Вместо ответа, он жёстко толкнул её вперёд. Да так, что она ударилась о кактус и вскрикнула от боли. - Плохо слушаешь, - пророкотало над ухом. - Я - против пистолета. Пистолет - не союзник, а враг. Ты о нём заботишься, не он о тебе. Одно его движение, - и Есене показалось, что наставник сейчас сломает ей руку. Причём, обе. - Поняла? - А-ай! Поняла. Он отпустил её, отстранился. Продекламировал: - Используй всё, что под рукой, и не ищи себе другое. И в долю секунды отбив у бутылки дно о край стола, резко развернулся. Поймал бросившуюся на него ученицу и приставил края опасной "розочки" к её горлу. Отметил азартный яростный огонёк в чёрных глазах без тени былого страха. Опустил взгляд и увидел направленное в него самого острие штопора. Усмехнулся. - Поняла, - заключил он.