Долгое плавание

К счастью, в этот раз я успела уйти до серьёзного разговора с Паймон. Выскочив под её громкое сопение, я побежала на встречу с Кадзухой. На этот раз мои колени уже не дрожали, но сердце по-прежнему билось учащённо. Всю ночь я думала о встрече с ним. О том, как будут раздуваться его волосы ветром, о том, как он подарит мне ещё один поцелуй на прощание. За этими мыслями я совсем забыла зайти к Сян Лин, у меня была к ней особая просьба. — Здравствуй, Сян Лин, — приветствую я лучшего, известного мне, шеф-повара Ли Юэ. Несмотря на то, что её стряпня изначально довольно сильно пугала меня, она всегда казалась мне неплохим человеком. Думаю, в будущем её целеустремлённость и талант помогут ей достигнуть желаемого. — Доброе утро, путешественница, — Сян Лин занята какой-то подготовкой, поэтому отвечает мне не сразу. — Извини, я могу тебя кое о чём попросить? После моих слов она сразу же отбросила все свои дела, чтобы внимательно выслушать. Я продолжила излагать свою просьбу. — Так вот, я бы хотела, чтобы ты приготовила самое лучшее в своей жизни блюдо. Знаю, звучит не очень вежливо, но это именно то, чего я хочу, — я зажмуриваю глаза, боясь увидеть её реакцию. — Прости, Люмин, но сегодня я не смогу выполнить твой заказ. Сказать, что я расстроилась — ничего не сказать. Надеялась сделать Кадзухе фееричный сюрприз, а получился ровно такой же по масштабам провал. Не став выслушивать объяснения Сян Лин, я пошла на встречу, на которую уже неприлично опаздывала. Как только я увидела его, всю мою досаду и разочарование смыло потоком тёплого осеннего ветра. Видно, что Кадзуха ждёт меня довольно долго, мне даже показалось, что его белая кожа чуть-чуть загорела. Он как раз всматривался в небо, принимая лицом солнечные ванны. Не отрывая взгляда, он произнёс: — Доброе утро, Люмин. Он не был омрачён ожиданием, наоборот, был как обычно совершенно спокоен. Это его состояние полной гармонии передавалось и мне. Кадзуха наконец-то посмотрел на меня, улыбнулся самой очаровательной улыбкой, что мне доводилось видеть. В этот момент я подумала о том, как благодарна всем Архонтам за то, что во время плаваний Бэй Доу умудряется почти полностью разгромить Алькор и потерять по пути домой половину своей команды. Кадзуха вырвал меня из раздумий своим мелодичным голосом: — Какие удивительные места ты представишь мне сегодня? — видимо из-за того, что я не отвечала, он окинул меня беспокойным взглядом. — Люмин, ты в порядке? Я решила, что вчера сделала правильный выбор, когда повела его в деревню. Всё-таки я никогда не забуду его улыбку со слегка дрожащими губами из-за влажной одежды. Я заметила, что когда он улыбается, в уголках его глаз появляются еле заметные морщинки — это ещё одна черта в нём, что заставляет моё сердце трепетать. — А? Прости, я немного отвлеклась. Я покажу тебе по-настоящему удивительное место, но пока мы туда не придём, это будет моим секретом. Я игриво стрельнула глазками и на секунду сама поразилась своей смелости. У Кадзухи покраснели уши, он быстро тряхнул головой, будто отгоняя какие-то навязчивые мысли. — Конечно, — немного нерешительно ответил он. "Ужасно милый" — подумала я. Кадзуха мне очень нравился. Его пусть худые, но крепкие руки, обвитые бинтами и вместе с ними тяжестью бремени прошлого, благородная осанка, взгляд воина, хранивший за плечами историю не одного боя, стойкость и одновременно с ней мягкость, манеры и воспитание, исключительная способность не говорить, а сочинять мелодии и стихи. Мне нравились и его ценности. Пускай, я знаю его совсем недолго, я хочу, чтобы он был рядом. Я хочу видеть его редкую улыбку чаще, хочу быть её причиной. Но пока эти желания должны просто оставаться у меня в голове. — Люмин, скажи, о чём ты мечтаешь? — Кадзуха снова прервал мои мысли, но я совсем не была зла на него, хотя вопрос чуть-чуть выбил меня из колеи. Я задумалась. — Я хочу найти ответы, — произношу я. — Правда? Я думал, ты желаешь разыскать брата, — он был слегка удивлён моим ответом, а меня удивило, что он знает об Итере, меня уже во второй раз поражает его осведомлённость. — Не пойми неправильно. Я видел в твоих глазах отчаянное стремление к чему-то, вот и решил разузнать от Бэй Доу. Мне не стоило это делать? Наверное, я должен был просто спросить у тебя, — взгляд Кадзухи устремился вниз, толи от укола вины, толи для того чтобы не споткнуться, пока мы идём по горе. — Нет, что ты? В этом нет ничего такого, — я улыбаюсь, показывая, что меня это совсем не задело. Так оно и есть. Наоборот, мне даже приятно. Он спрашивал обо мне. Значит, я ему интересна. Действительно, а почему я не сказала, что хочу найти Итера? И какие ответы я ищу? — Что ты будешь делать, когда найдёшь ответы? Я не могла ответить на этот вопрос. Я не понимаю, что ищу, и уж точно совсем не представляю что делать с этим, когда найду. — Я не знаю, — прямо ответила я. — Вот как, — сказал Кадзуха и загадочно улыбнулся, глядя в небо. Палящее солнце висело высоко над нашими головами, его жар заставлял попрятаться по домам даже маленьких насекомых. Я взглянула на светило сквозь пальцы, их тень показалась на моём лице. Я улыбнулась. — Знаешь, мне так легко с тобой, — непроизвольно вырвалось у меня, и я уже хотела было сказать, что не так выразилась, как услышала в ответ: — Мне с тобой тоже, — Кадзуха замер на месте и, не долго думая, сказал. — Ты подобна дуновению ветерка. Нежная и при этом будоражущая. Иногда у меня чувство, что ты в любой момент можешь исчезнуть и никогда не подуть в мою сторону. Тогда моё море больше никогда не почувствует на себе буйство урагана, который приносит за собой ветер. Тогда на моей душе будет лишь вечный штиль. Я почувствовала, как начали рдеть мои щёки. Собрав всю свою решимость, я протянула руку к Кадзухе, осторожными прикосновениями дотронулась до бинтов, в этот момент он сплёл наши пальцы. Теперь я не могла исчезнуть. — Мы пришли, — неожиданно произнесла я. Мы стояли на небольшой возвышенности, откуда идеально открывался пейзаж, от которого захватывало дух. На фоне вечно зелёной растительности красовались бирюзовые кратеры, а на них в хаотичном порядке были разбросаны красно-коричневые пятна листвы редких деревьев. Я тут же отметила, как округлились глаза моего спутника, в очередной раз мысленно подтверждая правильность моего выбора. — Это озёра Лухуа, — ответила я на неозвученный вопрос. Кадзуха был настолько увлечён этим местом, что, казалось, совсем меня не слышал. Моя рука всё ещё соприкасалась с его, от чего ладошки начали потеть, но это совсем не вызывало у меня дискомфорта. Я кивнула в сторону спуска, и Кадзуха, быстро сглотнув, пошёл за мной к подножию горы. Я думала, что он спросит, зачем нам нужно было сначала подниматься в гору, но, видимо, он понял мою задумку. Я лишь едва слышно хмыкнула своим догадкам. Когда мы спустились, Кадзуха пришёл в ещё больший восторг. Он отпустил мою руку и принялся быстро снимать обувь. Мне не пришлось долго гадать, зачем он это делает, потому что уже через секунду низ его штанов стал темнее от воды. Его по-детски невинная забава давала мне многое понять; он совсем не такой, каким казался мне при первой встрече. Вечно ничего не выражающие глаза были наполнены озорливостью и ребячеством. Я и представить себе не могла, что когда-то предо мной предстанет такая картина. Мне нравится. Это даёт мне некоторую надежду. Кадзуха затянул и меня с собой в свою авантюру. Я не заметила, как стояла босиком, разглядывая свои ноги через бирюзовую пелену. Вода была тёплой, я совсем не чувствовала разницы в температуре с воздухом. — Тебе так нравится вода? — спросила я. — Да, — он улыбался такой широкой улыбкой, что у него вот-вот должны были заболеть скулы. — Напоминает о моих родных краях, — Кадзуха снова погрузился в раздумия, рассматривая горизонт. Я уже пожалела о том, что спросила, ведь радость в его глазах вытеснила пустота. — Инадзума представляет собой государство на островах. Там всё окружает вода. — Должно быть, ты скучаешь по дому, — я виновато опустила голову, хотя он даже не смотрел в мою сторону. — Однажды один человек сказал мне: "Дом — это место, где ты чувствуешь себя счастливым, а твоя семья — это те, с кем ты счастлив". Как думаешь, он прав? — Возможно, — я немного смутилась такого вопроса, поэтому ответила с заминкой. А когда подняла взгляд, обнаружила, что Кадзуха смотрит прямо на меня. — Как бы там ни было. С тобой я чувствую себя счастливым, — мне кажется, что сейчас я вижу его впервые. Настоящего. Готового открыться мне, а не прятаться в уголках своей души. Я путалась в своих мыслях, пытаясь понять его. Аккуратно сев на ближайший сухой участок земли, так чтобы не запачкать платье, я поджала к себе ноги и, поставив на них локти, спрятала своё лицо. — Тебя что-то беспокоит? — спросил Кадзуха, гладя стебли белоснежного, как его волосы, лотоса. — Нет, всё хорошо, просто... Откуда у меня чувство, что я знаю тебя уже тысячу лет? Он снова хитро улыбнулся. Когда-нибудь эта его привычка сведёт меня в могилу. — Скажи, ты веришь в перерождение? — спросил, всё также не отрывая от меня взгляда, Кадзуха. — Я не размышляла на тему реинкарнации, — я была неуверенна в своём ответе. Да, я часто сталкиваюсь со смертью, но она кажется мне такой далёкой. — Может быть. — Может быть, мы действительно встречались раньше, — хитрая улыбка на его лице ушла, теперь он смотрел каким-то не очень понятным мне взглядом. — Да, может быть... Я опираюсь головой на руки и наблюдаю за ним искоса. Его как в прошлый раз окружают лучи закатного солнца, создавая причудливый ореол вокруг. Он святой? Нет, наверное, мне кажется. "И почему мне с тобой так хорошо и спокойно?" — произношу я вслух, пока Кадзуха носится по всей округе за ящерицей. — А это ещё кто? Он похож на аксолотля, — говорит он, держа бедное животное в подвешенном за хвост состоянии. Мне забавляет и удивляет, что он чего-то не знает, у меня вырывается смешок. — Ты такая красивая, когда улыбаешься. — Эти животные называются ящерицами, — я показываю на существо в его руках. — Я очень сомневаюсь, что ему нравится его положение. — Ой, да, конечно, — Кадзуха отпускает ящерку, и я вижу, что он будто бы только что осознал, что делал. Мне даже кажется, что я услышала "прости" адресованное зверку. Я встала, отряхивая платье. Как бы я не чувствовала себя с ним, пора идти. Мне очень жаль, что мой план выдался не до конца. — Люмин, — его щёки слегка покраснели, — ты не могла бы составить мне компанию подольше. Если честно, я кое-что приготовил для тебя. — Для меня? — я не уверенна, что правильно расслышала его. — Да, — Кадзуха ещё больше смущается и заливается краской. — Конечно, — я почти выкрикиваю эти слова. — Тогда пойдём за мной. Он протягивает мне руку, я, не раздумывая, хватаюсь за неё. Бинты на его руках намокли, соль на них сушила кожу, но мне было всё равно. Я была готова вверить ему себя полностью ещё в первый день нашего знакомства. Когда Кадзуха привёл меня на главную улицу Ли Юэ, я была слегка удивлена.