Вторые и Третьи

Джаз крался вдоль стенки настолько тихо, насколько только мог. Оказавшись в дверном проёме, он, наконец, смог подтвердить, что тусклое зелёное сияние на земле всё ещё присутствовало. Скан оптикой помещения ничего не выдал, но слова Старскрима о маскировке всё ещё проигрывали в его процессоре. Якобы, эти твари неплохо умели скрываться. Он стремительно кувыркнулся в помещение, остановившись на коленях с бластером наготове. И едва он нашёл оптикой сияние, его искра в ужасе замерла. Это была не эмблема, а обычный неоновый знак, явно установленный так, чтобы создать похожее сияние. Ловушка. Шорох, изданный существом, привёл его системы в действие, и Джаз прыгнул в темноту за источником звука. Тот громко вскрикнул, как только Джаз приземлился на врага, и что-то острое мелькнуло в темноте, задевая лезвием его сервопривод. Он сумел выбить из руки оружие, что оказалось энергетическим кинжалом, и оно отлетело на пол. Из раны выступил энергон, но она оказалась неглубокой. Палаксианец быстро вентилировал, едва ли не задыхаясь. Сопротивляясь в хватке трансформера, он молча, с ужасом в белой оптике, уставился на Джаза. — Давай так: я тебя не убью, а ты мне поможешь, — улыбнулся ему автобот, силой воли пытаясь излучать дружелюбность вместо опасности. — Я-я не скажу, где наша эмблема! — Ничего, — пожал плечами Джаз. — Я так и подумал. У меня есть к тебе другие вопросы. На что палаксианец подозрительно сузил глаза. — Какие вопросы? — Я могу тебя отпустить? Или мне придётся удерживать тебя, чтобы ты сотрудничал? Палаксианец фыркнул. — Глупые у тебя вопросы. Отпусти меня, и я отвечу на другие. — Отлично, — ответил ему Джаз и поборол в себе нервный тик, отпустив палаксианца, и позволил тому подняться. — Что ж, я Джаз. Ты? — Я Коэвен. Ты необычный боец, — тот был явно сбит с толку. — Да, Коэвен. Я крайне необычный, — палаксианец был намного меньше своих остальных товарищей, и не имея никакого представления об их анатомии или культуре, тяжело было предположить, имело ли существо пол или гендерную идентичность. — Зачем вы участвуете в играх по собственной воле? — Квинтессоны нас… вознаграждают за участие, — осторожно ответил ему Коэвен, явно не договаривая. — Сколько игр нужно пройти, чтобы освободиться из этого дурдома? Коэвен пожал плечами. — Вы можете играть в одну и ту же игру тысячелетиями, или каждый раз проходить новую. Их мудрости нет границ, — театрально всплеснул руками Коэвен. Джаз уловил скрытый намёк. Палаксианец не рискнул критиковать квинтессонов, ведь те наверняка всё слышали. — В конце-концов, ты умрёшь, тебя сделают частью игры или же отпустят домой. Но какой в этом смысл, если они обрывают все твои бонд-связи? Джаз замер. — Зачем они это делают? Он с жадностью впитывал всю новую информацию. Тот квинт, Артуз, уже ранее упоминал, что бонд-связи делают игры нечестными. Теперь ещё и другие участники игры толкают о том же. Странно. — Возвращаться домой на планету, где про тебя давно забыли, а жизнь продолжалась без тебя — не такую награду я себе представляю. Возможно, таким образом мы сражаемся яростнее, чтобы как можно скорее вернуться домой и восстановить разорванные связи. Возможно, таким образом их телевидению даются более увлекательные истории. Возможно, мир просто несправедлив. Но вы — гости, — ядовито выплюнул последнее слово инопланетянин. — И к вам будут относиться с большим почтением, чем к остальным. Может, вы отправитесь домой. А может, из вас сделают хвалёный энергоновый диспенсер и поставят в моём отсеке. Я не могу сказать с точностью. — Не любите гостей? — Гости приходят, все из себя растерянные, пытаются сбежать, взломать систему, мухлюют, находят способы не соблюдать правила. Хотят вести беседы, как это делаешь сейчас ты. Бессмысленно. Скучно. Джаз отметил, что Коэвен начал терять терпение. — Ладно, тогда последний вопрос, — он продолжил с улыбкой. — Где ваша эмблема? — Я тебе уже сказал, я не скажу, где… — Попытка — не пытка, — расплылся в улыбке Джаз и вынул ослепляющую гранату.

***

Весь корпус Саундвейва горел. Внутри всё горело. Искру ломило от пустоты, заменившей собой всё, чему полагалось в ней быть. Она болела. И он знал, что, где бы они ни были, они тоже страдали. Он ждал, когда безмятежность примет его в свои объятия. Он знал, что покой придёт. Так было раньше, и так будет сейчас… наверное. Он должен преодолеть эту боль. Саундвейв преодолеет её ради них. Автобот Праул; он что-то пытался ему сказать. Задев его мысли телепатией и не найдя в них злонамеренных помыслов, он заключил, что, скорее всего, дела шли своим чередом. Но тот всё не затыкался. — …зрыв? Что это было? Он пожал плечами и вернулся к своей боли. Лелея её, он окутал ею свою раненую, чахлую искру и позволил ей тлеть в одиночестве. Боль стала его смыслом, придавая значение. Всё, чего заслуживали квинтессоны — его необузданную ярость. А он позаботится о том, чтобы поделиться ею, когда придёт время. — …вейв? Ты меня слышишь? — тот всё никак не закроет свой рот. Он уже прочесал территорию на присутствие чужого разума, что ему ещё от него нужно? Стоп. Был один поблизости. Бродячая мысль, пропитанная недоброжелательностью. Кто-то собирался подстрелить его… нет. Подстрелить Старскрима. Сикер был в прицеле снайперской винтовки, и обидчик целился в камеру его искры. Ему хотелось, чтобы было не всё равно. Хотя бы ради того, чтобы предстать потом перед Мегатроном. Тот будет допрашивать, как ушёл Старскрим. Его мысли будут растеряны, пропитаны гневом, облегчением и горем. Саундвейв вряд ли найдёт правильные слова в ответ. А автобот всё трепался без умолку. Телепат поднял палец в надежде, что тот умолкнет, что вполне сработало. — Старскрим: в опасности, — кратко выдал десептикон. Праула сильно удивило, что Саундвейв даже не шевельнулся. — …И ты не станешь ему помогать? Саундвейв задумался. — Если решим помочь, то выдадим укрытие своё и эмблемы. Праул изменился в фейсплейте. — Это довольно… жестоко. Даже для десептикона. Саундвейв выслушал и прокрутил в процессоре его слова. Проанализировав вердикт, он заключил про себя, что чёрно-белый автобот прав. И впрямь, досадное поведение с его стороны. Он был скомпрометирован и отныне ему стоило пересматривать свои действия. — Праул: прав. Оставайся у эмблемы. С этими словами Саундвейв стремительно пересёк помещение и побежал вверх по лестнице так быстро, насколько мог.

***

Старскрим принял робо-мод и обвёл взглядом территорию. Он разбил город на сектора, обыскав каждый его уголок, не найдя никого кроме Джаза: ни меха, ни зелёного сияния вражеской эмблемы. Хоть он и знал, насколько умело их соперники сливались с окружающей средой, такого мастерства от них не ожидал. А ещё он генерировал много шума: его реактивные двигатели с треском отражались от голых стен города, пока вёл поиск хоть чего-то, что помогло бы им выиграть. Противники наверняка разбегались, словно трусливые механоиды, как только слышали его громкое присутствие. Они будто скрывались под плащами, а не просто маскировались. Скрывались под плащами. Праймус. Он буквально засиял от этой мысли и резко поменял свой курс. Вот почему они так долго не могли найти эмблему. Соперники её закрывали своими телами, сливаясь вместе с ней с окружающей средой! Так вот почему они так часто побеждали в этой игре. Перед оптикой заиграло видение — лазерная винтовка, нацеленная в него со спины. — …Саундвейв? — и до него тут же дошло. Предупреждение. Он извернулся в воздухе, и в ту же секунду выстрел из крупнокалиберной винтовки вспорол его крыло. Падение было неизящным.

***

Искра Джаза замерла с выстрелом винтовки. Он тут же подумал о Прауле и взмолился Праймусу, чтобы тот был жив. Затем последовал высокочастотный крик Старскрима, и у него сразу отлегло, после чего сразу испытал чувство вины. Он ненавидел Старскрима, однако, в данный момент ему хотелось, чтобы тот был жив. Он побежал в сторону упавшего меха: вверх по ступеням, и вот — он на крыше. Старскрим тут же. На сикера без боли смотреть было невозможно. Того неплохо помяло, а крылья изуродовало глубокими бороздами, из которых сочился энергон. Они вполне могли бы ещё функционировать, но Джаз в этом вопросе не эксперт; ранения смертельными не были, тем не менее, выглядели болезненно. Сикер ссутулился, кривясь от боли и поддерживая безвольный манипулятор, явно вышедший из строя. Праймус, ему было жаль парня. Они только и делали, что подшучивали над ним из-за его глупого квинтова программирования и всеобщими усилиями заставили стать наживкой. Но, вот что случалось с наживкой — её подстреливали. Джаз аккуратно подошёл к нему и присел рядом. Как только Старскрим услышал шорох, то активировал свой бластер и нацелил на него, но тут же опустил, опознав автобота. — Они подстрелили меня, — его голос трещал от сбоев. Джаз хотел засмеяться в голос, но духу не хватило. — Да, подстрелили, Старскрим. Но, ты одного из них тоже уделал. Старскрим скривил губы в самодовольной ухмылке, но тут же скорчился, шипя от боли. — Ты справишься? Могу переместить тебя на базу, если хочешь. Старскрим посмотрел на него оптикой, полной надежды, и уже хотел было согласиться, но, видимо, одёрнул себя и посмотрел на запад. — Поспеши… Запад, километра три, в высоком небоскрёбе. Там наша эмблема. Джаз нахмурился. — Я там уже был и ничего не нашёл. На что Старскрим улыбнулся. — Они скрывают её своими телами, поэтому её так тяжело найти. Один там точно был. Тот, что меня подстрелил. Дай им жару, ладно? Джаз ответил широченной улыбкой и накрыл плечо меха, от чего Старскрим болезненно напрягся. — А ты держись, меха, — с этими словами, он прыжком оказался на земле, трансформировался при ударе о поверхность и исчез, визжа шинами. Старскрим грозно зарычал на камеры, окруживших вплотную его и его страдания.

***

Праул вздрогнул, как только услышал громкий выстрел и последовавший за ним визг сикера. Скорее всего, Старскрима сбили с неба, и тот не отделался без повреждений, если вообще пережил падение, судя по болезненному крику. Что напрягало ещё больше, так это отсутствие возможности связаться с Джазом и узнать о случившемся; чувствовал он себя беспомощно. Если Старскрим был ранен, значит, Джаз остался без прикрытия. Вдруг из кромешной тьмы возник красный визор, а вслед из мрака, будто из страшного сна, выплыл тёмно-синий меха. Топливный бак Праула чуть было не ушёл в отставку, и лишь спустя пару мгновений самоутешения он смог расслабиться. Саундвейв вернулся, и он выглядел… подавленно? Кассетикона и так тяжело было читать, а тут он ещё и вёл себя крайне странно… или более странно, чем обычно. — Старскрим, он…? — Функционирует, — монотонный ответ. — Повреждён, но… жить будет. — Так значит… ты спас его. Это… хорошо, — Праулу тяжело дались эти слова. Абсурдность ситуации выводила его из колеи, и он думал было уже перегрузить процессор, лишь бы смириться со своим заключением. — Праул: принимает правильные решения в ситуации моральной дилеммы, — продолжил Саундвейв, на что Праул подозрительно сузил оптику. — Предположим, что да? Саундвейв кивнул, будто бы они вместе пришли к какому-то соглашению. — Саундвейв: скомпрометирован. Праул: поможет Саундвейву с морально-этической стороны при принятии решений. Праул будто заглючил при данном заявлении и уставился на десептикона. — Чего? Извини, я не понял. — Саундвейв: повреждён. Требуется помощь при принятии решений. Праул молча пытался сгенерировать ответ, но ничего с его губ так и не сорвалось, поэтому он лишь озадаченно потёр заднюю сторону шеи. — …Но я автобот? А ты… десептикон? Не противоречит ли это нашим… — Неуместно. Чтобы успешно сбежать из лап квинтессонов, рассудительность Праула, не смотря на недостатки, будет лучше Саундвейва. Праулу казалось, что любой другой автобот в его ситуации просто пожал бы плечами и согласился. Но сам он не решался на этот шаг. Он — военный стратег автоботов, а не руководство по совести телепатических способностей вражеского солдата на иной вражеской территории. Как он мог быть в ответе за моральную основу этого десептикона? Хотя… со стратегической точки зрения… данное стечение обстоятельств имело свою выгоду. Если Саундвейв, как думалось Праулу, был серьёзен в своих намерениях, то кассетикону можно будет доверять. И тогда подлых десептиконов, мешавших концентрироваться на более важных проблемах, станет на единицу меньше. Хотя, всё это могло быть ловушкой. — Неверно: это не обман. — Так, — устало массируя носовую пластину, притушил оптику Праул. — Для начала: ты не можешь без разрешения читать чужие мысли. — Поправка: я могу читать чужие мысли без… — Нет. Я имею в виду, что ты не должен читать чужие мысли без разрешения. Саундвейв склонил свой шлем. — Это… нерационально. Праул упёр серво в бока. — Да. Очень даже рационально. Саундвейв молча обдумал сказанное и кивнул в знак согласия. Именно в этот момент Праул заметил два энергетических клинка, блеснувших в темноте и надвигающихся на кассетикона со спины. — СЗАДИ! — он сорвался с места и инстинктивно оттолкнул Саундвейва в сторону. Из-за этого решения он был лишён возможности увернуться, подставив свои серво под лезвия нападавшего. Он успел схватить одну из рук, отводя от себя клинок, но не смог увернуться от другого. Саундвейв напал на палаксианца, снося обоих с ног в сторону старых стульев и столов. Праул встал на одно колено, переводя дыхание, пока Саундвейв перекрыл доступ к их эмблеме, встав на пути. Палаксианец же, быстро среагировав, схватил Праула и приставил лезвие клинка к его шее. — Отдавай эмблему. Саундвейв нацелил свою винтовку в палаксианца и замер. Тот сильнее надавил на уязвимые шейные магистрали автобота. Праул смотрел на Саундвейва и медленно качнул шлемом, громко думая о том, чтобы тот стрелял. Саундвейв провентилировал и опустил оружие, поднимая серво вверх. Паласкианец подошёл к зелёной полосе, всё ещё удерживая Праула, и потянулся за эмблемой. — Кибертронцы захватили вражескую эмблему. Палаксианец громко выругался на своём языке и молниеносно схватил эмблему, отталкивая Праула и выбегая из здания вниз по лестнице. — Палаксианцы захватили вражескую эмблему. Праул чувствовал, как вниз по серво тёплыми струйками из свежих ран сочится энергон. Юникрон подери, как же они жгли! Но нужно было поторопиться. Саундвейв протянул ему своё серво и помог подняться на ноги, после чего они оба рванули за палаксианцем. — Мои извинения, — обратился к нему рядом бегущий Саундвейв. На что Праул устало провентилировал, всё пытаясь остановить кровотечение. — Всё… хорошо, Саундвейв. Похоже, у нас всё ещё есть шанс одержать победу в этом раунде. Не велика потеря. — Поправка: прошу прощения, что прочёл твои мысли без разрешения. Праул скривился в ответ в непонимании. — В смысле, пару минут назад? Когда мои шейные провода норовили перерезать? Ей Праймус, я думал, что ты меня… Хотя я и просил тебя… — Неверно: ты думал об автоботе Джазе. Праул открыл было рот, но ничего не сказал. А что ещё он мог тут сказать?

***

Джаз топил по улицам города в альт-моде автомобиля, избегая обломков и выстрелов снайперской винтовки, стрелявшей вслед. Один из снарядов, едва не подбивший переднюю правую шину, принудил менять тактику; он переехал бордюр и шмыгнул в переулок, после чего в дребезги проломил витрину старого здания. Он трансформировался в робо-мод и побежал вниз на парковочный уровень, где снова трансформировался и втопил с визгом шин. Избегая выстрелов, он пытался набрать скорость. По его подсчётам, он находился где-то в двадцати метрах над землёй, и ему срочно нужно было увеличить расстояние между ним и преследовавшим его палаксианцем. Щелчок за его спиной; взрыв через три, два, один… Едва ли он успел пробить бетонную стену парковки, его накрыло ударной волной от взрыва, силой отшвыривая вперёд и поджаривая бампер. Он вновь трансформировался и с кувырком приземлился на землю, беря путь в сторону базы. Как только он пересёк линию, разделявшую вражеские территории, он заметил палаксианца, с которым разговорился ранее, в тридцати метрах впереди и направившего на него дуло пистолета. Чуть поодаль, бежали Саундвейв с Праулом, пытаясь нагнать инопланетянина, и явно не успевая. Джаз осознал, что встретит свой дезактив. И тут, откуда ни возьмись, сзади раздался визг неземного происхождения, и его накрыло тенью пришедшего на подмогу Старскрима. Палаксианец тоже заметил надвигавшуюся на него угрозу и сменил свою цель. Но джет был слишком быстр. В своём робо-моде, веером расправив переломанные крылья и сервоприводы, Старскрим напал на свою добычу словно техно-ястреб. Очень высокомерный и заносчивый ястреб. Джаз позволил себе минутное замешательство от необычного кадра, после чего снова трансформировался и рванул к базе. Он оставил позади безумно хихикающего сикера, впечатавшего свою ступню в палаксианца; Праула и Саундвейва, подоспевших на помощь и подстраховывающих Джаза от другого палаксианца, который открыл на него огонь с поперечной улицы. Джаз добрался до финишной прямой и пересёк черту. — Победа достаётся кибертронцам. Приготовиться к извлечению. Вентилируя на износ, Джаз быстро осмотрелся по сторонам, и помещение потонуло в многочисленных андроидах, пришедших за участниками.