До скорой встречи.

      Арсений уже месяц жил в Москве с Женей. Дни бесконечных, выматывающих съёмок завершались либо совместным ужином в ресторане, либо походом в музей, магазин, а затем ужином уже дома, но едой из доставки. Сидя сейчас в гримёрке, Арс просто пялился в стену и не мог ответить для себя на вопрос "Нравится ли ему такая жизнь? Нужна ли она ему вообще?". В такие моменты мозг, как настоящий предатель, подкидывает воспоминания о, казалось бы, давно забытом завтраке в квартире на Графском переулке. С Серым Арсений больше не говорил о Ярике. Не было необходимости: всё, что Матвиенко хотел сказать, он уже сказал. Серёжа не был тем человеком, который будет на один и тот же вопрос распыляться ненужными словами. Дверь резко открылась, заставляя Арсения вынырнуть из колодца мыслей, гудящих в его голове уже несколько недель. — Вот я и говорю, что практически закончил. Сегодня дизайнер посмотрит промежуточный результат, а там останется немного доделать. Вообще, Дим, приехал бы с Катей, да посмотрели вместе. Она – девушка хорошая, понятливая, а какие идеи выдвинуть может! — первым зашёл в помещение гримёрной Матвиенко. За ним тянулся улыбчивый Шастун, по смешинкам в зелёных глазах можно было точно сказать, что в его голове зрело не менее десяти шуток. — Неужели наш Московский ловелас, наконец остановился на одной девушке? — голос Антона был наполнен смехом. Привычно заполнив собой всё пространство, мужчина плюхнулся на кресло возле Арсения. Цепочки на его шее негромко звякнули, — Арс, ты чего такой задумчивый? У нас, вон, событие века! У Серёни женщина появилась! — А когда у него не было женщины? — Арс слегка усмехнулся на слова Антона. — Шаст, она просто моя хорошая подруга и дизайнер! — Сережа стал потихоньку закипать от подколов Антона. Последним в гримёрку зашёл Позов. — Хорошо, я с Катей поговорю, и решим, когда приехать. Иначе, если не найду дизайнера, я боюсь, или разведусь, или с ума сойду! Ну не могу я выбирать между зелёной и зелёной плиткой. А для неё это оливковый и фисташковый, — Дима кинул на общий столик пачку сигарет и зажигалку: видимо, Антон как обычно свои забыл в машине, и они сегодня у них общие. — Погоди, Серёг, кто приедет? — Арсения как током прошибло. Сердце предательски забилось в истерике под рёбрами, заставляя грудь трещать по швам, а мозг усиленно думать. — Дизайнер мой приедет. А как там Женя? Вы же сейчас вместе живёте? — Матвиенко, сука, умеет прикрыть непутёвую задницу Арса. Ведь о той ночи знают только трое: сам Арсений, случайный свидетель Сергей и та, из-за кого в голове миллиард мыслей – Ярослава. — А, да… Живём. Я ей хотел предложить съехаться после этой поездки в Москву – не вижу смысла дальше тянуть кота за яйца, — неожиданная откровенность выбила парней из колеи. Чтобы сам Граф и поделился личным. Такие дни надо в календарике маркером обводить, и, может, за год наберётся неделька. — А в чём проблема? Если тебе с ней хорошо, и вы любите друг друга, – съезжайтесь, — Антон был прост как пять копеек. — Тох, да ты прям человек гений! И как я сам не догадался? Только я не до конца уверен в этом… — Не пори горячку, ты сейчас устал от съёмок и гастролей. Подожди месяцок-другой, и всё у вас норм будет, — Сережа будто не замечал, или делал вид, что не замечает, из-за кого Арсений колебался в своём решении. — Шастун и Матвиенко, пойдёмте одевать вас, — женщина, заглянувшая в кабинет, внимательно посмотрела на парней, — Бегом! Стас злой с самого утра! — Свет, уже бежим, — девушка скрылась за дверью, неплотно прикрыв её, — пошли, Шаст. Арс, не сходи с ума из-за хуйни.       Антон, хлопнув Арсения по плечу, ушёл за Сергеем. Гримёрка погрузилась в вакуум. Тишина, висящая в воздухе, натягивалась, словно струна, и могла лопнуть в любую секунду. — Арс, это не моё дело, но всё же. Ты и сомнения? Мне казалось, что это ты вечно твердишь "Боишься – не делай, а делаешь – не бойся" — слова Димы как контрольный в висок. А ведь Позов прав. Чего бояться? Они – взрослые люди, и готовы к этому шагу. Медленно переведя взгляд на друга, Арсений завис. — Я не знаю, как ты это делаешь, но спасибо, Дим, — губы Арса дрогнули в лёгкой улыбке. Дима лишь слегка пожал плечами и стал копаться в телефоне.

***

— Серёж, привет. Да мы с Вик в кафешке сидим. — Давай я тебя заберу? Мы на сегодня закончили. Завезём Попова по адресу и погоним куда-нибудь кушать? — Ну блин, это очень заманчивое, конечно, предложение. Только что-нибудь простенькое, а то я одета, мягко говоря, несоответствующе. — Да забей! Всё, чмоки, буду через полчаса, — в динамике телефона послышались гудки. Ярик спрятала телефон в сумочку. — Опять опекает? — Всё боится срыва, как год назад, — Яра слегка улыбнулась девушке напротив, — так, ну и как долго вы встречаетесь?       Ярослава сидела напротив своей лучшей и единственной подруги. Та, активно жестикулируя, рассказывала про парня, с которым познакомилась около трёх месяцев назад. Она была самым нетерпеливым человеком из всех, кого Яра знала, и поэтому девушка с теплой улыбкой выслушивала планы Вики о том, что они уже съезжаются. А в голове бродили мысли совсем о другом. «Мы с Арсом не виделись с того дня, как они с Серёжей уехали на корпоратив. Зачем только он пишет мне… Я не могу этого понять. Серёжа говорил, что он с девушкой встречается…»       Отмеренные Сергеем полчаса пролетели практически незаметно, и, вот уже стоя на тротуаре возле кафе, Яра докуривала вторую сигарету и смотрела в даль улицы, куда минутами раньше уехало такси с её подругой. Яра так и не призналась ей, что гуляла с Поповым, и он у неё на ночь остался. Да и не было смысла в этом признании. Яра давно перестала рассказывать этой девушке про личную жизнь и превратилась в жилетку, которой Вика пользуется после очередного расставания.       А сама Яра? Сама она едва вывезла всё то, что с ней произошло. Вспоминать страшно те три года, которые она провела замужем за Игорем Рыльсковым. Как тогда, так и сейчас он знаменит, занимается фотографией. Устраивает самые яркие фотосессии для знаменитостей и всех, кому хватит денег на оплату его услуг. Яра училась вроде на втором курсе университета, когда стала увлекаться модельным бизнесом. Внешность позволяла быстро выбить себе место в агентстве, которое и направило её работать с Игорем: создавать рекламу нижнего белья. А дальше всё произошло как дешёвой мелодраме, они влюбились друг в друга, начали встречаться. Яре всё казалось сказкой… — Вау! Какие люди! — громкий мужской голос вырвал Яру из размышлений, — Я и не думал, что ты снова приедешь в Москву. — Привет, — Яра едва смогла прохрипеть одно слово. Перед девушкой стоял самый страшный кошмар. Тот, кого она не планировала встречать. Тот, кого она ненавидела всей душой, кто испортил ей жизнь, и тот, кто не даёт ей вновь начать отношения. — А ты всё такая же тихая и красивая, — мужчина улыбнулся во весь рот и поправил воротник пальто, — ты одна или ждёшь кого-то? — девушка стояла на месте и не могла пошевелиться, лишь лёгкий ожог от дотлевшей сигареты немного привёл её в чувство. — Игорь, я жду друга. Иди, пожалуйста, куда шёл… — Да ну брось ты! Мы не чужие люди, всё же три года брака позади. А что за друг? Парень, что-ли? — мужчина будто не замечал её состояния. Состояния накатывающей панической атаки, которых не было уже год.       Серёжа гордился, что она начинала жить и приходила в себя, старательно избавляясь от прошлых проблем. Но сегодня было чувство, что девушку толкнули со скалы в омут прошлого. Вновь жгучая боль в груди, тремор и потливость рук, а сердце готово было выломать рёбра от бешеного ритма. Хотелось сжаться в комок, сесть на асфальт и раствориться пылью, чтобы её никто не видел и никто не говорил с ней. — Пошли, угощу тебя коктейлем? — мужчина по-собственнически положил руку Яре на талию и слегка сжал пальцы. Голова стала подводить, а в глазах всё поплыло. Со стороны могло показаться, что мужчина, элегантно одетый во всё чёрное, придерживает девушку, которой стало плохо. Да только никто из прохожих и предположить не мог, что Ярославе плохо из-за него.       Громкий визг тормозов сквозь толщу паники едва был слышен. Паника всё нарастала с каждым движением мужчины возле Яры, но что-то не давало ей провалиться в истерику окончательно. — А ну съебал от неё! — резкий толчок и Яра едва не падает. С трудом узнаёт в подбежавшем мужчине Серёжу. Он оттолкнул Рыльскова и прижал девушку к себе, понимая, что она сейчас не здесь, а далеко в прошлом. — Воу! Яра, у тебя ручная обезьянка?! — Игорь был на голову выше Сергея, что давало Рыльскову уверенность в своём превосходстве. — Яра, ты меня слышишь?! — Сергей пытался достучаться до девушки, но безрезультатно. — Серёг, всё нормально? — второй знакомый и успокаивающий голос. Арсений, да, он же должен быть с Серёжей. — Да всё нормально, пошли отсюда, надо Ярика в больницу отвезти, — Сергей бросил злой взгляд на ухмыляющегося мужчину и, отвернувшись, повёл Яру к машине. — О! Уважаемый Арсений Сергеевич. Здравствуйте, очень приятно с вами воочию познакомиться, — Игорь, переобуваясь на ходу, протянул Арсу раскрытую ладонь. Арс полностью проигнорировал протянутую руку. — Что произошло? Почему она в таком состоянии? — Девушки – существа хрупкие и глупые. Мало ли, что она себе придумала. Арсений, я бы хотел вам предложить рассмотреть совместный проект, у вас исключительно удивительный типаж внешности, — Игорь вытащил визитку из внутреннего кармана пальто и протянул её Арсу, — подумайте, а сейчас извините, мне надо идти, — машинально взяв бумажку, Попов пихнул её в карман и поспешил в машину.       Поездка прошла практически в тишине, изредка только Серёжа звал Ярика, чтобы убедиться, что она в сознании и контактна. Плохо, на уровне каких-то инстинктов, но контактна. Арсений молчал, боялся впервые в жизни даже вздохнуть лишний раз. Яра лежала на заднем сидении и смотрела в одну точку, на зов друга едва заметно кивала. — Алло, здравствуйте. Вячеслав Петрович, да, это Сергей Матвиенко. У Ярика снова паническая атака. Да, первая за прошедший год. Вячеслав Петрович, я через минут 5 буду у вас. Встретите? В отделение сразу? Да, хорошо, подниму, — Сергей положил трубку и пихнул телефон в карман, — Арс… Я понимаю, что вопросов ахуеть как много, но потом. — Я могу помочь ей или тебе? — Да, поможешь довести её до отделения и, если не сложно… Останешься со мной? — Хорошо, Серёж, без проблем.

***

«Наверное я отключилась… Не помню, в какой момент…» Едва разлепляя веки, девушка столкнулась взглядом с зефирно-белыми стенами. Тело не слушалось, а в груди бродили остатки боли от сумасшедшего сердцебиения и панической атаки. В палате никого не было, а за окном уже горели фонари. Из коридора был слышен едва различимый диалог. —… Ей нужен покой минимум на неделю. Сейчас мы сняли симптомы и восстановили работу организма. Но что произошло? Что её так спровоцировало? — голос врача звучал ровно и спокойно. — Она с подругой в кафе была и, как я понял, встретила там Игоря. Я не знаю, как во всей Москве они смогли пересечься, но вот так… — а вот голос Серёжи дрожал, Яра практически видела, как он заламывает пальцы, теребит верёвочку на толстовке. Сознание снова медленно поплыло куда-то. — Когда её можно будет забрать «Попов? А ты что тут забыл?.. неужели ты не уехал к своей драгоценной Жене?» — Она сейчас, скорее всего, спит. Нет смысла будить её и куда-то везти. Ночь я понаблюдаю за Ярославой, а утром, Сергей, вы сможете её забрать. Но повторюсь. Постельный режим, отдых, и лучше смена обстановки. В идеале – поехать отдохнуть. — Хорошо, я вас понял. Придумаю что-нибудь… — Понимаете, после годового перерыва, и настолько сильная и глубокая паника могла привести к изначальному состоянию. Так что ещё рекомендую не оставлять её одну. По крайней мере, надолго. — Хорошо, Вячеслав Петрович. Спасибо, — тяжёлые шаги сквозь густой туман в голове. Скрип двери, кто-то зашёл в палату. — Серёг… Может я не имею права спрашивать, но что происходит? — Арсений говорил тихо, боясь разбудить девушку. — Арс, я говорил тебе это раз и повторю снова. Я не могу рассказать тебе… — После того, что я увидел, ты не можешь, а должен… Дальше Яра не услышала разговора, а провалилась в бессознательное состояние. Ей стало тепло и спокойно. После произошедшего она могла лишь спать. Три года брака, год из которых был лишь относительным счастьем, а после начинался ад. Ещё два года лечения и терапии. Потом год спокойствия и веры, что всё позади. Но сегодня вновь удавка стягивает шею, не позволяя спокойно дышать.