До скорой встречи.

— Ярослава, доброе утро. Как твоё самочувствие? — прямо с порога Вячеслав Петрович разбудил девушку громким голосом. — Утро, Вячеслав Петрович. Слабость и хочется спать, — нехотя сев на кровати, Яра потёрла сонные глаза и, подтянув ноги к себе, устроилась в позе лотоса. — Нет, милая моя, именно доброе утро. Ты же помнишь, что мы с тобой учимся смотреть на мир позитивно, не смотря на трудности? — слегка кивнув, Яра улыбнулась мужчине и привычно протянула ему руку, — Ну милая, давай проверим давление, кислород, реакцию, и потом возьму у тебя кровь. А там можно будет и позавтракать. Сергею я позвонил утром и попросил привезти тебе сменную одежду. «Стандартная процедура после срыва… хочет отрезать вчерашние мысли и состояние…» — Ярочка, не спи, замёрзнешь, — врач тепло улыбнулся девушке и потрепал по волосам, которые и без того торчали в разные стороны. — Я не сплю… просто слегка задумалась… — Ярочка, послушай меня, милый мой ребёнок. — Мне уже 25 лет! — А мне 63, не спорь! — Вячеслав Петрович искренне улыбнулся девушке и приступил к озвученным манипуляциям, параллельно разговаривая, — Так вот, я настоятельно рекомендую постельный режим в течение недели. Но зная, что ты, скорее всего, проигнорируешь эту рекомендацию, я напишу тебе несколько препаратов для стабилизации состояния и укрепления, и витаминки для хорошего настроения. Сергея я уже проинформировал обо всём. И очень хотелось бы попросить тебя не начинать вновь затворничеством заниматься, — монолог мужчины прервал бесцеремонный стук в дверь, — Процедуры! Ожидайте в коридоре! — Вячеслав Петрович, да бросьте вы. Это, скорее всего, Серёжа вещи привёз. — Не спорь, у тебя процедуры. Так вот, о чём это я? — мужчина смешно нахмурил седые брови и картинно вздохнул, — ну да ладно, думаю, ты и так всё поняла. — Определённо! Серёж, заходи! — Вячеслав Петрович слегка улыбнулся спешке своей подопечной, она для него стала как родная дочка за те годы, что он ведёт её лечение. Мужчина стал готовиться к взятию крови. — Привет, я конечно не Серёга, но можно войти? — из-за двери показался Арсений. На губах лёгкая улыбка, одет в смешного цвета фуксии худи и драные на коленях джинсы, в руках огромного размера пакет. И чего они с Матвиенко туда напихали? — М… Арс? А где Серёжа? — Яра смотрела на мужчину и ни как не могла для себя определиться, хочет она его сейчас видеть или нет. — Он, кажется, чем-то отравился и попросил меня закинуть пакет с вещами, и кое-чего я сам купил. Не знаю, любишь ты такое или нет, но я купил фруктов, пару тарталеток с ягодами, и кофе. Матвиенко сказал, какой тебе нравится, — Арсений протараторил всё практически на одном дыхании, вызвав у девушки нежную улыбку. Он так искренне волнуется и переживает за чужого для него человека. — Ярочка, а чего это ты не рассказывала о таком чудесном молодом человеке? Смотри, какой заботливый, — Вячеслав Петрович подмигнул Арсению и, практически не глядя, замотал девушке локоть, — Я закончил тебя мучить. Повязку снимешь сама через полчасика. А сейчас я оставлю вас, отнесу кровь в лабораторию. К обеду будет результат, если всё нормально, завтра утром отправлю домой отдыхать. Арсений, а с вас проследить, чтобы девушка не скучала и не осталась голодная! — Как скажите Вячеслав Петрович! — Арсений улыбнулся мужчине и пропустил того выйти из палаты, — Так я могу войти? — Яра смотрела на него, не отрывая взгляда, и ни как не могла придти в голове к единому мнению. Нужно ли ей общение с этим мужчиной? — Проходи, конечно… — Яра чуть улыбнулась и, отведя взгляд, кивнула на кресло у кровати. — Спасибо! В общем, Серёга тут вещи тебе собрал, — «я не знал, что ты у него останавливалась жить» — пара футболок, домашние штаны, бельё и вроде твоё любимое худи. Вот ещё тапки дал и сказал, что если носить не будешь, примотать скотчем, — Арсений поставил пакет с вещами на край кровати. — Это очень в его духе, он как-то один раз так и поступил, пока я спала… Я, правда, ему потом отомстила, — Яра стала увлечённо копаться в пакете, вытаскивая необходимые вещи. — И как, если не секрет? — Арс тем временем вытащил на подкатной стол всё, что сам купил. — Не секрет. Отказалась готовить ему завтрак, а поверь, для него отсутвие завтрака — трагедия похлеще меня на холодном полу. Я сейчас. — Яра поднялась с кровати и, прижав к груди вещи, в которые планировала переодеться, скрылась за дверью ванной. — Да, конечно, — Арсений тихо выдохнул и, поправив в миллионый раз волосы, практически упал в кресло, — Яр, а я могу задать вопрос? — Наверное можешь, — закрыв за собой дверь девушка быстро приняла душ. Одев чистое бельё она замерла перед зеркалом и будто в первый раз видя его стала рассматривать. Длинные тёмно-рыжие волосы, торчащие сейчас в разные стороны, непослушными кудряшками, слегка отёкшее лицо, под глазами тёмные круги, а радужки стали темнее обычного. Ключицы выпирали вперёд, скорее всего позвоночник тоже будет торчать. Наморщив носик, девушка провела рукой по животу и тонким, практически незаметным шрамам. Россыпь белёсых полосок была правее пупка и, если присмотреться, их было три глубоких и, если присмотреться, около 5 просто мелких царапин. — Что вчера произошло? — Паническая атака, ты же, наверное, слышал, что Вячеслав Петрович говорил, — разговор через дверь давал иллюзию защищённости. Арсений же не видит её, он там сидит, а она тут, в безопасности. — Я понимаю, что это была паническая атака. Но из-за чего? Она же не может быть на пустом месте? — Вообще-то как раз может быть и на пустом месте, но это не в моём случае… — Прости, я не хочу причинить тебе боль и, если мне это не надо знать, то не говори. — Всё нормально. Врач говорит, что мне необходимо об этом иногда говорить, так проговаривая ситуацию, я её начинаю отпускать, и мне будет легче. — Тогда ты расскажешь? — Яра дёрнулась на месте, упершись взглядом в дверь, голос за которой стоял непозволительно близко к её безопасному месту. — Я… Да наверное после вчерашнего в этом есть смысл… — неосторожно дёрнув рукой, девушка задела стакан с щёткой, стоящий на раковине. Стакан, громко звеня, разлетелся по раковине крупными осколками. Практически сразу дверь в ванную открылась, в неё влетел Попов и ошалелым взглядом стал искать причину грохота. Найдя разбитый стакан в раковине, он наконец-то заметил стоящую в одном белье Ярославу. — Ты не порезалась? Всё нормально? — девушка молчала и смотрела, как в панике Арс мечется, не зная за что первым схватиться, толи её одеть, толи осколки убрать, толи унести Яру из ванной, чтобы та ещё чего не разбила, — ты не порезалась? — Арс осторожно взял руки Яры в свои и осмотрел их. — Нет, всё нормально, я лишь задела стакан… — Яра смотрела на губы мужчины и понимала, что очень хотела бы их поцеловать вновь, вспомнить его вкус и то, какие они мягкие. — Прости, пожалуйста, — Арс накинул на её плечи полотенце и сам не понимал перед кем и за, что он извиняется. Хотя нет, понимал и знал, за что и перед кем, достаточно было лишь опустить взгляд на её губы.       Крепко сжимая полотенце руками, Яра молчала и не могла сказать хоть слово. Лишь почувствовав на своих губах его дыхание, немного пришла в себя, чтобы вновь пропасть. Он едва касался губ девушки, будто спрашивая разрешения, а она — глупая — ответила на его касание. Арс только и ждал позволения. Медленно и тягуче углубляя поцелуй, Яра чувствовала каждое его прикосновение к губам, тяжелое дыхание. Прикрыв глаза, она тонула в нём, чувствуя его тепло, касания губ, руки мужчины легли на её талию и слишком по собственнически прижали её к себе.       Казалось бы, невинный поцелуй медленно, но верно начинал перерастать в нечто большее, сначала едва ощутимый укус за губу, взаимное касание языка, рука сжимающая талию, вторая слишком бесцеремонно запуталась в распущенных волосах, лаская затылок девушки. Равный выдох Яры прямо в губы Арсению заставил его опуститься поцелуем ниже к скулам и шее девушки. Яра резко дёрнулась и, вынырнув из тягучего омута ощущений, испуганно посмотрела Арсу в глаза, словно первый раз видит. — Нет! — отрезав, Яра оттолкнула его и, опустив голову вниз, прикрыла лицо волосами. Быстро натянув на себя хлопковые штаны и безразмерную футболку, девушка выбежала из ванной и, стараясь отдышаться, остановилась у открытого окна. Арсений, тихо вышел из ванной и, не зная как дальше выстроить диалог, молча мялся у кровати, не решаясь подойти или сказать что-то, — Прости, мне не стоило вообще позволять себе ничего лишнего ещё в тот вечер. Всем было бы спокойнее. И я же обещала, что расскажу, — Яра искренне надеялась, что история оттолкнёт Попова и всем станет жить легче. — Яр, прости, я не настаиваю… —Не перебивай, Попов, — голос девушки моментально загрубел, — Я в универе на начальных курсах занялась работой модели. Ездила на фотосессии, была даже рекламным лицом питерского бренда одежды. Так познакомилась с Игорем. Влюбилась, идиотка, и практически сразу выскочила замуж за него. Мы практически год прожили душа в душу, а потом он начал ревновать. Сначала это были ссоры, скандалы, потом уже… потом он начал бить. Так прошёл ещё год, я верила, что он исправится, а потом произошло ровно то, что поделило всё на до и после. Меня избили в подворотне, тут в Москве, какая-то пигалица решила так убрать конкурентку. После того, как меня выписали из больницы домой, Игорь устроил мне очередной разнос на тему ревности, но он был пьян… И простыми побоями всё не кончилось, он просто изнасиловал меня. Но на одном разе не остановился, всё продолжалось около недели к ряду. Было очень больно и страшно, — каждое слово девушка словно клещами тащила из себя. Арсений молчал и слушал, — Я сбежала от него, уже даже не помню как смогла. Пошла к подруге и всё утихло на месяцев пять, тогда я узнала о беременности. Я была беременна ребёнком от него. Идиотка. Пойти бы в полицию да написать заявление, но решила, что смогу всё решить и без них. И представляешь пошла ему говорить, попёрлась к нему в квартиру. Он снова был пьян, а я как всегда глупа. Рассказывала ему о ребёнке, что срок маленький и, что хочу сохранить его… а он схватился за нож, — девушка повернулась к Арсу лицом и стыдливо пряча глаза, подняла футболку, обнажая живот с едва заметными белёсыми полосами, — он сказал, что ему дети не нужны, и он сам его вырежет. Вырезал. Дура я, правда? Серёжа тогда пришёл к нему за какими-то бумагами, а обнаружил полудохлую меня в крови и Игоря, обмывающего победу. Дальше много месяцев реабилитации, которые Серёжа проходил вместе со мной. Шаг за шагом. Поэтому он так боится за меня. В полицию я ему запретила ходить, хотя там явно было, за что привлечь. Но тогда я бы не выдержала следствия, как собственно и сейчас. Отличная история? — Яра подняла глаза на Арсения, который стоял, как статуя, и смотрел на девушку, — Арс тебе не нужно всё это. У тебя Женя есть. Люби её и будь с ней. Спасибо за заботу и вещи, а сейчас извини мне надо бы отдохнуть… — Арсений едва заметно кивнул, не в силах сказать хоть пары слов. Ссутулившись, он молча вышел из палаты, оставляя девушку наедине со своими мыслями. Она оказалась сильнее, чем он во много раз. Яра смотрела на закрытую за Арсом дверь и точно понимала, что он, за эти пару встреч, стал ей… кем-то больше чем знакомец…

***

«Теперь ясно, почему Матвиенко молчал — о таком не рассказывают. О таком молча несут крест», — каждая новая мысль о рассказанном Ярой отдавалась болью в голове. Будила в сердце ненужные эмоции к этой девушке. Она оказалась сильнее, чем все, кого Арс знал до этого дня. Прочие проблемы показались мелочью по сравнению с тем, что пережила эта девушка. Было страшно признаться самому себе, что струсил остаться с ней, что сейчас сбегает к той, кто проще, к той, которая понятнее.