Ревность, как двигатель прогресса

Сережа знал, что долго гулять без шапки и в не самом теплом пальто не стоит, но… Олежа опять привел к ним домой Валерию, потому что она, видите ли, забыла ключи дома и теперь ей нужно дождаться, когда мать вернётся с работы, потому что ехать за ними на другой конец города будет дольше, да и на улице ноябрь. Видеть ее, после того, как окончательно осознал, пусть пока и не принял свои чувства, Сережа не хотел, а Птица спал, вот и решил Разумовский погулять. А на следующий день с трудом встал с кровати, чувствуя слабость и начинающуюся головную боль. — Сереж? Ты в порядке? — Олег обеспокоено на него посмотрел. Выглядел Разумовский плохо. — Все нормально, — привычно ответил Сережа, вот только голос был хриплым. Олег подошёл поближе и рукой коснулся чужого лба, измеряя температуру. — Ты заболел, — с тревогой в голосе констатировал Волков. — Не думай отпираться. Живо в постель, на пары сегодня не пойдешь. — Ну Олежа, это пройдет… — попробовал все же возразить Разумовский. — А ты мне дал отвертеться, когда у меня спина болела несколько недель назад? — покачал головой Олег. — Я беспокоюсь. Иди в постельку, никуда твоя учеба от тебя не денется, ты же гений. Я сейчас сгоняю в аптеку. Хочешь, даже у Леры уточню, что тебя побыстрее вылечит. — Иду я, только не надо Леры, — раздражённо-обиженно ответил Сережа, действительно возвращаясь под одеяло. Олег нахмурился, соотнося два плюс два, похоже Сереже и правда не шибко нравится Лера. Он собрался и заскочил напоследок в комнату, чтобы удостовериться, что Серый лег и уточнить у него: — Какие у тебя вообще жалобы? Температура, судя по голосу горло, а ещё слабость. Что-то ещё? Насморк? А то у нас только жаропонижающее осталось после прошлого раза. Сережа хотел по привычке сказать, что ничего не надо, но проснувшийся Птица перехватил контроль, сдав его полностью: — Нос заложен, и голова ещё болит… На возмущение Разумовского, он лишь прошипел: «А ты хочешь, чтобы он притащил сюда Валерию?», на что Сергей вздохнул, но согласился. — Понял, — кивнул Олег. — Я быстро. Сережа зарылся в одеяло под ворчание Птицы: «Одни проблемы от нее!»

***

Олег вернулся довольно скоро, раскрасневшийся от бега и мороза. Сгрузил лекарства на свою кровать и сразу же развел бурную деятельность по лечению. — Аптекарь посоветовал, — уточнил он на чужое недоверчивое выражение лица. Сережа кивнул, при этом лицо у него было такое, словно его не лечить собирались, а пытать — ну не любил он лечение. Волков вздохнул, сходил за водой, протянул Разумовскому стакан и лекарства. Противовирусные были в таблетках, он знал, что порошки Серый не любил. Сережа скривился, но таблетки послушно проглотил, вновь собираясь закутаться с головой под одеяло — становилось зябко. — Ты молодец, Сереж. Я сейчас принесу тебе градусник, и ты измеришь температуру, чтобы мы точно знали, что сбивать её можно, — мягко произнес Волков, погладив того по голове сквозь плотную теплую ткань. — И нос попшикай обязательно. Я тебе сейчас спрей передам. «Волче там что, пол аптеки скупил?» — впрочем, Птица был одновременно и далек, и не далек от истины. Может пол аптеки он и не скупил, а вот деньги со своих подработок по большей части, не считая отложенных на квартиру, потратил. Спрей помог только отчасти, но настроение от заботы Олежи медленно поднималось. Сережа немного высунул голову из-под одеяла, тихо позвав: — Олежа… Он жутко смущался того, что ему подсказывал Птица, но все же предполагаемый результат его очень привлекал. — Да, Серёж? — Олег ищущий, куда они дели градусник, обернулся. — Мне плохо, голова болит, — пожаловался рыжий. Волков по счастливому совпадению тут же нашёл градусник и вместе с ним подошёл ближе к Серёже. Положил прохладную руку на его лоб. — Потерпи немного, лекарства помогут. Сейчас ещё после того, как температуру измеришь, выпьешь жаропонижающее и поспишь, и вообще лучше станет. — Если ты меня обнимешь, все пройдет быстрее, — щеки горели от смущения, но Сережа справился, хотя и пригрозил, что следующую такую фразу говорить будет Птица. Олег с нежностью ему улыбнулся. — Сомнительно, но давай попробуем, — фыркнул он, словно не хотел того же. Он выдал Сереже градусник, заставив того на мгновенье раскрыть кокон, и забрался на кровать с ногами, чтобы обнять Сережу со спины. Разумовский сначала боялся дышать, чтобы не спугнуть Олега, но постепенно расслабился, пригревшись и правда почувствовал себя лучше. Они просидели примерно десять минут, не двигаясь, пока Разумовский измерял температуру. После Олег отстранился незадолго, чтобы взять у Сережи градусник и посмотреть. — 38 ровно, — озвучил он, нахмурившись. — Я тебе сейчас жаропонижающее дам. Сережа вздрогнул, когда Олег отодвинулся, и поймал его за руку, жалобно протянув: — Олежа, останься… — Я только за лекарством, — произнес Волков. — Я же сейчас вернусь, Сереж. И потом попробуешь поспать, я побуду рядом. Рыжий проворчал что-то, но нехотя отпустил, понимая, что ответственный Олежа не успокоится, пока не напичкает его лекарствами. Впрочем, это было быстро, и Олег исполнил свое обещание, вернувшись и снова обняв рыжеволосого. — Давай ляжем, — предложил он. — Тебе бы поспать. — Угу, — Разумовский и впрямь очень хотел спать, а вот Птица ещё имел достаточно сил, чтобы лежать, тихо радуясь, что о них заботятся и вновь прикасаются, греют… Когда Сережа перестал возиться и, кажется, уснул, Олег прижал его на мгновенье еще сильнее и невесомо коснулся губами чужой макушки. — Выздоравливай, — прозвучал тихий шепот, и Олег стал осторожно выпутываться из объятий, чтобы не разбудить Сережу. Нужно приготовить что-нибудь, может даже куриный суп, говорят, он для больных полезен. Птица немного завис, пытаясь понять — показалось ли ему, поэтому не воспротивился побегу, вновь анализируя поведение Волкова. Он решил, что если тот не вернётся достаточно быстро, то он пойдет его искать. Волков тем временем достал нужные продукты и начал их подготавливать к готовке. Но затем, вспомнив кое о чем, вытер руки об полотенце и нашел свой телефон. Напечатал: «Сегодня не смогу тебя проводить, Серёжа заболел. В ближайшее время занят. Если тот парень будет к тебе лезть, разрешаю сказать, что я набью ему морду». Отправил, после чего вернулся к готовке. Услышав звуки с кухни, Птица понял, зачем ушел Олег. Есть не хотелось, но отговаривать Волкова бесполезно, придется ждать…