Пещера Снов

      Роше, оказавшийся в плену уже второй раз в своей жизни, не собирался молчать. Смелости ему прибавил, главным образом, тот факт, что если бы Иорвет действительно хотел его убить, он бы это уже сделал. Переоценить милосердие своего пленителя Вернон, впрочем, тоже не торопился. Возможно, эльфы готовили для него участь пострашнее смерти.       — Зачем вообще был весь этот цирк с «побегом», маслом и Вертушкой? — вспомнил Роше их заключение.       — Нужно же было как-то развлекаться, — холодно ответил эльф.       Надменный Иорветов тон, помноженный на его победу в Бан-Карраке, было сложно выносить.       — Ну, и что теперь? Какие у вас на меня планы? Пытки? Заточение? — злобно выспрашивал Роше.       — Если не будешь вести себя, как bloede soith, обещаю, тебя не тронут. Побудешь нашим пленником. А мы пока посмотрим, как быстро Фольтест изменит закон о преследовании нелюдей. И лучше бы ему с этим поторопиться.       Роше не припомнил ни единого раза, чтобы эльфы Иорвета отпустили кого-то из своих пленников (кроме Вертушки и заключённых) живым. В том числе поэтому его скоя’таэлей так боялись. Роше наивен не был и первейшим делом предположил, что как только эльфы добьются всего чего хотят, размахивая его полосатым дублетом перед носом короля, сразу же избавятся от него.       Попытки выяснить, что произошло с отрядом Синих Полосок, тоже результата не дали. Больше эльфы с Роше не разговаривали.       Они отошли от Бан Каррака уже на приличное расстояние, когда Иорвет вдруг остановился. Другие эльфы тоже напряглись. Роше ничего не слышал, но темерец и не обладал сверхъестественной чуткостью, как остроухие. Сквозь деревья к ним кто-то приближался. Роше сразу понял, что Иорвет не увидел в незнакомце большой угрозы, иначе бы сразу же отдал лучникам приказ приготовиться.       — Vatt’ghern? — вопросил в темноту эльфский атаман. — Что ты здесь делаешь?       На свет вышел Геральт из Ривии собственной персоной, и Роше ещё никогда прежде не был так рад его видеть.       — Ceadmil, Iorveth, — немного рассеянно отозвался ведьмак, оглядывая остроухую компанию. — Я ищу Вернона Роше... Он у вас?       — Геральт! — окликнул его темерец.       — Роше? — удивлённо посмотрел на него Белый Волк.       Замешательство ведьмака темерцу стало понятно. Геральт был в курсе плана по захвату крепости и сейчас направлялся к ней, видимо думая, что та уже занята темерскими солдатами.       — Замок взять не удалось?... — задумчиво произнёс ведьмак. В темноте сложно было понять, к кому конкретно он обращается.       — Геральт, этот психопат разрушил Бан-Каррак, — тут же нажаловался на эльфа Роше.       — Ведьмак, я слышал из его уст, Роше — насильник городских seidhe, — немедленно разоблачил темерца в ответ Иорвет.       — Ого, что у вас тут вообще происходит?...       Иорвет вышел вперёд.       — Чего ты здесь ищешь, Gwynbleidd?       — Я искал Роше. Но всё вышло даже лучше, чем я думал. Послушай...       — Вернон Роше — мой пленник. Я не отдам его, — воинственно заявил Иорвет. Скрежеща сталью, он вынул на свет свои изогнутые клинки. — Уйди с дороги.       «Неужели будет драться с ведьмаком? Совсем тронутый?» — подумал Роше.       — Я не собираюсь ни с кем из вас драться, — выставил вперёд руки Геральт. — Я пришёл за помощью.       — Извини, Gwynbleidd, у меня нет времени на помощь кому-либо. — Убирать сабли в ножны Иорвет не торопился.       — Как только меня выслушаешь, оно у тебя появится. Я здесь по делу. И тебя оно напрямую касается.       Роше, вообразивший было, что старый друг пришёл вытащить его из эльфского плена, несколько запутался.       — Скажу сразу, мне нет дела до ваших разборок, — продолжил ведьмак. — Но прошу выслушай меня. Нужно поговорить. Ты, я и Роше.       Задумавшись крепче, чем обычно, Иорвет, наконец, кивнул своим и, схватив Роше за загривок, приблизился к Белому Волку. Темерец моментально взбесился от такого обращения. Он заметался, как окунь в сетке, но был крепко связан, а потому попрепятствовать эльфу не смог.       — Я слушаю, — проговорил Иорвет.       — Я здесь по заданию Фольтеста, — объявил ведьмак.       — Ты что, издеваешься надо мной, vatt’ghern? Ты пришёл сюда с заданием от того, кого я желаю видеть в канаве даже больше его прихлебателя, — пихнул он в бок Роше, — и хочешь просить меня о помощи?       «Прихлебатель» гневно затрясся.       — Именно так, — невозмутимо ответил Геральт.       — Переходи к сути, — выдувал ноздрями искры Иорвет.       — В паре вёрст отсюда есть пещера. Внутри — место Силы. Мне нужно добраться до него, но в одиночку я не смогу. Потребуется ваша помощь.       Геральт рассказывал это всё с таким невозмутимым видом, словно целыми днями только и делал, что ошивался у дорог, предлагая каждому встречному принять горячее участие в его пещерном приключении.       Иорвет уставился на него так, будто ведьмак только что предложил ему стать крёстным отцом одного из первенцев Фольтеста.       — Это непростая пещера, — продолжил ведьмак. — Внутри — магический заслон, и не один. Мой амулет сходит с ума.       — Я что-то не понял, — попытался разобраться Роше. — Весь сыр бор из-за места Силы? Место Силы — это где ты берёшь энергию для своих ведьмачьих штучек, так? При чём тут я?       — Это место Силы необычное. Я знаю, Фольтест не посвятил тебя в это дело, Роше, но Трисс сейчас у него, и объясняет всё то же, что я вам сейчас расскажу.       Информация о том, что король не поделился с капитаном своей разведки каким-то важным секретом, мгновенно подняла Иорвету настроение.       — Пёс бесправный, — произнёс он.       — Развяжи меня, и я оторву тебе яйца, — попытался навредить эльфу Роше, толкая его плечом.       — Что с пещерой? — вернулся к Геральту Иорвет.       Ведьмак облокотился спиной о высокую осину и начал свой рассказ.       Необычность Камня Силы, так интересующего Белого Волка, заключалась в том, что в отличие от всех других камней, встречаемых им на Пути, этот обладал силой перемещать в пространстве предметы и людей. Впервые Геральт встретил подобную аномалию на островах Скеллиге. Коснувшись непривычного чёрного Камня, он оказался в пещерах Назаира. Геральт не отнёсся к находке равнодушно, и вскоре, в компании нескольких чародеек, начал проводить над Камнем магические эксперименты. Выяснилось, что минерал, черпающий энергию одним Богам ведомо откуда, переносил на новое место людей в количестве до тридцати человек (большему числу не удавалось взяться за камень одновременно), крупные и мелкие предметы быта, а также домашних животных любых габаритов. Удивительные Камни, как выяснилось позже, являлись исключительной редкостью, связь имели парную, и находились в местах, страшно удалённых друг от друга. Изучившие их феномен учёные утверждали, что целью создателя Камней была возможность перебросить на дальнюю дистанцию большое количество человек. Избежать ли нападения, или, наоборот, устроить его — причины могли быть разные. Расследование шло спокойнее некуда, пока не выяснилось такое, от чего затрепетали разом сердце, ноздри и волосы темерского владыки Фольтеста. В аэдирнских лесах, совсем недалеко от его королевства, был обнаружен один из чёрных Камней Силы. В то время, как брат этого самого Камня пылился ... в Нильфгаарде. Да не где-нибудь, а в самом городе Золотых Башен. Сведения, добытые разведкой в Нильфгаарде, подтверждали, что странный Камень-близнец находился в глубоких катакомбах, под столичной тюрьмой «Остог». Ковырявший его ученик тогдашнего магистра, а затем и пара десятков нильфских стражников, не добились от Камня никакого любопытного эффекта, после чего признали его неисправным и схоронили в подземельях. Ведьмак тут же заметил, что поступили они крайне опрометчиво, ведь их Камень, «dara», то есть «второй», был принимающим, спящим. Он мог лишь ждать, пока тот, кто схватился руками за «hennu» — «первый» Камень — прилетит к нему через телепорт. Терзающие неактивный второй Камень нильфгаардцы даже не подозревали, что первый откликается на это магическими всплесками. Слабыми, но достаточными для того, чтобы оснащённый амулетом ведьмак их почувствовал. Так Геральт нашёл пещеру с Камнем Силы.       Осознав, что за находка теперь в его руках, Фольтест первым делом вознамерился забить через телепорт нильфгаардские подземелья порохом под завязку и взорвать половину вражеской столицы. К счастью, страстного самодержца вскоре удержали от этой блестящей идеи мудрые советники-гуманисты, утверждавшие, что в войне с чёрными нужно знать меру, и истребление мирного населения не добавит королю популярности у простого народа. Пересмотрев свой изначальный план, Фольтест, направляемый в этот раз идеями Яна Наталиса, объявил, что намерен заслать в нильфские подземелья солдат в количестве достаточном для того, чтобы взять вражескую столицу за ночь. Учитывая размеры тюрьмы-крепости «Остог», треть темерского войска влезла бы туда без всякого масла, после чего, не ожидаемая никем, захватила бы город в решительном штурме.       На лицах собеседников Геральт не увидел ни единственного понимания, зачем конкретно они нужны для его миссии, и приступил к главному.       Сложность операции заключалась в том, что желающие отправиться от Камня «hennu» к Камню «dara», должны были преодолеть испытания пещеры, охраняющей вход к отправляющему чёрному Камню. Ведьмак и все, кто разбирался в вопросе, полагали, что испытания были нужны, главным образом, для того, чтобы не дать воспользоваться могущественным телепортом кому попало.       Трисс Меригольд и её помощники вскоре выяснили имя создателя чёрных Камней Силы. Некто Гледор ЛасКаэд, один из не самых выдающихся, но таинственных магов Капитула прошлого, потратил половину своей жизни на поиски подходящих для Камней мест и снабжения оных охранными системами «испытаний».       Что конкретно представляли собой испытания — Геральт не знал, но над входом в пещеру имелись поясняющие надписи на высоком слоге Старшей Речи. К сожалению, поясняли надписи немногое. Прежде всего они намекали, что вошедших ждёт три испытания: меча, духа и намерений.       К сожалению для всех желающих опробовать крепость своего духа, меча и намерений, Гледор ЛасКаэд был большим хитрецом. Он заколдовал пещеру так, что войти могли лишь те, кто соответствует также выдолбленным над входом требованиям. Собственно, они-то и помешали ведьмаку самостоятельно проникнуть в пещеру. Трисс расшифровала письмена, оставленные на Старшей Речи и выяснилось следующее: посетителей могло быть только десять, ни больше, ни меньше. Среди «взываемых», так именовались гости пещеры, должны были присутствовать не меньше одного представителя человеческого рода, лишённого магической силы, одного представителя человеческого рода, обладающего магической силой, одного представителя старшей расы эльфов Aen Elle или Aen Seidhe, одного существа разумного, не имеющего расы.       — Что ещё за «разумное существо, не имеющее расы»? — поморщился Роше, подметив самую интригующую часть в описании.       — Попытка Гледора ЛасКаэда сломать людям головы ещё до самих испытаний, — ворчливо заметил Геральт. — Можно гадать, но я почти уверен, что подойду. Расы ведьмаков не существует, но можно сказать, что и человеком я не являюсь. Трисс согласна, что это может сработать. Подхожу я или нет, Роше, один я в пещеру зайти не смог. На входе — ни ворот, ни дверей, но внутрь не попасть. Что-то есть там невидимое... Что не пускает.       — Что за бред? Зачем там одновременно человек, колдун, эльф и ведьмак? Что ещё за дружба народов?       — Трисс думает, что в этом и был весь смысл. Гледор включил в уравнение представителей двух рас, ненавидящих друг друга сильнее всех других, колдуна, который будет контролировать ситуацию, и нейтрально настроенного мутанта, который будет им всем свидетелем. Похоже, Гледор был идеалистом.       — А почему в «уравнении» нет низушков? Или краснолюдов? — сощурился темерец.       — Откуда я знаю, Роше? Может Гледор ненавидел низушков.       — Я понял твою проблему, — вернулся к главному Иорвет. — Но назови мне хотя бы одну причину, по которой мне нужно бросить всё и побежать помогать вам перекидывать войска в Нильфгаард?       Геральт скрестил руки на груди и чуть нахмурился. Он принимал такой вид всегда, когда речь заходила о чём-то серьёзном.       — Ты скучаешь по Дол Блатанна, Иорвет?       — Что?... — несколько опешил эльф.       — Знаю, что скучаешь. Не пора ли вам туда вернуться?       — Ты отлично знаешь, что мы не можем этого сделать.       — Знаю. Долина Цветов — вассал Нильфгаарда. Путь вам туда заказан. Но Нильфгаард разрушится, как карточный домик, после того, как темерские войска захватят его столицу. Империи придёт конец, а вы сможете вернуться домой.       Роше скосился на Иорвета. Он знал, что эльфов Иорвета не пускают в Долину Цветов, так что паломничества скоя'таэлей к Дол Блатанна были скорее актом регулярного отчаяния. Францеска Финдабаир, ведьма и королева эльфского края, была ненавидима Иорветом едва ли не пламеннее Фольтеста. И не удивительно. С её лёгкой руки нильфы установили в Дол Блатанна свои законы, первейшим из которых был запрет под страхом смерти на впуск в страну скоя'таэлей. Ещё способные иметь детей молодые эльфы, которых в рядах Иорвета было большинство, не могли вернуться домой и продолжить свой род. Бесконечно моложавые старцы Дол Блатанна не получали притока свежей крови. Невозможность скоя'таэлей вернуться в родные земли грозила закатом эпохи эльфов. Однако если Империя потерпит поражение в самом своём сердце, Нильфгаард будет озабочен совсем другими вещами, нежели удержание своих вассальных государств.       Иорвет, фанатично и трепетно любящий свой народ, пойдёт на всё, чтобы избежать трагедии, понял Роше. Геральт оказался прав: поражение Нильфгаарда касалось эльфского атамана напрямую.       — Кроме того, — продолжил ведьмак, — треть заключённых "Остога" — нелюди. И треть этих нелюдей — эльфы. Это почти тысяча человек. Хотел бы ты видеть их на свободе? — отреза́л Иорвету все пути к отступлению ведьмак.       — Кто даст мне гарантии того, что темерцы не перережут seidhe из тюрьмы "Остог", или не пересажают их по темерским тюрьмам?       — Фольтесту нет смысла держать их в плену или убивать. Он знает, что как только Империя падёт, все эльфы вернутся в Дол Блатанну. Он не будет им вредить, если поймёт, что они не представляют угрозу Темерии. Я знаю, тебе нужно время. Но думай быстрее. Чем раньше мы...       — Я согласен, — сжал челюсти Иорвет. Он был бел и сосредоточен.       Геральт осторожно выдохнул, моргнув впервые за всё время своего рассказа.       — Да, да, какое счастье, вы уберёте свои проклятые рожи из наших лесов. Я тоже рад, — заворчал Роше, словно бы заимев ещё сто пятьдесят лет сверху к своим тридцати семи. — Только если для входа нужны: эльф, колдун, человек и ведьмак, кто остальные шесть? Ты сказал их должно быть десять.       — Я сказал всё, что знаю, Роше, — устало ответил ведьмак. — Думаю, те четверо должны быть в обязательном порядке, остальные могут быть обеих рас, или вроде того. Выясним это все вместе, когда дойдём до пещеры.       — Я никуда не двинусь, пока не увижу своих людей! — снова задохнулся гневом Роше.       — Я видел их в версте отсюда. Они ищут тебя, — ответил ведьмак. — Могу найти их и привести. Много времени не займёт.       — Можешь приводить кого угодно, vatt’ghern, но Роше останется у нас, — непреклонно заявил эльф.       Роше что-то пробормотал о близком физиономическом сходстве своего пленителя со стервятником, заглотившим шматок падали.       Геральт исчез в ночи, оставив Вернона наедине с Иорветом и его бандой. Внутри у эльфа, сокрытое от проницательного темерского взора, разлилось целое озеро тяжких дум. И, судя по виду, Иорвет не просто занырнул в него поглубже, но даже успел закопаться в ил на самом его дне.       Геральт вернулся раньше, чем руки Роше успели онеметь от верёвки. Ведьмак привёл весь сине-полосатый отряд и Трисс Меригольд. Полоски были несколько потрёпаны в недавнем столкновении с "фуражирами" Иорвета, но живы. Увидев капитана, они радостно взвыли. Осознав через секунду, что любимый начальник оказался захвачен ненавистными скоя'таэлями, они снова взвыли, правда уже не так радостно.       Наполнившие небольшую прогалину люди и нелюди сразу же разделили её на два лагеря. С одной стороны расположились солдаты Роше. Они развели костёр и нервно нарезали вокруг него круги, делаясь похожими на чертей, призывающих из адских врат самого Владыку Зла. Темерцы рыли копытами землю, разглядывая эльфов из-под низких лбов.       С другой стороны, между сосняком и кустами, обосновались скоя'таэли. Белки обступили темерского капитана, и мрачная композиция у их костра выглядела так, будто своего Владыку Зла они уже призвали. Ибо Вернон Роше, едва ли не искривлял пространство вокруг чернотою своих помыслов.       В нейтральной, буферной зоне стоял Геральт. Ведьмак ждал, пока королевская советница и чародейка Трисс Меригольд разрешит назревший между сторонами конфликт. Используя свой многолетний опыт, Трисс пыталась убедить Иорвета отпустить темерца к своим. Беседа с эльфом, а что вернее, борьба с его природной строптивостью, продвигалась тяжко. Меригольд пыталась разбудить в собеседнике здравый смысл. Иорвет душил её теориями заговоров. Эльф так не хотел отпускать своего пленника, будто произойди подобное, вселенная тут же схлопнется. Вернон Роше, к счастью, всё это время держал язык за зубами, и спустя несколько часов Трисс удалось убедить командира белок выпустить темерца.       — Если увидите, что кто-то из них вынул меч — убить всех, — услышал Роше за спиной, пока направлялся к своим.       — Недоверчивый кусок дерьма, — пыхтел Роше себе под нос.       Добравшись до Полосок, Роше, впрочем, тут же понял, что для паранойи Иорвета были основания. Ибо первое же, о чем предложил ему задуматься Бран, была скорая и дерзкая атака на скоя'таэлей, "пока они не ожидают". Командир быстро охладил всех особо горячих. Белки на другом конце поляны тоже успокоились. Спустя ещё несколько часов, подтвердивших, что и те и другие могут держать себя в руках, Меригольд пригласила в центр прогалины обоих капитанов.