Erased Potential|Стёртый потенциал

      Айзава долго сидел в своей комнате после ухода Мидории. Мидория явно знал, как произвести впечатление, и он сделал это. Не было лучшего способа привлечь его внимание, чем доказать, что его частная жизнь не была абсолютно защищена, как ему нравилось думать. После поверхностного просмотра тетради Мидории он попросил одолжить их ненадолго, поскольку уже сейчас он мог сказать, что ребёнок имеет талант в исследовании. Рисунки, хотя и не были красивыми, были чисты. А его анализ причуд? Мидория мог лишь мельком увидеть кусочки драк лично и короткие, повторяющиеся клипы, появляющиеся в новостях, но его объяснения причуд были краткими, и как мог видеть Айзава, точными. Если бы этот навык был развит… даже, если он не сделает из него про-героя, он мог бы сильно помочь.       Никогда ещё студент без причуды не был принят в ЮЭЙ до сих пор. Не на курс общего образования, и уж точно не на геройский курс. Но это не означало, что это невозможно. Мог ли Мидория быть первым? Айзава не знал, но он не мог списывать его со счетов. У него была правильная точка зрения на причуду Айзавы, в конце концов. Аннулирование у людей причуды, на самом деле, всего лишь уравнивает Айзаву и его противника на игровом поле. Без своих причуд люди лишь могут надеяться на другие навыки, которые они развивали. Но это работает лишь с теми людьми, чьи причуды не проявляются в каких-либо видах физических мутаций. Большинство людей не прикладывают особых усилий, чтобы научиться драться без причуды, и это дало Айзаве явное преимущество. Но причуды, которые развиты как дополнительные руки, рога, вещи вроде этих? Айзава мог признать, что, по сути, он дрался как беспричудный, несмотря на свою потрясающую причуду.       И Мидория понял это. Мальчик видел очень мало видео боёв Айзавы, сложил вместе то, как он использует свою причуду, осознал, как Айзава мог бы помочь ему, и как-то отследил его до его квартиры — квартиры, о которой знали лишь сотрудники ЮЭЙ. Действительно, ненулевой потенциал. Айзава должен поговорить с его мамой и поскорее. Он оказался прав насчет возраста парня. Он только начал второй год средней школы. Это значит, что у него есть два года, чтобы Мидория добрался туда, где ему нужно быть, если он был серьёзно настроен становиться героем. Для такого неординарного метода боя ребёнку нужно поступить в ЮЭЙ, где Айзава мог продолжать наблюдать за ним, где учителя достаточно опытны, чтобы дать ему лучший старт. Но ничто из этого не будет важно, если мама Мидории не даст своё согласие. Айзава не собирался идти и тренировать ребёнка, кого-то, кто даже технически не был его учеником, без согласия опекуна. Родители, которые отправляли своих детей в ЮЭЙ знали о рисках, которые приходили со становлением героя, знали во что они вовлекают себя и своих детей. Айзава позволил бы Инко Мидории подобное уважение. Если она согласится, Айзава, несмотря на свою головную боль, возьмёт еще одного ученика. Это, даже может будет стоить того в конце-концов. Марло промурлыкал в согласии, ныряя под подбородок Айзавы, когда герой вытащил свой телефон и отправил Мидории своё требование.

***

      Он не мог поверить в это. В течение нескольких недель, которые заняли у него на выслеживание Айзавы Шоты, Изуку отказывался позволять себе надеяться. Да, было бы потрясающе, если бы герой согласился тренировать его, но как обычно это происходит? Ему годами твердили, что он не сможет стать героем, потому что у него не было причуды. Насмехались и издевались каждый раз, когда он говорил о своей мечте. Ничего не изменилось бы и в этот раз, даже если Изуку потратил каждую свободную минуту в поисках места жительства неуловимого про-героя. Даже если Айзава хлопнет дверью перед его носом, Изуку должен был доказать себе, что он может это сделать. Что всё то время, что он потратил на сбор информации про героев и их причуды не были пустой тратой времени. И потом случилось невозможное. Айзава согласился помочь ему.       Но для начала, ему нужно получить согласие от мамы.       Изуку не знал какой разговор был более нервирующим. Он скорее снова столкнётся лицом к лицу с Сотриголовой, чем расскажет своей маме, что он сделал. Но он чувствовал, что почти достиг цели. Он согласился с тем, что сказал Айзава, и вот Айзава хочет встретиться с его мамой. Если Изуку не сможет выполнить такую простую просьбу, то как Айзава сможет доверять ему в будущем? Так что он собрал всю свою храбрость, усадил свою маму на стул и рассказал, что он сделал. Первое, что она сделала, это заплакала, одновременно гордясь им за то, что он до сих пор следует своей мечте и злясь на него за то, что он сделал, не обсудив это с ней. Когда она прекратила плакать, то сгребла его в свои крепкие объятия и не отпускала. В конечном счете она согласилась встретиться с Айзавой, и Изуку осознал себя сидящим рядом со своей мамой напротив Айзавы в маленьком зале их квартиры.       Изуку заёрзал в своём кресле, пока Айзава уставился на него. Он что, ожидал, что Изуку заговорит первым? Что он вообще мог сказать в такой ситуации? Да, это герой, которого я отслеживал чуть больше месяца и так я нашел, где он живёт? Знакомство произошло, как только про-герой приехал, Изуку завис от нервов, пока его мама рассматривала бомжеватого вида Айзаву, чьи волосы явно не знали расчёски, а шарф, множество раз обёрнутый вокруг его шеи, не добавлял его образу ухоженности, после чего широко улыбнулась и поблагодарила его коротким поклоном за приезд. По предложению Инко они прошли в гостиную, где они могли бы посидеть и поговорить в более комфортных условиях, но прошло уже 5 минут в полном молчании. Изуку и его мама были тревожными людьми по своей натуре, но она не выглядела обеспокоенной молчанием, как она обычно отреагировала бы, она пользовалась возможностью разглядеть мужчину, что согласился тренировать её сына и оставляя его одного в этой тревожной тишине.        — Я скажу это для вас, — проговорил Айзава, полностью контролируя выражение своего лица. — У вашего сына есть потенциал стать героем, даже без причуды. Но я не буду его тренировать до тех пор, пока вы не дадите своё согласие.        — В-Вы считаете, что он сможет стать героем? — спросила Инко, скручивая свои руки. — Вы ведь не говорите это, лишь потому что он попросил?       Изуку хотел возмутиться, но сдержал себя. Его мама не пыталась сделать ему больно. Он знал это. Она переживала, что он будет сам по себе и прыгнет выше своей головы, что может быть опасным. Он не винил её за то, что она интересовалась. Но её отсутствие веры в него, как и всегда, было очень болезненно.        — Как я сказал ему, я не имею привычки бросать детей в опасных ситуациях, если они не подготовлены к этому. Будет ли он героем? Это зависит от него самого. И от вещей, которые находятся вне его контроля. — Айзава отвечал честно. — У него есть талант к анализу. Анализировать различные причуды и узнавать их слабости. Если он поступит в ЮЭЙ, то это будет лучшим доказательством его усердной работы.       Лицо Инко стало серьёзным. — И вы можете помочь ему поступить?        — Я не буду дёргать ни за какие ниточки в школе, если вы об этом. Но я могу дать ему уверенность, что он пройдёт вступительный экзамен. Он будет подготовлен к разным видам происшествий, с которыми он может встретиться лицом к лицу, если он будет принят, — он повернулся к Изуку. — Я предпочитаю не лгать своим студентам. Это будет сложнее всего, что ты делал до этого момента. Ни один ученик без причуды не был принят в ЮЭЙ до сих пор. Ты будешь первым. Очень много людей будут делать предположения о тебе. Осуждать тебя. Ты справишься с этим?       Справится ли он с осуждением из-за беспричудности? Изуку бы засмеялся, если бы знал, как отреагирует Айзава.        — Айзава-сенсей, меня уже осуждают за это. Я больше не позволю этому определять себя.       Что-то поменялось во взгляде Айзавы на мгновение, что Изуку не смог понять, и вот его лицо снова без каких-либо эмоций.        — Вот условия. У меня есть спортзал, я буду тренировать тебя в своё свободное время. Мы будем встречаться дважды в неделю для начала. Ты никому не скажешь, где он находится. В дополнение к этим встречам один-на-один, я дам тебе инструкции с правильным питанием и тренировками, которым ты будешь следовать. Ты не будешь отклоняться от этих инструкций, это понятно? — Он дождался кивка Изуку, прежде чем продолжить. — Я позабочусь о подходящей сложности. Я также хочу, чтобы ты приносил свой табель оценок и домашнюю работу каждую неделю. Если твои оценки упадут, мы закончим.       Инко выпрямилась при этом дополнении, смотря на Айзаву одобрительно.        — Ты похож на человека с навязчивой натурой, но все эти тренировки не принесут пользу, если ты не сдашь вступительный экзамен в ЮЭЙ. Твоя учеба также важна, так что не игнорируй её. Если ты не сможешь следовать моим инструкциям или дашь мне понять, что ты не относишься к этому серьёзно, то мы закончим. Это звучит разумно для вас, Мидория-сан?        — Это звучит отлично, — благодарно сказала Инко.        —Спасибо, Айзава-сан. Я не подведу вас!       Айзава поймал полный решимости взгляд на лице Изуку и уловил пыл в его голосе.        — Тебе лучше не дать этому произойти, — сказал он, по-доброму. — Я не трачу своё время.       Некоторое время заняло дополнение списка, и когда это закончилось улыбка Изуку стала ещё шире.

***

      Люди довольно часто впадают в шоковое состояние, когда обнаруживают, что Айзава действительно наслаждается обучением молодого поколения, по тем же причинам, по которым им трудно понять его дружбу с Хизаши. Айзава ценит свою личную жизнь, свою уединённость. У него довольно сухое чувство юмора, которое, как правило, не понимают, и он, обычно, кажется незаинтересованным в политике про-геройского сообщества. Но Айзава любит учить. Он чувствовал, что это даже не было бы слишком большим преувеличением, сказать, что он хорош в этом. Возможно поэтому он был разочарован собой из-за того, что собирается сделать с Изуку Мидорией.       Инко Мидория согласилась с тем, чтобы Айзава тренировал её сына, поэтому он не будет сдерживаться. Он не мог. Не тогда, когда он хотел, чтобы Мидория был готов к вступительному экзамену, когда придёт время. Вступительный экзамен будет требовать от него битвы с роботами без причуды. Именно поэтому Айзава пытался сказать им, что экзамен надо поменять. Конечно, это был хороший способ узнать силы студентов, чьи причуды, проявлялись физически, но что насчет тех, чьи причуды были иными? У них почти не было возможности пройти этот экзамен без предварительной осведомлённости и тренировок. Тренировки, которые ЮЭЙ должна была проводить. Его собственный путь на геройские курсы был куда дольше, чем мог бы из-за этого недосмотра. Как много потенциальных героев были вынуждены пойти другим путём из-за плохо разработанного теста? Айзава будет продолжать отстаивать своё мнение насчет изменения экзамена, но он будет в меньшинстве в этом споре ещё долго. Не было гарантии того, что что-то изменится, когда Мидория будет сдавать экзамен через 2 года. Ему придётся сражаться с роботами с тем, что у него есть, и, учитывая его возраст и тот факт, что он не ученик ЮЭЙ, нормальные методы Айзавы будут неэффективными. Ему придётся импровизировать, найти другой подход, чтобы подтолкнуть своего ученика к преодолению своих лимитов. И, кто знает, может он даже не будет больше заниматься с Мидорией, когда экзамен начнётся по новой.       Телефон Айзавы завибрировал в кармане, датчики предупредили его, что кто-то вошёл на территорию склада, который он использовал как спортзал. Несколько минут спустя дверь откатилась, скрипящий звук металла о металл эхом прокатился по помещению.        — Айзава-сенсей? — Теперь, когда Мидория убедил Айзаву согласиться, казалось, что он вспомнил, что должен быть напуган героем. Айзава мог видеть, как он трясётся с конца зала.        — Сюда, Мидория, — вздохнул Айзава. Пока он не мог сказать, что такая реакция от его ученика была необычной, но он думал, учитывая то, что Мидория видел его квартиру, убедил его согласиться на эти тренировки и пригласил его на разговор с матерью, они могли бы пропустить эту часть.       Мидория прошел туда, где стоял Айзава, перед кучей матов, лежащих на полу, оцепенелость в его движениях не сулила ничего хорошего для предстоящей тренировки.        — Ятакрадчтовынаписалимнеовстречездесьвчерапотомучтояначалбеспокоитьсячтовыпер… — Его слова начали сливаться по мере того, как он говорил, а его голос был чуть громче бормотания.        — Где-то там было настоящее предложение?        — Я… — Мидория остановился и затем, с видимым усилием чтобы начать говорить яснее, продолжил, — Я очень рад, что вы написали мне о встрече сегодня. Я волновался, что вы передумали.        — Я буду работать с тобой до тех пор, пока ты не покажешь мне, что это бессмысленно. Продолжай с таким же усердием и у нас не будет проблем. — Мидория так резко кивнул, что Айзава подумал, что он может поранить себя, поэтому он жестом показал ему присоединиться к нему на матах. — Теперь успокойся. У нас не так много времени, и ты ничему не научишься, если будешь так сильно взволнован, что не можешь ходить нормально.       Ещё раз, Мидории понадобилось мгновение, чтобы успокоиться, он глубоко вздохнул, снова появился его решительный взгляд, и он двинулся вперёд, вставая напротив Айзавы.        — Перед тем, как мы начнём, — Медленно произнёс Айзава. — Я должен знать, что ты умеешь. Я просмотрел твои блокноты. Ты явно улучшился в своём анализе, но остаётся ещё много работы в этом направлении.       Ответный кивок Мидории был более сдержанным в этот раз. Теперь, когда началась тренировка, его неугомонная энергия сменилась с беспокойства возбуждением. Айзава запомнит это для будущих занятий.        — Как много опыта у тебя в настоящей битве? — Они так или иначе начнут заново, но Айзаве нужно было знать, как много неправильных привычек выработалось у Мидории перед тем, как они начнут, чтобы не тратить лишнее время. Он рассеянно потянул свой шарф, обёрнутый вокруг его шеи. Что-то еще о чем можно подумать.        — Умммм. Не так чтобы много? — Для кого-то, кто, казалось, понимал всю ценность информации, Мидория не давал ему то, с чем можно работать.        — Ребёнок. Ты знаешь, как принимать удар?        — … Меня избивали множество раз. Это считается? - Невинность и серьёзность, с которыми был задан этот вопрос. Во что Айзава вообще ввязался.        — Нет. Нет, это не то же самое. Почему? — Из того, что он уже успел заметить, Мидория был не тем человеком, кто завязывал драки. Если что-то и происходило, то он явно не был тем, кто спровоцировал бы это. У Айзавы было чувство, что он прав, но он хотел, чтобы Мидория сам сказал ему об этом. Когда мальчик пожал плечами в ответ, он бросил это. Он сделает что-нибудь, если эта проблема будет прогрессировать, но для начала ему нужно, чтобы Мидория начал доверять ему и, если эта проблема не изживёт себя, дал ему знать об этом.       Изуку как раз смирялся с тем фактом, что тренировка с Айзавой будет означать множество молчаливых пауз, когда герой бросился к нему. Отшатнувшись, Изуку почти потерял равновесие и попытался встать прямо, но удара не последовало. Когда он открыл свои глаза, рука Айзавы была в нескольких сантиметрах от его лица.        — Такое вздрагивание — естественная реакция организма на подобное. — Сказал Айзава, когда внимание Мидории вернулось к его лицу. — Это обычно полезно, когда что-то летит тебе в лицо, но для того, чтобы увидеть, что происходит? Сфокусироваться на своём следующем шаге? Так, четыре круга вокруг дома — это одна миля. Пробеги шесть миль. Потом мы начнем.

***

      Изуку умирал, ну, по крайней мере, по его ощущениям о том, как чувствуется смерть. Его мама один раз взглянула на него, когда он вернулся после своей первой тренировки с Айзавой и сказала ему идти принять ванну, пока она заканчивает готовить ужин. Всё, что хотел сделать Изуку — это пойти спать, но инструкции Айзавы строго включали в себя соблюдение режима питания. Он знал, что это будет сложно. Он слышал слухи об Айзаве от некоторых учеников ЮЭЙ, когда он следил за ним до его квартиры. Но одно дело, слышать о суровом учителе, а совсем другое, учиться у него лично. Слухи не раскрывали всей картины. После того, как он пробежал шесть миль, он уже чувствовал, что готов рухнуть, но Айзава только начал. Он провёл Изуку через все школьные нормативы, Айзава также внимательно записывал все его результаты всё это время. Потом они вернулись на маты, где он учил Изуку, как правильно наносить удар. Как только у Изуку получилось, Айзава сказал ему попытаться ударить его, и, тогда, тренировка началась по-настоящему. Всё его тело болело и Изуку знал, что утром всё будет также болеть, когда он выйдет на пробежку перед уроками в школе.       Он сделал это, однако и Айзава уже запланировал их следующее занятие, по мнению Изуку он не мог разочаровать его слишком сильно. В первый раз в жизни Изуку почувствовал, что у него действительно есть шанс. Он сможет стать героем, беспричудный он или нет. И всё это благодаря Шоте Айзаве.