Erased Potential|Стёртый потенциал

       — Заходите, заходите, Айзава-сенсей! Я как раз собирался заварить свежий чай.       Нэзу, по мнению Айзавы, звучал слишком уж жизнерадостно для раннего утра. Сам Айзава провёл бессонную ночь, уставившись в потолок, сон отказывался ему помогать, пока он пересматривал тренировочные планы, которые он подготовил для своего самого юного ученика. Факт того, что приветствие Нэзу прозвучало тем же бодрым тоном, что и всегда, когда он знал, что Айзаве не понравится ничего из того, что он ему скажет на этой их маленькой встрече, ещё сильнее омрачил его и без того мрачное настроение.        — Я здесь не для чая, Нэзу-сан.       В подтверждении того почему он был выбран директором ЮЭЙ, Нэзу проигнорировал грубый тон учителя, махнув рукой на стул перед ним. — Нонсенс. Такие важные беседы, как эта, лучше всего проводить за горячим напитком в руках. Присаживайся. Это займёт всего мгновение.       Айзава не двигался, наблюдая, как Нэзу медленно наполняет две дымящиеся чашки чая и ставит одну из них перед пустым стулом.        — Айзава-сенсей. Не делайте всё сложнее, чем оно должно быть, пожалуйста, — прочирикал Нэзу, его голос всё ещё был весёлым, несмотря на скрытую сталь, которая звенела в его словах. — Возьми чашку, и я отвечу на твои вопросы. Сегодня утром там даже есть кофеин. Специально для тебя.        — Я пропущу. Спасибо. — Скрестив руки, Айзава спиной привалился к стенке. У него не было времени ублажать Нэзу любезностями этим утром, и его недостаток сна съел то небольшое количество терпения, которое у него было. Он пришёл к директору, чтобы обсудить испытание, которое он приготовил для Мидории, и он не станет отвлекаться ни на какие из игр Нэзу, пока не получит ответы, которые ему нужны.       Нэзу просто пожал плечами, всё ещё не обеспокоенный очевидной враждебностью. — Делай, что хочешь . Как я ранее сказал в своём сообщении, твоя последняя группа исключённых оказала большее сопротивление, чем обычно.        — Сопротивление какого вида? — Студенты и раньше жаловались на исключения, но Нэзу никогда не придавал этому большое значение. Жалобы обычно исходили от смущения, вызванного необходимостью от признания того факта, что они не воспринимали программу так серьёзно, как им было необходимо. Прискорбно, но ничего такого, что требовало бы от Айзавы ответа.        — Я боюсь, что до родителей тех студентов каким-то образом дошла информация, что ты являешься наставником кого-то за пределами ЮЭЙ. Как результат, они обвиняют вас в том, что вы не выполняете свои учительские обязанности здесь. — Да, голос Нэзу был слишком доброжелателен для кого-то, чья школьная честь была поставлена под сомнение.        — Каким-то образом?       Нэзу пожал плечами. — Все документы были заполнены официально. Теперь это стало достоянием общественности для любого, кто почувствует необходимость проверить. — Он опустил взгляд на стол, держа в руках листок бумаги. — Я предполагаю, что родитель одного из учеников, о которых идёт речь, работает в управлении по Регулированию Причуд. Они, должно быть, видели файл во время его обработки.       Глаза Айзавы сузились. Логичное объяснение. То, в котором Айзава бы не смог усомниться.        — И? — Айзава снова не мог понять, чем этот случай отличается от других. Он не пренебрегал своими учениками. Все тренировки были записаны для просмотра другими про-героями в штате и для того, чтобы ЮЭЙ сохранила свою аккредитацию. Простого взгляда на запись должно было быть достаточно, чтобы опровергнуть заявления родителей о каких-либо недостатках с его стороны. — Я не вижу причин почему Мидория должен быть втянут в это. — Кроме того факта, что Нэзу, казалось, искал повод для того, чтобы бросить его ученика в драку на два года раньше.       Беря свою чашку в лапы, Нэзу не стал отвечать сразу. И без того небольшое терпение Айзавы начало иссякать с каждой секундой, но он крепко скрывал своё разочарование. Он запаниковал, когда Мидорию похитили, и бросился туда, сломя голову без какого-либо плана. Он предполагал, что его реакция была вызвана непосредственной опасностью. Во всех своих планах он никогда даже не думал о том, что Мидорию могут втянуть в битву до того, как он поступит в ЮЭЙ.       И вот он здесь, готовый снова потерять голову от волнения за Мидорию.       Нэзу что-то напевал над своим чаем. — Как вы знаете, Айзава-сенсей, есть определённые стандарты, которым мы, как школа с сертифицированным геройским курсом, должны соответствовать. И мы очень хорошо следим за тем, чтобы придерживаться всех необходимых протоколов безопасности, пока мы обеспечиваем нашим студентам лучшие тренировки, чтобы подготовить их к суровой реальности в качестве работы про-героя. Очень сложно найти баланс в таких условиях. Почти невозможно пройти по этой линии. Наша способность делать это год за годом является причиной того, что мы признаны лучшей школой страны.        — Да. — Его ответ прозвучал ровно, а Нэзу вздохнул. Айзава желал, чтобы он поскорее перешёл к делу. Конечно, были времена для игр Нэзу, но сейчас было не то время. Айзава не был родителем или одним из этих идиотов про-героев, которые верили, что могут использовать его в своих интересах, потому что он весь день сидел в своём кабинете. Нэзу должен был, по меньшей мере, проявить учтивость и болтать по-меньше, пока Айзава, возможно, всё ещё пытался уснуть.        — Я верю твоим суждениям, когда дело касается твоих учеников, — продолжил Нэзу, вертя чашку в своих лапках. — Во время нашей маленькой встречи с Мидорией, я увидел в нём нечто такое, что заставляет меня поверить в то, что вы правы, думая, что однажды он станет великим героем. Но другие не видят это так же, как я.        — Потому что он беспричудный, — ответил Айзава. Потому что всё всегда возвращалось к этому. Не важно, как много Мидория работал, не важно, насколько многого он достигал, люди всегда будут возвращаться к этой незначительной детали.       Мидория не был обеспокоен, когда Айзава говорил о насмешках, с которыми он, вероятно, столкнётся за попытку поступить в ЮЭЙ без причуды. В то время он думал, что его ученика просто не волнует, что говорят о нём люди, но тогда он не очень хорошо его знал. Уверенность, с которой Мидория пришёл к нему домой, ввела его в заблуждение, заставив думать, что эти оскорбления на него не действовали. Прошло достаточное количество времени, чтобы Айзава понял, что это не так. Его ученик был силён во многих отношениях, но вес тех слов день за днём в течение многих лет разрушал веру Мидории в себя.       Он только недавно начал восстанавливать это доверие к себе. Айзава не позволит Нэзу уничтожить весь его прогресс из-за этого испытания.        — Не смотри на меня так, Айзава-сенсей, — резко прозвучал ответ Нэзу. — Ты думаешь, я не знаю каково это, когда весь мир против твоего успеха? Вот почему это испытание необходимо. Сейчас. Пока ситуация всё ещё под моим контролем.        — Значит, ты признаёшь, что это всего лишь испытание для Мидории? В противном случае никаких проблем с этими студентами бы не было? — Уточнил Айзава.       Нэзу закатил глаза. — Возможно, мне не следовало назначать эту встречу так рано. Да. Это испытание. И знаешь почему? Мне пришлось добавить дополнительный слот для Мидории, потому что студенты по рекомендации уже были отобраны. Такого никогда раньше не было, а люди замечают подобные вещи… Все эти публичные документы, о которых я говорил ранее. Как много звонков, ты думаешь, я получил от говоривших мне людей, что я забыл включить его причуду?        — Демонстрация в конце его третьего года должна быть достаточно впечатляющей, чтобы доказать, что у него хватает навыков, чтобы поддержать это решение. Ему не нужно сражаться против студентов, которые сделают всё, что cмогут, чтобы сбить его с ног, потому что они уже упустили свою возможность. — Возразил Айзава.        — Я говорю, что этого недостаточно. Другие студенты по рекомендации уже зарекомендовали себя, как герои, помимо своих спонсоров. Они показали почему они заслуживают быть в ЮЭЙ. Сейчас очередь Мидории.        — Обеспечение безопасности для себя и своего одноклассника, когда их похитили — это недостаточное доказательство?        — Юный Бакуго использовал свою причуду, вот только у него не было разрешения, а действия Мидории привели к тому, что одному из похитителей пришлось обратиться за медицинской помощью. Хотя и можно выдвинуть, как аргумент, что они действовали в целях самообороны, на данный момент этот вопрос замалчивается. Если вы хотите использовать этот инцидент, чтобы поддержать его право на рекомендацию, то действуйте прямо сейчас. Но я боюсь, что это может привести к тому, что друга Мидории будут допрашивать насчёт его действий.       Айзава вонзил ногти в ладони. Бакуго, может, и совершал ошибки, но действительно ли он заслуживал того, чтобы его доставили в полицейский участок для допроса, когда он уже столько пережил из-за этого события? Согласился бы Мидория избежать этого боя, если бы это значило, что Бакуго может пострадать из-за этого?       Конечно нет, потому что, несмотря на всё, что с ним сделал Бакуго, Мидория всё ещё хотел — может, не быть его другом, но, по крайней мере, не быть с ним на ножах.        — У вас есть ответ на любой мой вопрос, не так ли, Нэзу-сан.        — Это моя работа.       Айзава еле смог сдержать вздох. — Я не могу сказать ничего, что заставило бы изменить твоё мнение?        — Ничего. — Ответ пришёл незамедлительно.        — Что-нибудь о деталях этого испытания тогда? — Он, может, не был способен вытащить Мидорию из этого, но он мог подготовить его к тому, что с ним будет.        — Они будут даны заранее, не волнуйся. Вашим бывшим ученикам также не будет предоставлена какая-либо дополнительная информация. Испытание состоится в эту субботу вечером, так что у вас будет несколько дней для подготовки. — Произнёс Нэзу. — Мы бы не хотели отвлекать юного Мидорию от его обучения. Ему всё ещё нужно будет сдать академический экзамен, в конце концов.       В голосе Нэзу было нечто такое, что показалось Айзаве неправильным. Слой под его весёлостью и беззаботностью в его словах, когда он прячет улыбку за своей чашкой.        — Однако, дело вовсе не в этом, не так ли? — Спросил Айзава, отрываясь от стены и подходя ближе. — Что вы планируете?        — Вижу, ты все-таки проснулся.        — Нэзу-сан…        — У меня есть планы на каждого студента ЮЭЙ, которые, как я думаю, могут реально изменить ситуацию. Я верю, что Мидория-кун как раз такой студент, — прервал его Нэзу. — Хоть вы и являетесь учителем, которому я могу в некоторой степени доверять, однако, напомню вам, что я всё ещё директор здесь, Айзава-сенсей. Доверьтесь мне, я знаю, что делаю.       Айзава фыркнул, но больше не спорил. Что бы он ни сказал, это не сдвинет Нэзу с его позиции. Лучшее, что он мог сделать это убедиться в том, что Мидория готов к любому испытанию, которое мог подготовить для него директор.        — Я дам Мидории знать, — сказал он, направляясь к двери.        — Я ценю твоё содействие. Точно! Одна последняя маленькая деталь, — отозвался Нэзу. Айзава замер перед дверью, медленно поворачивая голову в сторону стола. — Поскольку это испытание должно доказать, что Мидория получил своё рекомендательное место не по ошибке, я боюсь, что, если он не пройдёт, то его допуск будет аннулирован. Пожалуйста, убедись, что он понимает всю важность этого теста.

***

       — Воу, Шота. Что случилось?       Айзава выбежал из кабинета Нэзу, а выражение его лица напугало бедную секретаршу директора, которая попыталась поговорить с ним, когда он уходил. Он извинится перед ней позднее, но сейчас ему нужно было найти место, где он сможет побыть один, чтобы успокоиться.       Большую часть времени, Айзава наслаждался беседами с Нэзу. Крыса-собака-медведь был умным, коварным. Он понимал, как важно думать, прежде чем действовать. Иногда, Айзава даже не возражал против ментальных игр директора, рассматривая их, как, своего рода, вызов. Ему нужны были умственные упражнения время от времени.       Однако сейчас, вся эта беседа подвела его к краю.       Он мог только представить, как выглядит его лицо, пока он шёл по коридору в поисках своего кабинета. Суббота. Это давало им только неделю для того, чтобы подготовить Мидорию. Неделя, когда у них должно было быть два года. Конечно, это были всего лишь первокурсники, которых исключили, но официально Мидория тренировался только чуть больше месяца, и теперь всё его будущее в ЮЭЙ зависело от испытания, о котором Айзава ничего не знал.       Айзава чувствовал себя готовым повернуть назад, чтобы поддаться иррациональному позыву и сказать Нэзу, что он действительно думает об этом испытании и его планах, когда Хизаши вышел из класса прямо перед ним. Он начал махать ему, когда увидел своего друга, но его улыбка упала, когда он заметил гнев на лице Айзавы.       Хизаши. Айзава, возможно, слишком зол на Нэзу в данный момент, чтобы ясно мыслить — и ему придётся тщательно изучить это позже — но Хизаши тоже заботился о Мидории. Он был бы более чем готов помочь ему убедиться, что Мидория будет готов ко всему, что Нэзу планирует бросить в него.        — Ты свободен завтра после полудня? — Спросил Айзава.        — Ээ…Я-ДА? — Пролепетал Хизаши, застигнутый врасплох этим вопросом. Он наклонился вперёд, вторгаясь в личное пространство Айзавы, чтобы получше рассмотреть выражение его лица. — Всё в порядке, Шота? Ты выглядишь покрасневшим.        — Мидория нуждается в дополнительной помощи. Не хочешь присоединиться к нашей тренировке?

***

      Бакуго ещё долго продолжал бегать после закрытия школы и клубов. Солнце уже начало опускаться за горизонт, но он не останавливался. Его мать будет волноваться, если он скоро не прибудет домой, но в данный момент ему было плевать. Адреналин горел в его венах, лёгкие протестовали против каждого вздоха. Он знал, что должен пойти домой. Должен съесть ужин. Сделать гору домашней работы, которую он избегал.       Вместо этого он продолжал бежать.       Упражнения любого вида всегда проясняли ему мозги, но бег, казалось, особенно сильно помогал ему сосредоточиться. Дополнительные умственные усилия, которые ему понадобились, чтобы сдержать причуду во время бега , напомнили ему о том, насколько он силён. Какие бы проблемы у него ни появились, они были ничем по сравнению с этой. В прошлом час бега никогда не приводил к решению его насущных проблем, но он успел пробежать уже три и, казалось, ничто не работало так, как должно.       Тупые блядские про-герои и их такие же тупые советы.       Бакуго должен был проигнорировать его слова. Двинуться дальше. И всё же он продолжал мучаться из-за того, что мог иметь в виду Айзава. «У тебя была сила, превосходящая Мидорию с тех пор, как тебе исполнилось пять. Я хочу, чтобы ты подумал о том, как ты использовал её.» Что это вообще значило?       Первая часть была достаточно лёгкой для понимания. У Бакуго была причуда, о которой мечтали все эти герои-подражатели, пока Деку был Деку. Беспричудный. Бесполезный в бою. Деку. Было очевидно, что Бакуго будет превосходить его. Он превосходил всех неудачников в их классе, не так ли? Деку не был особенным в этом отношении.       Подумать о том, как он использовал свою силу… Это было высказывание, которое заставило Бакуго застрять. Что, чёрт возьми, Айзава имел в виду под этим? Он не использовал свою силу каким-либо неприемлемым способом. Такая же ситуация была и с прозвищем. Айзава ненавидел, когда он называл Изуку “Деку”, но никто не поправлял его раньше.       Никто раньше ничего не говорил Бакуго о том, как он себя вёл. Никто, кроме Айзавы. Это ведь должно было что-то значить, не так ли? Каждый, кто был свидетелем их отношений, на протяжении многих лет хранил молчание. Это значило, что Айзава был единственным, кто ошибался. Должно быть так. Один голос за десятилетие молчания.       Бакуго начал ещё один круг вокруг кампуса.       Несколько слов и битва с про-героем. Этого было достаточно, чтобы выбить его из колеи. Ему нужны ответы, и было непохоже, что он был способен найти их самостоятельно. Айзава, источник всех этих удушающих сомнений, был не вариантом. Бакуго не мог доверять его мнению, учитывая ситуацию. Также, как он не мог спросить ни одного из учителей. Даже, если он почувствовал бы себя комфортно, делясь с ними этим дерьмом, слова Айзавы сделали так, что он также не мог доверять и их мнению. Кто же тогда остаётся? Его мама? Бакуго фыркнул при этой мысли.       Хотя, был один человек, кого он мог спросить. Один человек, кто знал его достаточно хорошо, чтобы понять о чём говорил Айзава. Один человек, кому он мог доверять без того, чтобы тот лгал ему.       Но действительно ли он хотел заходить настолько далеко?       Да. Да, он хотел. Потому что чем дольше его будут пожирать эти вопросы, тем больше он будет раздражаться.       Лучше покончить с этим, даже если это значит, что ему снова придётся увидеть её.

***

      Когда Изуку открыл дверь и увидел Айзаву с мрачным выражением лица, он на мгновение запаниковал.        — Мы ведь не тренируемся сегодня, правда? Я думал, что мы встречаемся завтра, но я мог перепутать даты. Я так извиняюсь, Айзава-сенсей! Как я мог так поступить? Я знаю, что вы, наверное, разозлились, но пожалуйста не…       Обычно Айзава позволял Изуку болтать без умолку, но в этот раз он перебил его, прежде чем тот успел завестись. — Ты не пропустил тренировку, Мидория. Я пришёл, потому что у меня есть несколько новостей.       Изуку сдвинулся с пути, пропуская Айзаву внутрь.        — Новости? — Хатсуме-сан уже позвонила ему насчет предметов поддержки? Может, у неё есть несколько вопросов о модификациях, которые он упоминал.        — Это Айзава-сан? — Крикнула Инко из другой комнаты.        — Да! — Ответил Изуку.        — Твоя мама, вероятно, тоже должна быть здесь для этого, — произнёс Айзава.       Значит, это не про изобретения Хатсуме-сан.       Разглядывая своего наставника, Изуку почувствовал, как его внутренности куда-то упали. Привычное спокойное лицо Айзавы пропало, его лоб сморщился из-за того, что он нахмурился.        — Всё нормально? — Спросила Инко, идя по коридору и попадая в их поле зрения.        — Что-то не так, – сказал Изуку. — Вы ведь не прекращаете наше обучение?       Выражение лица Айзавы замерло, его глаза упали на Изуку. — Нет! Ничего подобного. Просто я говорил с Нэзу этим утром, и, похоже, появились неожиданные последствия от тех документов, которые мы предоставили, чтобы сделать наши занятия официальными.        — Неожиданные последствия? — Переспросила Инко.       Ёрзая под её пристальным взглядом, Айзава поспешил продолжить. — Кажется, ему нужны другие доказательства навыков Мидории, помимо официальной демонстрации в следующем году.        — Какого рода доказательства? — Доказательства не должны быть такими плохими. Нэзу ведь предложил ему место по рекомендации. Он же не стал бы предлагать его, а потом забирать обратно, верно? Изуку будет в порядке.       Айзава едва заметно поморщился, и, возможно, если бы Изуку не научился читать Айзаву в течение последнего месяца, он бы не заметил этого, но, поскольку он умел, прежняя паника нахлынула на него обратно.        — Несколько моих первокурсников были исключены на прошлой неделе. Нэзу решил, что ты будешь драться с ними.       Изуку, должно быть, проводил слишком много времени с Бакуго, потому что это единственное слово, пришедшее ему в голову в ответ. Блять. П/А: В следующей главе: Испытание Нэзу начинается, пока у Бакуго будет разговор с кем-то, кого он собирался продолжать игнорировать. Спасибо всем, кто комментирует!