6. Вопреки всему
20 февраля 2022 г., 06:50
ноги связаны, руки сломаны небольшая передышка и — шаг вперёд я не сойду с ума, я здесь надолго горит земля и небеса когда пепел оседает, рождаются легенды …ты сделаешь хоть что-то или останешься истекать кровью? Godsmack — When legends rise
6
— Ну так что? Поспишь? — осторожно повторила Леди. — Я посторожу. — Хм, — Данте, уже без скептицизма, на секунду задумался. Решительно качнул головой. — Не, я в контору. Ему нужно срочно пополнить силы. Раз напрямую не получается, значит он попробует опосредованно… и кому-то кроме него совсем необязательно знать, насколько уязвимым он себя сейчас чувствует. И насколько хреново он себя чувствует сейчас вообще. — Что так? — деланно-равнодушно вскинула брови Леди, но в глазах читается беспокойство. За него. Надо же. — Я помыться хочу а тут воды нет, — сморщил нос парень, с отвращением взъерошив пропотевшие волосы. — Вонять тухлым левиафаном нифига не стильно! Подземная речка не могла всего смыть, конечно, да и вода в ней была ледяная. Он сказал чистую правду. Просто не всю. — Действительно, — нахально ухмыльнулась девчонка, демонстративно нюхнув свою рубашку на плече, которое полудемон всю ночь укрывал плащом. — Кстати, всё хотела спросить, как тебя тогда угораздило попасть внутрь этой твари? Рассказывать этой бестактной колючке про свой проигрыш и про эйфорию после обретения триггера? Обойдётся! — Ну, — Данте напустил на себя высокомерный вид, такой, что в одной лишь посадке головы легко угадывалось нечто очень знакомое. Для полноты образа разве что нунчаков не хватало. — Это было время «лан» и я решил полюбоваться луной. Но чтобы не пропустить божественное зрелище, не стал показывать пальцем. Леди заулыбалась сначала с недоверием, потом с узнаванием. Но Данте в тот момент лень было долго копировать напряжённую манеру Брюса Ли, поэтому продолжил он в своей обычной, ехидно-расслабленной: — И вот лечу я такой весь из себя крутой и неотразимый, и горгульи вокруг штабелями в полном афиге. Как вдруг! Мою дивную луну заслоняет огроменное едало и делает «ам!» — Данте растопыренными пятернями звонко изобразил смачно захлопнувшуюся зубастую пасть. Выпятил губу и воздел указательный палец, снова пародируя Брюса. Загробным голосом провозгласил: — Мораль! — и с видом вредного наставника закончил: — Всегда найдётся рыба крупнее. Вышел из образа и улыбнулся — просто и открыто улыбнулся в ответ тихонько смеющейся Мэри. — А через глаз почему? — усмехнулась Леди, припоминая его эффектное появление из багрового ока поверженного исполина. И как технично Данте её тогда послал, на корню пресекая несвоевременное предложение союзничества, даже не дав высказать это предложение вслух. Что и неудивительно, учитывая злые действия охотницы в две предыдущие встречи… и опять направленный в лоб пистолет. Причём одновременно выразил симпатию — и послал в ответ на злое к себе отношение. В одной фразе. Затем он снова сделал джентльменский жест — стал с ней спина к спине и спросил её имя. Показывая, что в принципе не против быть на одной стороне с нею. Но когда в ответ услышал опять равнодушно-злое «называй как хочешь, мне всё равно» — пожал плечами и отправился к своей цели, оставив её на произвол её крутизны, с новым прозвищем и толпой врагов. Ибо нефиг тыкать в собеседника пистолетом. По крайней мере, если кричишь ему «подожди!». — Что — «через глаз»? — Почему вышел через глаз? — Не, ну а через что надо было? — развеселился Данте, в притворном ужасе разводя руками. — Я конечно понимаю, «даже если вас съели, есть два выхода» и всё такое, но там наверняка воняло бы гораздо хуже! — Да не, в смысле — а как ты вообще попал в глаз из… брюха? Про ходы, которые повыгрызала внутри левиафана всякая живность, рассказывать откровенно не хотелось. Тем более сразу после завтрака. Хорошо хоть, такой завтрак живностью не грозит… — Хм, ты суши любишь? Леди насторожилась, явно не въезжая в суть вопроса. Небось, боится, что он её пригласит-таки на свидание. Отстреливаться собралась. — Э-э… нет… — Значит, проблемы левиафана тебе не грозят, — Данте похлопал девчонку по плечу и поднялся, оставив собеседницу самостоятельно скрипеть мозговыми шестерёнками. — Ладно, пойдём. Осталось немного, чтобы замкнуть круг вокруг места прорыва Темен-ни-гру. Но сразу пойти не получилось, конечно. Пришлось подождать, пока Леди аккуратно откроет все оставшиеся сейфы. Пока она там возилась, полудемон отыскал несколько охотничьих патронташей. Примерил (придирчиво разглядывая своё отражение в витрине) и выбрал самые удобные, не стесняющие движений. Заполнил патронами к дробовику. Следующие минут сорок он с удовольствием убеждался, что помнит любимые трюки Джона Гольдштейн по части перезарядки дробовика одной рукой. А заодно и свои, выдуманные за следующие три года, когда он ещё пользовался огнестрелом совершенно по-человечески. Это потом уже, испытывая так и эдак подарок Нэлл, он научился в момент выстрела создавать пули и заряды вообще для любого оружия, попавшего в руки… «Интересно, а как Вёрджил осваивал свои спектральные мечи?» — подумалось вдруг Данте, — «Нет, ну технически понятно — скорее всего начал с того, что отправил во врага тень Ямато… или пытался энергией удлинить лезвие, чтобы достать дальнего противника… но это долго, и он в конце концов остановился на коротком импульсе как на более скоростном варианте… Хм. Только форма пули всё равно шустрее, братец. Как бы ты ни доказывал мне обратное… Так, стоп, какого чёрта?! А ну нечего с ним болтать мысленно, как с мёртвым, он вообще-то жив!» Брови попытались сойтись к переносице, но Данте с силой почесал их, чтобы не лезли не в своё дело. Это выбор брата — остаться по ту сторону Врат, в родном мире отца. А в том, что помешанный на силе Вёрджил там не просто выживет, а ещё и устроится преотлично, Данте не сомневался. Ну не дурак же у него бро в конце-то концов?.. А что до его собственной, слишком человеческой тоски… Полудемон подбросил в воздух патрон, подался вперёд, чуть не смахнув полой плаща что-то с прилавка, но патрон казёнником поймал как надо. Одним резким сильным движением запястья громко захлопнул «систему заряжания переломного типа», прицелился в увенчанную щетинным ирокезом — панки приняли бы в тусовку — кабанью морду над витринным шкафом, погладил пальцем защитную дужку спускового крючка и ехидно сказал «паф!». Данте мрачно улыбнулся, вопреки всему довольный собою — в стекле витрины отражался, как сказала бы Нэлл, «тот ещё бродяга». Изрядно потрёпанный и оборванный, но непобеждённый. Он переломил дробовик заново, извлёк патрон, закрыл. Подбросил патрон из-за плеча, переламывая ствол об подставленный локоть — «паф!». Потом об резко вскинутое колено — «бах!». О подвернувшуюся стенку — «тыщщ!». Об пол в кувырке — журнальный столик не пострадал! каким чудом? ну… наверное, попятился. Об подошву ботинка в сальто… В какой-то момент в дверях комнаты с сейфами наконец-то возникла Леди. Набитая до предела разгрузка на её бёдрах увесисто тянула пояс вниз, угловатые магазины в кармашках смотрелись почти как навесная танковая броня, вызвав у Данте лёгкий смешок — эта девчонка прёт к цели как танк и выглядит как танк, ну прям полное соответствие внешности и сути! — Ух ты! — восхищённо воскликнула бронебойная девчонка, азартно блестя глазами. — А вот так можешь? Мэри уверенным быстрым движением достала из своего пистолета магазин, из магазина — столбик патронов. Хулигански подмигнула парню. Подбросила «беретту» вверх, вогнала патроны одним движением в обойму (мама всегда бранила её за это, риск перекоса же!), влёт подставила ладонь с готовым магазином под рукоять падающего пистолета, припечатала до щелчка охватившей рукоять второй ладонью. И хищно ухмыльнулась, готовая к стрельбе. Левый глаз у неё снова видел, позволяя рассчитывать расстояния с нечеловеческой точностью. — А ещё трюки есть? — обрадовался Данте, но сам же и спохватился. — Ты же покажешь потом, ладно? Давай пока без резких движений. — Помню-помню, — Леди поскучнела и с досадой куснула губу. — Сама не хочу. На самом деле чувствовала она себя отвратительно — всё тело ломило и крутило после вчерашних запредельных нагрузок. Рана под повязкой горела и чесалась. Лихорадило меньше, чем ночью, но колкие мурашки озноба то и дело давали о себе знать. В таком состоянии хочется либо затаиться и не двигаться вообще, пока не полегчает — либо захлебнуться адреналином, чтобы, в ущерб себе, дотянуть на экстремальных оборотах до тихой гавани… где можно будет, наконец, затаиться. Это, вон, белобрысому хорошо с его регенерацией — сколько-то пуль в голову, мозг не задет. Забег с препятствиями по всем закоулкам башни снизу до верху, поход в мир демонов, драка сутки напролёт — а хоть бы хны, с утра вон сальто крутит. Завидно! Зато она теперь почти не хромала. Конечно, кожу стягивало кровяной коркой, и ещё как. Но раздирающей боли и онемения при попытке согнуть колено уже не было. Во всяком случае, если не сгибать слишком — тогда тянуло кожу, разумеется. Надо бы как-то поблагодарить… и вовсе он кстати не белобрысый, а платиновый… Леди быстро собрала обёртки и банки из-под еды и выбросила в ведёрко в подсобке. Инструменты не глядя сгребла обратно в жестяной стерилизатор и пару секунд размышляла, стоит ли забирать с собой. И брать ли сухпайки. Решила, что сюда ещё в любом случае придётся вернуться, а лишний груз сейчас ни к чему. Тут бы ноющие ноги сами по себе не заплелись, и то хорошо будет. — Ну что, готова? Погнали! — заразительно лихо объявил Данте, широким жестом распахивая дверь. Пасмурный утренний свет мимолётно пересчитал пулевые дырки в мотнувшейся половине плаща. Пустая улица, хмурое низкое небо, всё те же следы погрома. Парень грамотно проверил прицелом лево-право, после чего… просто шагнул наружу. Усмехнулся, подмигнул напарнице и пошёл вперёд безо всяких предосторожностей, прямо по самой середине улицы, беспечно закинув дробовик на плечо. Которое по-прежнему пересекал наискось патронташ-бандольер патронов этак на пятьдесят. Че-е-го, нафиг?! Леди со второй попытки заперла дверь отмычкой и осторожно, вдоль стены, двинулась за напарником, держа «беретту» и пистолет-пулемёт наизготовку. Впрочем, вокруг было тихо и мёртво. По крайней мере, пока. — Данте? Он приостановился вполоборота. Заложив большой палец за второй патронташ, двумя витками крест-накрест обвивающий узкие бёдра в мотоштанах. — Тебе же вроде не нужны патроны… — догнав его, тихо произнесла охотница. — А как же запах пороха поутру? — он ещё и подмигнул, морда хитрая. — А если серьёзно?! — Не шаришь ты, Леди, в оружейной романтике! Прагматичная до… Мэри не повелась, схватила за плечо, заглянула в светлые до прозрачности глаза. — Что с тобой, Данте? Ответить с каменным лицом «ничего» — всё равно что подтвердить самые худшие догадки. Поэтому он театрально прижал свободную руку к груди, запрокинул трагичное лицо к серым небесам и выдал: — О, я умираю! От дефицита аплодисментов и недостатка «пеперрони» в организме. Хех, помогло. — Да ну тебя, — Леди слегка надулась, но и явно успокоилась — раз дурачится, значит ничего страшного. — Итак, что у нас на сегодня весёленького, — оперативно перевёл тему охотник. — Прямо по курсу неведомая байда. Но далеко. Движений вокруг неё тоже не наблюдается… — Ты чувствуешь там что-то? Или кого-то? — буркнула девчонка, всё ещё изображая мышь над крупой. Данте честно присмотрелся. — Не, пока ничего не понятно. Чувствую не больше твоего. Может, ты видишь? — видел-то он и получше неё, но сейчас это погоды не делало. По части демонического восприятия они оба всё ещё глухи и полуслепы, почти как в безвоздушном пространстве. Мэри старательно вглядывалась вдаль почти минуту. — Не рассмотреть. Как будто воздух в нескольких местах по улице слегка дрожит, мешает. Ночной дождь испаряется, что ли? Так ведь солнца нет. — Это после башни бардак и огрызки, — дёрнул плечом полудемон. — Как в отлив после прилива. Натащило всяких отбросов и утекло обратно. А нам теперь во всей этой грязище копаться, так ещё и воды нет! — Скажите пожалуйста, какой чистюля, — не удержалась от подначки Леди. — От чумазой слышу, — в тон ей хмыкнул парень. Его вполне устроило, что про воду спутница поняла буквально. Сам он надеялся только, что иссушённый закрытием врат эфир восстановится раньше, чем он, Данте, рухнет без сил. Как выброшенная на берег рыба. — Так что, там где воздух дрожит — это твари какие-то засели? — навскидку предположила напарница. — Вполне может быть. Сказал же ещё вчера — я тебе не ходячий детектор! Смотри в оба и не зевай, деловая колбаса. У нас в конторе самообслуживание, каждый сам себе телохранитель. — Тоже мне новость, — фыркнула девчонка, демонстративно, с громким лязгом досылая патрон в ствол. — Проверяем дома? Или идём напрямик до этого странного фонаря? — Идём вперёд, по сторонам смотрим, — хмыкнул Данте. Ему явно нравится играть в контору и напарников. Хотя… Мэри приходится признать, что она и сама втянулась. Почему бы и нет. Они всё ещё живы и перебили вместе уйму демонов, а значит, это работает. И они идут вперёд по изуродованной землетрясением улице. Дома здесь разрушены значительно меньше, чем там, где они были вчера, но покрыты огромными трещинами, точно песочные замки, мимо которых протарахтел бульдозер. Кое-где крыши провалились внутрь, о такой диковине как целые стёкла и говорить не приходится. Серое хмурое утро, рассеянный свет почти без теней. Мутные, неизвестной глубины лужи в разломах асфальта — и лучше бы в них не наступать, мало ли как там ногой застрять можно… и мало ли в чьей пасти. Рана почти не беспокоит, и это удивительно — Мэри случилось однажды словить серьёзный глубокий порез с повреждением мышц, она помнит, как неделю не могла даже шевельнуть правой рукой, как восстанавливалась чуть ли не месяц. А сейчас преспокойно шагает ногой, которую папенька изволил проткнуть штык-ножом Калины насквозь да ещё и с прокрутом. И если в башне свежая рана ещё могла не мешать благодаря адреналину и избытку демонической энергии, то через сутки накрыть должно было по полной. Однако ж не накрыло. И ощущается как… как сильно сбитая коленка, не более. Правда, лихорадит немного. А чуть впереди шагает один парадоксальный неубиваемый раздолбай, которому, однако, шагается явно труднее, чем вчера. Мэри подозревает, что лечение её раны таки вышло ему боком. Или не лечение? Но что-то точно вышло боком… А вот нечего задумываться во время работы. Без скрипа и палева — приоткрывшаяся дверь чуть не заехала крадущейся вдоль стеночки Леди по носу. Из проёма на неё всеми своими глазами уставилась «загадка», удивлённая ничуть не меньше. Демоны после закрытия Врат не могут пока пользоваться порталами. И чутьё у них притуплено так же, как и у охотников. Игра в жмурки, день второй, ситуация штатная. — Приветик, — мило поздоровалась Леди. И нажала на спуск.
