He Knows.

Майки не знал куда, но ехал на мотоцикле уже несколько часов. Он то и дело вклинивался в потоки машин, и, вероятно, пару раз проехал на красный свет. Каким-то образом он оказался там, где впервые встретил Такемичи. День их встречи всегда был для него очень важным, – конечно, это не самое лучшее воспоминание - тогда Такемичи был избит и окровавлен, – несмотря ни на что, потому что именно в тот день его глупое пятнадцатилетнее "я" дало клятву защищать Такемичи от боли и не позволять ему больше плакать. Кто бы мог подумать, что именно Майки нарушит это обещание? Он сидел на ступеньках и не знал, что делать. Сейчас он плакал. <<Прости меня,>> – он извинился, но от этого стало только хуже. Прости - это то, что говорят, когда случайно наступают кому-то на ногу; прости - это то, что говорят, когда случайно сталкиваются с кем-то; прости - это то, что говорят, когда бьются о кого-то тележкой. Прости - это не то, что говорят, когда изменяют своему мужу, с которым прожили шесть лет, потому что "прости" означает, что вы извиняетесь, но в действительности не сожалеете. Майки ненавидит говорить слово "прости", потому что всегда найдется кто-то, кому плевать*. Забавно, что он использует то же жалкое извинение, что и в день смерти Эммы? Майки честно не знает, почему изменил. Конечно, он пил, но если был достаточно трезв, чтобы ездить на байке, то был достаточно трезв, чтобы не изменять Такемичи. С другой стороны, если бы он был трезв, его бы сейчас здесь не было, не так ли? Майки думал о том, чтобы пойти к Дракену; думал о том, чтобы снова заснуть и притвориться, что это сон. Он думал о том, чтобы побежать к Мицуе или, может быть, даже к Чифую, но вместо этого просто сел на трибуну и заплакал. Такемичи тоже лучше не стало – большую часть времени он просто плакал. Конечно, он не был бы героем-плаксой, если бы не рыдал так много, но это был не обычный плач. Он плакал не от грусти, а от злости? А может, и от того, и от другого. Он расплакался, как ребенок, и разбросал одежду по комнате. Дошло до того, что он разорвал подушку и раскидал все вещи. Чифую был там: Такемичи позвал его, потому что не понимал, что ему еще делать. Чифую поклялся себе, что при следующей встрече ударит Майки за то, что довёл его партнёра до этого. Теперь Такемичи лежал на коленях Чифую; глаза его были красными, а щеки - мокрыми. Плач и швыряние вещей выбили его из колеи, и теперь он хотел только одного – чтобы сон завладел его телом. Он молился всем богам, чтобы это был сон, – нет, кошмар. Он надеялся, что по пробуждении увидит Майки рядом. Он надеялся посмеяться над этим вместе, но увы. Это была суровая и холодная реальность. Они всегда говорили, что жизнь несправедлива, и теперь Такемичи понял, что это значило. <<Такемичи, хочешь что-нибудь поесть? Или, может быть, посмотреть кино? Кадзутора недавно прикупил какой-то новый фильм.>> – Чифую провел пальцами по волосам Такемичи и попытался утешить его. Тот не ответил – он вообще мало говорил с тех пор, как в разгар истерики позвонил Чифую и рассказал о случившемся. Это больно, потому что парень всегда был таким разговорчивым, но сейчас вёл себя тише мыши, и если бы не рука, рисующая фигуры на трико Чифую, он бы решил, что тот спит. <<Мичи, поговори со мной. Я знаю, что ты не хочешь, но общение - ключ к успеху, верно? По крайней мере, ты мне так говорил.>> – Чифую надеялся, что таким образом удастся добиться от Такемичи хотя бы звука, но в ответ услышал лишь тишину. Он не знал, что пугало больше: то, что Такемичи молчал, или то, что когда Майки вернется, он окажется в полном дерьме. <<Я не имею прав говорить, что думать о Майки, я не имею прав говорить, что неправильно вот так выгонять его, и я не имею прав говорить, что вам следовало поговорить, потому что если бы это был Баджи или Кадзутора, я бы поступил точно так же.>> – это было последней его идеей, и Такемичи расхохотался. Смех был лошадиный и немного царапающий, но это был смех. <<Как будто они бы смогли. Уверен, Баджи-кун не может даже смотреть на другого человека, не думая о тебе. И Кадзутора тоже.>> – Чифую сделал паузу, проводя пальцами по волосам Такемичи. <<Я знаю, партнер. И это был первый раз, когда ты сказал что-то за последние три часа.>> – Такемичи снова рассмеялся, и Чифую последовал за ним. Его слова не были веселыми, но смех Такемичи их улучшил. Прошло около пяти минут, прежде чем веселье стихло. Теперь Чифую сидел рядом с Такемичи на кровати. <<Ты ведь понимаешь, что в конце концов тебе придется с ним поговорить?>> – кивок. – <<И тебе придется сделать это самому.>> – кивок. – <<Ты вообще слушаешь?>> – кивок. Чифую закатил глаза. <<Земля вызывает Такемичи.>> – сказал Чифую, слегка пожав плечами. <<Я слушал, Фую.>> – пробормотал Такемичи, бросаясь обратно на кровать. – <<Не хочу больше никогда видеть Манджиро, не хочу слышать его имя, и уж точно не хочу носить его фамилию.>> – глаза Чифую расширились. <<Такемичи, ты себя слышишь? Вы с ним провели одиннадцать лет как склеенные, и ты собираешься все это бросить?>> – вообще, Чифую не из тех, кто указывает другим на правильность принимаемых решений, но раз его партнер тупой, то он собирался вмешаться и сделать хоть что-то, пока тот не сделал то, о чем потом пожалеет. <<Он обманул меня, Фую: он воспользовался моим доверием и предал его. Он нарушил собственное обещание.>> – Такемичи казался странно спокойным. <<Такемичи, он был пьян. Я знаю, что это не оправдание, но он был не в своем уме. Неужели ты хочешь отказаться от того, в кого был влюблен со средней школы?>> – улыбка Такемичи померкла, когда Чифую заговорил. <<Первым оказался от этих отношений именно он. Слова пьяного человека - это мысли трезвого, Фую.>> – Такемичи пожал плечами, вставая с кровати. Чифую понимал, что теперь ничего не изменить - Такемичи уже решил, что ему делать. – <<Я уже сделал свой выбор: я уйду от Майки.>> – голос дрожал. <<Партнер, ты уверен? Ты оставляешь все, над чем так усердно работал.>> – Такемичи пожал плечами. <<В день начала наших отношений я сказал ему, что если он предаст мое доверие, то между нами все закончится. А теперь посмотри, что мы имеем.>> – Такемичи говорил так, будто вот-вот заплачет, но когда Чифую встал и изо всех сил обнял его, он разрыдался даже сильнее, чем прежде. Чифую было все равно, что на одежде будут мокрые пятна, слезы и сопли, – это свитер Баджи, – его партнеру было плохо, и он должен был помочь. Майки клянётся, что за много миль чувствовал, как Такемичи ломается. Он уже ушёл с памятного места, и теперь встретился с Дракеном. По приезде, он получил по ушам и еле вошёл в дом. <<Майки, то, что ты сделал, немыслимо. Извинения ничего не дадут, но это только начало.>> – Майки кивнул. – <<Поговори с ним; сейчас ему плохо именно из-за тебя.>> – Майки бы с радостью, но не знал, как. Это не то, что можно легко простить и забыть – Майки разбил ему сердце. И что он мог сделать такого, чего было бы достаточно, чтобы вернуть доверие Такемичи? Он не знал, именно поэтому он купил цветы и несколько закусок, – если Майки всегда радовала еда, то и Такемичи должен будет порадоваться. Майки сел на байк и замер. А что, если Такемичи не хочет его видеть? Он выгнал его из дома восемь часов назад, так зачем им видеться так скоро? Но Майки обязан был извиниться, ведь у него не было возможности сделать это утром. В голове все закрутилось; он не знал, что именно говорить Такемичи. Что он должен сказать? "Эй, извини, что я тебе изменил. Я был пьян, так что это не моя вина". Майки, наверное, не было в живых уже через пару минут, если бы Дракен и Мицуя когда-нибудь услышали это. Не раздумывая, Майки завел байк и поехал обратно в их общий дом. Тем временем Чифую сумел немного улучшить настроение друга, и теперь они сидели на кухне и пекли печенье, потому что не знали, чем еще заняться. <<Я знаю, что Майки не любит круглое печенье - оно слишком скучное. Поэтому он сам формирует его ножом, так как не хочет покупать формочки.>> – Такемичи немного посмеялся, пока ставил печенье в духовку. Чифую поднял бровь. До этого Такемичи не хотел слышать даже это имя, но сейчас заговорил о том, как Майки любит его печенье. <<Я люблю его, Фую. Я люблю его так сильно, что это пугает. Я просыпаюсь с мыслью о нем и засыпаю с ней. Он - весь мой мир, и даже если он изменил, я не могу на него злиться. Я знаю, что должен, но не могу. Я не могу просто ненавидеть его, я не могу развестись с ним, я не могу ненавидеть его. Я хочу, Фую, правда хочу, но сердце не позволяет мне.>> Такемичи искренне хотел ненавидеть Майки, – нет, он должен был ненавидеть его, – но когда не можешь полюбить никого другого в течение одиннадцати лет, то не получится так просто уйти. Возможно, Такемичи никогда не сможет ненавидеть Майки. Изменял ли Майки? Да. Предал ли Майки его доверие? Да. Майки заставлял его рыдать часами? Да. Майки любил его одиннадцать с лишним лет и оставался верным все это время? Да. Майки всегда был рядом и никогда не покидал? Да. Майки был рядом каждый раз, когда он плакал, и никогда не покидал его? Да, он. Такемичи всегда был довольно большим плаксой*, но все-таки... Никто и никогда не сможет превзойти любовь Майки к Такемичи. <<Забавно, как ты прошел путь от ненависти до любви. Наверное, одиннадцать лет именно так влияют на человека, да?>> – пошутил Чифую. Такемичи засмеялся. Они и не заметили, как Майки вошел и услышал весь их разговор. <<Это правда? Ты все еще любишь меня?>> – Такемичи и Чифую подпрыгнули, услышав его голос. Чифую быстро пришёл в себя и уже собирался наброситься на него, но Такемичи удержал его. <<Чифую, иди домой, ты ведь здесь целый день. Тора и Баджи скучают по тебе.>> – он хотел возразить, но умоляющий взгляд партнера заставил его уйти. <<Зачем ты вернулся сюда?>> – Такемичи скрестил руки. <<Я хотел извиниться.>> – Майки протянул ему коробку конфет и цветы. <<Твои извинения очень похожи на подарок на День святого Валентина, который должна получить девушка в старшей школе.>> – Такемичи положил цветы на стол. <<Я говорю тебе это в качестве последнего предупреждения: если ты еще раз, – и я имею буквально хоть раз, – выкинешь что-нибудь подобное, я лично надеру тебе задницу.>> – глаза Майки расширились. Он прыгнул на Такемичи - тот еле удержал равновесие. <<Эй, Манджиро, мы, может, и одного роста, но ты в два раза больше меня.>> – Майки проигнорировал его, осыпая поцелуями все лицо Такемичи. <<Я люблю тебя и обещаю, что больше не буду пить! А если и буду, то ты обязательно будешь рядом.>> – говорил он между поцелуями. Такемичи хихикнул. <<Я тоже тебя люблю, а теперь отпусти - мне нужно достать печенье.>> – Майки тут же отстранился. Вот такими они и должны быть. Счастливыми. . . . – Кисаки, план провалился. Нам придется найти другой способ разделить Такемичи и Майки. На другом конце провода послышались ругательства.