[Добро пожаловать в класс превосходства] Холодные глаза

Я медленно двинулся к ней, положив телефон обратно в карман. Я стоял позади нее и тоже смотрел в окно. Был виден весь косплей-клуб. Я вспомнил, что смотрел только одно аниме, название — «Тетрадь смерти». Главный герой был довольно интересным, но в его собственную игру по-прежнему играла смерть. Итак, я действительно не имел большого представления, в кого они наряжались. Я решил позвать Ибуки, потому что мне неинтересно смотреть, как мальчики танцуют в особой манере и говорят «Нико Нико Ни~». Как только я прикоснулся к ней, она вздрогнула и вырвалась из оцепенения. Когда она увидела меня, в мою сторону был направлен смертельный взгляд. Она схватила меня за руку и потащила наверх. Я не жаловался, потому что не хотел умирать. Спустя какое-то время я оказался на крыше перед сверкающей Ибуки. «Эм, привет» — сказал я, не зная, что делать в этой ситуации. Она просто взглянула в мою сторону. Разве ты не можешь быть немного милее, Ибуки? «Если ты расскажешь о том, что видел только что, я без колебаний покончу с тобой» — сказала она угрожающим тоном. «О, разве мне кто-то поверит?» — сказал я в ответ, не дав четкого ответа на ее предыдущее заявление. «Это не имеет значения. Просто забудь то, что ты видел сегодня» — сказала она. Я решил немного покопаться. «Разве ты не была членом клуба по легкой атлетики?» — спросил я. «Я член легкоатлетического клуба. Сегодня была просто ошибка, не более того». Она категорически отвергала какие-либо идеи. «О, я понимаю, но это не похоже на случайность» — сказал я, но тут же пожалел, как только она схватила меня за воротник. «Какого хрена ты до сих пор помнишь это. Я думала, что сказала тебе забыть об этом» — прокричала мне Ибуки. «Знаешь, я не могу так быстро забыть то, что увидел. Мозг так не работает» — сказал я ей. «Меня не волнует, как, черт возьми, работает твой мозг. Но я знаю, как тебя убить.» «Эй! Мы школьники, мы не должны говорить об убийстве друг друга» — сказал я, беспокоясь за свою жизнь. «Мне все равно, просто забудь об этом» — сказала она. Я вздохнул: «Хорошо, я скажу мозгу забыть, как ты пялилась на косплей-клуб. Как ты хотела быть…» Ее взгляд потемнел: «Тебе кажется это забавным, Аянокоджи?» Я вздохнул: «Хорошо, хорошо, я понимаю, теперь ты можешь оставить меня, пожалуйста?» Она цокнула, опустила мой воротник и подошла к перилам крыши, глядя в небо. Я взял телефон и начал кое-что искать. Я открыл ей контакт, который у меня был, когда работал с Рьюеном на последнем экзамене, и отправил ей изображение. Из ее телефона послышалось хлопающее уведомление, и она проверила его. Едва она посмотрела на экран своего телефона, и на ее лице появилось выражение ужаса. Что превратилось в ярость. «Аянокоджи» — закричала она и бросилась ко мне. «Ой, остановись на минутку» — сказал я, в надежде, что она послушает. На этом изображении видно, как Ибуки смотрела на косплей-клуб. Кто угодно мог понять, что она смотрела на людей, которые занимались косплеем. Что ж, мои фотографические способности нельзя недооценивать. Она отчаянно потянулась к моему телефону, который теперь был у меня в руке, чуть выше ее роста. Я мог представить, как она проклинает свой рост. Понимая, что она не может дотянуться до телефона, она схватила меня за воротник и посмотрела враждебно. «У тебя есть два выбора. Либо передать свой телефон и прожить еще 10 минут, либо умереть через две секунды.» Что, черт возьми, с ней было не так. Что это был за выбор? «Да ладно, не сердись. Я никому не отправляю это изображение» — сказал я, но она не убрала руку с моего воротника и посмотрела враждебно. «Но было интересно увидеть, как ты наслаждаешься…» Я не смог ничего сказать, когда она двинулась, чтобы ударить меня, чего я едва избежал. «Ой, да ладно. Этот удар был бы действительно болезненным» — сказал я, отдаляясь от нее. «Что, черт возьми, ты от меня хочешь?» — спросила она. Но на этот раз я не услышал в ее голосе гнева, скорее, я услышал в ее тоне отчаяние. Я бы солгал, если бы сказал, что не удивился. Это была не та Ибуки, которую я знал. Это не было похоже на обычную Ибуки, человека, которому доставляет удовольствие унижать Меня, черт возьми, в прошлый раз она даже назвала меня извращенцем без всякой причины. «Я просто хочу, чтобы ты сказала, почему ты так смотрела на косплей-клуб» — спросил я ее. «Я просто решила посетить косплей-клуб, потому что у меня было хорошее настроение. Это проблема, если я посетила другой клуб, кроме легкой атлетики?» — спросила она. Но было видно, как она лжет, и я не собирался позволять ей сбежать. Поскольку она явно хотела быть в косплей-клубе, это может удерживать ее от ее полного потенциала. И я не мог позволить этому ускользнуть. У нее был большой потенциал, и я собирался извлечь его из нее. «Не лги мне, Ибуки. Мы с тобой оба знаем, что это неправда. Скажи мне правду и смирись с этим». Я немного надавил на нее, чтобы она сломала ментальные барьеры, которые она поставила. Ибуки стиснула зубы, услышав мои слова, убрала руки с моего воротника и посмотрела вниз. «Это потому, что я девушка» — сказала она тихим голосом. Ее слова сбили меня с толку. Я не понял, что именно она имела в виду. Она почувствовала мое замешательство и вздохнула. «Мое рождение было ошибкой.» Услышав эти слова из ее уст, я стал серьезным. Это было намного серьезнее, чем я думал ранее. Не каждый день можно услышать, как кто-то сомневается в собственном рождении. И это не то, что ожидаешь услышать от такого человека, как Ибуки. «Что ты имеешь в виду, Ибуки?» Я попросил у нее объяснений. Она снова цокнула и задала неожиданный вопрос: «Что ты думаешь обо мне, Аянокоджи?» Я подумал об этом на мгновение, а затем ответил: «Ну, ты достаточно холодна к другим. Но все же ты не отталкиваешь своих друзей. Так что я вообще не могу тебя понять.» Ибуки засмеялась. Когда она остановилась, она повернулась ко мне и сказала более серьезным тоном: «Я надеюсь, что ты никому не расскажешь то, что услышишь сейчас.» Я просто кивнул. Я был не из тех, кто сдавал кого-то просто ради забавы. Я знал свои пределы. Она вздохнула и сказала мне, стиснув зубы: «Что, если я скажу тебе, что мой отец никогда не хотел, чтобы я родилась. Что ты подумаешь?» Был слышен звук сверчков и мух, а также легкий ветерок, дующий через крышу. Я удивлен. Похоже, не только я был с семейными проблемами. Лучшим вариантом сейчас было промолчать и позволить ей продолжить. Потому что все, что я отвечу, может ухудшить ее психическое состояние, если она поймет это неправильно. Не услышав ответа, она решила продолжить: «Мой отец никогда не хотел девочку. Он хотел, чтобы кто-то продолжил его наследие и додзё. Он хотел мальчика. Черт возьми, этот ублюдок был даже готов пойти на аборт, если бы не моя мать. Она сделала все возможное, чтобы остановить аборт, и я родилась.» Она остановилась на мгновение, затем продолжила: «Если бы кто-нибудь еще узнал, что он пытался прервать жизнь своей дочери, его имидж мог бы пострадать. Итак, он превратил дом в настоящий ад для моей матери. Он не причинил ей вреда физически, но подвергал ее психологической пытке.» Больше мне ничего не нужно было слышать. Честно говоря, мне было противно, что такие люди существуют. Я знаю, что это такое, поэтому я могу ее понять. «С самого рождения я была одна. Отец не разрешал мне видеться с кем-либо из моих сверстников. Сначала я думала, что он заботится обо мне и защищает меня, но потом я поняла. Он меня ненавидел. Я была более женственна. Я тоже хотела играть с другими девочками моего возраста. Я не интересовалась спортом и драками.» Одно за другим ее слова записывались в моей голове. Это полностью изменило мое представление о личности, по имени Ибуки Мио. «Но я все еще была в порядке, не смотря на все это, поскольку моя мать любила меня всем своим сердцем. Любовь, которую она дарила мне, намного превосходила ненависть, направленную на меня отцом. Однажды я спросила ее, почему мой отец так меня ненавидит, и знаешь, что она сказала?» Она спросила меня. Я посмотрел на нее. Слабая улыбка была видна на ее лице. «Она сказала, что не имеет значения, что отец меня ненавидит, важно лишь то, что я люблю себя.» Некоторое время мы молчали. «Эти слова могут ничего не значить для тебя, но для меня они были равносильны всему миру. Эти слова придали мне силы, и я бросила вызов своему отцу и стала той, кем я являюсь и кем хочу быть. Я провела свое время в рисовании, музыке и мне понравилось. Я даже смотрела аниме, прячась в комнате отца.» Ибуки улыбалась. Это был первый раз, когда она искренне улыбалась. Я не знаю, но я что-то почувствовал. Как будто я мог с ней общаться. «Но все хорошее когда-нибудь приходит и заканчивается» — начала она. Когда она произнесла эти слова, настроение на крыше усилилось втрое. Улыбка Ибуки была потерянной, и на ее лице появилось пустое и безжизненное выражение. «Моя мать больше не могла этого выносить. Все эти душевные пытки сломили ее. А потом…» Она остановилась, и ее колени не выдержали. «Она… Она… отказалась от жизни. Нет, не так, она… она отказалась от меня.» На ее лице появились слезы. Она коснулась капли на щеке. «Хм?» Она отчаянно начала тереть глаза, пытаясь остановить слезы, которые теперь текли свободно. «Нет… Нет… Нет… прекратите… пожалуйста, прекратите.» Я вздохнул. Если я ничего не сделаю, она, скорее всего, сейчас сломается. Это могло быть выгодно для меня, но я вспомнил мать Ибуки и ее слова. 'Неважно, ненавидит ли вас кто-то, важно то, что вы любите себя.' Почему мне кажется, что эти слова предназначались для меня? Я вздохнул и крепко обнял ее. Она вздрогнула от внезапных объятий, но вскоре потеряла волю и начала громко плакать. Мне нужно было сделать это не просто для того, чтобы сделать ее одним из своих активов, но чтобы показать ей, что ее рождение не было ошибкой. Она как никто другой заслуживает быть в этом мире. Она продолжала рыдать и между рыданиями продолжала свой рассказ: «В тот день, когда умерла моя мама. Что-то во мне изменилось. Я начала ненавидеть отца. Больше, чем он меня. Я решила делать все, что делают мальчики, черт возьми, я даже укоротила себе волосы. Те волосы, которые любила моя мать. Я делала все, что было в моих силах, чтобы он признал меня. И однажды мне это удалось. Я была обладателем звания на чемпионате по боевым искусствам, но он все равно отказывался признать меня. Даже тогда… У этого ублюдка хватило наглости сказать, что он не признает меня, так как я девушка.» Она продолжала рыдать довольно долго. «Ибуки, что, если он так и не признает тебя?» Она все еще стояла уткнувшись лицом в мою грудь, но она слушала меня. «Есть некоторые отношения, которые имеют большее значение, чем кровные. Возможно, твое прошлое было не лучшим, но тебя всегда любили. Твоя мать всегда любила тебя. Было неправильно с ее стороны отказываться от своей жизни, неважно какую бы ошибку она не совершила. Могу с уверенностью сказать, что она любила тебя.» Услышав ее вздох, я продолжил. «Ты ничего не сделала, родившись от нее. Но все же она любила тебя. Она любила тебя, потому что ты родилась. Так как же ты можешь говорить, что твое рождение было ошибкой.» Она подняла лицо и просто посмотрела на меня. Мы смотрели друг на друга, но она улыбалась. Улыбка, в которой не было боли, она была свободна от прошлого, сдерживающего ее. Она встала и вытерла оставшиеся слезы. «Разве ты не собираешься встать, извращенец, что не так с вами, парнями?» Я вздохнул и встал. Она снова стала нормальной. Обычная Ибуки, не серьезная, а просто глупая. Я взял свой телефон и собирался передать его ей, чтобы она смогла удалить изображение, но она просто вернула его: «Можешь оставить его себе. Мне все равно. Но если ты расскажешь хоть одной душе, что здесь произошло, я превращу твою школьную жизнь в ад.» Нет, я действительно чувствовал угрозу. Эта девушка действительно могла бы сделать мою обычную школьную жизнь менее обычной, если бы она этого захотела. Я не буду рисковать. Она начала уходить, но остановилась у двери: «Эй, я э… Спасибо» — сказала она, очень тихим голосом. Я решил подразнить ее: «Что? Я не услышал.» Она зарычала и сказала: «Отвали, извращенец». После этих слов, она исчезла из поля моего зрения. Я вздохнул и посмотрел на заходящее солнце. Я начал думать, а что, если бы у меня был кто-то, кто меня любил. Стал бы я другим? Теперь мне было более чем любопытно узнать, что именно нужно чувствовать, чтобы любить и быть любимым. Но теперь вопрос был в том, кого я должен любить?

______________________________