Останемся друзьями...?

      Кабинет небольшого отряда молодых мракоборцев не отличался особым размахом и масштабностью. Конечно, он был куда больше, чем бывшая каморка мистера Уизли, и здесь вполне свободно размещались четыре стола, несколько шкафов для различных документов, большой камин, а также пара тумбочек с различными растениями для оживления обстановки. Бонусом было лишь то, что Маркус смог выбить им второе волшебное окно и договорился с Отделом магического хозяйства о том, чтобы они сами могли настраивать погоду за ним, но на этом привилегии заканчивались, как и заканчивалась слава Гарри Поттера, стоило ему зайти за порог мракоборческого центра.       В этом небольшом закрытом мирке, наполненным самыми разнообразными людьми, занимающимися одним делом, он был обычным парнем, хоть и весьма известным. Никто и не думал, в отличии от простых обывателей, кланяться ему в ноги или же смотреть как на спасителя, загоняя тем самым в краску и смущение. Никто не принижал его заслуг, но также и не возносил до небес. Здесь он был самым обычным кадетом академии без каких либо поблажек и это ему очень нравилось, ибо давно надоело предвзятое отношение в Хогвартсе и вне его.       Хоть Гарри и не видел этого, проведя практически весь прошлый год в отрыве от волшебного мира и живя в палатке среди лесов в попытке найти и уничтожить крестражи, но большинство мракоборцев под руководством Гавейна Робардса, видя надвигающийся кошмар, подали в отставку и ушли в подполье, пытаясь противостоять Волдеморту своими силами. И если бы не они, количество приспешников последнего в битве за Хогвартс можно было бы умножить раза в три, тем самым лишив сторону света даже малейших шансов на победу. Конечно находились и не самые приятные личности, сохранившие верность резко сменившему курс Министерству, но таких было меньшинство, а основной костяк все же действовал исходя из личных идеалов и лояльности к добру и адекватности.       К великому сожалению, большинство из них было ранено или убито в результате дерзких вылазок, а потому чародеи были вынуждены отступить и затаиться буквально за пару дней до решающего сражения, оказавшись не в курсе планов Золотого трио, чем вызвали недовольство некоторых несведущих идиотов, спрашивающих, где были силы правопорядка, когда школьники и их друзья сражались за будущее страны.       Потому-то Поттер и принял предложение Кингсли пойти в мракоборцы, поняв, что эти люди ради мира жертвовали своими жизнями и защищали своих сограждан даже находясь в тени, не получая за это и кната, сражаясь лишь только во имя своих идеалов. А учитывая тот факт, что война вычистила ряды служителей правопорядка почти на три четверти, то выбор становился очевидным. И сейчас парень, сидя в своем кабинете и выполняя свою работу, наблюдал за тем, как открывается входная дверь и в помещение входит его давняя знакомая с пышными каштановыми волосами.       — Привет, Гарри, — тихо поздоровалась она.       — Ну привет, — нервно повращал он перо в руке, — Гермиона…       Девушка выглядела весьма паршиво для той, кто должен был светиться от радости после вчерашнего. Растрепанные обычно волосы, имевшие еще вечером восхитительную укладку, спутались в какой-то непонятный клубок, словно за них дергали и тянули весь почти уже прошедший день, лицо выражало крайнюю степень разочарования, а красные глаза прямо говорили о том, что слез было пролито как минимум пара ведер, да еще и с горкой.       Сонное состояние, которое он пытался победить меньше часа назад холодным душем в тренировочном зале, а также добрым литром крепкого кофе, выветрилось так быстро, словно его и не было, стоило парню увидеть, что Гермиона явно пришла не для того, чтобы поделиться какой-то радостной новостью или наоборот, надавить на больное, хотя она никогда бы в жизни не стала так делать, особенно в таких обстоятельствах.       Наблюдая за тем, как убитая колдунья садится на стул для посетителей возле его стола, как практически не поднимает на него взгляда, как нервно заламывает руки, словно чего-то боится, Гарри мог бы подумать, что ей очень стыдно за произошедшее этой ночью и она, в отличии от парня, не получив дружеской поддержки от коллег, пусть и в виде подколов, да еще и имея куда более расширенный эмоциональный диапазон, переживала куда сильнее, чем уже отошедший от ситуации Поттер.       — Прости, я, наверное, не вовремя, — произнесла она, заметив перо в его руке и пергамент с отчетом на столе. — Может, мне лучше зайти поз…       — Сиди уже, — не дал уйти ей парень. — Мне осталось буквально пару строчек, а потом я буду рад тебя выслушать, да и самому есть что сказать.       Тихий скрип пера и шуршание листа дарили чувство небольшого уюта и успокоения, особенно для юной ведьмы, что была немного помешана на учебе и знаниях. Насколько помнил Гарри, запах свежего пергамента был одним из ее любимейших, подтверждая это Амортенцией, а те несколько слов, что ему требовалось дописать, позволили Гермионе чуть прийти в себя и лучше подумать над тем, что она хотела сказать. Сам же парень тоже был не против обсудить с ней случившееся, хотя и не знал, стоило ли это делать сегодня. Однако гриффиндорка была единственной, с кем вообще имело смысл вести диалог на этот счет.       Поттер, будучи всегда честным по отношению к ней, особенно когда это касалось внешнего вида, искоса глянул на довольно кошмарно выглядящую девушку в мятой черной мантии и выглядывающей из-под нее голубой водолазке с высоким горлом, составляющую разительный контраст с той красавицей, что предстала перед ним прошлым вечером, сидя напротив за столиком одного из самых дорогих заведений Лондона. Пожалуй, это был первый раз после Святочного бала на четвертом курсе, когда она затмила собой всех вокруг и заставила пялиться на себя чуть ли не каждого мужчину, да и некоторых девушек все то время, что они провели в том ресторане.       Изящное короткое кремовое платье, едва прикрывающее длинные стройные ноги, шикарные белые туфли на высоком каблуке, еще сильнее подчеркивающие женственную фигуру с подтянутыми ягодицами, восхитительный макияж и выпрямленные каштановые волосы заставляли с трудом сдерживать эрекцию у многих, включая самого Гарри, за что ему было стыдно еще вчера. Однако сегодня он бы с радостью дал волю своим чувствам, если бы не одно, а даже целых два но, имеющих огненно-рыжие волосы и одинаковую фамилию Уи…       — Гарри, — не выдержала она затянувшейся тишины, — меня вчера бросил Рон.       Слова, произнесенные его давней подругой, словно врезали ему густой стеной воздуха и чуть ли не сшибли со стула, настолько неожиданными они были. Меньше чем сутки назад волшебник видел, как его лучшие друзья, по совместительству являющиеся парочкой влюбленных голубков, сели в другое такси, направляясь в небольшую городскую квартирку Гермионы, поскольку также не хотели трансгрессировать, находясь под действием алкоголя, а до Норы было далековато.       Поттер был уверен, что вечер его друзей должен был закончиться примерно тем же, на что рассчитывал и он сам со своей спутницей. Да еще и, судя по словам Рона, это должен был быть первый раз их настоящей физической близости, также как и у Гарри с его девушкой, что надеялись не ограничиваться в этот раз лишь поцелуйчиками и взаимным петтингом. А сейчас настроение Гермионы явно не соответствовало его представлениям о произошедшем и навевало мрачные мысли. На самом ли деле случилось что-то из ряда вон выходящее? Могло ли быть такое, что этот ублюдок бросил Гермиону после того, как воспользовался ею и лишил невинности? Стоило ли прямо сейчас бросить все и ехать бить ему морду самыми грубыми средствами? Ради этого ли он отпустил ее больше года назад и связался с Джинни, лишь бы подруга была счастлива?       — Гарри, — тихо произнесла ведьма. — Скажи что-нибудь?       — Эм… — выдал чародей единственное, на что хватило его сознания. — Почему? Что произошло?       Разом покрасневшее лицо и загоревшиеся словно пара светофоров уши прямо сказали, что Грейнджер крайне стыдно за эту ночь и она не может так просто рассказать обо всем, хоть и набралась смелости, чтобы прийти к другу на работу, даже не зная, что он задержался, в призрачной надежде найти здесь поддержку и утешение. Несмотря на тот факт, что Поттер запретил себе думать о ней в романтическом ключе, в сердце все же трепыхнулось гадкое удовлетворение, хоть и являющееся явно далеко не самым правильным чувством в текущей ситуации.       — Мы… — начала девушка. — Мы… Мы поехали ко мне… Все было так хорошо, он как-то умудрился заставить все свечами и украсить лепестками роз… Вел себя романтично… Он был настойчив… Ты же знаешь, я долго боялась этого, но вчера была согласна ответить взаимностью на его желание. Мы начали раздев… Нет, — всхлипнула чародейка. — Прости, Гарри, я не могу… Я зря пришла к тебе, поскольку не хочу портить твои явно хорошие впечатления от вчерашней ночи… Ведь вы с…       — Джинни бросила меня вчера, — с горькой усмешкой ошарашил ее парень. — И я могу почти повторить за тобой слово в слово, разве что я не боялся раньше, а тупо не было сил и времени, учитывая помощь в восстановлении школы, уход за Тедди и работу здесь.       — Но… — даже забыла о наворачивающихся слезах Грейнджер. — Вы же… Тоже…       — Ты меня опередила, — чуть улыбнулся Гарри, пытаясь поднять ей настроение. — Если бы не отчет, то я сам бы сейчас сидел у тебя в гостях и жаловался на несправедливость жизни.       Такие новости выбили дух уже из его подруги и заставили ее посмотреть на него совершенно иным взглядом. Парень крайне сожалел, что еще не овладел искусством легилименции и не мог знать, о чем сейчас думает кареглазая ведьма, однако схожесть ситуаций явно заставила чародейку взбодриться и даже чуть ухмыльнуться своим мыслям о происходящем вчера.       — Как это произошло? — тут же поинтересовалась Гермиона.       — Ты первая, — откинулся на стул Поттер и скрестил руки в районе живота.       — Но… — вновь смутилась и запылала огнем она. — Я…       — Так, — достал он палочку. — Давай пока сделаем некоторые изменения.       Первый взмах волшебным инструментом запер и запечатал входную дверь во избежание случайных свидетелей. Хотя в такое время в Министерстве было крайне мало людей, но все же не только один Гарри задерживался после работы. Второй же короткий взмах раскрыл дверцы шкафчика возле стола Маркуса, откуда выплыла бутылка с каким-то напитком коричневого цвета и пара граненых бокалов.       — И что это такое? — с недоверием посмотрела Грейнджер на то, как Гарри добавляет несколько капель какого-то зелья в бутыль и наполняет тары сразу чуть ли не наполовину.       — Виски, — пожал плечами ее друг. — Не смотри на меня так, мы тут не алкоголизма ради, а расслабления для.       — И часто вы тут «расслабляетесь»? — хмыкнула она, продолжая наблюдать за манипуляциями парня.       — Нечасто, — протянул ей бокал волшебник. — Но работа напряженная и порой приходится на ней видеть довольно неприятные последствия от взрывных и не только заклятий. Не бойся, это расслабляющий эликсир с эффектом снятия стеснения, дабы было проще выговориться, а не держать все в себе. Я выпью точно такой же.       — Как завуалировано ты назвал сыворотку правды, — прищурилась чародейка.       — Не, это не то пальто, — махнул рукой Поттер. — Личный рецепт Мэри и Микки, выведенный буквально за месяц до битвы за Хогвартс. Оно не влияет на мышление, просто помогает выпустить наружу скопившееся напряжение, дабы не перегореть от переживаний. Актуально было, знаешь ли, учитывая всю ту хуйню, что происходила тогда.       — Гарри! — чуть возмутилась девушка, все же принимая бокал. — Я понимаю, что коллектив несколько влияет на речь, но не мог бы ты при мне не выражаться?       — Прости, Гермиона, — улыбнулся парень. — Последнее время мы редко виделись, а потому я немного отвык… Ради тебя постараюсь вспомнить, каково это — быть джентльменом.       — Да ну тебя, — фыркнула колдунья. — Ну так что, за нас, неудачников?       — За нас, — кивнул Поттер и сделал внушительный глоток адского коктейля, способного быстро развязать язык любому, если тот захочет.       Действие зелья, смешанного с резким вкусом виски, началось так быстро, что девушка даже не успела прокашляться от непривычной горечи в горле. Обычно она не пила ничего крепче вина, но все же порой бывали случаи, когда требовалось что-то действительно мощное. Наплыв мыслей в головах волшебников начал смешиваться бурным потоком, желание поделиться произошедшим вырывалось наружу, а язык чуть ли не сам стремился издавать нужные звуки, хотя и продолжал полностью контролироваться сознанием.       — Ядреная хрень, — оценила Гермиона. — Брр, аж жутко. Я словно готова вывалить все как есть прямо сейчас.       — Да, есть такое, — ухмыльнулся Гарри, делая второй не такой большой, но все же хороший глоток. — Но в отличии от сыворотки правды, оно не заставляет тебя ее говорить, а лишь снимает барьеры в виде смущения, робости и неловкости, оставляя возможность как соврать, так и просто промолчать, если тебе не хочется отвечать, — пояснял он. — Ну так что? Есть что сказать?       — Ну… — задумалась ведьма, прислушиваясь к реакции организма. — Да. Есть.       — Я весь внимание.       — В общем, мы пришли домой, все было хорошо, — начала гриффиндорка. — Пили вино, смеялись, целовались до упора, вон даже засосы какие остались, — отогнула она высокий ворот водолазки, поражаясь тому, как легко ей было показывать то, что раньше хотелось скрывать ото всех, лишь бы не подумали ничего лишнего о ее личной жизни.       — Мощно, — оценил Поттер рядок синеватых овалов. — Сойдут не раньше, чем дня через три…       — А ты, я смотрю, спец по засосам? — хихикнула расслабляющаяся чародейка.       — Иногда бывает, — кивнул тот. — И не только на шее, если понимаешь о чем я.       — Фу на тебя, — искоса глянула на него Гермиона. — Давай без подробностей вашей личной жизни с Джинни.       — Да ничего такого, — улыбнулся он. — Можешь мне не верить, но до вчерашнего вечера я не добирался губами ниже груди, ну максимум живота, а самым интимным действием было лишь запускание руки под юбку и поглаживание самого интересного сквозь нижнее белье.       — Да ну?! — удивилась Грейнджер. — Я думала, вы уже давно занимаетесь сексом.       — Я же не соврал про первый выходной за три месяца и возможность наконец провести нормальную ночь вместе, — сделал еще глоток Гарри, усиливая эффект. — Так что я все еще девственник. Хотя можно ли считать незаконченный минет за ее потерю?       — Значит все же было! — поймала его колдунья. — А говорил…       — Мы что-то ушли от темы, — прервал ее Гарри. — Сначала ты, потом я.       Гермиона, чувствуя как смущение вновь мешает продолжить рассказ, залпом опустошила бокал и ощутила, что вновь может говорить на тяжелую и личную тему. Направляясь в кабинет к другу, она и не думала, что прямо сейчас будет делиться с ним своим первым опытом близости с мужчиной, да еще с такой легкостью и в таком ключе, но тем не менее это происходило, и ей не казалось это чем-то неправильным. Все же они были крайне близки и мало какие тайны оставались между ними нераскрытыми.       — Ну короче, — вздохнула чародейка, — мы вместе сходили в душ, привели себя в готовность и приступили к основному действию.       — Как бы сказал Маркус, ты решила запустить червячка в свою норку? — чуть пьяно хихикнул Гарри.       — Вонзить его твердый нефритовый стержень в свои нежные розовые ножны, — съязвила Грейнджер. — Поверь, не он один знает как завуалировать описание полового акта. Хотя ему нужно читать меньше женских романов.       — Ну дык, что дальше? — не терпелось узнать волшебнику, хотя внутри он опасался это услышать и пытался закрыться тупым и пошлым юмором. — Паровозик заехал в тоннель?       — Как бы тебе сказать, — закинула ноги на стол ведьма, чуть усмехнувшись, — я же боялась этого до одури. Не знаю почему, но все же потеря девственности происходит один раз в жизни, являясь показателем любви и доверия, а я не хотела разбрасываться ею почем зря, — перевела она дыхание. — Короче, я успела изучить кучу литературы на этот счет и в одной из книг вычитала совет, что для расслабления и нужного настроя можно сделать партнеру минет.       — И ты воспользовалась этим советом? — пополнил он бокалы, пытаясь скрыть возбуждение от мыслей об обнаженной девушке, стоящей на коленях между его ног.       — Угу, — буркнула Гермиона. — Но с этого момента все пошло через пень-колоду, а если точнее, то покатилось в пропасть. В общем, не буду тебе описывать подробности, но, видимо, я то ли перенервничала, то ли действительно настолько плоха в этом деле, однако у Рона пропал весь настрой, упал член, он обозвал меня фригидным бревном, сказал, что Лаванда сосала в тысячу раз лучше и он не хочет быть вместе с той, кто не сможет удовлетворять его в физиологическом плане.       — Серьезно? — чуть ли не упал со стула Гарри, также сидевший с закинутыми на стол ногами. — Вот прям так и сказал?       — Почти слово в слово, — сделала еще небольшой глоточек девушка. — Еще пока одевался стонал о том, как ему было трудно ждать пока я соглашусь, а в итоге получить такое разочарование. Будто я до этого тысячу хуев отсосала и должна быть просто королевой минета.       — Вот же долбоеб… — протянул Поттер, хотя на сердце появилась некоторая легкость.       — Гарри, я же просила.       — Ты сама только что матюгнулась, — искоса глянул на нее друг.       — Да? — натурально удивилась она. — А я и не заметила… Ладно, говори как хочешь, сегодня можно.       — А потом? — хихикнул волшебник.       — Только в особых случаях, ибо терпеть тебя, матерящегося всю жизнь, я не намерена.       — Звучит весьма двусмысленно, — улыбался он. — Собралась за меня замуж?       — Только если ты первый меня позовешь, — смеялась она. — Ладно, что у тебя-то произошло?       Гарри хотел было высказать несколько фраз по поводу ее последнего высказывания, но решил отложить это на потом. Все же Гермиона честно рассказала о своих проблемах, и теперь он должен был удовлетворить ее любопытство, раз уж упомянул о своей неудаче с одной рыжеволосой ведьмой, очевидно не просто так являющейся родной сестрой вышеупомянутого придурка.       — Ну если совсем коротко, хе-хе, то по мнению Джинни, моя удочка слишком скромна для того, чтобы поймать ее рыбку, — гордился бы Винчестер тупостью остроумия своего подчиненного. — Видимо, мало витаминов в детстве ел.       — Серьезно? — чуть ли не выплюнула виски Грейнджер. — Вот прямо так?       — Ага, — кивнул Гарри. — Мы точно как и вы целовались, сходили в душ, а потом она начала делать мне вступительный минет. Не знаю как там делала его Лаванда, но навыки Джинни были вполне себе достойными и мне очень понравилось, но по ее лицу было видно, что она прямо-таки чем-то сильно недовольна, — перевел дыхание маг. — В общем, я не выдержал и спросил, может я что делаю не так, ибо опыта-то в этом тоже ноль, на что она вскочила, заявила что рассчитывала на большее, а с этим карликом даже не собирается заканчивать дело.       — Карликом? — подняла брови девушка. — Прости, но все настолько плохо?       — Да кто б знал, — развел руками Поттер. — Несмотря на все слухи, парни не меряются членами в душе, а потому я без понятия. Но если тебе интересно, то приложив мою волшебную палочку к… кхм… другой волшебной палочке, я обнаружил, что живая короче где-то на четверть с небольшим.       — Вполне себе нормальный размер, — вспомнила она длину инструмента из остролиста и какую-то книжку, где встречала подобные темы. — Вроде как даже прилично так больше среднего.       — Ну ей было с чем сравнивать… — сделал еще глоток виски волшебник. — Я-то думал, что буду у нее первым, а оказывается она еще тогда спала с Томасом… В общем, наша маленькая Джинни сразу привыкла к агрегатам побольше, а там, насколько я понял из ее истерики, чуть недотягивало до двенадцати дюймов.       — Двенадцати? — округлились глаза Гермионы. — Ее, часом, не порвало на части? Это же просто гигантский… Хотя Дин же темнокожий.       — И что? — не понял Гарри.       — Ну как тебе сказать, — чуть замялась она. — У них в среднем по больнице куда больше, чем у всех остальных.       — Ну, в общем, вышло как есть, — хихикнул волшебник, вновь пополняя бокалы. — Давай что ли выпьем за нашу с тобой великолепную половую жизнь.       — Споить меня решил? — с искринкой в глазах спросила Грейнджер.       — Ничуть, — улыбался он, прекрасно зная об особенностях добавленного зелья. — Но повод-то есть.       — Это да… — согласилась она, подняв бокал. — Давай за нашу девственность, что не досталась этим придирчивым Уизли.       — За девственность, — чокнулся с ней Гарри. — Как же заебись, что это вылезло все сразу, а не после свадьбы.       Не особо церемонясь насчет возможного скорого опьянения и потери самой возможности продолжать адекватный диалог, молодые волшебники в несколько больших глотков добили остатки виски и засмеялись от рассказов друг друга. Все это казалось таким сюрреализмом и абсурдом, что совершенно не верилось в происходящее, ведь каждый из них после двойного свидания считал, что у второго-то точно все хорошо, пока в их личной жизни происходит провал, а оказалось с точностью до наоборот.       — Могу ли я вас поздравить, мисс Грейнджер? — с улыбкой спрашивал парень.       — С чем это, мистер Поттер? — ехидно спросила девушка.       — Ну как же, — хмыкнул он. — Это ваш первый заваленный экзамен.       — Я… — аж заикнулась она. — Ты… Знаешь что! Я-то хоть научиться могу, а твоему коротышке уже ничто не поможет!       — Кто-то пять минут назад говорил, что согласно статистике вполне себе больше среднего, — хихикал чародей.       — Это только с твоих слов! — парировала ведьма. — Может, Джинни права и на самом деле там три дюйма с хвостиком?       — Нормальный такой хвостик, — продолжал веселиться Гарри. — Может, тебе показать?       — А покажи! — выпалила Гермиона.       — Ты серьезно? — удивился волшебник.       — Никогда не была серьезнее, — ответила девушка. — И пусть во мне говорит твой вискарь, на пару с непонятными зельями, но оно же как раз позволяет забыть о стеснении, не так ли?       — Так, — кивнул Поттер.       — Тогда действуй! Или тебе слабо?       — Мне? — хохотнул он. — Победителю Волдеморта? Слабо? Легко!       Гермиона, не меняя положения своего тела, наблюдала за тем, как ее друг встает с места, скидывает рабочую мантию, оставаясь лишь в рубашке и брюках, расстегивает пряжку ремня, ответившую металлическим лязгом и, еще раз взглянув на подругу и получив подтверждающий кивок, спускает штаны вместе с боксерами, обнажая свое достоинство и показывая его миру.       — Подойди ближе, — села ровно на стуле волшебница. — Издалека не видно.       — У меня тут где-то лупа валялась, — хихикнул Гарри, но выполнил просьбу, выбравшись из брюк и обойдя стол.       Кареглазая ведьма с интересом и под разными углами рассматривала открывшуюся ей картину. Поттер явно готовился ко вчерашнему свиданию с большой тщательностью, а потому, в отличии от ее бывшего парня, избавился от каждой волосинки вокруг висящего в ожидании члена. Она задумчиво огляделась, кинула быстрый взгляд на запертую дверь, а затем стала, к величайшему удивлению Гарри, расстегивать свою мантию.       — Эм… — не понимал парень. — Что ты делаешь?       — Полагаю, если его измерять, то в рабочем состоянии? — чуть покраснела Гермиона. — А для этого тебе нужно что-то возбуждающее, не так ли?       — Так, — сглотнул слюну маг.       — Скажи, Гарри, — скинула она мантию, оставшись лишь в голубой водолазке и темной юбке, — я тебя возбуждаю как женщина?       — Эмм… — не знал что именно ответить Поттер, хотя правдивые слова так и рвались с языка. — Да. Безумно сильно. Хотя буду честным, ты много кого возбуждаешь, но вчера вечером я чуть с ума не сошел от твоей внешности и красоты.       — Я вижу, — нервно усмехнулась Грейнджер, наблюдая за наливающимся кровью от воспоминаний членом. — И не стыдно тебе было, учитывая сидящую рядом не менее красивую тогда-еще-твою-девушку?       — Стыдно, — признавался парень, смотря на то, как подруга одним движением снимает с себя водолазку, под которой даже не оказалось никакого нижнего белья. — Но что я могу с собой поделать, если это так?       — Тогда думаю я могу дать тебе чуть больше моментов для эротических фантазий, не так ли?       Юная волшебница чуть откинулась на спинку стула, одной рукой взялась за небольшую, но крайне красивую грудь, медленно начала разминать ее ладонью, обводя смоченными в слюне пальцами вокруг розовых сосков, а вторую руку девушка опустила ниже, чуть раздвинула ноги, проникла под юбку и стала плавно поглаживать свое самое сокровенное место, однако не давая туда прямого обзора, что открывало возможность для полета фантазии и заставляло вставший до этого наполовину член моментально превратиться в твердый, словно металлический, кол.       Гарри только через несколько мучительных секунд понял, что от наблюдаемой картины ласкающей себя лучшей подруги стоит с открытым ртом, а потому резко захлопнул его и пытался сообразить, что же делать дальше. То, о чем он мог давным-давно только мечтать, происходило прямо сейчас на его глазах, и хотя остатки сознания и пытались прекратить это, им было приказано уйти и помахать ручкой, дабы не мешали лишний раз.       — Тебе нравится то, что ты видишь? — прошептала Гермиона, прикусывая палец.       — Безумно… — еле выдал Поттер.       — Тогда я продолжу…       Девушка издала свой первый сладкий стон, что был словно музыкой для ушей молодого мага и тот, даже не думая, схватился за свое естество и стал медленно двигать вдоль его длины, продолжая во все глаза откровенно пялиться на доставляющее себе удовольствие Гермиону. Она давно уже отключилась от мира, закрыв глаза и погрузившись в свои фантазии, лишь изредка поглядывая на друга и убеждаясь, что он все еще не убежал и продолжает исследовать каждый квадратный сантиметр ее обнаженной груди. Ее очень возбуждал тот факт, что Гарри стоит рядом, держит в кулаке свой довольно крупный член и наслаждается открывшимся видом, что приводило к совершенно невероятным ощущениям, заполоняющим ее без остатка.       Стены отражали голос пышноволосой волшебницы, ускоряющей свои движения, двигающей обеими руками по своему телу и извивающейся на стуле, словно змея под действием дудки индийского мага; красная от сжатий грудь вздымалась то выше, то ниже, влажная пещерка давно уже покрыла своими соками все вокруг себя, пропитав нежные хлопковые трусики насквозь, а пальцы не только стимулировали набухший от нереального возбуждения клитор, но и легко проникали вглубь между половых губок, но так, чтобы не повредить имеющуюся там преграду, заставляя её подниматься к Эвересту наслаждения.       — ГАРРИ! — выкрикнула она в последний момент, прежде чем волна удовольствия захлестнула ее с головой и Гермиона, вцепившись одной рукой в стул, а другой схватившись за член парня, с громкими стонами и дрожью в теле кончила прямо на его глазах.       Несколько секунд волшебница тяжело дышала, приходя в себя и восстанавливая ясность сознания. Ей было хорошо. Очень хорошо. Настолько хорошо, как никогда не было раньше, ведь обычно она занималась подобным только одна в закрытой комнате под одеялом или же в ванной за кучей запирающих дверь чар, однако теперь сделала это не просто на глазах парня, с которым знакома с самого детства, так еще и в Министерстве магии, рядом с кабинетом главного мракоборца! От такой раскрепощенности голова шла кругом, а мысли путались и не могли собраться в кучу.       — Гермиона! — просипел все еще стоящий рядом волшебник. — Отпусти, пожалуйста…       — А? — ошалело огляделась она по сторонам. — Что? Ой, прости, я не хотела так сильно…       — А, значит, схватить меня за член хотела? — выдохнул Поттер, когда тонкие пальчики чародейки ослабили хватку, но не отпустили до конца.       — Ну раз уж появилась такая возможность, — хихикнула она. — А ты не кончил?       — Немного не успел, — слегка сконфужено произнес Гарри. — Долго не мог даже двигаться от шока в начале, а потому не хватило времени.       — В таком случае, — игриво глянула она на все еще находящийся в ее руках довольно-таки длинный и мясистый отросток, — я просто обязана тебе помочь.       — Что ты хочешь сделать? — неуверенно спросил ее парень.       — Скажем так, ты должен будешь стать экспертом.       — Экспертом? — поднялись брови Поттера.       — Я как девушка говорю, что размеры твоего члена вполне себе неплохие, — еще раз оглядела его волшебница, — а потому можешь не комплексовать по этому поводу.       — Ну спасибо.       — А поскольку ты уже успел познать мастерство от более опытной дамы, — скосила она свой взгляд чуть вверх, — то будь так добр, оцени мои навыки в этом деле.       — Гермио… О-О-О… Твою… Ох!       Девушка, не дав ему и шанса на сопротивление, сначала неуверенно лизнула своим теплым язычком вершинку его достоинства, а затем медленно взяла его в рот и стала плавно, но немного неуверенно посасывать головку, стараясь при этом четко следовать советам одной из книжек, крутя головой в разные стороны, ненароком задевая зубами и втягивая воздух, словно желала вобрать в себя всего парня, чем причинила некоторую боль.       — Гермиона, — простонал он, догадавшись о причинах дискомфорта. — Чуть полегче, это же не рана, из которой нужно вытянуть яд.       — А как нужно? — живо поинтересовалась колдунья, освободив рот, но не забывая при этом двигать рукой вдоль ствола.       — Нежнее. Забудь про учебники и делай это по наитию, — пытался объяснить своими словами Гарри. — О! Представь, что это фруктовый лед, а ты хочешь растянуть удовольствие на подольше и потому не нужно его кусать.       — Ну и аналогии у вас, мистер Поттер, — хихикнула ведьма. — Хорошо, я попробую.       Вернувшись к красному и все еще твердому от избытка крови члену, девушка стала водить язычком вдоль его венок и жил, что оплетали такую горячую плоть. Запах мужского естества ударял ей в нос, заставляя возбуждаться вновь ее саму и получать истинное наслаждение от процесса. Смоченная слюной и оттого скользкая кожа легко позволяла совершать любые движения, а вторая рука так и тянулась к свисающим ниже яичкам, начиная ласкать их своими нежными пальчиками.       Стоны парня, казалось, были еще громче, чем ее собственные; внутри волшебника все чувства напоминали собой ядерный взрыв от непередаваемых эмоций близости со столь родной и близкой ведьмочкой, которую он любил всем сердцем и давно уже мечтал быть вместе, но поступил как дурак и был вынужден лишь мечтать о подобном исходе. Однако вот она здесь, заставляет сходить с ума от тех ощущений, что были вызваны горячим язычком и пухлыми губками, скользящими вдоль его члена, а также взглядом ее нежных карих глаз, кажется смотрящих прямо ему в душу и заставляющих плавать по облакам блаженства под звуками ее голоса и томных стонов, с трудом прорывающихся сквозь занятый делом рот.       Неожиданно для Гермионы Гарри перестал сдерживаться, схватил ее за волосы и грубо насадил чуть ли не до половины своего внушительного достоинства, но девушка с честью выдержала такое испытание и позволила делать ему все, что он пожелает. Чувствует, как он резко ускоряется и уже не просто позволяет сделать ему минет, а откровенно трахает в рот, словно стальным поршнем вонзаясь все глубже и быстрее, дабы через несколько секунд резко замереть и, с наиболее пронзительными стонами вперемешку с ее именем, заполонить рот юной девушки горячей жидкостью, фонтанами вырывающимися из кончика опадающего естества вместе с плавно отпускающими эмоциями и мелкой дрожью всего тела.       Молодые маги стояли рядом, тяжело дышали, словно после длительного марафона, и пытались прийти в себя, восстанавливая связь с разумом и возможностью мыслить. Гермиона, не зная куда деть мешающую ей получить нужное количество воздуха сперму, просто проглотила ее, чем вызвала еще один удовлетворенный стон своего друга и так млеющего от произошедшего. Хоть вкус и показался ей чуть солоноватым, но все же не таким уж неприятным, как описывала одна дама в своей книге, явно не одобряющая подобных сексуальных практик.       — Гермиона, — смог наконец произнести Гарри, — не знаю уж, что там не вкатило Рону, но ты была просто охуенна.       — Ну в начале-то не совсем… — слегка потупила она взгляд.       — Зато с первого же раза прекрасно поняла как исправиться, — улыбнулся Поттер и чмокнул ее в лоб. — Не понимаю, что этому придурку мешало сказать пару корректирующих слов и, если тебе прямо так уж было интересно, то как «эксперт» могу сказать, что у Джинни даже чуть хуже получалось, чем у тебя под конец.       — Ну спасибо тебе, эксперт, — хихикнула ведьма. — Слушай, прямо жить даже легче стало…       — Ага… — согласился волшебник, ища свои штаны. — Я за день себе уже успел накрутить всякого пиздеца… Боюсь, не будь тебя, то так могло бы и в комплекс неполноценности развиться.       — Аналогично, — согласилась она, накидывая обратно на себя водолазку. — Кстати, а сколько время?       — Эм… — бросил он взгляд на наручные часы, чуть нахмурившись от некой пришедшей в голову идеи, — почти полночь… Да уж, засиделись мы…       — Мда… Даже такси сейчас не поймаешь, а трансгрессировать после такого количества виски я бы не стала…       — Можешь заночевать у меня, — невзначай предложил парень. — Из кабинета камин напрямую подключен к домам нашего отряда для быстрого реагирования.       — Ну давай, — хихикнула девушка, подхватывая палочкой их мантии и не замечая, как в полутьме что-то выпало из ее кармана. — Не думаю, что мне нужно теперь бояться, что ты увидишь меня голой, не так ли? Да и комнат у тебя выше крыши.       — Это точно! — поддержал ее Гарри, бросая летучий порох и заходя в зеленое пламя вместе с подругой. — Площадь Гриммо, 12!

***

      Утренний солнечный свет бил сквозь довольно крупное окно, попадая своими лучами прямо на веки спящей кареглазой ведьмы, нежащейся в объятиях такого теплого и тяжелого одеяла. Переваривая внутри себя странный, но весьма чудесный сон, с очень для себя смелым, но таким приятным действием, и окончившимся поцелуями с одним черноволосым магом, она открыла глаза и хотела было встать, дабы задернуть шторы, но одеяло не отпускало, словно прижимая к себе сильными руками, что обхватывали ее тело и покоились на груди. Так! СТОП! Руки? ЧТО ЗА ЧЕРТОВЩИНА?!       Словно ошпаренная кипятком волшебница выскользнула из объятий, вскочила с кровати с небольшим вскриком, поскользнулась на чьем-то носке и с грохотом упала на задницу, отчего обнимавший ее до этого зеленоглазый парень очнулся, проморгался и попытался понять, что же успело произойти всего за несколько секунд. Он вслепую нашарил лежащие рядом очки, нацепил их на нос и с улыбкой посмотрел на все еще шокированную Гермиону.       — Доброе утро, — произнес чародей. — Как спалось?       — Гарри… — сипло произнесла она, осознавая что из одежды на ней только лишь белые трусики и ничего больше. — Отвернись!       — Эм… — принял более вертикальное положение волшебник. — Но…       — Что произошло? — панически спрашивала она, хватая свою валяющуюся рядом водолазку и тут же нацепляя ее.       — А ты не помнишь? — хмыкнул Поттер.       — Я… — подвисла Грейнджер. — Помню… Эм… Все до малейших деталей…       — И как мы танцевали на столе, а потом целовались до утра? — игриво спросил он.       — Помню! — воскликнула она, краснея как рак. — Это все из-за твоего вискаря! Ты споил меня и воспользовался тем, что я себя не контролирую!       — Да ла-а-адно, — протянул Гарри. — Тогда почему ты тогда не валяешься с похмельем, память никуда не испарилась, да и в целом, это именно ты первой решила провести исследование длины моего члена, усомнившись в моих словах.       Ясные картинки, подтверждающие абсолютную правдивость и неоспоримость слов ее друга одна за одной всплывали в ее голове, не давая даже малейшей возможности усомниться в их истинности. Она все помнила настолько четко, насколько это вообще возможно, словно в ней не было ни капли алкоголя за эту ночь. Но почему она тогда так вела себя? Почему накинулась на друга? Почему…       — Мы же не переспали, да? — слабо спросила девушка, продолжая одеваться. — Скажи, только честно… Ну кроме произошедшего в Министерстве.       — Нет, — пожал плечами Поттер. — Если ты, конечно, не изнасиловала меня во сне, но такого вроде не было. Когда мы вернулись домой, то решили не торопиться да обговорить все утром, когда пройдет эффект зелья от стеснения. И это ты тоже должна помнить, ибо сама предложила.       — Помню… — кивнула Гермиона, чуть успокаиваясь. — Но… Прости меня, Гарри… Я вчера сорвалась… Расклеилась… Напала на тебя со своим желанием… Нельзя было мне соглашаться пить это зелье…       — Я же не виню тебя, — улыбнулся парень.       — Но я не должна была… — вздохнула ведьма, хватая мантию. — Я дала волю чувствам, а ведь ты совсем меня не… Скажи, мы же останемся друзьями…?       — Друзьями? — поползли вверх брови чародея, прекрасно понимающего причины ее поведения вчера. — Нет, не думаю.       — Тогда прости меня еще раз, — всхлипнула волшебница. — Я не должна была…       — Гермио… — не успел закончить фразу маг, как девушка провернулась на месте и растворилась в воздухе, а Гарри хлопнул себя по лбу и вновь рухнул на кровать. — Бляяяяяяяяяяя, ну надо же было так ляпнуть…