Что-то на извращенном

Чимин ненавидит своих друзей. Он вообще не понимает, как с ними связался. Такой хороший мальчик: почти отличник, почти паинька, почти никогда не попадал к директору (это же со всеми случается, хотя бы в роли свидетеля). А вот друзья у Чимина — наоборот: почти двоечники, почти головорезы, почти всегда сидят у директора. Ладно, это преувеличение — насчет головорезов. Они просто фрики и немного рокеры. Немного носят черное, немного красят ногти и творят с волосами непонятно что. Чимин от всего этого воздерживается, а вот от тупых игр нет. У Чимина азарт и неудача расположены на одной плоскости, поэтому он с радостью бежит участвовать, а потом с горестью проигрывает. Вот и сейчас он тоже в аутсайдерах. И две пары подведенных черным глаз смотрят на него воодушевленно. — Выйдешь на улицу в шмотках моей младшенькой. Тэхен давит свою квадратную улыбку и булькает от смеха заранее. — И в таком виде попросишь Юнги прокатить тебя на мотоцикле. Чонгук более сдержан, но в его темных глазах чертята водят хоровод. — О нет, нет, нет! — О да, да, да! Чимин. Ненавидит. Своих. Друзей.

***

Сестра Тэхена младше него на каких-то жалких семь минут. Но Тэ все равно любовно зовет ее младшенькой и балует по мере возможностей. А какие могут быть возможности у старшеклассника? Отдать свою порцию сладостей и оставить последнюю котлетку нетронутой. Чимин умиляется таким отношениям в семье, но не сейчас. Сейчас Чимин не рад, что у Тэ есть сестра и что она носит девчачьи вещи. Потому что теперь в этих вещах Чимин. Скрипит зубами и тянется руками к сокровенному, которое загнули и зажали утягивающим бельем. — Не ной, тряпка! — Ты мне в глаз ткнул! Чимин пытается сморгнуть слезы. Тэ дает время, стоя наперевес с подводкой. — Где-то еще был парик, будешь блондиночкой. — Нет. — Что значит нет? — Мы договаривались на шмотки! Никаких париков. А если он во время поездки слетит?! На самом деле Чимин надеется, что никакой поездки не будет. Юнги уже в выпускном классе, выше их на год и старше тоже. Каждый день мотор его байка заглушает все голоса на парковке школы, а презрительный взгляд заставляет вообще утихнуть. Вокруг Юнги слухов тысяча, а может, даже миллион. От топления котят в ведре, до топления людей в реке. Ничто из этого подтверждено не было, но Чимин остерегается, как и все. Окей, у него, черт возьми, коленки дрожат, стоит услышать рев мотора.

***

Позорище.... Чимину стыдно невероятно. В субботу никто не учится. Но у старших был какой-то тест в середине недели, и кто завалил, должен был пересдать. Тэ нашел Юнги в списках и предоставил Чимину идеальное место встречи. Нет. Самое ужасное место встречи. Хуже может быть только его собственный двор. Так чтобы прям под окнами, в которые мама так любит выглядывать. Но с мамой там два варианта, либо даст по шее, либо просто не поймет. А вот в школьном дворе есть угроза быть зачмыренным до конца обучения. Стоя в кустах неподалеку от байка Юнги, Чимин нервно обрывает листики и крошит их себе под ноги. Тэхен с Гуком сидят неподалеку — бдят. Вдруг Чимин сдрейфит и сбежит. Он бы с удовольствием, на самом деле. Юнги показывается на парковке довольно скоро, размашистым шагом идет к байку, а Чимин думает о том, насколько он узнаваем? Девчонки ведь тоже носят короткие стрижки. А с Юнги они лично не знакомы. Не представлялось как-то возможности. Так что есть шанс быть просто отвергнутым и не получить кулаком по лицу. — Приветики! Чимин выпрыгивает из кустов, как черт из табакерки, и машет рукой. Голос от испуга тоненький, и яйца поджимаются так, что никакого белья не нужно. Юнги, уже перекинув одну ногу через железного коня, поднимает ленивый взгляд и проходится по Чимину долгим взглядом. От ног, в босоножках с лентами, обнимающими голень до самых коленок, к бедрам, обтянутым кожаной юбкой, и выше, до самого кроп-топа, под который Тэ заставил надеть лифчик и запихал в него носки. — Ну привет. Юнги проходит еще одним взглядом, только теперь сверху вниз, и хмыкает. А Чимин стоит ни жив ни мертв и блеет еще более писклявое: — Можно с тобой прокатиться? — Забирайся. И что? Вот так просто? Чимин делает парочку неуверенных шагов. Юнги протягивает шлем, который у него, видимо, один. Чимин крутит его в руках и рассуждает, не поздно ли свалить? Чисто технически, покататься он попросил, но о самой поездке речи не шло. Так? Так. Чимин протягивает шлем обратно и только собирается сказать, что он передумал, как этот шлем напяливают ему на башку и захлопывают визор. Чимин смотрит на Юнги через пластик и эм... Передумывать уже поздно, да? — Давай быстренько, у меня нет настроения тут торчать. Чимин кивает и не успевает задуматься над тем, что в юбке ноги особенно не раздвинешь, потому что Юнги, убирая подножку, газует. А Чимин пугается и залетает на байк маленькой торпедой. — Держись крепче, а то слетишь. Вот здесь дважды просить не надо. У Чимина хоть руки и подрагивают, но он обхватывает ими Юнги за пояс мертвой хваткой и вытягивает шею, как страус, не понимая, как бы ее так пристроить в этом дурацком шлеме. Юнги газует еще пару раз, а потом довольно резко срывается с места. Чимин озвучивает этот быстрый старт громким визгом.

***

Ветер в конце весны обычно очень теплый, но не на такой скорости. Чимину обдувает голые плечи и коленки. Он жмется ближе к Юнги и, приноровившись, выглядывает из-за его плеча. Юнги успел миновать оживленные улицы и теперь выскочил на прямую дорогу, в отдалении от спальных районов. Чимин следит за серой полосой асфальта, прерывистой линией, которая уже кажется сплошной, и фонарями, мелькающими на периферии. Вжих, вжих, вжих. — Ну как тебе? Голос Юнги приглушен из-за ветра, но Чимин все равно слышит и кричит что есть силы: — Это потрясающе! У Юнги слегка подрагивают плечи, видимо, он смеется, и мотор начинает реветь еще громче.

***

— Спасибо большое. Чимин кое-как стягивает шлем. Его немного трясет от адреналина и переполняющих эмоций. Он ждет-не дождется встречи с Тэ, чтобы рассказать ему обо всех ощущениях. Юнги глушит мотор, ставит байк на подножку и слезает. А потом прерывает эйфорию Чимина, притягивая того вместе со шлемом к себе и безошибочно попадая губами в губы. — Знаешь, как говорят? М? Сел на байк — сел на член. — Что? Чимин пищит и делает попытку отстраниться. Но шлем уже висит на руле, а обе руки Юнги на Чиминовой талии. Держат так, что не вырвешься. Юнги никаких объяснений не дает, вместо этого опять целует, и Чимин замечает за собой одну особенность. Вместо паники по поводу предложения о сексе, его интересует вопрос о выражении Юнги: сел. В мужском роде потому что фигура речи, или потому что..? — Я.. это... ну. — Ты, это, ну? — Я ну это. — Ты ну это? Чимин прикусывает губу. Юнги явно потешается. Хорошее настроение — залог не выхватить пиздюлей, так? Так. — Я не девушка. — Я в курсе. — Откуда? — У тебя не настолько боевой раскрас, чтобы я не узнал. Не узнал? Это значит, что Юнги видел его в школе? И знает в лицо? Чимин такого поворота не ожидал. Он сам хорошо если всех своих одноклассников помнит. А тут не то чтобы из параллели, вообще на год младше. Чимин зачем-то вспоминает про котят и сглатывает. А вдруг Юнги его записал в жертвы и искал подходящего случая? А Чимин тут оп — и сам прямо в руки. Вот это попал... — Ты в компании с этими недалекими ошиваешься. — А-а-а... Чимин понимающе расслабляется. Ну, насчет недалеких — это да, слава впереди них бежит. Гук с Тэ то по крыше школьной пристройки носятся и машут учителям в окна, то собачьим говном веранду школы обмажут. Хорошо хоть не руками трогали, а на палки его нанизывали, додумались. Чимин, если честно, удивляется, как их до сих пор не выгнали. — Так что? Зайдешь на кофеек? Юнги кивает головой куда-то вверх. Чимин запрокидывает голову и пробегается глазами по окнам жилого дома. А потом тоже кивает. Только не вверх, а в согласии. А что? Он не виноват, это все его коленки, которые дрожать начали не от страха, а от поцелуев.

***

Чимин в одной футболке сидит на кухне Юнги и пьет кофеек. Юнги неподалеку в одних трусах прижимается бедром к подоконнику и курит в открытое окно. — Я, если честно, не ожидал. Юнги выпускает сизый дым и с улыбкой смотрит на Чимина. Чимин неловко улыбается в ответ: — Я тоже. — Думал, реально придем, чай, конфеты там, все дела. Ну максимум дрочка. Чимин опускает глаза в чашку и оправдывается: — Да я растерялся. Юнги пуляет окурок в окно и подходит вплотную, наклоняется, чтобы поцеловать за ухом, и запускает руки под футболку. Оглаживает бедра с внутренней стороны, вынуждает раздвинуть ноги и пробегается пальцами по пока еще не возбужденному члену. — Может, еще раз растеряешься, м? Ну вообще-то Чимин не против.

***

Юбку, топ и босоножки Чимин складывает в пакет. С ними все хорошо, просто Юнги пообещал дать свои вещи и подвезти до дома. А пока Чимин продолжает щеголять в его футболке на голое тело. Ему нравится это: быть желанным, дразниться и как бы... не нести ответственность? С девочками все иначе. Чимин был на нескольких свиданиях и это сложно. Нужно придумать место, подобрать удобное время, хорошо выглядеть, подобрать парфюм, чтобы вкусно, а не вонял. Не забыть про цветы, а еще желательно какой-нибудь презентик, вкусненькое или, может, миленький браслетик, или заколочку с цветочком. Вести себя обходительно, быть внимательным... — О чем задумался? Юнги обнимает со спины и кладет подбородок на плечо. — Оказывается, мне нравится, когда ухаживаю не я, а за мной. — М, крошка любит внимание? Хочешь пикник на берегу реки с видом на закат? — Хочу. Юнги отнимает подбородок от его плеча и смотрит в окно. — В принципе, если поторопиться, то успеем. — Серьезно? — А почему нет? На этот раз Чимин едет впереди. Юнги все так же управляет, крепко держит руль. Но Чимин сидит перед ним и ловит лицом потоки воздуха. А осмелев, и вовсе расставляет руки, представляя свободный полет. Ветер подхватывает и огибает, треплет волосы, и Чимин, не сдержавшись, кричит во весь голос. А потом слышит, как сквозь крик прорывается хриплый голос Юнги: Дайте мне белые крылья, я утопаю в омуте... Чимин действительно утопает.

***

Никакого пикника не получается, конечно. Они слишком спешили, поэтому не взяли ни плед, ни еду. Но Чимину плевать. Солнце опускается медленно, небо до безумия красивое, Юнги кутает в свою куртку, чтобы Чимин не замерз, и прижимает спиной к своей груди. Они все так же сидят на байке и любуются закатом. А когда солнце садится, Чимин интересуется: — А теперь ты утопишь меня в реке? Юнги разражается смехом и обнимает Чимина крепче. — Я просто отшил парочку популярных девиц и надавал по роже одному мажору. А дальше понеслось... — Значит, все и правда слухи? — Ты думаешь, убийцу-уголовника держали бы в школе? — Ну Тэ с Гуком же держат. — Туше. Теперь они смеются вместе, и Чимин снова спрашивает: — А что потом? — Потом? — Ну, например, завтра? — Чимин задумывается над тем, как лучше выразить свою неуверенность, но что-то идет не так, поэтому вместо намеков он предъявляет претензию. — Ты вообще-то лишил меня девственности! Что дальше? Я типа расплатился за поездку и все? — Почему же? Завтра тоже можешь расплатиться. А могу и бесплатно покатать. — Правда? — Чимини, ты, конечно, извини. Но один из твоих недалеких — мой сводный брат. — Что?! — И все было немного подстроено. — Чего?! — Но если ты скажешь, что согласился бы на свидание, подойди я напрямую, признаю, что я идиот. — Ты хотел позвать меня на свидание? — Да. — А вместо этого трахнул спустя полчаса знакомства?! — Ну... издержки профессии. Чимин немного в шоке, пялится в ночное небо. — Не могу поверить. — Не расстраивайся. Если хочешь свидание, то пойдем на него. — Три. — Три свидания? — Да. — А потом я могу рассчитывать на еще одну издержку профессии? Чимин вспоминает, насколько Юнги был нежным, чутким и терпеливым. И краснеет щеками. — Свидания это просто... для души. Как бы — одно другому не мешает. Юнги посмеивается ему на ухо и хрипло шепчет: — В таком случае я обеспечу тебе миллион триллионов свиданий. — А секс? — А его триллион миллионов. Чимин накрывает руки Юнги на своем животе и заключает: — Кажется, мне придется жить вечно.