Анатомия мести

      Лука пролежал в кровати полтора часа, пытаясь заснуть. Он старался не думать о своих проблемах, но они упорно лезли ему в голову, и андербосса начинал терзать страх перед неопределённостью, который вскоре сменился взрывом ненависти к латиноамериканцам из «Белой руки», «Блюззи», Джузеппе Беллини, его отца, лицемерным боссам из «Комиссии». Глаза Луки оставались закрытыми, однако его рот открылся, а зубы по-волчьи оскалились.       Положение Луки было нынче весьма скверным. Он не сомневался, что саут-сайдские гангстеры тихо порезали Пабло на ремни, закопав то, что от него осталось, за городом. «Белая рука» устояла, но не отомстила мафии, и Джузеппе Беллини до сих пор не сгинул во вспыхнувшей от взрыва машине.       Недавно ещё и чёрные гангстеры передали ему через Марко, что они больше не хотели работать с «семьёй» Беллини, ибо вести с ней дела стало нынче слишком опасно. Новый лидер некогда самой мощной негритянской банды Франклингтона, а ныне изрядно ослабевшей от череды болезненных ударов шайки, боялся разделить участь «Бампи» и «Черепа». Он помирился с «Блюззи», пусть ему и пришлось раскошелиться. Его пугала перспектива биться насмерть одновременно с латиноамериканцами и другой чёрной бандой. «Крыша» мафии превратилась в пустой звук, «семью» Беллини уже не боялись, как раньше.       Вдобавок, сколько бы вожаков«Белой руки» ни ловило пулю или заряд картечи, она всё равно отвечала итальянским гангстерам и их чернокожим союзникам. «Бампи» и «Череп» верили Луке. Они не страшились войны сразу с двумя вражескими группировками, метя в лидеры банд негритянского гетто. Новый главарь не замахивался так высоко и думал лишь о спасении своей шкуры. Маццу не разозлило бы его решение, если бы у «семьи» Беллини покупал героин кто-то, кроме чёрных из бывшей банды «Бампи». А так Лука пришёл в ярость, ибо у него возникла ещё одна проблема и довольно большая.       Он бы без труда нашёл новых «покупателей», не во Франклингтоне, так в других городах и штатах. Однако разрыв с чёрными позволял Томасу и Джузеппе Беллини свернуть всю наркоторговлю раньше намеченного на январь срока. Мафиозный наследник уже договаривался о встрече с «бизнес-партнёрами» Маццы с Западного побережья и Юго-Восточной Азии, чтобы предупредить их о том, что его мафиозное «семейство» выходит из дела.       «Какой он мне на хер друг?! Томми сделает номером один соплежуя, который жизни не видел! Он лишает меня целой прорвы бабок раньше времени! Да пошёл он на хер! Манал я их обоих! Они оба скоро сдохнут! Сначала сопляк. Потом Томми сделает меня номером один. Никуда не денется, сука! А дальше у него резко откажет его чахлое сердце! Уж я постараюсь! Никто не смеет так со мной поступать! — гневался Лука. — И боссы драной «Комиссии» вам не помогут! Они немощные ублюдки!       Все сдохнут, и сопляк с Томми, и этот херов «Блюзии», и новый клопяра из Саут-Сайда. Победит тот, кто вытерпит. А я вытерплю и год такой войны! Но надо раздавить их, как букашек, пораньше, до моего юбилея в сентябре. Я тогда отмечу его как следует.       Всех позову, мэра, комиссара, прокуроров, Тони Сарто, придурков из «Комиссии». Они увидят, что город мой, и плевал я на их угрозы. Вики с прилетит с Джимми и своим слюнтяем-муженьком из Сиэтла, Пит выкроет время между полётами, возьмёт жёнушку и приедет из Лансинга. Конни с Кэтти вернутся из Торонто. Ни один ублюдок им уже не будет угрожать. Может, Кэтти найдёт себе нормального парня в Канаде. У нас ей попадаются одни придурки».       Когда эмоции поутихли, Мацца понял, что он уже не уснёт. От сильных переживаний у него пропал сон. Лука больше не чувствовал никакой усталости. Даже слегка взбодрился. Андербосс решил себя не мучить, натужно пытаясь уснуть, и встал с кровати. Простынь на неё смялась из-за того, что он постоянно ворочался. Лука бросил её вместе с одеялом на край кровати. Затем прихватил лежавший на тумбочке револьвер. Перед тем, как выйти в коридор, Мацца выключил обогреватель.       С недавних пор у Марко с Лукой появились опасения, что латиноамериканцы захотят отомстить андербоссу, ведь они обязательно должны были ответить мафии. Джузеппе Беллини «Белая рука» не тронула. Оставался один Мацца. Поэтому он всегда держал под рукой револьвер.       Приезжая к Луке, Марко первым делом говорил, что за ним никто не следил. Но он, как думал андербосс, мог и не заметить слежку. А Росселли не раз виделся с «Черепом», за коим наблюдали прихвостни «Блюззи» или Кармоны. Матёрый капо осторожничал: преемник «Бампи» входил в здания, где они говорили о делах, через один вход, а он через другой. Но если молодчики «Блюззи» или латиноамериканцы следили сразу за обоими входами на всякий случай, то они точно приметили бы Марко. Вдобавок «Череп» мог случайно рассказать предателю в своей банде о встречах с капореджиме.       Лука также не списывал со счетов Джузеппе Беллини. Тот бы без сожалений продал его «Белой руке». Мацца мало кому рассказывал о своей ферме. Однако он не считал Джузеппе дураком, какого тот строил из себя перед андербоссом. Мафиозный наследник, скорее всего, прознал, что Лука не появлялся у себя дома ещё с сентября. Дальше бы сын дона Томаса подрядил бы Серру проследить за Марко.       Правда, Мацца не понимал, почему Джузеппе за почти три месяца войны не сговорился с латиноамериканцами или не дал никому контракт на него. За столько времени Лука ни разу не попал в засаду на пути во Франклингтон. А Кармоне пришлось разыграть хитрую комбинацию с Пабло, чтобы заманить Луку в западню. Джузеппе упустил удобную пору для убийства андербосса. Теперь же мало какая бандитская «торпеда» рискнула бы сунуться в хорошо охраняемый дом Маццы. Только саут-сайдские гангстеры осмелились бы на такое.       Конечно, враги могли и не «пасти» Марко. И всё-таки оружие под рукой вселяло в Луку спокойствие. Если раньше он не боялся за себя, словно на дворе стояли его любимые пятидесятые, то после раскрытия Пабло, сорвавшегося покушения в Четеме, смертей «Бампи» и «Черепа» всё изменилось. Андербосс больше не дёргал «Белую руку» за веревочки.       Недавно он даже попросил Марко подыскать ему новое убежище, но не самому, а через надёжного подручного. Разные домишки, где мафиози прятались от облав, не подходили Луке. Верхушка «семьи» знала о них. Переезд в любой из этих домов даже на время ничего не изменил бы.       Впрочем, даже если бы Лука перебрался в такое место, о котором не знал бы ни мафиозный принц, ни новый босс «Белой руки», то и это мало бы на что повлияло. Марко так же бы руководил всем в городе и ездил бы к Мацце. Или говорил с «посыльным», а тот передавал слова матёрого капо андербоссу. Риск нарваться на «хвост» и навести либо Серру, либо латиноамериканцев никуда не пропал бы.       «Бегай, не бегай, брат, а уроды всё равно тебя достанут, если ты не достанешь их первым. Я тебе вот что скажу, давай замиримся уже с латиносами», — говорил Луке Марко, когда тот попросил его найти новое убежище. Мацца не прислушался к нему и с ослиным упрямством настаивал на том, что надо воевать дальше, чтобы стереть в пыль «клопов из Саут-Сайда» сейчас, не дав им окрепнуть в будущем.       «Не хватало ещё, чтобы Марко продался сопляку со всеми потрохами», — подумал Мацца, вышедший из тёплой спальной в холодный коридор. В тамбур попадало немного света с улицы — снаружи около заднего входа в здание горел фонарь.       — Не спится, босс? — спросил телохранитель. Он с двухстволкой в руках сидел на стуле рядом с тамбуром.       — Да, Фредди. Паршиво себя чувствую. Надо поправить здоровье, — ответил Мацца.       На кухне другой гангстер, как по команде, зашторил окно и затем дал туда пройти Мацце. Андербосс достал из холодильника начатую бутылку квебекского «Чёрного вельвета». Её он унёс в гостиную, откуда вернулся спустя полминуты за рюмкой.       Фредди закрыл окно толстыми шторами и вернулся к тамбуру.       В камине гостиной догорало бревно. Включив телевизор, Лука подсел поближе к огню. «Зря я не сказал ребятам поставить тут отопление. Пожалел денег на свою голову, думал, что и так пойдёт. Ну ничего, раздавим клопов из «Белой клешни», и ребята всё поставят», — подумал андербосс, согревавшийся после похода на кухню. — Сейчас не получится, они догадаются, что мы не фермеры».       Лука открыл бутылку, и его нос уловил пленительный аромат, в котором смешались запахи душистого яблока, груши, пряной ванили, жимолости. Андербосс аккуратно наполнил рюмку и прикрутил крышку на место. Через пару секунд бутылка «Чёрного вельвета» уже стояла у подлокотника, а Мацца щёлкал каналы в поисках чего-небо интересного. Изображение на экране хаотично менялось от канала к каналу. Изначально цветное, оно становилось чёрно-белым. И наоборот. Иногда его искажали помехи. На некоторых каналах пропадал звук.       Во вкусе «Чёрного вельвета» ощущалась нотка карамели, солода и мёда. Каждый глоток оставлял после себя приятное, но недолгое послевкусие. Лука расслабился да растянулся на диване. Он любил иногда немного выпить вечером, чтобы «поправить здоровье», наслаждаясь полным комфортом и единением с собой. В такие мгновения Мацца предавался размышлениям о своих делах, воспоминаниям о славных былых временах, тогдашних победах, проделках дочерей и сына.       В то же время Лука всегда строго себя контролировал. Итальянские гангстеры не терпели выпивох в своих рядах. Не потому что они считали пьянство аморальным, как показывали в кино и писали в разных книгах. Нет, их волновало другое — выпивка развязывала язык, и её большие любители рисковали сболтнуть лишнего вроде бы надёжному человеку, а на деле осведомителю ФБР.       На одном канале шёл фильм про Дикий Запад. Чарльз Бронсон в светлом котелке резко пальнул от бедра из револьвера. В следующем кадре рослый и статный Генри Фонда, разодетый во всё черное, тут же закрутился, сражённый пулей. «Это можно оставить», — подумал Мацца. Он любил вестерны всей душой.       Хоть Лука и карабкался к самому верху мафиозной иерархии, в детстве будущий андербосс мечтал стать крутым ковбоем, глянув в кинотеатре пару лент про Дикий Запад. Особенно его дух захватывал сцены дуэлей и налётов на банки или поезда. Нравилось ему и то, что герои вестернов принадлежали только самим себе. Полная свобода, никакого отца-тирана, превратившего свою жену в податливую рабыню и стремившегося сделать Луку и его братьев с сёстрами такими же.       Родись андербосс в прошлом веке, то прославился бы как дерзкий налётчик, от чьего имени содрогались бы все владельцы банков на Диком Западе. Но в двадцатые-тридцатые балом правила уже мафия, а стражи порядка делали из вольных грабителей хорошие дуршлаги. Да и жили они от налёта до налёта как бродяги, им никто не подчинялся. А Лука, который вырос в бедной семье, тянулся к роскоши и власти, что повлияло на его выбор «профессии».       Однако ему нравилось хотя бы на время возвращаться в мир детских грёз и старых американских легенд. Но кое в чём Лука ещё мог приблизиться к давней мечте. Над доном «семьи» Беллини стояла лишь «Комиссия». Она собиралась раз через раз в Нью-Йорке, и Франклингтон принадлежал не ей, а ему.

***

             МакВи с Грейнджером приближались к гаражу и дому Маццы. В руках они несли по две бутылки с огнесмесью. Из их горлышек торчали тряпки, игравшие роль фитилей. Вместе с магазином патронов к пистолету, вторым мешочком для ловли гильз на случай, если первый заполнится, а безжалостная схватка с мафиози продолжится, в карманах плащей вигилантов лежали зажигалки.       Двигались Ричард с Ронни осторожно, без спешки. У них оставалось ещё минут пять в запасе — Грейнджер посмотрел на часы, их стрелки светились в темноте.       МакВи и Грейнджер двинулись правее, дабы не попасть на освещённый работавшим у гаража фонарём участок. Окна на кухне выходили в две стороны. И там, по словам Джонни, дежурил вооружённый гангстер. Ричард занервничал сейчас ещё сильнее: «Только бы нас не заметили! Ради всего святого! Не надо! Пожалуйста!» Жуткий маньяк словно водил холодным лезвием ножа по спине МакВи, думая, куда бы вонзить его, так, чтобы оно вышло аж у него из груди. Лоб Ричарда вспотел, а тёмная лыжная маска, скрывавшая его лицо, слегка намокла изнутри.       У стены гаража ему полегчало. Пока мафиози не заметили их с Ронни. И не услышали. Надетые на вигилантах кроссовки на мягкой подошве не издавали много шума при ходьбе. Зато каждый камень покалывал стопы МакВи.       Ронни посмотрел, сколько времени осталось ждать, дал взглянуть Ричарду на часы. Они показывали без двух минут двенадцать. Джонни говорил, что даст сигнал к атаке равно в полночь, бросив бутылку с горючей жидкостью в тамбур.       Вигиланты обошли гараж. Остановилось у костей, окно коей закрывали толстые шторы. «Мацца же должен спать. Он там, Джонни ведь говорил, что там, где торчит эта гнида, зашторивают окно, — подумал Ричард. — Пусть он сгорит к чертям, чтоб его, вместе со своей чертовой охраной. Лишь бы никого из наших не убили».       Грейнджер поставил вторую бутылку на землю, после достал зажигалку. МакВи сделал то же самое. Пока он готовился к броску, за воротник и в рукава его плаща незаметно забрался, точно вор в чей-то дом, промозглый холод. Ричард почувствовал его даже сквозь толстый свитер под горло, так как кожа на его затылке и запястьях защипала.

***

      Хелен разочаровалась, заметив, что толстые шторы не закрывали окно внутри спальной: «Проклятье. Вот как назло этой жирной свинье не спится, именно когда мне надо изжарить её, как в печи. Где она торчит? В гостиной? На кухне? Там я её не достану. Вот дерьмо! Он мой, а его поджарит либо Ронни, либо трусливая, безвольная размазня Ричард».       Смерть Сэма не сломила Хелен. Она уже не была той ранимой и слабой в глубине девушкой, как до прошлогоднего кошмара с насильниками, что перевернул её жизнь, навсегда разделив её на «до» и «после». Озлобленная и ожесточившаяся, но сильная духом и бесстрашная, словно революционные фанатики, она нашла в себе силы, чтобы самой справиться с потерей Сэмюэла, коего воспринимала как второго отца. Джонни навещал её, но его помощь особой роли не сыграла. Гораздо больше Хелен помогло страстное, сравнимое с одержимостью желание отомстить за Аллертона. И убийство Маццы приобрело для девушки особый смысл: «Черномазая шваль путалась с мафиозными жирдяями. Значит, они тоже виноваты в смерти Сэма. Мацца у них большая шишка. Вот он и ответит за Сэма».        Джонни оставил у амбара ярдах в тридцати от дома Маццы сумку, в коей лежали аптечка, фонарик, картонка с меткой «Белой руки». Подойдя позже к Хелен, он жестом указал ей на окно комнаты, где спали телохранители Маццы, и замахнулся, как бы бросив туда бутылку. Девушка кивнула в ответ.       Питерсон не стал задвигать её на второй план, как Аллертон. По плану капитана, Хелен бросила бы две бутылки, а дальше вместе с ним перехватила бы гангстеров, когда те вылезли бы из дома через окна гостиной и спальной в задней части дома. Джонни сомневался в том, что они все сгорят внутри. Если вообще сгорят.

***

      Звон битого стекла, треск огня нарушили полуночный покой. «Лишь бы у нас всё получилось! Умоляю!» — подумал МакВи и поджёг тряпку. Дыхание вигиланта потяжелело, в кровь брызнул адреналин. «Первая пошла!» — Ричард бросил бутылку, метя чуть выше окна в гостиной. Пламя мигом объяло кусочек стены между верхним откосом и крышей. Запах горелого дерева моментально разлетелся вокруг. И спустя мгновение он уже заполнил ноздри МакВи.       Пока он брал вторую бутылку, огонь начал зажимать окно с двух сторон, подобно тискам. «Вторая пошла!» — размахнулся Ричард, и крыша запылала.       Грейнджер слишком долго целился, ибо окно кухни находилось не прямо перед ним, а сбоку от него. Расстояние оказалось больше. Он лишь сейчас бросил первую бутылку. В это время гангстер на кухне открыл злосчастное окно, в которое Ронни запустил «подарочек». Однако вигилант промахнулся: бутылка стукнулась об угол впереди окна.       — Бежим! Живо! — закричал Ронни.       «Господи! Нет! Не надо!» — ужаснулся Ричард, рванув вперёд. Сзади громыхнул дробовик, отчего у МакВи едва не выпрыгнуло сердце из груди. Они с Ронни завернули обратно за гараж.       — Хах! Мазила! — радостно воскликнул Грейнджер.       «Спасибо Тебе!» — благодарил Господа за промах гангстера Ричард. Он так испугался, что даже не понял, что план Джонни так молниеносно пошёл вразнос благодаря любопытному мафиозо. МакВи достал «Вальтер» из-под плаща. Большим пальцем вигилант перевёл предохранитель в верхнее положение.       — Крыльцо не горит! Повторяю, крыльцо не горит! Они пойдут туда! — предупредил Джонни с Хелен Ронни. Ричард в ту секунду дослал патрон.

***

      Лука на лету сообразил, что произошло, даже ещё до выстрела гангстера из окна. Стук и дребезг разбитого стекла, вспыхнувшая с такой силой, как если бы её подожгли из огнемёта, стена в гостиной не оставили у него сомнений в том, его дом подпалили латиноамериканцы.       — Добрались до меня, суки?! Да я вас на ремни порежу! Вы у меня кишки жрать будете! — разразился руганью Мацца.       В гостиной стало невыносимо жарко, как в пустыне, из-за чего Лука взмок от пота.       Из коридора забежал Фредди:       — Босс! Давайте за мной! Надо валить из дома! Всё горит!       Лука схватил оружие и выскочил из гостиной.       — Ублюдки херовы! — ругался Мацца по пути к переднему ходу. — Я порву их!       — Какие-то мудаки подожгли дом! Я видел их! Они сдриснули за гараж! — кричал Фредди с Лукой второй телохранитель. — Это не латиносы! Они орали на английском, что крыльцо не горит!       — Не тормозите, парни! Берите пушки в руки и вперёд на крыльцо! Выскочим, пока они сидят за гаражом! — сказал разбуженным выстрелом дробовика гангстерам Фредди. Те появились в коридоре в полной готовности с револьверами в руках, одетые, ибо телохранители Маццы не раздевались перед сном как раз для таких случаев.       — Какое крыльцо?! Нас там ждут! Те мудаки предупреждали своих! Они не могли поджечь весь дом в два рыла!       — Верно! Но через окна уже не смотаться! — ответил Фредди.       — А у нас огнетушитель же есть! Мы можем потушить у окон! — предложил другой третий телохранитель.       — А ты попробуй сходить за ним в подсобку! — сказал Фредди. — Она горит!       — Ох, ёб! Мы в заднице! — запаниковал третий телохранитель.       Лука посмотрел по сторонам. Огонь медленно приближался к мафиози из другого конца коридора, пожирая деревянный пол, ковёр на нём, стены и потолок на своём пути. Комната, где спали телохранители, вовсю пылала, и оттуда в коридор хлынул едкий дым. Андербосс закашлялся. Пламя на кухне окружило окно со всех сторон и стремительно распространилось по её небольшому помещению.       — Да вы обдристались всё, что ли?! Ублюдки всех разом не положат! А мы выпустим им кишки и прорвёмся к амбару! Мы сгорим все здесь на хер! Хватит жевать сопли! Порвём ублюдков! — рвался наружу Мацца. В одном из амбаров стояла вторая машина. Её держали там как резервный вариант. Марко считал, что латиноамериканцы, нагрянь они на ферму Луки, постарались бы перекрыть путь к гаражу. Слишком заманчивым место для засады он казался Росселли.       Телохранители нехотя подчинились Луке. Фредди и ещё один гангстер надели куртки (верхняя одежда мафиози висела на гарнитуре в прихожей, обувь стояла на его нижних полках) и отправились на разведку.       — Ну, была, не была! — набрался смелости Фредди, открыв дверь.

***

      «Может, сицилийские гниды уже сгорели? Они вроде орали, но не негромко. А если твари не сдохли, то почему не мотают из дома? Или мы их не услышали, а они свалили? А где тогда Джонни с Хелен?» — задавался вопросами Ричард. Его дыхание дрожало. Он целился правее угла гаража. Любого гангстера вышедшего из-за него ждала бы пуля молодого ветерана. Грейнджер следил за другим углом.       Оба вигиланта пока не шли к крыльцу, опасались, что второй раз мафиозо на кухне не промахнётся. Но вигиланты не могли долго прятаться за гаражом. Итальянцы видели их рядом с ним, и вряд ли им пришло бы в голову вести к нему Маццу. Скорее, они бы разделились. Одна пара бандитов занялась бы Ронни с Ричардом, а другая увела бы своего босса подальше от крыльца. Либо же гангстеры все вместе бросились бы бежать с фермы.       — Пойдём, всё по плану. Впереди чисто, я проверил. Я веду, ты прикрываешь, — услышал у себя за спиной МакВи. Громкий треск пламени приглушил голос Ронни, но Ричард расслышал его слова.       «Он псих! Камикадзе!» — подумалось ему.       Всё тело Ричарда напряглось, как при вражеском артобстреле. Его страх ещё не прошёл. Даже когда Ронни вышел из-за угла и двинулся вперёд, у МакВи шалили нервы. Он ждал выстрела из окна, приготовившись уже совсем скоро броситься на землю. «Гнида может подождать и хлопнуть нас двоих!» — думал Ричард. Как же он обрадовался, как увидел, что кухня полыхала, словно брошенная в костёр пачка сигарет.

***

      Луку подташнивало от мерзких запахов гари и дыма, что резал ему глаза. Пижама и накинутое сверху пальто андербосса пропитывались потом. Мацца чувствовал, как сотни его капель текли у него по спине, оставляя за собой липкий след. «Мне нужен свежий воздух! Я сейчас сдохну! А ублюдки того и хотят! Не дождутся!» — злился Лука.       Коридор всё больше походил на разверзнувшийся ад. Его дальний конец целиком поглотил огонь. Мацца не увидел там ничего, кроме огромного пожарища. В футах шести-семи от гангстеров с потолка посыпались искры, и там начало разгораться небольшое пламя, чьи яркие языки, словно щупальца спрута, расползались по ковру всё шире и шире. Треск стоял неимоверный. «Где их черти носят?! Мы тут все сгорим на хер, пока они вернутся!» — думал Лука, отходивший к двери.       Вернулись Фредди и второй мафиози.       — На крыльце никого! Давайте за мной, босс! — сказал Фредди.       — Ну наконец-то, дьявол вас раздери! — воскликнул Лука.       — Шеф, мы с Джо пойдём перед вами! На крыльце вы встанете между нами! — сказал Луке молчавший раньше телохранитель.       — Да! — Мацца пропустил вперёд двух гангстеров. Потным пальцем он щёлкнул курком револьвера.

***

      Ронни решил не выскакивать сразу к крыльцу, а подойти поближе к дому и держаться на более-менее безопасном расстоянии от него, чтобы укрыться за ним, но не загореться. «Дерьмо цыплячье! Ну и пекло!» — мысленно взвыл МакВи. Ужасный жар обжигал его сквозь одежду. Особенно досталось плохо прикрытой шее. На неё словно наложили чересчур горячий компресс. Ричарду стоило немалых трудов совладать с зовом инстинктов. Те умоляли его отбежать от пылающего дома и не мучить себя. Дуло «Вальтера» молодого ветерана пока смотрело вверх, ибо впереди него шёл Грейнджер.       Крыльцо пустовало. Зато за ним МакВи увидел чуть ли не целую толпу мафиози: «Цыплячье дерьмо! Одуреть сколько их здесь! Нам хана!» Сбившиеся в кучу бандиты держали путь в противоположную от вигилантов сторону       — Они у крыльца! — закричал Ронни. Он всех опередил, его «Кольт» хлопнул первым.       — Ложитесь, шеф! — послышался голос гангстера.       Ошарашенный Ричард прицелился в мафиозо, который находился правее остальных и напротив него. Вигилант нажал на спуск. И не он один. Два стука его «Вальтера» потонули в грохоте буквально настоящего взрыва — раздался неимоверно мощный выстрел дробовика. Или даже не один выстрел, а сразу два, но они ударили и отдались в голове МакВи одновременно. «Господи!» — содрогнулся Ричард. Он пока не видел бандита с ружьём. Подстреленный вигилантом мафиозо свалился на землю.       — Ха! Приложил одного, босс!       «Боже, я ещё жив! Спасибо!» — думал МакВи. Ликовавшего гангстера ветеран обнаружил довольно быстро: сориентировался на звук его голоса и повернулся налево.       — Ох ёб! — настрой бандита изменился. Он засёк Ричарда.       «Вот ему! Я здесь не подохну!» — палил разъярённый МакВи. Мафиозо с дробовиком не успел упасть на землю, как линчеватель всадил в его тело две пули.       — Куда вы встали, шеф?! На землю!       «Где гнида?!» — промелькнуло в мыслях у Ричарда. Он повернулся ещё левее. А затем, точно плётка, хлыстнуло оружие без глушителя. МакВи даже не успел испугаться и осознать, что стреляли именно в него. Он лишь увидел лысого человека в пальто, а через секунду упал на спину. Его точно сшибло с ног нечеловеческой силы ударом кувалды. Крыльцо и забор на нём скрыли Ричарда от глаз мафиози.       — Жри, сука! — прорычал далеко немолодой мужчина.       «Нет! Нет! Только не это! А-а-а-а! Боже, нет!» — ужаснулся Ричард, взглянув на левое плечо и руку, где появились дырки от пуль. Он не чувствовал боли, раненые места онемели, будто Макви сначала отлежал их, а потом в них вкололи наркоз. В порыве эмоций вигилант попробовал пошевелить плечом и рукой, однако они не слушались его. «Господи, защити меня! Пусть Джонни с Хелен спасут меня! Пожалей мою маму! Я умоляю тебя! Я сделаю всё что угодно, но не дай мне здесь умереть! Пожалуйста!» — молил Бога МакВи.       Его охватила паника, тело била дрожь. Падая, он выпустил из рук пистолет. По злой иронии «Вальтер» теперь лежал слева от Ричарда. Тот не мог дотянуться до него или перевернуться набок. А спереди к нему, возможно, шли два, а то и три вооружённых мафиози, жаждавшие добить его. И даже возьми каким-то чудом Ричард пистолет, он бы не отбился от них с двумя-то патронами в магазине. Ещё и стрелять бы пришлось одной рукой из тяжёлого из-за веса глушителя и мешочка с пятью гильзами «Вальтера.       — Ублюдок готов! Вставай, Рой!       — Где он, босс? Я его не вижу.       — Там, за крыльцом. Я влепил ему две пули в грудь. Он не жилец.       «Пусть гниды так думают. Только бы они не пошли меня добивать!» — сжался от страха Ричард.       Грянул выстрел. Ричард едва не закричал от страха. «Не в меня?! Фух! А в кого?! Что за цыплячье дерьмо?!» — растерялся Ричард.       — Сука позорная. За мой дом с него кожу содрать мало, — прохрипел немолодой мужчина.       — Этот теперь точно жмур. Надо убираться отсюда, шеф.       Ричард повернул голову, и перед его глазами предстало тело Ронни Грейнджера. Огненное зарево осветило его искромсанные картечью живот и грудь. Одежду там изорвало на части. Маска на лице Рональда побагровела. «Гниды! Бедный Ронни! Всё из-за меня! Я не хотел! Господи! За что ты с ним так?! И за что мне это всё?!» — причитал, как на похоронах, раздавленный горем Ричард. Он закрыл заслезившиеся глаза.

***

      Заслышав пистолетные хлопки, Лука не растерялся. Он послушал Роя и упал на землю, чем защитил себя. Заодно андербосс ушёл с линии огня Фредди, ловко уложившего стрелка в маске дуплетом прямо на его глазах. Мацца в те секунды быстротечной и хаотичной схватки повернул голову в сторону неизвестных головорезов. Вид скошенного из двухстволки врага вселил в него уверенность в своих силах. И Лука сорвался с тормоза.       В бытность в него не раз стреляли. А по своей натуре Мацца всегда был бойцом, да ещё и таким, которого пропущенные удары делали злее, благодаря чему он начинал драться энергичнееи агрессивнее, будто они не причиняли ему боль, а наоборот придавали будущему андербоссу сил. Выстрелы боевиков, пришедших загнать Луку в могилу, не испугали его. Он сам жаждал отправить их туда. Да и ему надоело прятаться от своих врагов.       Довольный собой, Мацца стоял в полуокружении убитых и раненых гангстеров. Андербоссу повезло, что его с четырёх сторон закрывали телохранители. Замыкавший крестообразный «строй» мафиозо, Джо, который двигался справа от Луки, шедший впереди Луки Фредди приняли удар на себя.       — Кто он вообще такой? — сказал Мацца, глядя на труп таинственного убийцы.       Из-за крыльца донёсся крик второго стрелка.       — Не окочурился ещё, урод?! Ты уже покойник! — прорычал Лука.

***

      Период онемения закончился. МакВи ощутил невыносимую боль. В его плечо и руку словно воткнули копья, с садистским наслаждением и особым цинизмом провернув их по часовой стрелке. Ричарда передёрнуло от боли. «Рука! Я не могу! Я не выдержу! Как же больно! Господи, дай мне сил! Молю тебя! Это невыносимо!» — корчась от боли, думал Ричард незадолго до того, как из его груди вырвался неразборчивый вопль. «Теперь мне крышка! — перепугался Ричард. — Я не хочу умирать! Не надо!»

***

      — Да на хер его, шеф! — услышала Хелен.       — А-а-а-а! Я ранен! Они близко! Джонни! Спаси меня! Ты же мой друг! — взывал к Джонни МакВи.       «Ну же, идите тогда ко мне, свиньи! Вы завизжите у меня как резаные! Хотите убить этого трусливого придурка Ричарда? На здоровье! Он заслужил. Если бы Сэм его не послушал, то остался бы жив. Но потом Мацца никуда от меня не денется», — с такими мыслями девушка ждала возвращения Питерсона. Он недавно уполз посмотреть, что творилось впереди дома.       Хелен с Джонни долго прождали появления гангстеров у задней части. И хотя Ронни предупредил их, что крыльцо не горело, и у него не вышло его поджечь, они остались на месте. Питерсон рассудил, что гангстеры не настолько глупы, чтобы выбежать всем скопом туда, где их станут ждать в первую очередь.       Выстрелы из оружия без глушителя вместе с фразами мафиози дали ему понять, что он ошибся. Питерсон не потерял голову. Он решил потерять время, но всё разведать, а не налететь на врага, попав в западню. Хелен осталась следить за «тылом».       «Жаль угрохали Ронни, а не размазню. Ронни не заслужил смерти», — подумала Хелен.       Внезапно застучал пистолет Питерсона. Девушка обернулась. Капитан лежал в траве где-то ярдах в двадцати с лишним от дома, стреляя по бандитам.       «Жирдяи отвлекутся на него. Он говорил вчера не переть напролом», — в голове у Хелен появилась одна идея.

***

      Луке снова повезло. Рой шёпотом сказал ему подождать, пока он проверит, безопасно ли с другой стороны дома, и оставил его. Вскоре по нему принялся палить неизвестный враг. В первый раз он промазал, однако второй выстрел врага повалил Роя на землю в футах пяти от андербосса. Мацца разглядел на поляне фигуру лежавшего в траве человека, ещё когда его пистолет с глушителем хлопнул впервые. Расстояние оказалось великовато. И всё же Лука рискнул. Возможность собственноручно прикончить таинственного убийцу сразу, чтобы не перестреливаться с ним несколько минут, прельщала его. Тогда никто бы не помешал им с Роем добраться до второй машины.       Лука прицелился на скорую руку. Он выпустил пулю из револьвера за миг до второго хлопка пистолета врага.       — Получи, сука! На, жри! — орал андербосс. В порыве гнева он потерял счёт патронам. А противник переворачивался с боку на бок, и попасть в него становилось сложнее. Большое для тупоносого револьвера расстояние до цели и её постоянное движение усложняли дело андербоссу.       Он дернул на спуск в третий раз. «Смит и Вессон» не выстрелил. Убийца же пропал из виду, крыльцо угол дома закрыли, подобно прочной стене неприступного форта. Опустевший барабан отрезвил Маццу.       — Трусливый ублюдок! Я доберусь до тебя! Ты за всё заплатишь! За мой дом, за моих ребят!       Пока Лука кричал, он попутно отошёл к тела своих телохранителей. Некоторые из них застонали от боли.       — Помогите, босс! Я подыхаю! — прохрипел Фредди.       Лука взял помповый дробовик замыкавшего «строй» гангстера.       — Держись, сынок, — сказал Фредди Мацца. А сам подумал, что ему никто не мешал убежать с фермы в лес, не считая валявшегося за крыльцо подранка. Третий противник, вероятно, считал, что андербосс погонится за ним, и поджидал его за углом на противоположной стороне дома. «А я могу и обойти его», — мелькнуло в мыслях у Маццы.

***

      Хелен приближалась к лежавшему впереди Ричарду. «Так тебе и надо, безвольная тряпка. Попробуй меня выдать своими воплями. Я вышибу тебе мозги», — подумала девушка.       Ей оставалось совсем немного идти до угла дома. Вигилантка взяла «Беретту» наизготовку и двинулась дальше. Вигилантка намеревалось застигнуть отвлёкшихся на Джонни мафиози врасплох. Однако вышло всё наоборот. Это Хелен опешила от резкого появления лысого бандита. С ружьём в двух руках он выскочил впереди совсем неожиданно для неё. Она даже не успела в него прицелиться. «Какого хера?! Вот сволочь!» — думала девушка. В виски ей ударила пульсирующая боль, а в груди закололо.       Гангстер в пальто тоже не ожидал встретить врага на своём пути. Он выругался по-итальянски. Выражение лютой злобы ко всему живому и зловещий оскал застыли на его лице. Оно будто принадлежало вовсе не человеку, скорее изображённому на древней фреске кровожадному чудовищу. «Сейчас! Только попробуй!» — мелькнуло в мыслях у Хелен.       Промедление Хелен дало мафиозо немного времени. Он начал наводить на девушку оружие, дабы изрешетить её картечью. Но не успел — она лихорадочно опередила его. Два хлопка, и вылетевшие из её пистолета куски свинца вонзились в туловище гангстера.       «Вот это да! Ни хера себе! Я быстрее!» — возрадовалась победительница в дуэли. В порыве эмоций она забыла о других бандитах и подбежала к поверженному врагу. Он оказался крепким орешком. С двумя пулями в туловище мафиозо из последних сил тянулся к дробовику.       — Суки! Манал я вас всех! Вы все всё равно сдохните! — заорал лысый бандит, когда Хелен остановилась рядом с ним. Даже будучи раненым, он выглядел грозно. На его перекошенном лице она не увидела страха, только злость. Девушке показалось, что гангстер сейчас вот-вот встанет да собьёт её с ног, а затем вцепится зубами ей в шею и, подобно вампиру, выпьет всю кровь до самой последней капли.       — Разумеется, итальянская свинья! Но только после тебя! — ответила Хелен и добила мафиозо выстрелом в голову.

***

      — Тебе повезло, гундосый козёл не задел артерию. Я знаю неплохого костоправа. Он залатает тебя, денег у нас хватит, — проговорил, пытаясь ободрить Ричарда, Джонни, но его голос звучал холодно и отстранённо.       МакВи сидел на промёрзлой земле в сотнях четырёх ярдах от пылающего дома. Хелен подсвечивала фонариком плечо и руку молодого ветерана, а Питерсон перевязывал раны.       — Да, — пробурчал Ричард. Почувствовав слабую боль из-за того, что повязки из аптечки сдавили раны, он застонал. От потери крови у него покруживалась голова.       «Всё кончено. Сэм с Ронни не заслуживали смерти. Почему у нас всё не могло пройти, как по маслу? План же был хороший. И опять двадцать пять. Что за невезение? Сэм, Ронни, да упокой Господь ваши души, — скорбел, вздыхая время от времени, измотанный и ослабевший Ричард. — Простите меня. Пожалуйста. Я виноват перед вами. Но, чёрт возьми, я никогда не смогу искупить свою вину перед вами! За что мне это?! То Генри, то Сэм, теперь Ронни. Что я такого сделал?! Я жил и никого не трогал! А гниды чуть не убили Генри! Что мне оставалось делать?! Дать им убить его потом?!»       Бездыханное тело Ронни лежало недалеко от МакВи. Джонни утащил его подальше от огня. «Мы увезём его отсюда и оставим в городе. Ронни нельзя бросать здесь. Его родители, сестра и бывшая жена живут во Франклингтоне. Кто знает, что теперь взбредёт в голову гундосым макаронникам?» — сказал с болью в голосе Джонни перед тем, как поднять труп Ронни.       Перевязав раны Ричарда, капитан положил обратно в аптечку. Пока он снимал перчатки, Хелен поинтересовалась у него:       — Я хотела спросить у тебя, Джонни, почему ты не вернулся ко мне и начал палить по итальянским сволочам? Ты же сказал, что вернёшься, и мы вместе дадим им прикурить.       — Я думал, что справлюсь сам. А тот лысый хрипун оказался смелой и прыткой скотиной, — ответил Питерсон.       Прежде чем понести Грейнджера, надевший другие перчатки, капитан расстегнул его плащ. Капитан попросил девушку посветить ему фонариком, он искал крепления для оружия, что они с Сэмом в бытность пришили с внутренней стороны.       — Надо сорвать их, чтобы у копов не возникло подозрений, — пояснил Питерсон. — Хелен, собери наши пушки в сумку. Понесёшь её в машину. Рич, ты возьмёшь аптечку.

***

      Антонио наблюдал в бинокль из леса за тем, как трое боевиков с трупом своего подельника на руках отдалялись от горящего дома. Его надежда на то, что ему всё-таки выпадет счастливый билет, и он покарает Луку, погибала постепенно, точно тонущий корабль. И теперь она окончательно ушла глубоко на дно. «Без меня у них ни черта бы не вышло, — утешал себя Моретти. — Я подставил штрибана, как он Дарио. И всё-таки я должен был грохнуть выродка. Я и никто другой».       В субботу Джузеппе Беллини сказал Антонио, что послезавтра «надёжные люди решит проблему с Лукой», а он вместе с Сильвио проследит за этим. Сын дона не уточнил, кто именно разделается с Маццей, а Моретти посчитал, что ему лучше не задавать лишних вопросов. «Возможно, «Комиссия» прислала своих людей», —предположил Антонио. За два они с Серрой хорошо изучили окрестности фермы Луки и подобрали подходящее место для наблюдения за ней.       Сейчас же Антонио следил за схваткой «надёжных людей» и охраны Луки с азартом футбольного болельщика. Только «болел» молодой капореджиме то за одну команду, то за другую: «побеждали» таинственные убийцы, тот желал успеха телохранителям андербосса. И наоборот.       Мимоходом Моретти отметил про себя, что неизвестные стрелки точно не были бандитскими «торпедами». Они разбились на пары, двигались совсем по-другому и хорошо понимали, что такое тактика. Кто-то из них явно отслужил в армии и многому научил остальных.       У Антонио даже появилась мысль, что у Луке на ферму нагрянули те самые вигиланты из теленовостей. Глушители на пистолетах «надёжных людей» и присутствие среди громилы усилили его подозрения. «Уж не его ли видел Сонни? Неужели мстители из телека всё время работали на Джузеппе? А зачем тогда ему понадобилось избавляться от всякой дешёвки в городе? Он мог бы давно дать им контракт на Луку. Они бы грохнули штрибана на ура. Или Джузеппе не знал раньше про его ферму? Так можно было устроить засаду в городе. Не сходится, — задумался Моретти. — Так кто же они, чёрт их возьми?»       Мафиози простояли на месте вплоть до той минуты, как «надёжные люди» скрылись в лесу вдалеке.       — Идём, — произнёс Сильвио.       «Вряд ли, они же добили выродка и вообще всех там. Они профи», — к Антонио на пару секунд наведался призрак былой надежды, а потом исчез во тьме, когда молодой капо увидел труп Маццы.       «Старый выродок думал всех надуть. Ну и как, надул, штрибан? Надул? Он говорил, что нам нужна встряска. Получи и распишись! Думал, встряхнут всех, кроме тебя, а ты запрыгнешь на самый верх?! Запрыгнул, штрибан долбаный?! — злопыхал Моретти, пнув тело Маццы. — Запрыгнул, как же. Прямиком в ад! Здесь такое же пекло. На! За Дарио лично от меня! — На мёртвого Луку, подобно граду, посыпались неистовые удары. Моретти словно стремился отыграться на андербоссе за то, что не он убил его. — За кого меня держал этот старый выродок?! За дешёвку?! За неё, сучий потрох?!»       — Все мертвы, уходим, — сказал Сильвио и потопал к полю.       Напоследок Антонио обрушил на мёртвого Маццу несколько ударов. «Хватит, после драки руками не машут. Не я грохнул его. Должен был, но не вышло. Дарио поймёт меня. Я клялся, что отомщу за него. И отомстил. Не так, как хотел, а как получилось. Но отомстил же! — снова принял упрекать себя и оправдываться Антонио по дороге к машине. — Вот что главное».