Идеал в страдании.

      Картинка менялась ежесекундно. Высотные здания плавно перетекали в старинные музеи; шумные кафе, работающие круглосуточно, переходили в небольшие набережные, где компании молодых ребят подпевали играющему на потрёпанной гитаре другу. Ночной мрак окутал Рим, зажигая тысячи подсветок и уличных фонарей, что молниеносно проносились мимо чёрного джипа.       Вивьен вжималась в сидение, рассматривая выученную ею наизусть городскую архитектуру, будто заново впитывая каждую улочку, каждое деревце, каждую ступеньку. Мысли завязались в тугой комок, неприятно распирая череп, и девушка вдавила острые ноготки в ладонь, стараясь перенести мозг с моральной боли на физическую.       — Я довезу тебя до дома, там поговорим, — строго произнёс Марко, заворачивая на знакомую улицу.       — Я живу не одна, боюсь, моей соседке будет неудобно… — глухо протянула Вивьен, вглядываясь в профиль мужчины.       — Тогда в машине.       Вивьен никогда не воспринимала Марко, как своего начальника, ведь тот чересчур лояльно относился к ней, проявляя слишком большой интерес не только к ее завораживающему телу, но и истории ее трудной жизни. Он знал абсолютно все — каждую деталь тяжёлых моментов, что выбивали из неё последние слёзы; каждую мелочь, что вставала на пути, отрезая связывающую с идеалом нить; каждый промах, что оборачивался серьёзными последствиями. Но Марко не был тем человеком, который мог бы искренне поддержать, сказав пару приятных слов. Его руки постоянно цеплялись за женское тело, показывая заботу таким ненавистным для Вивьен образом, а она молчала, мысленно закатывая глаза, ведь одно его слово, один его вскрик, и она окажется на полной от работы и финансов свободе, что было лишним для и так потрёпанной девушки.       Машина резко затормозила, вынуждая Вивьен выкарабкаться из очередной волны нахлынувших мыслей, и она уставилась на собственные ноги, чувствуя, как мужская рука ложиться поверх тыльной стороны ее маленькой ладони.       — Этот разговор ты должна воспринять, как нечто важное… — задумчиво начал мужчина, рассматривая оголенное женское бедро, — очень важное и для меня, и для нашего клуба.       — Я поняла, — коротко бросила солнечная, ухмыляясь со слов начальника, ведь тот никогда не присваивал ночное заведение всему персоналу, считая его только своей собственностью.       Вивьен выпрямилась, взмахивая головой, дабы убрать спадающие на лицо пряди рыжих волос, и уверенно посмотрела в сторону Марко, что развернулся корпусом к девушке, подбирая правильные слова.       — До меня долетела весточка, которая показалась мне довольно-таки интересной… — продолжил мужчина, — и я думаю, учитывая твои интересы, ты согласишься!       Прыгающая в чёрных зрачках мужчины радость заставила девушку напрячься, мысленно перебирая в голове возможные варианты интригующего предложения, и Вивьен подняла бровь, прищуривая зелёные глаза.       — Боюсь, что единственный мой интерес — балет, и ничего большего, — пожала плечами она, — а о таком предложении можно только мечтать перед сном, ведь то самое видео все ещё гуляет в телефонах каждого человека, имеющего отношение к балету.       — Но это что-то среднее между твоим интересом и помощью мне… — медленно протянул мужчина, дотрагиваясь ладонью до женской ноги, — одна известная группа собирается снимать клип, и им нужна молодая девушка, желательно имеющая отношение к балету, ну или хотя бы хорошей гибкости.       Марко выпалил информацию на одном дыхании, широко улыбаясь сидящей в недопонимании Вивьен, в голове которой мысли окончательно спутались до такой степени, что она едва разобрала смысл услышанных слов.       — Причём тут я? — удивлённо поинтересовалась солнечная, — у Вас полный клуб девушек с хорошей гибкостью, берите любую, никто не будет против.       — Но ты идеально подойдёшь им! — воскликнул Марко, вглядываясь в глаза собеседницы, — тебя многие знают, и представляешь, какой это будет фурор, если именно ты примешь участие в съёмах.       Мужчина тыкнул указательным пальцем в плечо девушки, якобы случайно задевая тоненькую лямку лёгкого платья, и та слегка приспустилась вниз, открывая вид на женскую грудь.       — Что за группа? — незаинтересованно спросила Вивьен, поправляя спавшую ткань.       — Ты точно знаешь их! — радостно воскликнул Марко, отчего солнечная несильно вздрогнула, — måneskin! Ты не можешь просто так отказаться, сама понимаешь, насколько они популярны.       Строгое заявление начальника перемешалось с радостью в его карих глазах, и девушка прокрутила в голове все услышанные слова, внезапно устремляя взгляд в ночную пустоту за лобовым стеклом машины.       — Нет! — воскликнула солнечная, отстраняясь от мужской руки, — я не хочу тратить своё время на подобные вещи!       — Вивьен, радость моя… — улыбаясь, протянул Марко и продолжил водить ладонью по ее прикрытому только легким платьицем телу, — ты должна помнить, что делаешь это ради своего пока что имеющегося рабочего места в клубе.       Солнечная в очередной раз нахмурилась, оглядывая счастливое лицо своего начальника, и задумчиво выдохнула, пока мужчина на полном серьезе смотрел в зелёные глаза, что бегали по салону машины, будто пытаясь поменять тему разговора с обсуждения нежеланного клипа на состояние кожаных сидений.       Приглушённый свет ночных фонарей мягко освещал маленькое пространство в джипе тёплым светом, окружая двух сидящих в нескольких сантиметрах друг от друга людей напряжённой обстановкой. Марко протяжно выдохнул, аккуратно касаясь большой ладонью женского бедра, и повёл руку выше, проникая под подол лёгкого платья, что Вивьен незаметно оттягивала вниз.       — Я очень хорошо отношусь к тебе, Вивьен… — тихо протянул мужчина, наклоняясь над вздрагивающим телом девушки, — не заставляй меня нервничать из-за твоего отказа…       Мужские губы уже было дотронулись до приоткрытых в испуганности девичьих уст, но солнечная резко отстранилась, кидая неразборчивое прощание, и вылетела из машины, громко хлопая дверью.       Прохладный ветер окутал тело, раздувая рыжие пряди волос по воздуху, и девушка замерла, с опаской вглядываясь в своё отражение тонированного окна. Красные от стыда щеки горели ярким пламенем огня, зелёные радужки глаз заметали искры, а тело покрылось тысячами мурашек, что неприятно закололи кожу, заставляя Вивьен отрывисто выдохнуть. Ей было противно от самой себя, от вынужденности во всем потакать своему начальству, дабы иметь хоть пару зелёных купюр в кармане потрепанных джинс. И нечаянно брошенные слова Дамиано о том, что она та самая девушка, раздвигающая ноги и крутящая задом перед незнакомцами, подтверждались каждый раз, когда чужие руки противно ложились на ее тело, грубо сжимая нежную кожу.       Она чувствовала себя той самой «блядью», что фронтмен выплюнул ей в лицо, и отважно досказывала самой себе обратное, хотя внутреннее сознание, всегда идущее против ее поведения, болезненно неприятно умоляло, наконец, разобраться в себе и своей потрёпанной жизни. И ей не хватало того самого человека, что смог бы одним своим присутствием разрушить каменную стену на скребущимся сердце.       Чёрный джип сорвался с места, скрипом колёс разряжая поток грустных мыслей в голове солнечной, и она раздраженно прошипела сквозь зубы пару не самых культурных слов, лениво направляясь к массивной железной двери. Желание оказаться в тёплой постели теперь заняло первое место, и Вивьен молниеносно пробежала по каменной лестнице, покручивая связку ключей в руке.       Небольшая квартира, интерьер которой не мог не радовать глаза своими светлыми стенами и новомодным декором, встретила Вивьен запахом только что приготовленной еды и тихой мелодией, доносящейся с маленькой кухни. И солнечная лениво скинула с себя всю имеющуюся одежду, проходя в комнату, что уже полгода была ей родной. Тёплое одеяло, словно облако, приняло уставшее тело в свои объятия, закрывая девушку от окружающего ее мира, и мысли плавно заполнили извилины, вновь вынуждая Вивьен негромко выругаться.       — Опять злишься на себя? — послышался женский голосок из-за дверного проема, и молодая девушка, выкрашенная в пепельный цвет, переступила порог, с грохотом прыгая на большую кровать. — сколько можно, Ви?       — Хочу побыстрее сойти с ума и лечь в психушку… — тоскливо протянула солнечная, зарываясь носиком в мягкую подушку.       Адриана закатила глаза, в очередной раз убеждаясь в глупости своей подруги, и улеглась рядом с Вивьен, аккуратно толкая ее в закрытое одеялом плечо.       — Эй, такими темпами мне не хватит денег на алкоголь, чтобы успокоить тебя снова, — убедительно произнесла блондинка, — и тогда я начну пользоваться твоими сбережениями.       — Как часто я говорю тебе, что ты самая лучшая? — радостно ответила Вивьен, поднимая голову и рассматривая кукольное личико подруги.       — Так же часто, как и рассказываешь про свои проблемы, — колко подметила Адриана, — так что я жду объяснений по поводу твоего нынешнего состояния.       Вивьен ухмыльнулась, закусывая нижнюю губу в осознании, что так просто избежать воспоминаний последних двух дней ей точно не удастся, ведь Адриана была, пожалуй, единственным человеком из всего окружения солнечной, кто всегда выслушивал ее вечное нытьё, помогая решать даже самые трудные проблемы. И сейчас Вивьен в который раз убедилась в своём доверии блондинке, всматриваясь в ее сосредоточенные зрачки, и на одном дыхании выпалила все, что два предыдущих вечера ломало ее с неистовой силой. Каждая, даже самая незначительная деталь, вылетала из женских уст без остановки, перемешиваясь с грубым матом и тоскливыми уныниями, и Вивьен еле сдерживала слёзы, быстро хлопая темными ресничками.       — То есть… — задумчиво начала Адриана, после нескольких минут беспрерывного монолога солнечной, — у тебя появилась возможность прославиться на всю Италию, хотя, что там Италия, на всю Европу… А ты не хочешь принимать такое предложение?       Удивлённый взгляд карих глаз уставился на растерянную Вивьен, будто пытаясь пробить затуманенный разум действительностью.       — Не хочу. — резко ответила девушка, показательно опуская голову.       — Из-за него?.. — осторожно поинтересовалась Адриана, на вопрос которой рыжие пряди волос взлетели от резкого движения, и пара зелёных глаз забегала по комнате, будто пытаясь найти ответ на кажущийся риторическим вопрос.       — Нет! Или да… я не знаю… — неуверенно ответила Вивьен, прокручивая в голове образ ненавистного ей фронтмена, — мне совершенно плевать на его слова и поступки по отношению ко мне.       — Поэтому ты снова убиваешься горем, будто он все-таки задел тебя за больное, да? — ухмыльнулась блондинка, — тебе плевать, но при этом ты продолжаешь загонять себя теми словами, что он сказал тебе…       И солнечная вновь медленно опустила голову, стыдливо убирая выпавшую прядь за ухо. Она и сама не понимала, почему его, казалось бы, глупые слова больно ударяли по уже и так израненному сердцу. Он был для неё чужим человеком, совершенно не знающим ее прошлую жизнь, и каждая попытка задеть ее удавалась более чем хорошо, хотя она умело скрывала неприятные ощущения абсолютным безразличием на миловидном лице.       — Потому что все, что он говорит — правда, — пожала плечами рыжеволосая девушка, — он говорит вслух то, о чем я даже не хочу думать, и это очень сильно задевает…       — Но он же не единственный человек в группе, верно? — немного раздраженно спросила Адриана, — ты, как я поняла, в хороших отношениях с Викторией, почему бы тебе не забить на него?       — Он любыми способами обращает на себя мое внимание, — уверенно ответила Вивьен, — будь то попытка завести диалог или кинутая без причины идиотская фраза.       Адриана провела ядовитым взглядом по телу своей подруги, раздраженно ухмыляясь с ее слов, и глубоко вздохнула, рассматривая перебирающие край одеяла пальцы Вивьен.       — Ты должна понимать, что съемки в этом клипе — твой единственный шанс добиться давней цели, — строго проговорила девушка, привлекая задумчивое внимание солнечной, — разве не тебе всегда было плевать на других, когда ты пробивалась туда, где зависаешь сейчас?       — В том то и дело, что просто зависаю… — печально протянула Вивьен.       — В том то и дело, что, снявшись в клипе такой известной группы, ты однозначно засветишься на экранах тех людей, которые не принимали тебя обратно в балет! — заявила Адриана, всем своим видом показывая правильность сказанных слов, — ты обеспечишь себе славу, покрутившись в паре кадров, на все ближайшее время своей, как ты говоришь, неудачной жизни, и, возможно, кто-нибудь даст тебе шанс перестать зависать на одном месте, и ты пойдёшь дальше.       Вивьен, сидя на мягкой постеле, внимательно вслушивалась в слова блондинки, представляя в голове вероятные картины своей будущей жизни, где она, наконец-то, добивается того самого идеала, что выстраивала с раннего детства. И осознание окончательно очистилось от раздражающего ее стечения событий, от попыток Марко заставить ее принять предложение ради славы своего и без того немало известного клуба, от нежелания вновь пересекаться с человеком, слова которого уже второй день крутились в ноющем от усталости мозгу.       В ее голове была только она одна и синие пуанты, что до сих пор лежали в потрёпанной переездами коробочке.       — Может ты и права… — все ещё неуверенно произнесла Вивьен, вставая с кровати, — раз уж на то пошло, отпразднуем принятое решение?       — Перемоем кости Дамиано Давиду? — ухмыльнулась Адриана.       — Именно!

***

      Тёплые солнечные лучи нежно касались оголенных бёдер девушки, что уверенной походкой направлялась в сторону высокого здания. Незаметный ветерок ласково раздувал золотистые волосы, и Вивьен, пожалуй, впервые не обращала внимания на доставляющие дискомфорт пряди, концентрируя внимание на запланированном деле.       Всю ночь Вивьен думала о предстоящих съемках, заставляя саму себя согласиться на столь необычное для неё предложение, пока бессонница не давала затуманенному разуму немного передохнуть перед морально и физически трудным днём. И два значительных убеждения — угрозы начальника и желание выкарабкаться из ненавистной жизни — помогли ей, наконец, с уверенностью позвонить новой подруге, сообщая радостную и неожиданную для гитаристки новость.       Виктория стояла на небольшой лестнице возле входа в здание, оглядывая проходящих мимо людей и выискивая среди незнакомцев Вивьен. Ее глаза горели огнём предвкушения, заставляя уголки губ приподниматься в ехидной улыбке радости и удивлении на желание солнечной принять участие в съемках. И светловолосая нервно кусала губы, будто боясь, что ночной разговор с Вивьен окажется сном, и она не увидит полюбившиеся ей зелёные глаза.       Но блеск знакомых золотистых волос среди огромной толпы неожиданно бросился в глаза Виктории, и та радостно сбежала с лестницы, кидаясь в объятия Вивьен.       — Скажи мне, что это не сон… — умоляюще протянула гитаристка, оглядывая улыбающуюся подругу.       — Скорее кошмар! — весело воскликнула Вивьен, направляясь за идущей вприпрыжку девушкой, — но приятный…       — Я даже представить себе не могла, что ты окажешься балериной… — задумчиво произнесла Виктория, — учитывая то, что сейчас ты танцуешь в клубе.       — Решила вспомнить былые времена, — подметила Вивьен, переступая порог современного здания.       Огромный зал с несколькими отходящими от него коридорами встретил Вивьен глухой тишиной с изредка проникающим в мозг эхом из небольших помещений. Девушки направились в сторону лифта, рассматривая выполненный в светлых тонах интерьер и кидая друг на друга незамысловатые взгляды.       — На самом деле, я удивлена, что ты решилась снять в нашем клипе, — разрушила тишину Виктория, — учитывая то, что там будет Дамиано…       — Мне плевать на него, — пожала плечами солнечная, — мир не крутится вокруг него одного, а общаться я собираюсь только с тобой, Томасом и Итаном.       Виктория многозначно нахмурилась, заходя в открывающий двери лифт, и, нажав на нужную кнопочку, развернулась к Вивьен, строго смотря в ее горящие предвкушением зелёные глаза.       — Мне кажется, вам с ним стоит наладить общение… — аккуратно сказала Вик, вызывая удивление на лице собеседницы, — нам ещё много раз предстоит пересекаться, будь то съемки или обычные дружеские посиделки, и я боюсь, что теми темпами, которыми сейчас развеиваются ваши отношения, нам придётся искать нового фронтмена, а тебе отсиживать срок.       — Это нужно понимать ему, а не мне, — спокойно ответила Вивьен, приподнимая уголки бордовых губ, — если он не умеет адекватно вести себя, почему я должна пытаться что-то наладить, получая в ответ грубость и язвительность?       — Хотя бы потому что ты умнее… — уверенно произнесла Виктория, устремляя взгляд, полный надежды, на солнечную, — на самом деле, он нормальный с теми, кем дорожит и с кем чувствует себя комфортно…       — Мне жаль, что я не вхожу в этот список… — ухмыльнулась Вивьен, прокручивая в голове смысл сказанных подругой слов, — Вик, я не хочу иметь с ним никакое дело, кроме сегодняшних съёмок. Наши с ним взаимоотношения никак не повлияют на нашу с тобой дружбу, я умею не думать о тех, кто мне неприятен, поэтому тебе не о чем волноваться, поверь. Не верь.       Лифт неожиданно остановился и серые двери медленно раскрылись, предоставляя Вивьен огромный зал, стены которого были выкрашены в синий цвет, что так идеально сочетался с яркими оранжевыми диванами.       Виктория печально выдохнула, стараясь не думать о последствиях целого проведённого Вивьен с Дамиано дня, и радостно вышла из лифта, направляясь в сторону небольшой компании людей, бурно обсуждающих начало работы.       — Я нашла нам танцующую девушку! — весело воскликнула гитаристка, на громкий возглас который каждый из находящихся в помещении резко развернулся, сталкиваясь взглядом с уверенно подходящей к ним рыжеволосой девушкой, — Вивьен О’Доннелл любезно согласилась принять участие в съемках, и, поверьте, оно того стоит!       Солнечная мило улыбнулась, оглядывая каждого своими ядовито-зелёными глазами, и неожиданно столкнулась взглядом с янтарными радужками знакомого человека, что показательно радостно улыбнулся в ответ, приближаясь к Вивьен.       — Очень рад опять увидеть тебя… — язвительно протянул Дамиано, пожимая маленькую ладошку девушки, — надеюсь, на этот раз все пройдёт без проблем.       — Взаимно, — ядовито ответила Вивьен, — не переживай, проблем точно не будет… я взяла для тебя запасные трусы на случай, если ты снова испытаешь весь спектр эмоций рядом с моим блядским телом.       Дамиано нервно ухмыльнулся, чувствуя, как собственные руки едва заметно задрожали, а раздражённый заявлением девушкой разум колко ударил по черепу.       — Будь аккуратна… — улыбнулся парень, — а то даже не заметишь, как проснёшься со мной в одной постели, только уже без запасных трусов…       — Ты чересчур много мечтаешь… — ответила Вивьен, — такого не будет, поверь мне… Не верь.