Черный янтарь

      Как он мог так всё испортить?       Как мог поступить так импульсивно?       Кем он себя возомнил, чтобы позволить подобное по отношению к Властелину Камня?       Что на него нашло?..       Эти и подобные им мысли клевали Итера раз за разом, пока он отчаянно искал место, где мог бы прийти в себя. Пелена слёз, конечно, не очень помогала в этом, но по итогу ноги сами привели его в какой-то безлюдный закоулок между домами, который в придачу был полностью под сенью тени. Там юноша зашёл за бочку, чтобы его не было видно, прислонился к холодному кирпичу, медленно скатился вниз по стене и свернулся калачиком, предаваясь душевным терзаниям. Он прекрасно знал, что времени жалеть себя не было, но ему нужно хотя бы пять долбанных минут.              Ему, чёрт побери, нужен тайм аут. Хватит бегать от своих чувств и пытаться запереть их под замок: результат этого уже налицо. Пора взглянуть правде в глаза и наконец распутать эмоции, как бы больно ни было.              А больно было ужасно.              Итеру чудилось, будто он морально погибал, разлагался от того, как глубоко, выясняется, проникла корнями эта… проклятая влюбленность. Он неосознанно крутил в голове кинопленку позорного момента уже бесконечный раз подряд. Как бы ни силился ее остановить и порвать на кусочки, она всё равно продолжала мелькать перед его глазами, а слова Чжун Ли о его "эмоциональной некомпетентности" звучали в ушах, как заезженная пластинка, окончательно добивая юношу. Помимо этого, его память, издеваясь, подбрасывала все ситуации, которые произошли между ним и Властелином Камня и, честно говоря, от этого внутренности сжимались только туже. То, что раньше вдохновляло и окрыляло, теперь травило жилы и убивало. Бывший пушистым и теплым, зародившийся от новых чувств клубок словно покрылся шипами и теперь не приятно щекотал, вызывая трепет и восторг, а царапался, кололся в груди, будто бы пронизывая ее насквозь своими иглами под стать сотням копий.               Эта боль в груди… была как от настоящего ранения. В голову прокралась ироничная мысль, что стоило ему заживить одну рану, как ему сразу же нанесли другую, причем неизлечимую. Как, почему какая-то идиотская мимолетная влюбленность причиняет столько страданий??? Итер за свою жизнь далеко не раз получал отказ в романтической инициативе, но такой обиды — вскипающей, душащей легкие, разъедающей нутро, — это никогда не вызывало. Сейчас почему-то возникало впечатление, будто его бездушно предали, хотя это скорее Итер предал их великолепный союз своим… недотрахом.              "Чжун Ли ведь предупреждал, что никаких эмоций испытывать не может. Я ведь сам отлично знал это, чтоб меня!..", ругал себя парень, заливаясь слезами ещё больше, и каждая подобная мысль заточенным ножом резала его сердце.              Заниматься самобичеванием тогда, когда наоборот нужно пожалеть и поддержать себя, наверняка было неправильно. Но как он мог поступать иначе, когда всецело понимал, что сам во всем виноват??? Сам надел себе розовые очки, сам выдумал себе сказку, сам поверил в нее и сам же сыграл над собой очень злую шутку. Моракс хоть единожды сделал что-то такое, что реально могло бы выходить за рамки дружбы? Поцеловал руку??? Что ж, он и Барбаре ее целовал, что с того? Трогал его лицо??? Так ведь потом выяснилось, что Чжун Ли просто проверял его сломанный нос. Сделал комплимент??? А что, друзья не говорят их друг другу?              И таким образом, каждый призрачный аргумент таял на глазах, истребляемый беспощадным действием чистого как никогда разума. Равносильно тому, как ему открывалась вся глубина его наивности, всё больше ныло и сердце из-за усыхающих надежд, которые все равно пустили ростки внутри, несмотря на его старания искоренить их.              Ладно просто любоваться Чжун Ли, ладно иногда (или постоянно) тайно тешиться фантазиями с ним, ладно наслаждаться его обществом сверх нормы, ладно затаивать дыхание, когда он рядом, ладно относится к нему с повышенным благоговением и обожанием, это всё ещё куда ни шло. Но поцеловав Архонта, Итер залетел слишком далеко. Вот почему падать с небес на землю было так больно.       Веки юноши уже жглись от количества слёз, которые в них собрались, и почти так же до сих пор горел на губах отпечаток Того Запретного, что позволил себе Итер. Однако жжение этого отпечатка не грело приятным теплом, а агрессивно кусалось, как раскаленное железо, напоминая о его греховности. Уныло шмыгая заложенным носом, вытирая солёную влагу со своего лица и тяжело сглатывая сквозь застрявший поперек горла ком, парень отчаянно искал какое-то утешение — маленькую веточку, которая поможет хотя бы частично выбраться из ямы душевных страданий.              Но вместо этого натыкался на острые колючки суровой правды и ядовитой самокритики.              Как же ему хотелось стать бесчувственным камнем в этот момент. Таким, как Чжун Ли, ха. Лишиться всех эмоций, чтобы ему было абсолютно наплевать на его ошибки и он мог переступить через это дерьмо одним лёгким шагом. О, а особенно он хотел избавиться от этого проклятого чувства, которое зародилось в нем по отношению к Мораксу. От этой болезни, патологии, заразы, одержимости, озабоченности — называйте, как хотите, суть у него одна — ему не место в теле Итера.              Блондин сделал прерывистый вздох и тоскливо обнял колени чуть сильней. Звон разбитых надежд уже потихоньку меркнул в его ушах, и на его место приходила глухая пустота. Самая высшая точка боли почти прошла, скоро должна наступить вторая фаза — принятие, которая, впрочем, была ничуть не приятнее. Она брала не своей интенсивностью, но длительностью и непропадающим едким осадком. Единственное его спасение — это назревающие испытания, которые совсем скоро навалятся на юношу и его спутников. Спасение это в том смысле, что он сможет отвлечься от негативных эмоций и проветрить голову. К тому же, под завалом всех проблем будет проще игнорировать произошедшее и делать вид, что ничего не случилось. На то есть прекрасная отмазка — "на данный момент есть вещи гораздо важнее этого".              Потому что Итер не то, что обсуждать это — самого Чжун Ли видеть сейчас не в состоянии. В принципе не представляет, как сможет как-либо контактировать с ним на протяжении их миссии. Раз уж одна лишь мысль о нем вонзает парню гвоздь в солнечное сплетение… можно смело настраиваться на худшее. Кроме того, неизвестно ещё, как будет вести себя Моракс. Вообще, чисто технически, учитывая его безэмоциональность, он скорее всего использует ту же тактику, что и Итер, так как ему попросту плевать. Разве его драгоценного внимания стоит какое-то недосовращение от наивного юнца? Плюс, это не Чжун Ли получил удар в самое сердце, поэтому ему вообще ничего не стоит закрыть глаза на его поступок.              "Да, скорее всего, так и будет", меланхолично подумал понурый Итер, найдя в кармане потрепанную салфетку, и высморкался, потому что ему надоело дышать через рот. "Эх Люмин, видела бы ты меня сейчас…", как он размяк и стал ещё сопливее, чем раньше, будто ему снова пятнадцать.              …Нет, хорошо, что она не видит его сейчас. Было бы стыдно предстать перед ней в таком виде. Она бы, безусловно, его утешила и подбодрила, но Итер все равно чувствовал бы себя плохо за то, что разнылся из-за такой мелочи, которая непропорционально своей значимости принесла столько боли.              Поэтому надо собраться с силами и преодолеть ее. Жизнь, на самом деле, ещё не закончилась. А лично Итеру вообще предстоит по новой спасти Тейват от неминуемой угрозы, притом неизвестно, сколько ещё раз. Тем более, он справлялся с проблемами гораздо хуже этой. Нужно просто стараться не вспоминать о случившимся, сломать эту кинопленку. И давить, хоронить все ненормальные чувства. Будет сложно, но другого выхода нет. Итер уже сыт по горло их последствиями.              Как бы там ни было, начинать необходимо с малого — хотя бы перевести дух. Когда-то давно его самый первый наставник научил Итера одной незамысловатой методике успокоения, которая не раз выручала его в критических ситуациях, но, правда, на которую не всегда хватало терпения. Методике концентрации на дыхании.              Итер в последнее время редко ею пользуется — к счастью, особых поводов было немного. Однако сегодня ему уже не так повезло, и теперь парень пытался сосредоточить внимание только на скованных движениях грудной клетки. На том, как наполнялось жизнью его тело, вдыхая воздух, и как частично отдавало набранную энергию с выдохом. Итер выставил ментальный барьер между сознанием и кишащим негативом, с трудом отделив его. Темные мысли продолжали биться дальше в его разум, но Итер изо всех сил держал оборону, отгонял их и не позволял себе сильно отвлекаться. Таким образом, слёзы вскоре высохли, и его дыхание выровнялось - Итеру удалось восстановить над собой некоторый неустойчивый контроль. В принципе, первые десяток минут почти всегда проходили гладко в этом деле. А вот как продержать самоконтроль до конца путешествия - это уже совсем другая история.              В любом случае, у Итера сейчас выбор невелик. Он либо дальше купается в море жалости, как тряпка, либо сжимает яйца в кулак и поступает, как взрослый человек - то есть, как от него и требуется.              Путешественник откинул голову и посмотрел на плывущие облака. Он немного потерял счет времени, хотя ему казалось, что с момента инцидента прошло около пятнадцати минут. Это не критично, но лучше не тянуть до последнего.              “Барбара уже сто процентов вылечила Чжун Ли…”, ненароком промелькнула мысль - и вмиг отозвалась болезненным разрядом тока в груди при упоминании Его имени. Чтобы не зацикливаться на нем, Итер гневно тряхнул головой и поднялся, почувствовав, как свободно зациркулировала кровь в затекших ногах.              Возник новый вопрос - насколько хорошо просматривалось снаружи дерьмо, что творилось с ним внутри? Парень успел наплакаться весьма недурно, поэтому покраснение с глаз еще не ушло, как пить дать. Нос тоже не прочистился до конца. Но да черт с ним, у него нет времени отсиживаться. Надо будет просто особо не пялиться по сторонам, и, если что, сказать какую-нибудь отговорку.              Итер глубоко вздохнул и шагнул из своего укрытия. Теперь он приказал себе концентрироваться на шагах и мощенной дороге, потому что липкие мрачные мысли никуда не пропали, а словно бы кружили над ним, как коршуны, только и ожидая того момента, когда он ослабит защиту, чтобы безжалостно обрушиться на него. К счастью, отбиваться от них пока было в его силах, и мир вокруг уже не мерещился столь серым, хотя и не переливался радужными красками, как раньше.              Благодаря тому, что он перездоровался со всеми по пути к собору, Итера никто больше не тревожил. Это несказанно порадовало его и дало шанс укрепить относительно героический настрой. Он, конечно, отлично понимал, что никакие старания не смогут подготовить его ко встрече с Чжун Ли…              И когда впереди показалась темноволосая фигура в изысканном буром пальто, уже одетом подобающе, Итер принял глухой стук сердца как должное. Воспоминания об инциденте тоже не заставили себя ждать - накатили подобно огромной волне, что обманчиво держалась в стороне. Подробности произошедшего, еще слишком свежие, расцвели колючими бутонами в душе юноши и мгновенно снова пустили там кровь, снова набили иголками сердце. Снова яд стыда в венах и язвы униженного достоинства в грудной клетке, снова бритвенные когти сожаления и сокрушения, снова хлыст самобичевания. Всё это обрушилось на Итера с такой удвоенной силой, что его нервная система грозно затрещала по швам еще хуже, чем до этого. Еле накопленная уверенность начала просачиваться сквозь отчаянную хватку Итера, точно рассыпчатый песок…              “Тихо, спокойно, дыши”.              Он зажмурился, вложив последние частички стойкости во внутренний стержень, что стремительно разваливался.              “Будь сильнее, это пустяки”.              — Итер?              Парень дернулся и нервно посмотрел в направлении голоса. Он пересекся взглядами с Дилюком, который не вовремя окликнул его, стоя возле Чжун Ли.              И там же следом наткнулся на ещё одну пару глаз. Золотых и невероятно пронзительных, буквально выворачивающих душу наизнанку.               …Пиздец, нет, нихрена он не справится…              - Ты в порядке? - с ноткой озадаченности спросил Дилюк и начал идти к нему.              Итер поторопился притвориться беззаботным, натянув маску непринужденности, и состроил скомканную улыбку:              - К-конечно!.. - двинувшись к Дилюку навстречу.              Приблизившись, последний принялся зрительно анализировать его под стать Чжун Ли. При этом не обронив ни слова, но явственно выказывая скепсис к наигранной беспечности. От такого дотошного осмотра блондин чуть не вспотел и ощутил знакомый зуд на ладонях.              “Отлично, еще один любитель потрепать нервы прямым сверлящим взглядом…”.              - Мне кажется или у тебя глаза какие-то…?              - А-а, а это я, эм, зевал просто, не обращай внимания, - выпалил Итер первое, что пришло на ум. - Плохо спал сегодня, не выспался вот, - и потер веки в подразумеваемой усталости.              Дилюк слегка сузил алые глаза, наверняка составляя новое опровержение, и путешественник поспешил переключиться на другую тему:              - Ты разыскал Чарльза?              Молодой холостяк хмыкнул, еще с секунду понаблюдав за странным поведением юноши, но развивать подозрения не стал.              - Да, благо он сегодня был в городе. А вас двоих, я вижу, подлечили, - его точка интереса переместилась на нос Итера.              - Да, спасибо Барбаре, теперь всё хорошо.               …Или нет, учитывая один жутко испепеляющий взгляд за спиной Дилюка, по сравнению с которым взор Полуночного героя ранее был просто мелкой сошкой. Того и гляди проделает в Итере дырку своим напором.              Блондин мелко сглотнул. День обещает быть очень долгим. Но ему пока, по крайней мере, довольно сносно удается держать эмоции в узде - единственное, что приятно удивляло в череде неудач. Боль от инцидента еще ныла и оставляла борозды в груди с попеременной интенсивностью, так и намереваясь поглотить естество Итера целиком без остатка, однако она проигрывала страху расплакаться перед столь важными персонами и опозориться.              - Насколько я помню, вы упоминали, что злодей, который добыл меха-гнозис - демон. Известны ли вам его уязвимые места? - поинтересовался Дилюк, по смыслу обращаясь и к Чжун Ли также, но по факту - только к путешественнику.              - У всякого рода нечисти уязвимых мест, как таковых, не наличествуется, - деликатно влился в разговор Моракс, и у Итера отняло дыхание, когда, впервые зыркнув на него, он заметил, что тот уже подошел к ним свойственной ему вальяжной поступью. Взгляд, впрочем, мужчина зациклил на Дилюке - и этим снял с потупившегося Итера часть чудовищного напряжения, которое судорогой свело все мышцы.              - В зависимости от типа мононокэ, однако, применимо некоторое множество специальных обрядов и магических техник. Одни страшатся запаха жженого мака, иные падают ниц и стенают в агонии перед очистительными сутрами и дхарани, - размеренно рассказывал Чжун Ли, плавно жестикулируя одной рукой, пока другая покоилась на законном месте у поясницы. - Впрочем, выбрать средь онного нечто определенное нам не представляется возможным равноценно тому, как не представляется возможным утверждать со всей уверенностью, что наш субъект является нечистью. Несть числа мистическим созданиям всех видов и форм, коими изобилует Тейват. Фантомный физиоморфизм доступен не только демонам и злым духам. Отсюда следует, что со всей верой уповать мы в праве токмо на деактиватор.              Итер, что ненавязчиво придвинулся к Дилюку подальше от бывшего Архонта, стараясь фиксировать всё внимание на Полуночном герое, - и вообще не смотреть вправо, где высилась статная фигура во фраке, - сумел с иронией отследить по проступившим складкам на лбу Дилюка то, как поставила его в тупик одна заковыристая фраза.              И Итер прекрасно догадывался, какая.              - Фантомный физом…физиоморфизм - это магия, которая позволяет менять внешнюю форму, например, превратить в тень, - растолковал он, с укором выдохнув, потому что Чжун Ли умудрился ввести в смятение своими словечками даже кого-то столь же начитанного, как Дилюк.              От этой мысли израненное сердце неожиданно смягчила рябь чего-то теплого и трепетного…              Умиление.              Следом за осознанием вспышкой грянуло раздражение.              “Какого хрена, черт побери, со мной опять творится??!”, потому что его гордость непозволительно сильно задели, его ввергли в истерику и депрессию, а он…              А он может злиться на кого угодно, - на себя, на судьбу, на злодея, на Барбару, что оставила их наедине, - но только не на Чжун Ли. Мужчину как будто оберегал какой-то защитный купол, который сводил на нет любой порыв гнева в его сторону…              - Вот оно как… это так-то злодей проник в… то хранилище душ? - задумчиво уточнил Дилюк, дав Итеру замечательный повод отвлечься от пессимистичного наваждения и вернуться в настоящее.              - Да, прицепившись к тени Паймон, - с печалью промолвил Итер и, ох черт, кажется, он опять попал под прицел тех самых цитриновых глаз.              Его пульс подскочил до небес, а сердце пустилось в бешеный пляс. Чуть ли не потея от пристального внимания, парень сглотнул более отчаянно.              - И она еще не вернулась? - с легкой паузой вопросил Дилюк, судя по всему, уловив в реакции нервного блондина неладное.              - Э-эм, н-нет… - совсем оробел путешественник и принялся застенчиво комкать в руках шарф, потому что быть под давлением сразу двух прожигающих взглядов - не лучшее удовольствие и взвинченной нервной системе ничуть не помогало. - Но… она жива, просто, эм, восстанавливает энергию…              Красноволосый парень невнятно промычал, опустив глаза под ноги, и скрестил руки. Долгую минуту между ними висела неловкая тишина, пока Дилюк не повернулся к степенному Властелину Камня, взявшись теперь за нескромное изучение консультанта.              - Значит, Вы, господин Чжун Ли - консультант ритуального бюро? - подал флегматичный голос Дилюк.              - Да, это так, - равнодушно подтвердил брюнет, лениво скользнув по нему взором. Всё-таки недаром он порой вызывал у Итера ассоциацию с какой-нибудь рептилией, более всего - с удавом. Спящим удавом. Спокойный, хладнокровный, суровый, бесконечно терпеливый, сам никогда не нападет первым в силу своей сдержанности, из-за чего может сойти за миролюбивого даже, но если наступишь ему на хвост - пощады не жди.              - По какой причине Вы выбрали именно эту профессию? - с легким оттенком неподдельного любопытства продолжил Дилюк. - Исходя из продемонстрированных Вами знаний и созданного Вами впечатления, я бы приписал Вам, скорее, должность какого-нибудь археолога или государственного деятеля, либо счел бы за представителя из высших сословий.              Итер был полностью согласен с ним. У Моракса буквально на лбу было написано: “Во мне течет благородная кровь”. То, как он сановито держался и какими щепетильными повадками обладал, которые обычному простолюдину и не снились, вообще не требовало комментариев.              К слову, во многом совпадая с Дилюком. Имея возможность более открыто поглазеть на двух особ перед ним, пока те были заняты друг другом, путешественник не мог не подивиться тому, как они были похожи. Оба выглядели врожденными аристократами. Наружная изысканность и галантность обоих пробуждала какой-то щенячий восторг. Оба вели себя элегантно, авторитетно, но от них не несло высокомерием и гордыней. Их поступь, речь, невербальный язык, вышколенные манеры всё говорили сами за себя; они уверенно, не крича, заявляли о своем статусе среди остальных и определенно выделялись из основной толпы. Даже будь они одеты в лохмотья, перепачканы в грязи или месяцами заперты в темнице без еды и воды, ничто не смогло бы затмить их величавую ауру.              И вот, рядом со столь внушительными личностями стоял себе Итер, которого хоть веками учи такому поведению - и он всё равно будет до последнего оставаться внутри дурашливым, неряшливым, беззатейным ребенком, сколько бы столетий ни прошло. Где-нибудь споткнется, где-нибудь ляпнет что-то не то, где-нибудь поддастся эмоциям…              Нет, таким, как Дилюк и Рекс Ляпис, Итеру ни в жизнь не стать.              - …и умиротворяющее в том, чтобы отдавать дань традициям и сопровождать человека в его последний путь, - задвинул новую философскую мысль Чжун Ли, часть которой парень, как обычно, упустил за своими раздумьями.               - Хм-м, интересно… - протянул Дилюк, обрабатывая услышанное. - Как же вы двое познакомились? Полагаю, это связано с гибелью Гео Архонта, не так ли?              Дыхание Итера запнулось. Рана в сердце защипала вновь. Остановить моментально вызванные воспоминания о том дне было невозможно. О том дне, когда Итер с первой секунды был сражён до глубины души обворожительным благолепием и харизматичностью того, кого встретил.              - Вы правы, - услужливо взял на себя ответ Чжун Ли, - нашему знакомству поспособствовало ничто иное, как Церемония Вознесения Властелина Камня. Итер оказал мне немалое благоприятствование в ее организации, - и, конечно, медовые глаза неумолимо вернулись обратно на сжатую фигуру блондина, обводя ее с ног до головы.              “Ч-чего он вообще уставился? Как будто первый раз увидел”, судорожно подумал юноша, ощутив волну мурашек вдоль позвоночника.              Ах да. Инцидент.              Ну так и что, Итера теперь надо испепелить за это взглядом или как???              Однако его обескуражило нечто другое.              …А мурашки-то были приятными.              Следом выбила воздух из легких коварная мысль о том, что такое непрерывное внимание Моракса доставляло немного не тот дискомфорт, который подразумевают в обычном понимании этого слова…              А скорее напряженное предвкушение.              “Да чеРТ ПОБЕРИ Я ЖЕ НАСТУПАЮ НА ТЕ ЖЕ ГРАБЛИ!..”.              А желтые глаза всё смотрели, пристально так, словно отлично знали всю подноготную Итера, всю палитру постыдных плотских желаний, и теперь просто испытывали его на прочность, ожидая, когда он сорвется.              - Прошу прощения за легкую задержку, господа, - вдруг вмешался третий голос, и Итеру стоило космических усилий, чтобы не кинуться радостно к улыбчивому Кэйе, спрятавшись у него за спиной. - Полагаю, все уже готовы?              Дилюк, точно по щелчку, помрачнел и, издав какой-то невнятный угрюмый звук, отдаленно напоминавший согласие, демонстративно уставился куда-то в бескрайние поля, что расстилались за мостом.              - Вестимо, - отозвался Чжун Ли, не спуская глаз с Итера, который был абсолютно потерян во внутренних распрях.              - Итер, ты всё ещё хочешь попробовать нас телепортировать? - обратился к нему Кэйа.              - Аэ-э да, конечно!.. - сориентировался блондин, вовремя вырвавшись из раздумий. - Просто подойдите ко мне и возьмитесь за меня. И не волнуйтесь, если у вас будет головокружение после переноса, это нормально, - с утешающей улыбкой добавил он.              Кэйа и Дилюк встали по бокам от Итера, сделав, как было сказано, и юноша закрыл глаза, ментально выбирая нужную статую поближе к деревни Цинцэ.              Но неожиданно на его спину, между лопаток, легла еще одна ладонь, широкая и сильная, и путешественник ощутил, как два пальца скользнули ему под ворот шарфа, поперек изгиба шеи, дразняще-легонько надавив на нее.              "ЧТО…"              Итер крупно вздрогнул и чуть не подскочил, но вместо этого подскочила и дернулась карта статуй в голове и…              - …Где это мы?..              Светловолосый парень испуганно оглянулся - и с упавшим сердцем осознал, что телепортировал их не туда. Даже наоборот отдалил от цели, учитывая раскиданные по округе древние руины.              - Эаэа, черт, кхм, и-извините, это вышло случайно!.. - протараторил Итер, поперхнувшись слюной, потому что в горле резко пересохло от пальцев на шее, которые некто еще не торопился убирать. - Я-я попробую сейчас еще раз!..              Итер приложил все усилия, чтобы ускорить процесс, однако вдруг понял, что не может даже толком настроиться на искомый телепорт.              К тому же, его одолело такое жуткое головокружение, что он пошатнулся и вероятно бы упал, если бы не крепкие руки, которые придержали его с разных сторон.              — Итер? Что случилось??? — взволнованный голос слева с лёгкой красивой хрипотцой — Кэйа.              — Ты в порядке??? — более ровный и грубый, но со своей нотой озабоченности голос справа — Дилюк.              А сзади… тишина.              Итер открыл глаза и окинул друзей таким же тревожным взглядом.              — Я-я… извините, просто… агх… — мир резко завертелся с удвоенной скоростью, заставив его зажмуриться и приложить ладонь к переносице. — …Я сбился при первой телепортации, а для второй мне не хватает энергии и… теперь у меня сильно кружится голова…              К помутнению сознания прибавилась тошнота, и юноша совсем обмяк в хватке парней. Те осторожно усадили его на ближайший валун, продолжая суетится:              — Мы можем как-то помочь? — спрашивал Кэйа, присев на корточки, и пытливо заглядывал в сморщенное лицо блондина.              — Тебе дать воды? — склонившись, предлагал Дилюк следом за бывшим братом, всё также придерживая Итера за плечо.              — У тебя последние извилины потерялись во время переноса, что ли? Какая вода, мы имеем дело с магическими побочными эффектами, — съязвил Кэйа, осуждающе хмурясь на красноволосого парня. — Может, предложишь ещё чай с ромашками?              — Раз ты такой умный, давай, предложи что-нибудь получше, — процедил Дилюк, смерив его идентично враждебным взором.              — Уж я-то что-то, да придумаю, можешь в этом не сомневаться, у меня интеллект не приравнивается к мышиному, — высокомерно парировал Кэйа.              — Способность говорить ещё не признак интеллекта, — фыркнул Дилюк.              Слушая зародившуюся перебранку, в сознании позабытого Итера настойчиво мигала мысль о том, что их надо остановить, но за прошедшие пару минут ему стало так плохо, что не хватало сил даже выдавить малейшего словечка, и он мог лишь молча сидеть, изможденно навалившись лбом на руку, локтем которой он упирался в колено, с надеждой, что его не вырубит совсем, пока они спорят.              “Жаль, что Паймон сейчас нет…”, промелькнула тоскливая мысль, “уж она бы их быстро образумила…”              Внезапно разногласия прервались, и одновременно с этим на Итера легла длинная широкая тень. Ощутив это, путешественник нерешительно опустил ладонь - и тут же увидел хорошо знакомую черную руку с золотым перстнем, что милосердно протягивала ему некий флакончик (правда, картинка немного двоилась из-за головокружения).              - Выпей, - поступил краткий приказ сверху, который против воли вызвал волнительную дрожь в теле Итера и неровный скачок в забившемся сердце.              Он покорно принял выданное зелье, не осмеливаясь взглянуть выше, в янтарные глаза. Парень откупорил пробку и с интересом повертел флакончик, разглядывая переливающуюся перламутровую жидкость внутри.              — Это — эссенция прыти. Средство, как известно, знатно споспешествующее формировании энергии, — безэмоционально растолковал Чжун Ли. — Действует в течении нескольких минут, однако для полного восстановления трансцендентных сил потребуется около трёх часов.              Итер неосознанно сжал флакончик сильнее и наклонил голову так, чтобы челка скрывала его глаза. Он чувствовал себя чрезмерно уязвимым, чувствовал, что если покажет глаза — то Моракс в два счета раскусит всю болезненную нежность и искрящуюся благодарность, которые переполняли сердце парня вопреки недавним тягостным страданиям из-за него же.              Безумие. Иначе не описать то, как его душу сейчас раздирали теплые, но в то же время колкие чувства. Итер уже и понятия не имел, что испытывал, что должен испытывать, а что — нет. Клубок, который он еле разобрал немногим ранее, запутался в нем снова, но в этот раз так туго, что распутать его он больше не сможет никогда.              А что до его очередной неестественно бурной реакции… Что ж, Итер уже понял, что Властелин Камня сводит его с ума.              — …С-спасибо… — пролепетал он, вкладывая последние силы, чтобы не разныться от какофонии эмоций, что возгорали в груди.              — Не сто́ит благодарности. Ты безвозмездно спас мне жизнь, и сие есть меньшее, чем я могу воздать тебе за столь благородное деяние, — был ему апатичный ответ, и зашуршавшая после трава послужила сигналом того, что мужчина отошёл от него.              Итер, слишком абстрагированый от реальности, чтобы заметить новую напряжённую тишину, одним махом выпил всё зелье и убрал пустой флакон в карман. Неспокойный желудок мгновенно взбунтовал, и ему уже начало казаться, что его вот-вот стошнит, но спустя минуту самочувствие путешественника действительно начало шаг за шагом возвращаться к норме, и, к счастью, обошлось без рвоты.              - Прости нас, Итер, - вдруг произнес Кэйа с искренне раскаивающимся выражением лица. Вместо того, чтобы сидеть на корточках, он уже успел подняться в полный рост. - Мы пали рабами наших распрей и совсем забыли про тебя. Такое поведение отнюдь не подобает рыцарям Ордо Фавониус.              И Дилюк, несмотря на то, что краешек его губ дернулся в неприязне от того, как его назвали рыцарем, поддержал капитана:              - Да, прими наши глубочайшие извинения, друг.              Итер обвел парней взглядом, и не мог не усмехнуться от их виноватого вида, которым обычно обладали напакостившие дети. Что ж, но они по сути и повели себя, словно дети, и только ответственный Чжун Ли повел себя, как подобает взрослому мужчине его статуса — невозмутимо и рационально.              - Ничего, бывает, - успокоил их Итер, пытаясь всем существом показать свое простодушное отношение.              — Благодарю, твоя доброта не знает границ, — засиял в кои-то веки настоящей, не фальшивой улыбкой Кэйа, и Итеру померещилось, будто Дилюк посмотрел на капитана буквально на пару секунд дольше необходимого, после чего безразлично уставился в жёлтую траву.              Наигранно-безразлично. И, возможно, как-то торопливо.              "Чего это он?.."              — …Эта эссенция помогает? — как-то неестественно резко даже для него, осведомился холостяк.              — Да, мне уже лучше, — мягко кивнул Итер, чтобы утихающее головокружение не возросло обратно.              — Тогда нам сто́ит сказать отдельное спасибо господину Чжун Ли, — посреди фразы Кэйа повернулся к темному силуэту, что безмятежно стоял в нескольких метрах спиной к компании.              Как и рассчитывалось, Моракс отреагировал на его упоминание, тоже развернувшись, из-за чего его длинный хвост грациозно взметнулся.              — Право, не сто́ит, — повторил он, как заезженная пластинка. — Имей вы при себе данную эссенцию, вы бы поступили равным образом.              В течении следующей минуты Кэйа просто внимательно анализирует постное лицо Архонта, пока под конец не усмехается:              — Верится мне, я вижу, чем Вы завоевали симпатию моего друга, — с каким-то лукавым огоньком понимания в единственном глазе.              Сердце Итера пропустило удар.              "О какой конкретно симпатии идёт речь???", почему-то запаниковал он, ощущая прилив жара к ушам. "Неужели, он и меня уже раскусил в моих чувствах??...", подумал юноша, вспомнив, как Кэйа разоблачил Венти, не колеблясь ни секунды.              — Для меня тоже было бы честью иметь в приятелях такую импозантную добросовестную персону, как Вы, и я надеюсь, что сумею добиться Вашего расположения, — завершил свою красную речь капитан, и Итер выдохнул — вроде бы, Кэйа ничего такого не имел в виду и лишь выразил таким витиеватым образом собственную благосклонность к Чжун Ли, которая решительно росла ввысь.              Итер, конечно, порадовался этому. Как и предсказывалось, Кэйю ничуть не оттолкнула отчужденность бывшего Архонта и он, сумев проникнуть проницательным взором глубже, разглядел в нем порядочного, интересного, хорошего человека.              А может, уже и разглядел в нем что-то ещё.              — Нет необходимости в завоевании моего расположения, зане Вы и господин Рагнвиндр итак им владеете. Друг моего друга — и мой друг в том числе, — в своем вежливом, но бесстрастном репертуаре пробасил Моракс, приблизившись.              — Что лишь подчеркивает мою точку зрения, — элегантная улыбка Кэйи вдруг приобрела какой-то хитрый оттенок, из-за чего Итер обескуражено сложил брови домиком. — Я рад, что судьба свела нас, господин Чжун Ли.              — Взаимно, — прикрыл глаза консультант, что на его языке жестов действительно равнялось неподдельному благоволению.              — Извиняюсь, что прерываю обмен любезностями, однако нам нужно решить, каковы наши дальнейшие действия, — вкрадчиво напомнил об их проблеме Дилюк, который как будто выглядел уязвленным, хотя Итер не мог определить, что именно давало такое впечатление.              — Что ж, раз уж на то пошло, нам необходимо сперва понять, где мы находимся, — иронично хмыкнул Кэйа, в один миг сменив милость на пренебрежительность.              На эту реплику Дилюк не нашел возражений, поэтому лишь угрюмо скрестил руки, оценивая обстановку. Итер последовал его примеру, изучив окрестности. Самым примечательным определенно были полузатопленные руины замка неподалеку…              Ох. Ох черт.              — Долина Тяньцю, — озвучил осознание юноши Чжун Ли, проходясь задумчивым взглядом по торчащим обломкам. — Странствие отсюда до деревни Цинцэ двумя часами превышает время, еже занял бы путь из Мондштадта.              Стыд, удушающий и противный, опутал Итера с ног до головы. Он немедленно спрятал розовое лицо в ладонях, готовый убить себя за такую оплошность.              — Архонты, простите меня!.. — в сердцах простонал путешественник сквозь руки.              — Не переживай, друг мой, все мы иногда совершаем ошибки, — утешающе потрепал его по пшеничной макушке Кэйа.              — Да, ты не таишь на нас обиды — и мы не посмеем таить на тебя, — поддержал Дилюк, наверное, с максимальным дружелюбием, на которое был способен.              Итер открыл лицо, чтобы передать всю свою признательность через робкую обезоруживающую улыбку.              — Присоединяясь к словам наших спутников, изволю добавить, что по истечению трёх часов ты можешь попробовать применить пространственную магию вновь, — пророкотал Моракс, скучающе наблюдая за парнями.              — А… да, точно!.. — хлопнул себя по лбу путешественник, неловко посмеявшись. Что-то у него мозги сегодня совсем набекрень, и тормозит он не по-детски, совершая один косяк за другим.              Как бы ни хотелось свалить всю вину за свою рассеянность на одного очень воспитанного, доброго джентльмена, Итер всё же тоже приложил к этому руку. Ведь будь он мастером самодисциплины подобно Чжун Ли, ничего бы из этого царства стыда не было и в помине.               - Тогда, если Итер в состоянии идти, предлагаю пока идти туда на своих двух. Мы же не знаем наверняка, хватит ли Итеру энергии для другого переноса, - поделился мнением Дилюк.              - Я уже могу идти, всё в порядке, - убедил их путешественник и соскочил с булыжника, - но вот насчет переноса… с этим не могу быть уверенным… - в смятении почесав голову. - Кхм, короче, как бы там ни было, чем ближе находиться цель, тем проще мне будет телепортироваться к ней, так что я разделяю твою идею, Дилюк, - и одобрительно улыбнулся, чем немного расслабил извечно настороженного парня.              - Меня также устраивает такой расклад, - пожал плечами Кэйа.              — В онном случае, аще не снищите прекословий вы, позвольте мне взять на себя ответственность вашего путеводителя в землях сих, — подал бархатный голос Моракс.              — Ха-ха-ха, нет, напротив, мы будем лишь признательны, — усмехнулся Кэйа, уперев одну руку в бок, и на его лицо вернулось заинтригованное выражение.              Итер прекрасно понимал, чем оно было обусловлено. Харизма мужчины притягивала на абсолютно бессознательном уровне, а его загадочность подливала ещё больше интереса. И лишь у Дилюка, похоже, имелся к этому иммунитет.              В то время, как у Итера наоборот — повышенная уязвимость.              — Благодарю за доверие. Тогда попрошу следовать за мной, — поманил их Властелин Камня.              Именно так и образовалась их нынешняя процессия — впереди прогулочным шагом шествовал Чжун Ли с неотвязным Желтком, за ним бодро ступал Кэйа, третьим телепался Итер, который немного приумножил свои возможности и на самом деле ещё справлялся с остатками приступа, и замыкал отряд Дилюк, что бдительно зыркал по сторонам, готовый в любой момент подать сигнал при малейшей опасности.              Такой порядок, правда, сохранялся недолго — совсем скоро любопытство Кэйи взяло над ним верх и он примагнитился к Мораксу.              — Насколько я понимаю, Вы, господин Чжун Ли, ценитель вина? — непринужденно начал капитан кавалерии с отточенной до совершенства располагающей улыбкой, идя в наступление, и стало ясно — специалист по мелочному разговору попал в свою среду.              Итер закатил глаза и практически услышал, как Дилюк за спиной скопировал его жест. Конечно, из всех тем Кэйа выбрал именно эту.              — Сие есть истина, — поступило хладнокровное подтверждение.              — Что ж, не могли бы Вы тогда поведать, какое вино любите?              Итер чудесно знал ответ еще до того, как его озвучили.              - Испокон веков я отдавал особое предпочтение вину из одуванчиков. Его изысканной многогранной текстуре и душистому флёрному вкусу нет эквивалента среди иных алкогольных напитков.              — Хах, а я в Вас не ошибся. Превосходный выбор, — одобрительно закивал Кэйа, ухмыльнувшись от уха до уха. — А доводилось ли Вам пробовать коктейль "Полуденная смерть"?              — Хм-м… полагаю, нет, — качнул головой Гео Архонт.              — О-о-о, друг мой, Вы теряете очень многое! Вы непременно должны отведать его, когда вернётесь в Мондштадт!              Кэйа с энтузиазмом пустился в подробное описание достоинств этого коктейля, а после и прочих винных изделий. Чжун Ли, будучи всесторонне развитым и обладающий обширными познаниями во всех возможных областях, разумеется, без проблем поддерживал беседу, то и дело дополняя ее информацией, которая была новой даже для Кэйи.              Итер тоже был бы очень не прочь втянуться в их диалог, но, к сожалению, никогда не увлекался алкоголем и оттого никак не мог внести свою лепту в разговор. Это почему-то весьма досаждало юношу, и что-то внутри него просто не находило себе места от вида того, как Моракс вовлечён в общение с кем-то, кроме Итера, словно совсем позабыв его. Да и в целом его отношение к путешественнику набралось отстранённости.              Однако, что ж, ничего удивительного, учитывая то, что Итер выкинул сегодня утром. Более того, он легко предвидел такое развитие событий, так что, по идее, не должен этому удивляться.              Но понятие "должен" иногда идёт вразрез с реальностью.              Горечь и уныние снова взвились в душе парня, начиная подзывать те темные мысли, что сидели в засаде, ожидая, когда ментальный барьер Итера ослабнет. Шипастый клубок начал опасно скручиваться, стягивая плетями диафрагму, и последующие удары сердца стали невероятно болезненными. Ощутив, что душевные раны открываются вновь, грозясь затопить его новой волной терзающей боли, Итер испугался и принялся впопыхах искать какое-то отвлечение.              Сзади него не менее мрачно с нажимом выдохнули через нос, судя по всему борясь с раздражением.              Итер так и просиял. Точно! Дилюк! Он, правда, был не самой лучшей кандидатурой для бессмысленных диалогов, поскольку терпеть их не мог, но Итеру сейчас просто необходимо за что-то зацепиться. И откуда-то у него было такое ощущение, что Дилюк впервые тоже испытывает малейшую потребность в подобного рода разговоре.              Парень, как бы невзначай, поравнялся с винодельным магнатом.              — Хэй, как дела на винокурне? — адресовал ему путешественник, вскинув голову.              Он не блистал коммуникативными навыками, как Кэйа, но тоже кое-что умел. Например, улыбаться так мило, что проигнорировать его сочли бы за кощунство. Даже если его собеседник ненавидит пустую болтовню.              — Было бы прекрасно, если бы не эпидемия ос, которая особенно сильно разразилась в этом сезоне, — с готовностью отозвался Дилюк, и угрюмая атмосфера вокруг него немного осветилась. Похоже, общество Итера было для него достаточно комфортным, и с ним он даже не противился поговорить на отвлеченные темы, что очень польстило парню и придало ему смелости.              — Осы? Они едят виноград?              — Да, они пожирают его плоды, как вне себя. Я и мои слуги используем против них все существующие методы, но ни один из них пока не идеален.              — Ты пробовал обратиться за помощью к Сахарозе или Альбедо? — предложил Итер, жалея, что и в этой стези не владел особыми познаниями, и меж тем старался мысленно заглушить голоса впереди, которые продолжали жалить его сердце.              Особенно один глубокий размеренный бас, что содрогал своим бархатным звучанием всё естество.              — Да, к Сахарозе, но она ещё работает над этим. Однако я не жалуюсь, я прекрасно понимаю, что у алхимика ее уровня есть задачи куда важнее, — спокойно рассказал Дилюк, поправив перчатки.              — Ничего, я уверен, что она что-нибудь придумает. Она невероятно талантливая и интеллектуально одаренная. Представь себе, ей удалось создать средство, которое моментально закрывает любые раны! — и на мгновенно повысившийся интерес Дилюка Итер поделился историей того, как это выяснилось.              — Поразительно… Никогда бы не подумал, что слизь слайма может принести такую пользу, — неверяще прищурился Полуночный герой.              — Да, мы сами были шокированы, — кивнул Итер, перебирая в голове другие зацепки для диалога, поскольку предчувствовал очередную смущающую паузу.              О чем таком можно было бы разглагольствовать на протяжении приличного времени? Какая тема могла бы всецело занять его ум и не принуждать немногословного Дилюка к частым комментариям, но держать его интерес?              Итер нашел ответ на вопрос в колыхании своего белого шарфа, который он носил в память об одном друге из далёкой вселенной.              Прошлое. Девятьсот лет неповторимых непрерывных событий, что накапливались день за днём на плечах юноши, не разглашенные, но и не забытые. По правде говоря, он и не помнил уже, когда в последний раз бередил прошлое. А ведь воспоминания о нем никуда не девались — оседали на душе неразделенными переживаниями, которые, может, и не надрывали сердце, как нынешние эмоции, но тем не менее давали о себе знать. Итер не собирался пока совсем уж откровенничать с Дилюком, но некоторыми занятными эпизодами из жизни поделится с радостью.              — Я рассказывал о том, как я с Люмин попал в мир, где каждому была предначертана своя вторая половинка, без которой человек физически не мог жить? — начал издалека парень и загадочно улыбнулся, прекрасно зная, что ни разу и ни с кем это не обсуждал.              Итер обратил заискивающий взгляд на Дилюка — и увидел на дне рубиновых омутов искру скептического, но любопытства.              Зацепка сработала.       

      ***************

      Итер так увлекся своими историями, что действительно смог вытеснить из мыслей назойливые голоса Кэйи и Чжун Ли. Особенно было приятно то, что Дилюк оказался идеальным слушателем — он рачительно внимал ему, не перебивая, но и не был слишком молчаливым, изредка задавая уточняющие вопросы, чтобы показывать свой интерес.              Больше всего Дилюка, как ни странно, впечатлил рассказ про мир с соулмейтами. Его, приверженца свободы и независимости, откровенно ужаснул принцип работы соулмейтовой связи, и он не отпустил этой темы даже под конец их беседы, спустя десяток различных повестей:              — Всё же тот мир с соулмейтами просто… кошмарен, — на редкость эмоционально говорил Дилюк, морщась так, словно испытывал мигрень. — С рождения быть скованным капризной волей судьбы, быть абсолютно лишенным свободы выбора и помимо того ещё и не иметь шанса физически функционировать порознь с предначертанным… Даже вообразить страшно, — покачал он головой. — К примеру, попался бы тебе кто-то, кого ты терпеть не можешь и презираешь всем нутром — что тогда? — Полуночный герой устремил пламенный взгляд куда-то вперёд, и Итер, проследив за ним, не без иронии понял, что он смотрел на беспечного Кэйю.              Дилюк подразумевал себя и… Кэйю???              — Нет, — сам ответив на свой же вопрос, непреклонно мотнул он алой макушкой во второй раз, и огонь в его глазах воспылал мрачной решительностью. — Я бы скорее собственноручно прикончил себя, чем стал бы терпеть его рожу каждый день.              В воздухе повисла короткая грузная пауза, отражающая непоколебимость последних слов.              А потом…              — Пфа-ха-ха-ха-а!.. — неприлично резко прыснул Итер, хватаясь за живот, хотя, по факту, ничего смешного тут не было, и стоило бы наоборот поволноваться насчёт того, какую огромную неприязнь питал Дилюк к бывшему брату.              Молодой холостяк, видимо, как раз так и подумал, если его недоуменный темный взор о чем-то говорил.              — И-извини, — выдохнув остатки смеха, сказал Итер, но весёлая улыбка на его губах твердила обратное. — Просто… кхм, мне кажется, у тебя слишком… категоричный и пессимистический настрой. Я думаю, вы бы рано или поздно помирились, да и к тому же, прикосновения соулмейта в том мире против воли доставляли особое удовольствие, — юноша лукаво приподнял брови в преддверии той реакции, которую сейчас получит.              Реальность превзошла все его ожидания. Итер так от самого кислого лимона не кривится, как сейчас скривился бедный Дилюк, издав странный приглушенный звук чрезвычайного отвращения.              — Попрошу больше не затрагивать эту тему, — выдавил он едва ли не болезненно.              — Ха-ха-ха, прости ещё раз, — беззлобно усмехнулся Итер, извиняюще сжав его плечо. Выводить на эмоции такого стойкого и бесстрастного человека, как Дилюка, было забавно, поэтому он отчасти понимал Кэйю в этом плане. — Больше не буду.              Дилюк испустил вымученный вздох, однако не раздул из мухи слона.              — Итер, скажи, не будешь ли ты так добр поделиться со мной водой? — вместо этого спросил он и закатил рукава рубашки до локтей, обнажая аристократическую бледную, но покрытую рубцами множественных шрамов кожу. Чёрное пальто уже давно висело у него на изгибе руки.              Итер полностью разделял его положение и прекрасно понимал, чем объяснялась просьба. Солнце сейчас стояло в зените и нещадно жарило тех, кто не прятался под защитой тени. Гуляющий ветер, который в Мондштадте сбивал высокую температуру, здесь отсутствовал. Итер и сам уже истекал по́том при том, что был одет в относительно лёгкие воздушные вещи.              А вот насчёт многослойных костюмов Дилюка и Чжун Ли ничего не скажешь. Впрочем, Властелина Камня жара никак не тревожила, и было неизвестно — то ли тут замешаны его божественные силы, то ли он так искусно скрывал дискомфорт. Кэйе же попросту посчастливилось быть владельцем Крио Глаза и потому палящее солнце ему было нипочём.              — Хочешь, помогу тебе охладиться? — вместо Итера ответил Дилюку Кэйа с фирменной ухмылкой, услышав часть их разговора, и вокруг его приподнятой руки шаловливо закружились снежинки, когда он повернул к ним голову.              — Только попробуй, — процедил Дилюк, буквально сжигая взглядом частички крио.              — А зря, ты не знаешь, от чего отказываешься. Крио спасает от жары лучше любой воды, — протянул с нарочитым сожалением Кэйа и плавно взмахнул пальцами, отправляя созданные снежинки в свободный полет.              Одна из них по весьма неслучайной случайности полетела прямо в лицо Дилюка, но тот ловко перехватил ее перед носом и грозно растопил.              Вторая же снежинка взяла траекторию на Итера, и тот тоже поймал ее, но в отличии от Полуночного героя приложил к щеке, щурясь от блаженного холода. К сожалению, он, как и снежинка, быстро пропал.              — Не сердись, я сейчас достану воду, — обратился юноша к хмурому Дилюку и выудил из магического мешочка флягу.              Итера, однако, ждало небольшое разочарование — вода в ней почти закончилась, поскольку большую часть он выпил вчера с Чжун Ли, а новую пока не набрал.              — Эм… извини, тут совсем чуть-чуть осталось… — виновато пробормотал путешественник, передавая флягу.              — Ничего существенного, мне хватит и этого, благодарю, — несмотря на то, что Дилюк смог сделать всего два глотка.              — Здесь неподалеку протекает источник, сформированный горными водами, что очищены путем естественной фильтрации и, более того, обогащены полезными минеральными компонентами, — проинформировал Чжун Ли. — Можем свернуть к нему.              — О, было бы хорошо, — кивнул Итер. — Мало ли, когда ещё нам выпадет возможность пополнить запасы воды.              Чжун Ли, естественно, не соврал: горный источник встретился им спустя десять минут, пробивающийся откуда-то сверху промеж грубых скал, падающий стремительным потоком вниз и уходящий дальше под землю, но перед этим создавал живописное озеро. Свежесть тут прямо витала в воздухе и оседала на коже приятной прохладной влагой, снимая тяжкие знойные плети жары.              — Святые Архонты, как же хорошо! — воскликнул Итер, готовый захлопать от восторга в ладоши, как пятилетний ребенок.              — Да, здесь и вправду прекрасно, — Кэйа с наслаждением вдохнул сырой воздух полной грудью, освежая лёгкие.              Итер был настолько рад долгожданной прохладе, что даже ворочавшаяся всю дорогу душевная смута отступила на задний план. Он больше не смел терять времени — парень резво разулся, снял шарф с перчатками, закатал штаны и опрометью, как мог, чтобы не поскользнуться на мокрых камнях, кинулся в озеро, распугав лягушек и цапель. Вода здесь доходила максимум до колен и, на самом деле, была довольно холодной — особенно для разгоряченного тела, — однако Итер и не думал уходить. Он обливал руки, шею, живот, лицо, разбавляя шум водопада своим заливистым смехом, и получал огромное удовольствие от того, как живительная вода очищала его кожу от пыли и пота, отчего возникало чувство, будто он заново родился.              — Хэ-эй, заходите, освежитесь! — позвал Итер замерших у берега друзей, солнечно улыбаясь.              — Хм, выглядит хорошо, — повел плечом Кэйа с тонкой улыбкой, буквально дополняя: "Почему бы и нет?".              — Я бы на вашем месте не терял бдительности, — предупредил Дилюк, как всегда рассуждая трезво и оставаясь начеку.              Ответом ему послужил глухой стук снятых ботинок о жесткие камни.              — Порой, господин Дилюк, чрезмерное занудство может незаметно, но сильно истощать, не давая перевести дух, и тем самым сказывается на рефлексах ещё хуже, чем краткая передышка, — не упустил возможности поддеть Кэйа и, не глядя на стиснувшего зубы Дилюка, ступил в водную гладь.              — В его словах есть истина, — наблюдая за быстротечным темпом ручья, задумчиво обронил Чжун Ли, чем привлек внимание негодующего Дилюка. — Однако я, пожалуй, воздержусь.              Молодой холостяк тяжело выдохнул, видимо выпустив вместе с этим весь пар.              — Расслабляться надо в пределах разумного и тогда, когда к этому располагает обстановка, — уже ровным безучастным тоном изрёк он, не переставая искать в окрестностях признаки непорядка.              — Сие также верно, — кивнул Властелин Камня. — Золотая середина, как известно, должна соблюдаться во всём.              Меж тем, Кэйа тоже довольно прищурился, когда почувствовал, как холодная вода щекочет его щиколотки. Он хотел подойти к Итеру, но его зоркий глаз неожиданно поймал среди камней под ногами неестественно-золотые блики. Капитан нагнулся и распознал в клубке скопившегося мха цепочку. Он потянул ее на себя, но та неплохо запуталась в водорослях, и Кэйа задействовал вторую руку.              …Чтобы внезапно обнаружить себя скованным в ледяной корке.              — Какого…? — Кэйа рефлекторно дернулся в попытке высвободиться, однако быстро уяснил, что не только руки, но и его ноги были намертво заморожены в озере.              — Крио маг Бездны! — прогремел возглас сзади, и в ту же секунду капитан рьяно вскинул голову, обнаруживая врага всего в паре метров, что до этого удачно скрывался за высоким валуном посреди источника.              Итер, будучи к непутевому другу ближе всех, не мешкая, рванул его спасать.              Но не успел он и меча вытащить, как прямо за его спиной с характерным звуком словно бы из ниоткуда возник второй маг Бездны…              И Итер застыл ледяной статуей в движении, покрывшись жгуче-морозным панцирем по самую шею, поскольку ранее щедро омыл всё тело водой.              "...Какой же я идиот…"              Парень попытался расшатать лёд изнутри, но маг Бездны призвал морозный туман и тот мгновенно устранял любые образовавшиеся трещины.              Его усилия прервал искаженный злобный смех. Итер, зарегистрировав на периферии зрения движение, повернул голову и увидел, как в него летит град острейших сосулек.              Однако те с оглушительным звоном разбились о знакомый гео щит, который появился вокруг блондина как нельзя вовремя.              Итер испустил шаткий вздох, что неосознанно задержал. Он благодарно посмотрел на берег, где уже вовсю сверкал огненными вспышками яростный Дилюк, и инстинктивно выискивал там дорогого сердцу человека в строгом коричневом пальто.              Этот самый индивидуум, к слову, позаботился и о других членах команды, наделив всех непробиваемой защитой.              — Помогите Итеру со вторым магом, а я разберусь с онным, — попросил Чжун Ли так безразлично, как будто предвидел данный поворот событий, когда Дилюк пробил крио барьер первого мага.              — Хорошо, — согласился тот, поскольку консультанту потребовалось бы гораздо больше времени, чтобы снять крио щит с другого врага.              Дилюк ринулся к Итеру, стоявшему неподалеку, однако предусмотрительно остановился перед областью, покрытой морозящим туманом. Он принял боевую стойку, замахнулся мощным клеймором, зарядил его пиро энергией и сделал рубящий жест, высвобождая стихию в олицетворении огненного феникса. Итер уже испугался, что его сейчас неслабо поджарит, но Дилюк просчитал и это — задал траекторию полета так, чтобы птица лишь кончиком крыла чиркнула его. Оказанного на Итера жара было мало для ожога, но как раз достаточно для освобождения юноши из крио ловушки.              От неожиданности путешественник упал на колени, правда затем быстро подвелся обратно. Тем не менее, его помощь не потребовалась — Дилюк перед ним резво атаковал мага Бездна, попутно разгоняя туман пиро мечом, и спустя пару мгновений соперник без труда был повержен.              Тогда Итер перевел фокус на Чжун Ли — и застал его совершающим финальный удар копьём в центр груди мага. Тот немощно вякнул и обмяк, окрашивая кристально-чистые воды в чернильно-синие тона.              Практически не отдавая отчёта своим действиям, Итер подбежал к мужчине.              — Чжун Ли, ты в порядке??? — задал он весьма и весьма тупой вопрос, поскольку мало того, что на Мораксе был щит и он сам по себе был одним из самых искусных воинов в истории Тейвата, так ещё и сражался против ослабленного противника. Вон, тот же Кэйа был подвержен опасности гораздо больше, чем Архонт, и напрашивался на этот вопрос сильнее.              Осознав это, Итер мысленно ругнулся. Очередное пагубное влияние влюбленности — иррационализм, импульсивность и спонтанность. Хорошо хоть смог подавить порывистое желание участливо взять Чжун Ли за предплечье. А ведь до этого думал, что даже рядом находится с ним не сможет после инцидента.              Что ж, у его сердца, похоже, свои планы на этот счёт. Ему уже было плевать, что Моракс утром бездушно пронзил его подобно тому, как пронзил копьем мага Бездны только что — оно стремилось снова посвятить всего себя бывшему Архонту, как ни в чем не бывало, и диктовало Итеру свои прихоти, незаметно, но безотказно заставляя плясать под свою дудку…              Объект размышлений Итера безжалостно достал копьё из трупа и снял со всех щиты.              — Я в полной сохранности, — пробасил он и опустил медовые глаза на замершего парня, равнодушно осматривая. — Что касательно тебя?              — Я, эм, т-тоже. Всего лишь замёрз нем… э-э, слегка, — запнулся блондин, столкнувшись взглядами с Чжун Ли — его янтарные омуты всё так же отталкивали нечеловеческим хладнокровием, и в голову ворвались воспоминания об инциденте, когда Итера окинули эквивалентным пустым взором. Грудь сразу отозвалась воющей болью.              "Ну что, доволен???", мрачно спросил себя Итер, потому что за один бой ничего не могло поменяться, и почему у него внутри вдруг воскресла былая надежда, он искренне не понимал. А ещё до чёртиков злился, так как снова пошел против плана не потакать своим чувствам.              Пауза, что застыла между ними, была прервана плеском воды, которую рассекали чьи-то размеренные шаги.              — Что ты там молвил про занудство, сэр Кэйа?.. — пронесся комментарий, так и сочащийся едким сарказмом.              Итер мгновенно распознал грубоватый тон Дилюка и, переключив внимание на него, увидел, как он остановился за Кэйей.              — Может, гх, поможешь?! — гневно вздернув голову и оглянувшись назад, прошипел капитан кавалерии.              …Который, к превеликому изумлению Итера, все ещё стоял согнутый пополам из-за ледяных оков, достигающих локтей и колен, в крайне смехотворной и… откровенной позе.              — Хм-м, по-моему, тебе итак хорошо, — с наигранной задумчивостью протянул Дилюк и слегка склонил голову набок, будто бы придирчиво оценивая положение Кэйи — и явно наслаждаясь ситуацией по полной, поскольку сама судьба проучила капитана за извечное зазнайство.              Кэйа же в этот момент резко осознал то, как предстает со стороны, судя по розовому румянцу, что вспыхнул даже сквозь загар.              "Ну надо же, впервые вижу, чтобы Кэйа краснел", промелькнула мысль у Итера, который грозился вот-вот разразиться смехом. Эти двое были просто… неповторимы.              — Я заклинаю тебя…              — О, нет-нет, давай, расскажи мне ещё про мое занудство, я весь во внимании, — издевался дальше Дилюк, и уголок его губ приподнялся, образуя одностороннюю ухмылку. — Ведь что, как не твоя безграничная мудрость, могло привести тебя в данное положение?              Итер прикрыл ладонью рот, заглушая первые смешки, пока Кэйа пыхтел теперь уже в силу раздражения.              — Значит, это так-то наш отец обучил тебя манерам?!..              И по исказившейся гримасе Дилюка, вокруг которого разве что не воспламенился реальный огонь, сразу стало ясно, что Кэйа явно сболтнул лишнего.              "Тем не менее, настоящего огня действительно стоило бы побояться", пронеслась паническая мысль, когда Итер увидел сжавшиеся по бокам Дилюка кулаки и, возможно, это его фантазия, но ему будто послышался треск возникающего огня, как в костре…              Похоже в этот раз Итеру просто необходимо вмешаться.              — Да как ты смеешь…              — Так-так-так, ребята, э-эм, давайте не будем накалять обстановку!.. — подскочил блондин, примирительно поднимая руки и прикрывая за собой Кэйю. — Пожалуйста, Дилюк, он… просто сказал, не подумав, так ведь, Кэйа? — протараторил Итер, многозначительно поглядев на капитана. Когда тот продолжил молча хмурится, юноша настойчиво пихнул его в бедро, надеясь так точно передать ему посыл.              — АЙгх, да, — неохотно поддакнул Кэйа, показательно отвернувшись, поскольку его гордость не позволяла сказать это в лицо.              Итер виновато улыбнулся за него, щенячьими глазами умоляя помиловать парня.              Дилюк презрительно прищурился и сморщил нос. Пусть это презрение и не было направлено непосредственно на Итера, тот всё равно напрягся каждой клеточкой своего тела, ожидая приговора. И несмотря на то, что он выглядел так, будто в любую секунду готов был сжечь Кэйю дотла, Дилюк выплюнул:              — Пусть научиться следить за своим паршивым языком, иначе в следующий раз ответит за сказанные слова по праву, — и развернулся, отправившись на берег за брошенным в спешке пальто. Поставив тем самым жирную точку в их разговоре.              Итер глубоко втянул через нос воздух, с грустью глядя ему в спину. Ссора сама по себе мерзкая и токсичная вещь, которую он ненавидит всеми фибрами души, а когда постоянные тёрки происходят ещё и между его друзьями… это, мягко говоря, огорчает донельзя.              — Эй, а помочь мне??? — вновь задёргался во льдах Кэйа с красным от крови лицом, что прилила к голове от некомфортного положения.              — Ой, сейчас, я…! — начал суетится Итер, но его прервал подошедший Чжун Ли, который одним метким и выверенным броском вонзил копьё как раз там, где нужно, чтобы расколоть лёд и в то же время не задеть Кэйю.              Последний моментально выпрямился, шумно выдохнув, и сделал круговые движения руками, разминая затекшую спину напару с плечами.              — Искренне благодарю Вас, господин Чжун Ли, — он картинно поклонился и сжал одну руку в кулак, посредством магии превращая остатки льда у щиколотки в белоснежную крошку. — К слову, копьё Вам к лицу, — изучив резное двухметровое орудие с золотым орнаментом, обольстительно улыбнулся Кэйа.              Пока Чжун Ли аскетично ответил ему на любезность и спрятал пику, Итер обнаружил на душе какой-то противный груз, что нагнал на него сильную печаль. Отыскав глазами Дилюка, который обособленно находился поодаль, всем видом отрицая существование Кэйи, неспокойное чувство заскреблось пуще.              Вина. Ведь если бы Итер не заигрался, как какой-то наивный мальчуган, то сражения бы не случилось, а вместе с ним и очередного повода для конфликта между Кэйей и Дилюком, которых хлебом не корми дай друг друга лишний раз зацепить за живое.              Уже когда они покинули озеро и шагнули на камни, Итер не выдержал:              — Извините меня, — произнес он поникшим голосом, стыдливо опустив подбородок, чтобы не видеть трёх обращённых на него взглядов, — н-на самом деле, это… я виноват, а не Кэйа. Это я позволил себе потерять бдительность и… ещё и вас подбил на это.              — Нет, Итер, здесь нет твоей вины, — безапелляционно мотнул головой Дилюк, который уже восстановил самообладание и привычно внушал флегматичное равнодушие. Он вздохнул и прикрыл веки. — Даже будучи настороже, я не смог их засечь ни на слух из-за шума водопада, ни зрительно из-за их укрытия.              — Именно, — поддержал Кэйа с непонятной интонацией, не то действительно соглашаясь, не то снова пытаясь как-то подколоть Дилюка. — К тому же, никто не пострадал. Во всяком случае, если не считать моего достоинства, — всё-таки не выстоял перед язвительностью Кэйа, метнув недовольный взор на винодела, который поспешил встретить его таким же хмурым предостерегающим взглядом, сверкнув алыми глазами:              — Не моя вина, что твоё мнимое достоинство страдает из-за твоей ветрености.              Итер, в свою очередь, устало накрыл глаза ладонью, ощущая, что чаша терпения понемногу начинает переполняться, а былая вина уступила место внезапному раздражению, приправленного разочарованием. Архонты, не прошло и пяти минут, как они опять взялись за старое. Они участвуют в конкурсе "Самый конфликтный дуэт Тейвата" или "Кто кого больше оскорбит за 10 минут" или что?!              — Джентльмены, попрошу Вас проявлять большее снисхождение друг к другу, — заговорил Чжун Ли, по очереди одарив Кэйю и Дилюка стальным непроницаемым взглядом. — Препирательства и разногласия в отряде могут сказаться на нашей продуктивности пренеприятнейшим образом. Ежели онное не прекратится, при всем уважении, мне не останется ничего иного, кроме как принять определенные меры.              Итер смотрел на постное лицо Чжун Ли и гадал, чувствуя ворочание восхищения в груди: как можно одновременно звучать и учтиво, и непреклонно, не пересекая пределы порядочности, но и четко показывая, где ее граница? Очередной искусный навык Моракса, который постигается только с течением многих столетий.              "Интересно, какие именно меры он имеет ввиду?", возник вопрос у Итера. "То, что он попросит их покинуть отряд или что-то… похуже?.."              — Хм, что ж, не могу сказать, что Ваше заявление лишено справедливости и рациональности, — медленно промолвил Кэйа, в задумчивости сложив руки на груди.              — Господину Чжун Ли, в отличии от тебя, знакомо понятие "рациональность", — вставил циничный комментарий Дилюк.              И конечно, конечно же, Кэйа не мог так просто пропустить это мимо ушей.              — Знаешь, в сравнении с…              — О боги, вы снова это начинаете, — отчаянно простонал Итер, стиснув пальцами переносицу. Даже его извечные сдержанность и застенчивость не смогли противостоять глубокому разочарованию и сожалению за такие тяжёлые отношения двух бывших братьев. — Честно, я уже без шуток готов поставить сто тысяч моры на то, что вы начнёте очередную перебранку уже в течение следующих десяти минут!              Кэйа в тот же миг вскинул голову и, несмотря на один открытый глаз, удивления в нем хватало на оба. Дилюк справа тоже позволил себе выказать некоторую степень обескураженности, потому что…              — Сто тысяч моры?.. За десять минут??? — делая смысловые паузы, промолвил Кэйа с неверящим смешком.              — На самом деле, я почти уверен, что Итер выиграл бы эти деньги, — откровенно произнес Дилюк, пройдясь осуждающим взглядом по поджарой фигуре капитана.              У того, судя по всему, имелась какая-то отдельная чуйка на его сверлящие взгляды, поскольку Кэйа, ещё и ощутив осуждающий подтекст в свой адрес, тут же обернулся с готовым контрответом:              — Как известно, господин Дилюк, в ссорах виноваты оба.              — Да ну? А не тот ли, у кого язык длиннее собственного меча? — сузил глаза винодел.              — …Нет, забудьте, вам хватит и двух минут, — обречённо свесил плечи Итер, про себя спрашивая: может ли быть, что перепалки просто доставляют им какое-то особое… извращённое удовольствие?..              — Правду молвя, твое предложение, Итер, звучит как приемлемое условие для небольшого контракта, — пророкотал Чжун Ли, возле которого уже энергично крутился вернувшийся Желток. Серьезная атмосфера мужчины в очередной раз рассеялась почти без остатка, отчего Итер слегка улыбнулся, неосознанно пропуская в сердце умиление. Утренний инцидент ещё иногда маячил перед его мысленным взором, и юноша ни в коем случае не забыл его — как минимум, в качестве урока на будущее о том, как нельзя приписывать разным поступкам несуществующего подтекста. Однако видя, как Чжун Ли всецело игнорирует произошедшее между ними, Итер также начинал потихоньку мириться со своей ошибкой и уже более спокойно вел себя рядом с бывшим Архонтом.              — Контракт? — недоуменно поднял бровь Кэйа.              Итер учащенно заморгал и наморщил лоб, прогоняя подступившее наваждение. Стоп, какой контракт??? И когда он успел оказаться практически вплотную к плечу Моракса???              — Да. Таким образом у вас будет весомый стимул воздерживаться от распрей. Предлагаю лишь внести малейшую корректировку в рассуждении времени: вместо десяти минут предоставить двенадцать часов.              — Это будет поистине самым сокрушительным проигрышем, который я когда-либо видел, — хмыкнул Дилюк.              — …Ребят, я же просто пошутил… — пролепетал Итер, ошарашенный тем, каких оборотов набирала ситуация.              — Говори за себя, — подчистую проигнорировал его Кэйа, уже поглощённый очередной словесной перепалкой с Дилюком. — Я был обучен манерам как подобает и способен контролировать себя, как никто другой, если того требуют обстоятельства.              — О-о да, твой непревзойденный самоконтроль так и блещет в твоём умении следить за языком и твоём чувстве меры касательно алкоголя, — выражение лица Полуночного героя было воплощением скепсиса в чистом виде.              — …Вызов принят, — убийственным тоном сказал Кэйа, исподлобья смотря на того самым решительным взглядом, который Итер встречал.              Дилюк криво усмехнулся.              — Вот и славно. Посмотрим, можно ли доверять твоим словам хотя бы наполовину.              Итер всё-таки шокировано охнул, распахнутыми глазами бегая с одного парня на другого. Они говорили это на полном серьёзе и, более того, всерьёз верили, что смогут продержаться так долго. Светловолосый юноша, в принципе, не был против заплатить своим друзьям, лишь бы они начали делать хоть малейшие шажки к примирению, но… как-то это было смешно и нелепо.              А ещё Итеру было очень жаль, что рядом не было Паймон. Она бы, как пить дать, предложила сделать дополнительные ставки на того, кто сорвется первым. Несмотря на огромную симпатию к Кэйе, Итер готов доплатить сверху ещё двадцать тысяч моры, что этим человеком будет капитан. Всё же, как ни крути, а здесь Дилюк был прав — зачинщиком большей части перебранок являлся именно Кэйа.              — Сиречь, вы согласны заключить договор? — безразлично спросил Чжун Ли, тоже без комментариев наблюдая за этим цирком.              — Да, — Кэйа наконец оторвался от ожесточенных гляделок с Дилюком. — Где поставить подпись? — иронично поинтересовался он.              — Полагаю, мы можем заключить договор на менее формальном уровне, — ответил Властелин Камня, естественно, не уловив шутливого тона, отчего Итер с укором покачал головой, улыбнувшись. — Достаточно токмо вербальной констатации, — и янтарные глаза ожидающе переместились на путешественника.              — Подождите, позвольте уточнить детали, — поднял руку Итер. — То есть, в течение следующих двенадцати часов Кэйе с Дилюком нельзя как-либо оскорблять, дразнить друг друга и конфликтовать в целом, и даже мельчайший намек на провокационный подтекст категорически запрещен. Если это условие будет нарушено в течение заданного времени, они должны заплатить в общей сумме сто тысяч моры, что значит, по пятьдесят тысяч с каждого. Если же они выдержат испытание — заплатить должен я. Всё верно?              Кэйа озадаченно потер подбородок, видимо, только сейчас до конца осознавая масштабы их спора.              — Всё верно, — подтвердил Чжун Ли с некоторым одобрением.              — Хорошо, но мне кажется, что Дилюку нужна мотивация получше, нежели мора, которой у него в избытке, — в сомнении почесав шею, добавил Итер, поскольку вдруг почувствовал какую-то неловкость.              Моракс задумчиво промычал.              — Логика здесь наличествует… — и обхватил подбородок пальцами, размышляя.              — Охо-хо-о, друзья мои, уверяю вас, с этим проблем точно нет, — сию секунду расплылся в злорадной лыбе Кэйа. — У меня в распоряжении припасена целая коллекция всевозможных прозвищ для господина Дилюка, которые он на дух не переносит и потому наложил на них строгое табу, — рыцарь стрельнул хитрым глазом в сторону Дилюка, который нахмурил брови так сильно, что Итер мимолётно заволновался, как бы они не оставили какой-нибудь след после себя. — И если он сделает выпад против меня первым, то я смогу безнаказанно их использовать. Скажем, целую неделю.              Итер заметил краем глаза некую красную вспышку — и нервно понял, что это Глаз Бога уже среагировал на гнев своего хозяина, предупреждающе засветившись.              — Э-эм, ну…              — В таком случае, позвольте и мне внести небольшие изменения, — процедил Дилюк, и Итер искренне изумился тому, как одежда на Кэйе ещё не задымилась от его испепеляющего взора. — Проигрываем из-за тебя — и можешь попрощаться со своим вином на месяц.              Лицо Кэйи отобразило такой неподдельный болезненный ужас, словно его сердце только что поразила стрела, и он театрально схватился за грудь.              — Ты не посмеешь…!              — Рискни — и мы это проверим, — отрезал Дилюк, стиснув челюсти.              — …Мне кажется, им уже и денег не надо, чтобы иметь мотивацию… — пробормотал Итер.              — Да, однако при заключении контракта беспрекословным пунктом является то, что выгоду должны получать обе стороны, — урезонил Чжун Ли, похоже, будучи единственным, кто его услышал.              Путешественник согласно промычал, не поднимая взгляда и размышляя, стоит ли вносить поправки, которые так любезно предоставили Кэйа и Дилюк.               — Справедливости ради, требую по крайней мере уравнять длительность наказания, — надменно вздернул нос капитан кавалерии.              — Это не сопоставимые наказания, — отчеканил по слогам Дилюк. — При желании без вина можно хоть жизнь прожить, а каждый день терпеть публичное унижение и возможный крах репутации…              — А ты бы смог прожить всю жизнь на одной растительной пище без мяса, которое обожаешь есть на ужин? — съязвил Кэйа.              "Пипец, опять надо вмешиваться…", подумал Итер, у которого, кажется, уже дёргался глаз, и набрал в лёгкие побольше воздуха для того, чтобы перебить их:              — Так, послушайте!.. — слава Архонтам, в этот раз его слова не остались без внимания, и юноша, выдохнув, продолжил менее громко. — Мне кажется, что Кэйа прав — неделя и месяц это слишком нечестная разница, поэтому предлагаю сойтись на трёх неделях для обоих наказаний, — а когда Дилюк протестующе открыл рот, Итер поспешил добавить:              — Прости, Дилюк, я всё понимаю, но всё-таки условия должны быть равными, а для Кэйи твое наказание действительно будет таким же испытующим, как и его наказание — для тебя.              Чем заслужил поддержку от промычавшего Чжун Ли:              — Итер глаголит истину, любой договор зиждется в первую очередь на безукоризненном равенстве.              Пару секунд непокорство Дилюка ярко виднелось в проступивших желваках, но по какой-то причине его напряжение вдруг частично спало, а нечитаемый взгляд магната прирос куда-то к голове Моракса. Негодующий Кэйа тоже уставился туда и изменился в лице — его губы дрогнули, будто намереваясь поползти вверх в виде улыбки.              Итер недоуменно задрал подбородок, гадая, что же там такого чрезвычайно комичного может быть.              Он и сам заулыбался, когда увидел Желтка в его режиме ожидания — то есть, поверх каштановой копны волос Чжун Ли.              Что ж, это и правда было комично.              И чёрт, как же мило…              — Кхм, ну так что… вы согласны на эти условия? — решил прервать парней и себя заодно Итер, пока тишина не приобрела оскорбительный оттенок для Властелина Камня.              К тому же, нечего подпитывать свои дурацкие мысли.              "Их вообще не должно быть", промолвил какой-то противный голос на задворках разума, слова которого неприятно зацепили парня и стерли мягкую улыбку. Вероятно, это тот самый голос здравомыслия, чьи наставления в последнее время постоянно заглушает бурный поток эмоций.              "Я ещё работаю над этим", твердо заверил сам себя Итер, поскорее стряхивая уныние, что навеял голос. Он не горел желанием вновь впадать в депрессию по поводу его влюбленности, когда он только-только вылез из нее.              Тем временем, Дилюк выдохнул с особой протяженностью.              — Хорошо, как скажете, — пробурчал он, переместив мрачный взор куда-то вправо.              — Не имею никаких возражений, — подхватил Кэйа с возродившейся лисьей лыбой.              — Ну и я тогда тоже, — развел руками Итер.              — В онном случае, отныне предложенный договор вступает в действие, — провозгласил Властелин Камня так, что уже и путешественник придал этому изначально шуточному спору большое значение.              — Великолепно, — издал смешок Кэйа, очевидно, ничуть не сомневаясь в его победе.              — Хмпф, раз с этим решено, давайте не будем больше тратить времени на пустую болтовню и продолжим наш путь, — поторопил их Дилюк.              — О, кстати об этом, — оживился Итер, взволнованно заправив прядь за ухо, — я чувствую, что моя энергия уже полностью окрепла и теперь я могу, эм, попробовать снова заняться телепортацией.              Никто из команды не воспротивился его предложению, безоглядно доверяя способностям Итера. Блондин премного обрадовался этому, и после того, как он с Кэйей оделся и набрал воды во флягу (ведь, вообще-то, они за этим сюда и пришли в первую очередь), отряд встал полукругом, подготавливаясь к переносу. К счастью (или нет?), Чжун Ли в этот раз выбрал менее чувствительное место на теле Итера — аккуратно обхватил длинными пальцами под локтем — и юноша без труда отыскал в тейватской россыпи телепортов правильный.              Итер ощутил, что справился со своей задачей ещё до того, как открыл глаза. Душистый аромат, который деликатно опутал его, был отличительной чертой деревни Цинцэ благодаря ее размашистым цветочным полям. Именно они и бросились первыми в глаза, когда Итер поднял веки и улыбнулся, удовлетворенно вдыхая и пропитывая лёгкие нежным запахом.              Но что радовало ещё больше - в этот раз телепортация сказалась на его теле гораздо слабее. Единственное, что тревожило Итера, это незначительное давление в висках.              — Очень живописно, — оценил Кэйа, внимательно осматривая окрестности, и упёр одну руку в бок.              Дилюк отступил от Итера и едва заметно кивнул, принюхиваясь.              — И пахнет довольно приятно.              Чжун Ли был последним, кто отпустил путешественника.              "Не выдумывай, он продержал свою руку буквально на несколько секунд дольше других", сразу осадил его тот строгий голос, и парень невесомо вздохнул, в то время как его взгляд поддернулся грустью. Что ж, он уже познал последствия ложных надежд и фантазий, так что… стоило всё же начинать прислушиваться к зову разума, если он не хотел повторить своей ошибки.               — Да, приснопамятная деревня, — промолвил Моракс, тоже наслаждаясь пейзажем, но не как сторонний гость, а как покровительствующий создатель, что любуется своим творением. — Она стяжала славу благодаря обильным, пахотным, пестрым землям и бамбуковым рощам.              Итер решил сосредоточиться на их миссии, чтобы в его голове не было места для лишних дурацких мыслей, и достал из волшебного мешочка карту. Он сверил ее данные с местностью и сделал вывод, что красный крест, который обозначал зарытый деактиватор, находился где-то у водопада, видневшемся впереди. Им всего-навсего надо пересечь два моста — и дело в шляпе.              — Мы почти у цели, — сообщил Итер, сворачивая карту в трубочку и убирая обратно в хранилище, — насколько я понял, деактиватор спрятан возле того водопада, — он указал большим пальцем в нужном направлении.              — Тогда веди нас, капитан, — добродушно усмехнулся Кэйа и по-товарищески хлопнул юношу ладонью по спине.              Вот только перейти мосты оказалось сложнее, чем Итер предполагал. Будучи подвесными, они чутко отзывались на любое неверное движение, и даже перила-веревки не сильно спасали ситуацию.              Однако, если первый мост ещё был более-менее устойчив, то второй буквально являлся каким-то испытанием. Он был совсем шатким из-за того, что был у́же предыдущего, а его половицы сухо скрипели: требовали обновления, которое тут не проводили, наверное, лет пятьдесят, поскольку данным путем пользовались очень редко.              — Старайтесь шествовать по центру моста, дабы сохранить баланс и не перегружать один участок свыше иного, — посоветовал Чжун Ли, что без труда шел за Итером, будто был невесомым, идеально поддерживая баланс.              Команда рассредоточилась так, как было указано, встав друг за другом. Итер, правда, крайне неохотно расстался с тросом, за который держался, но бывший Архонт милосердно помог ему, придержав за локоть, пока парень отходил к середине. Улыбнувшись с долей смущения, Итер обронил неловкое "Спасибо" и, приподняв руки для того, чтобы лучше ловить равновесие, зашагал вперёд с экстремальной осторожностью.              И вроде, желанный баланс был наконец-то установлен.              Как вдруг среди равномерного скрипа моста по ушам бьёт оглушительный треск разломленной доски. Итер автоматически разворачивается на звук и расширенными золотыми глазами видит, как Кэйа, что ступал самым последним, летит вперёд, на замершего в опаске Дилюка.              — Что..?!              Красноволосый парень тяжело кренится влево от груза, который неожиданно на него навалился, и остаётся на ногах только благодаря перилам-веревкам, за которые цепляется железной хваткой. Кэйа, что в свою очередь вцепился в Дилюка, по инерции следует за ним, перегибаясь через трос, но магнат его вовремя спасает, грубо придержав за мех на вороте, который лишь чудом не оторвался.              Из-за резкого перевеса на одной стороне весь мост изгибается, практически переворачиваясь на сто восемьдесят градусов, и путники были бы обречены на падение…              Если бы не Чжун Ли, реакции которого позавидовали бы вспышки молний — он в мгновение ока обвивает одной рукой Итера поперек спины, с силой прижимая к себе, и делает рывок в правую сторону моста, хватаясь за трос и таким образом создавая противовес.              Конструкция жутко качается и пугающе скрипит громко, как никогда, грозясь развалится, однако факт остаётся фактом — всем парням повезло выстоять на шаткой поверхности.              Итер, у которого внутренности сначала перевернулись подобно этому идиотскому мосту, сейчас стоит столбом и судорожно пытается прийти в себя после резкого удара адреналина. Его сердце, отмерев от первоначального ступора, отчаянно затрепыхалось в груди, и юноше приходится делать несколько бесконечно долгих вздохов, чтобы совладать с одичавшим пульсом.              И тогда, вместе с ароматом ладана и елея, что проник в лёгкие через неровные вдохи и моментально подействовал подобно успокоительному, он окончательно осмыслил случившееся.              Сердце Итера сладко защемило, когда он медленно посмотрел на черные пальцы, которые сжимали его предплечье, и общее его эмоциональное состояние сейчас приравнивалось к тому, как если бы в его душе взошло солнце.              Снова… Чжун Ли снова его спас… Который уже это раз по счёту?.. Впрочем, сейчас это не так уж и важно, потому что…              Кажется, Итер слышит ещё одно сердцебиение. Размеренно стучащее, словно механическое, делающее ровно столько ударов, сколько требуется на жизнеобеспечение, но живое человеческое сердце тем не менее. Не каменное, как иногда чудится Итеру.              Заворожённый этим умиротворяющим звуком, парень, опустив отстраненный взгляд на лакированные туфли, даже затаивает дыхание, чтобы слышать отчётливее — плотная ткань фрака немного приглушает песнь сердца. Хоть и был частично напряжённый — нужда в балансе на чутком мосту никуда не делась, — Итер всё равно чувствует, как расслабляется и неосознанно подстраивается под чужой ритм его собственное сердце, правда, чуть более радостный, с лёгкими паузами из-за горящих восторженных эмоций.              Итер ожидал, когда же голос его разума начнет возмущаться, однако вместо него в голове лениво вертелось одно-единственное бездумное "Хорошо…".              Действительно. Хорошо было непередаваемо. Итер строго говорил себе, что впредь и пальцем не тронет Чжун Ли без надобности, чтобы не разгорячать свои фантазии и чувства и не получить повторно тот леденящий осуждающий взгляд.              И что же мы видим? Всё того же Итера, который млеет в руках Властелина Камня, уже готов с радостью забыть утренний инцидент, старается отпечатать этот момент в памяти самым стойким клеймом, а пьянящий аромат ладана — в лёгких, и который, кстати, отчаянно сжимает между пальцев идеально-выглаженное пальто на спине Моракса, словно цепляясь за этот ускользающий утопический миг.              Несмотря на железные обещания, данные себе для собственного же блага, при виде Чжун Ли Итер просто не мог... сдержать естество от малейшей радости. Эту искру можно было пытаться гасить, затоптать, задушить, раздавить, заморозить, да хоть вырезать прямо с куском сердца, но результат бы не поменялся — она в нем уже навсегда, и даже спустя века, в другом мире не перестала бы слабо теплиться в уголке души.              Боги, какой человек вообще смог бы безупречно пресекать любые лишние чувства?              …Нет ну, кое-кто всё-таки смог бы, но начнем с того, что этот кое-кто и не человек вовсе.              А во-вторых, был он крайне скупым на эмоции, в отличие от Итера, который в сравнении с ним мог зваться бурлящим фонтаном.              Как бы там ни было, парень при всем желании ни на миг не жалел о происходящем, потому что каждая пройденная секунда вынужденных объятий оказывала животворящее действие на его душевные раны, и было нечто беспредельно ироничное в том, что юношу исцелял тот же человек, что и причинял ему мучения. Но, полностью игнорируя этот факт, физическая близость грела Итера изнутри так, как не согрел бы ни один костер, переполняя его нутро безудержным обожанием к мужчине, и, боги, как же он истосковался по этому райскому чувству, когда рядом тот человек, в котором души не чаешь и которому доверяешь безоглядно. Правда, он не мог и надеяться, что ощутит его до воссоединения с Люмин…              Прямо над макушкой Итера коротко и устало вздохнули.              Это заставило всё естество юноши оцепенеть в страхе и с рваным треском выпасть из мира грёз.              "Сейчас это закончится… Сейчас это закончится…", панически заметалась мысль в сознании, от которой путешественник протестующе вжался сильнее в неподвижное, но любимое тело перед ним, и начал придумывать, какую же причину подобрать, какой жалостливый вид состроить, лишь бы Гео Архонт не отстранялся.              Нет, нет. Этого же катастрофически мало!..              "Пожалуйста…", застыло на кончике языка и рвалось наружу сквозь стиснутые зубы, пока пальцы неотрывными крючками впились в грубую ткань под лопатками Чжун Ли.              Ему этого не хватало просто до безумия.              — Ты… — произнесли загробным опасным тоном.              Сердце Итера ёкнуло.              Но нет, голос принадлежал не Мораксу. Тем не менее, мужчина его всё же отпустил.              И теперь от блондина требовалось идентичное.              "...Уже закончилось…"              — Ты… — ещё раз, с многозначительным пробелом, будто никакие слова не подходили для того, чтобы полноценно выразить возмущение говорящего.              Итер в последний раз затянулся восхитительным пряным ароматом Чжун Ли и с горечью расцепил замок из рук, осторожно шагнув вправо, где взялся за трос и обернулся.              Владельцем голоса однозначно был Дилюк, который, видимо, уже тоже справился с остатками шока и теперь гневно буравил взглядом Кэйю, невинно хлопающего голубым глазом.              — Что я? — с издёвкой поинтересовался он и наклонил голову в бок, прищурившись.              Однако Дилюк держал свой пылкий нрав в ежовых рукавицах, лишь беззвучно пыхтя и, наверное, мысленно проклиная их пари всеми существующими ругательствами, но оставляя их при себе, поскольку честь для него была превыше всего и он ни за что не ударит лицом в грязь, нарушив установленные правила.              А Кэйа, этот чёртов мазохист, продолжил подстрекать его:              — Ну же, ты хочешь что-то сказать? — тонко улыбаясь.              Кэйе было смешно, а вот Итеру сквозь мысли о томлении по близости с Мораксом подумалось, что если Дилюк спалит мост, то тут уже никакой Чжун Ли не поможет.              — Кэйа, Дилюк, договор, — тактично напомнил им юноша, закатывая глаза.              — Хорошо, ладно, молчу, — шаловливо скалясь, капитан примирительно поднял свободную руку — второй он, как и все они, держался за перила-веревки, — и затем совершил жест, условно "застегнувший" его рот.              Дилюк же отреагировал в своей бесстрастной манере — хмуро отвернулся от Кэйи и, подтянув резинку на пучке длинных красных волос, собрался идти дальше.              — Ах да, забыл поблагодарить тебя за то, что придержал, — остановил его Кэйа, вновь заговоривший вопреки словам.              Удивительно, но в сказанном было даже что-то от реальной благодарности, хоть и укутанное слоями ехидства.              Дилюк, похоже, тоже это почувствовал, раз проворчал:              — Не за что.              Итер посчитал это довольно неплохим успехом в их отношениях.              ****************       — Охотники за сокровищами.              Итер бросил согласное "угу" и сузил глаза, анализируя группу бандитов впереди. Что-то нехорошее ютилось в груди парня и подсказывало ему, что они там неспроста. И к тому же, возникало впечатление…              — Мне кажется или они как раз возле того дерева, под которым закопан деактиватор? — попал в точку его подозрений Кэйа, задумчиво надавив согнутым пальцем на подбородок.              Итер торопливо выудил карту, проверил положение красного креста, надеясь, что его беспочвенная тревога так и останется мнимой.              — Вот чёрт, да… — с упавшим сердцем подтвердил он, окинув встревоженным взглядом друзей.              — Ничего, сейчас мы это исправим, — Дилюк подтянул перчатки и решительно достал из-за спины клеймор.              — Ежели будет угодно, предлагаю атаковать противников со всех сторон воеже их дезориентации, предварительно подкравшись.              Итер поднял бровь на Чжун Ли. Памятуя предыдущие бои с мужчиной, путешественник был уверен, что ему в одиночку ничего не сто́ит разделаться со всем лагерем бандитов в два счёта. Зачем всё усложнять и сочинять какую-то тактику? Но вопрос юноша не решился задать, потому что, ладно, кучка охотников это легкотня и для Итера, так что они должны перебить их за пару минут.              — Я как раз хотел предложить то же самое, — заговорщически ухмыльнулся Кэйа, сверкнув обнаженным мечом.              Подобраться к преступникам со всех фронтов было невыполнимо из-за горы, которая покрывала их с одной стороны, но зато путники могли зажать их в угол, чтобы пресечь попытки бегства. Поэтому парни незаметно поднялись чуть выше на холм и, спрятавшись кто в кустах, кто за бочками, кто за валунами, сформировали полукруг около лагеря охотников за сокровищами. Всего их было восемь и путем бесхитростных вычислений команда распределила по два бандита на каждого.              С такого расстояния воры находились в зоне слышимости, и, уловив краем уха отрывок диалога между двумя охотниками, Итер побледнел.              — …Странную штуку, конечно, мы нашли. Интересно, че с ней делать?              — А хрен его знает… выглядит как приличный артефакт, за которые можно срубить деньжат.              — Та ну, какой-то он пыльный и старый. Навряд ли он будет стоить космических денег…              "Черт, так и знал, что идея Венти спрятать деактиватор в таком видном месте была ненормальной. И как он только додумался до такого???", подумал Итер, нахмурившись, и перебросился вопросительным взглядом со своим отрядом.              Нельзя было больше медлить.              Видимо, эта мысль посетила одновременно всю группу, потому как все парни напряглись в готовности. Почему-то финальное слово члены команды негласно предоставили Итеру. Поймав их ожидающие взгляды и задержавшись на одном особо остром, который на мгновение всполошил стаю бабочек в животе, он твёрдо кивнул, давая зелёный свет.              Они бросились в наступление секунда в секунду, как один слаженный механизм. Итер сразу сбил с ног ветровым потоком двух преступников, что стояли к нему ближе всего. Справа дрогнула почва от элементального гео-навыка, а ещё дальше потянуло запахом гари от пиро-атаки.              Сражение закончилось так же быстро, как и началось. Благодаря выдающимся боевым навыкам каждого участника команды враг был повержен без труда.              Итер опустил меч и выдохнул, частично расслабляя тело, что немного разгорячилось от внезапной физической нагрузки. Он осмотрел двух бесчувственных охотников на земле и поднял глаза, зрительно пробегаясь по остальному полю битвы. Все были в целости и сохранности — не считая преступников, разумеется, — и блондин позволил себе уже окончательно перевести дух. Он, конечно, и не ждал другого исхода, однако жизнь — крайне непредсказуемая вещь, доказательств на это имелось сполна, поэтому готовым надо быть ко всему.              Внимание Итера переключилось на Чжун Ли, который уверенной грозной поступью приблизился к единственному грабителю, что ещё не лишился сознания. Тот, морщась, лежал на спине и с хрипом пытался отдышаться — вероятно, ему неслабо прилетело по рёбрам. Моракс наклонился, безжалостно взял его за горло и на глазах опешившего Итера поднял над землёй, испепеляя холодным взором парня, который из последних сил забарахтался в нещадной хватке, судорожно пытаясь убрать руку Архонта.              — Где артефакт? — прогудел устрашающий безэмоциональный бас, что вызвал дрожь вдоль позвоночника Итера. Юноша нервно переглянулся с замершим Дилюком и Кэйей и был встречен такими же напряжёнными сомневающимися взглядами.              Куда делся тот вежливый уступчивый Чжун Ли, который всегда был сторонником дипломатии и применял грубую силу только в крайнем случае??? Почему он решил сразу воспользоваться метафорическим кнутом??? Где снисходительность и милосердие, которыми сияла его душа даже после потери гнозиса???              И секундой опосля Итер с потяжелевшим сердцем понял: вот оно, пробуждение удава, которому наступили на хвост.              — К-кха-кой?.. — панически вякнул вор со слезами на глазах, что выступили от суровых пальцев на гортани.              Что-то неприятно ущипнуло Итера за душу, содрогнув его.              — Найденный вами под онным деревом, — вкрадчиво уточнил бывший Архонт, явственно внушая — церемониться он не намерен и охотнику следовало бы поторопиться.              — М-кхг-ы нич-кха-его ту-гкх-т не… на-акхгходили…! — отчаянно взвизгнул последний, то и дело срываясь на задушенный кашель.              Жалость. Внутри Итера проснулась и настойчиво зацарапала, оставляя мелкие кровоточащие ранки, жалость. Чувство сострадания всегда было развито в нем сверх меры, и он даже не раз пострадал от этого, однако ничего не мог с собой поделать. Он просто обладал чрезмерно мягким добрым сердцем и, видя подобную жестокость, мгновенно проникался сочувствием, какой бы плохой ни была жертва.              — Не лги, — уже на грани утробного прорычал Властелин Камня, и в его глазах зажёгся тот самый предупреждающий убийственный огонь, от одного проблеска которого у Итера некогда душа ушла в пятки и застыла от страха кровь в жилах.              Совсем не удивительно, что бедный вор впал в полную истерику, задергавшись яростнее. Однако рука Чжун Ли оставалась непоколебимой, неподвижно застыв в одном положении точно каменная. Создавалось впечатление, что мужчина держал в ладони какого-то беззащитного щенка, а не взрослого дюжего парня.              — Я-акгх…! Мы-гхгр…! Ниачгхр…!              — Я даю тебе последний шанс молвить правду, — напрочь проигнорировал беспомощный лепет хладнокровный Моракс, увеличив давление.              Вот, перед кем когда-то трепещали едва ли не все нации.              Итер порывисто отвернул голову в сторону, не в силах более наблюдать за испещренным муками лицом бандита. Он пытался заглушить вопли жалости в груди, но та лишь бунтовала яростнее, требуя остановить это. Ведь отнюдь немудрено, что охотник итак говорил правду.              — Господин Чжун Ли, — вдруг подал неестественно-серьезный голос Кэйа, подступив к нему с неким мешочком в руке. — Не это ли, случайно, Ваш деактиватор?              Названный прошёлся уничижительным взглядом по ослабевшему охотнику, разжал пальцы, позволяя ему свалиться под ноги почти безжизненной куклой, и принял поданный ему мешочек.              Итер хотел было подойти, чтобы рассмотреть предмет вблизи, так как блондин находился от них в нескольких метрах.              Но вместо этого в его горле застревает возглас, когда он внезапно ощущает на шее лезвие острого ножа.              — Итер! — ревностно дернулся Дилюк, который первым заметил это, чем привлек внимание Кэйи и Чжун Ли.              — Ни с места, — мгновенно остановил его чей-то голос за спиной Итера, и чужая жилистая рука прочно сковала юношу, варварски обхватив поперек груди и прижав к постороннему телу.              Как и говорилось, жизнь — сука ещё та.