Once in a blue moon

Jimin - Serendipity

***

Очередной день, проведённый в больнице закончился кучей лекарств и горькими воспоминаниями. Чимин лежал, потупившись в слабую тень от настольного светильника. Почти не моргая. Почти неслышимым эхом в голове проносились чужие обещания, собственные признания, после лишь отстранённые взгляды и в конце-концов, до неприличия откровенные вздохи. Могло ли это всё просто причудиться ему? И сам не знал, а спросить не у кого. Юнги и так не договаривает слишком многого, словно избегает… Наверное, надеется, что Чимину скоро это надоест и он просто пустится по течению. — Не спится? — сосед по палате, улыбчивый и безотказный в любой просьбе, Чон Хосок, сидел закутанный в одеяле, так что было видно лишь его глаза и кончик носа. — Есть немного… Кажется, на меня не действует их чудодейственный препарат. — А мне сдается, что причина немного в другом… Ты целый вечер словно в воду опущенный… Каждый раз такой после прихода Юнги. Он сделал что-то не так? Мне поговорить с медсёстрами, чтобы они не впускали его? — Нет-нет! — Чимин подскочил, проводя рукой по лбу и уже чуть поспокойнее опираясь на спинку кровати. — Тебе не нужно этого делать. Просто… Мне кажется, я ему не доверяю. — Это как-то связано с твоей амнезией? — Отчасти да… Он выглядит добрым, пусть молчаливым, но это нисколько не плохо. В моих воспоминаниях, я даже как будто очень счастлив, но порой мне становится так тоскливо, или же наоборот, начинаю слишком злиться, словно было что-то, но когда начинаю спрашивать, он лишь долго и пронзительно смотрит на меня, гадая, сколько же я мог вспомнить. — Между вами было явно что-то большее, чем просто «друзья». — Хосок повернулся всем телом, опуская босые ноги на холодный пол. — Я, конечно, могу ошибаться… — Попытаться поговорить с ним напрямую? — Как вариант, и если ему действительно есть, что от тебя скрывать, думаю, поймёшь. — Знаешь, Хосок~а, мне действительно страшно. Боюсь, что могу не простить, если что прощу, тоже боюсь.

***

Доктор, пришедший с утра в палату, обрадовал Чимина, сказав, что уже к вечеру он сможет отправиться домой. Постоянное торчание в больнице не даст никаких позитивных результатов коих, например, можно достичь переехав в более знакомую обстановку — родной дом. Юнги долго уговаривал Чимина поехать к нему — он сможет хорошо о нем позаботиться, будет ухаживать настолько бережно, как ни за кем ещё в своей жизни, но Пак отказался. Сначала Юнги расстроился, понимая, что таким образом Чимин снова пытается отдалиться от него, а спустя несколько часов, когда они уже ехали в Машине Мина (хотя бы на это парень не сказал «нет») ему пришла в голову гениальная идея. Свернув с назначенного маршрута, Мин юркнул в какой-то проулок, петляя между неприметными однотипными высотками, и паркуясь возле одной из таких. — Где мы? Мин Юнги, ты же в курсе, что это п… — Похищение? Кажется, мы это уже проходили, и если быть совсем честным, то мне бы действительно хотелось тебя украсть, — заметив, как заметно занервничал Чимин, Юнги поспешил его успокоить, пока он не выскочил и не убежал прочь, — но, слышишь, да, НО! , не в этот раз. Подожди меня несколько минут, мне нужно захватить некоторые вещи. — Ты живёшь здесь? — А что, ожидал увидеть шикарный особняк? — ухмыльнулся Юнги, отстегивая ремень безопасности. — В общем, посиди тут, я вернусь буквально, минуточек через пять, идёт? — Юнги? — Чимин начал поспешно вылазить из машины, чуть не полетев на асфальт, зацепившись за собственную ногу. Мин успел его подхватить, помогая отряхнуть руки. — Всё такой же неуклюжий, хах. Ну, и куда ты побежал? Я же попросил… — Можно подняться с тобой? — сжав рукав его куртки, Пак посмотрел прямо в глаза, округлившиеся от удивления, на что Юнги смог лишь кивнуть, пропуская его вперёд. Небольшая квартирка, по-сути, мало чем отличалась от обычной среднестатистической квартиры, обставлена, правда была со вкусом, но и не сказать, что была уж слишком забитой. Чимину даже показалось, что всего как-то слишком мало. Кровать, стол, даже стул, и тот был один, рабочий стол, а ещё синтезатор, вот, пожалуй и всё. Простенько, да, но Юнги много и не надо. — Чувствуй себя здесь свободно… — Юнги не знал, что ещё можно добавить, ведь это впервые когда кто-то приходит к нему, а уж тем более, когда этот кто-то сам Пак Чимин. И он уж точно не расскажет ему, как почти двое суток не спал, пытаясь вычистить весь тот свинарник, что остался после его своевольства. Мало того, ещё и замки менять после этого качка-переростка Чонгука, который силу с мозгами не синхронизирует. И пока Юнги собирался, а куда Чимин как-то не подумал спросить, бродил туда-сюда, осматриваясь. — Может хочешь чего-нибудь? — голова Мина показалась в проёме. — Кофе, чай… — Сок, яблочный. Юнги вздёрнул бровь, видя как Чимин улыбается самими краешками губ. — Такой гадости здесь нет. — Тогда ничего не буду. — А ты оказывается, противнее, чем я думал. Всё продолжаешь издеваться, и куда я только смотрел, когда влюблялся в тебя? Ой… — Влюб?.. — Чимин вздрогнул, не в состоянии даже закончить предложение. — Ты любил меня? — Не говори об этом в прошедшем времени, ладно? Знаю, что это, возможно, очень сложно принять и я ни в коем случае, не хочу тебя торопить… Чёрт, этот разговор должен был состояться гораздо позже… — Мы ведь можем поговорить сейчас, да? — Чимин… — Только не игнорируй меня снова, хорошо? Что случилось в тот день, когда я попал в больницу? Это была авария, да? — Ты попал под машину… — Судя по времени в моей медицинской карте, это случилось с утра, но в это время у нас ещё идут занятия, кажется… — Если скажу… — Юнги, посмотри на меня. — Чимин обхватил лицо парня руками, заглядывая прямо в глаза. — Ты бы смог так жить? Не помня совсем ничего, а оставшиеся воспоминания делить на те, что действительно произошли и те, которые просто рандомно вбрасывает твоё сознание. Каждый день я задаюсь вопросом, что же там такого могло случиться, что стоит мне взглянуть на тебя, как сердце бешено колотится, а меня всего будто прошибает зарядом на двести двадцать. Он выдохнул, приподнимаясь на носочках. — Ты сказал, что любишь меня, и знал бы ты, как мне хочется, чтобы это действительно оказалось так, но когда продолжаешь умалчивать… у меня опускаются руки. — ладони скользнули вниз по плечам. Юнги, до этого стоявший неподвижно, подался вперёд, немного резко впиваясь в губы напротив. Умещая руки на талии, он сделал ещё один шаг вперёд, оказываясь впритык прижатым к Чимину. — Ты сводишь меня с ума, Чимин~а… — проводя носом по его щеке, выдохнул Юнги. — А ты продолжаешь увиливать… Неужели, мои слова совсем ничего не значат? — Позволишь напомнить немного иным способом? — Уверен, что это сработает? — на выдохе произнес Чимин, зарываясь пальцами в волосы Юнги. Мин целует настойчиво, по-хозяйски врываясь языком в рот, и проходясь по всему ряду ровных зубов, наслаждаясь каждым моментом. Отходит назад, всё ещё не отпуская Чимина и ориентируясь наугад. Наконец, кровать под ним, а Чимин на нём. И выглядит совсем иначе, чем в их первый раз. Он не стесняется, более того, Юнги кажется, что это его щеки покрываются румянцем от такого пристального и выжидающего взгляда. Не скрыть, Чимин действительно выглядит потрясающе и ему для этого не надо раздеваться. Кажется, для Мина достаточно просто взглянуть на него, чтобы остаться удовлетворённым. Но, долго позволять кому-то другому управлять процессом, Мин позволить не может, поэтому уже через секунду он нависает над Чимином, облизывая губы и стягивая с себя ненужные вещи. Пак не медлит, поспешно растегивая свою рубашку и бросая где-то рядом. Он ведётся вновь, забивая на все обещания, что не будет спешить, испытывая дурацкое чувство дежавю, от того, что риторика этих самых обещаний однажды уже звучала в его голове. Словно изголодавшийся, Юнги припал к его груди, выцеловывая каждый миллиметр, и оставляя парочку цветных следов. Чимин не против, от слова совсем, выгибается и ластится, подобно котенку и настойчиво требуя ещё. Юнги медлит совсем чуть-чуть, но когда Чимин оказывается перед ним совсем нагой, понимает, что пути назад уж точно нет. Это совсем не похоже на их первый раз. Теперь более нетерпеливо, быстро, жадно. Растягивает его, упиваясь с каждого сладкого стона, что мёдом стекает по ушах, а от зардевшегося, чуть развратного, но от того не менее притягательного лица, у него сносит крышу. Входит мягко, но даже не даёт привыкнуть, как срывается на быстрый темп, успевая лишь ловить тихие всхлипы. Чимин протягивает его имя медленно, распуская на тонкие ниточки. Кончают почти одновременно и Чимин отключается первым, сквозь затуманенный взгляд произнося лишь невесомое «я знаю», чем приводит Юнги в полное изумление и состояние прежней нервозности, но то ли от того, что Чимин, кажется, всё вспомнил, то ли от эфемерного спокойствия, сулящего неприятности завтрашнего дня.

***