Once in a blue moon

Timbaland — Apologize ft. OneRepublic

***

— Давайте я представлю вас друг другу. — Чимин улыбался, обводя взглядом друзей. И если Чонгук был только рад, не скрывая своего злорадства тому, как пытаются разозлить Юнги, то сам Мин покраснел так, что, казалось, сейчас пар из ушей повалит. Хосок вежливо пожал руку Чону, отвешивая вдобавок какую-то незамысловатую шутку, отчего все тут же захохотали. Конечно, все, кроме одного. А вот когда очередь знакомства дошла до Юнги, то он, сидя как напыщенный индюк, упрямо сжимал кулаки под столом. Чимин пнул его носком, что-то шикая на ухо, и сдавшись, Мин протянул ладонь. — Так, вы все учитесь вместе? — спросил Хосок, отпивая лимонад. — Да, но на разных факультетах. — Чонгук повернулся, дружелюбно повествуя о том, кто на кого учится. — Есть ещё Тэхён, он как и я, с факультета социологии, только интересуется больше международными отношениями. — кажется, при воспоминании Кима, он заметно погрустнел. — Но, с ним ты пока познакомиться не сможешь. — Жаль, но я буду ждать нашей с ним встречи. В этом году я как раз собираюсь поступать и, кажется, теперь точно знаю, куда хочу попасть. Ну, вот, ещё один назойливый таракан, от которого не будет отбоя. А когда он выпустится\тут уж неплохо уточнить, если\ выпустится, то этот весельчак ещё, как минимум, год будет ошиваться вокруг Чимина. Лучше просто не придумаешь! — Кстати, — Хосок отставил свой стакан, сосредоточившись прямо на Паке, — как я посмотрю, ты справился со своей проблемой, я рад. — Проблемой? — теперь и Юнги уставился на Чимина, будто видел его впервые. — О чём это он? — Я… нет, не было никаких… — Чимин почувствовал, как рука Юнги, до этого спокойно покоившаяся на его бедре, начала сжиматься крепче. — Сам ведь говорил, что не довер… — Чонгук, зачуяв неладное, поспешил скорее отвлечь новоиспечённого болтливого товарища, быстро запихивая тому в рот пирожное, попутно наговаривая какой-то выдуманный на ходу бред. — Пошли. — схватив Пака за руку, Юнги потащил его в сторону туалета, пока Чонгук с лицом лица молился за здоровье своего друга. Предварительно убедившись в том, что никого лишнего в уборной нет, Юнги развернул Чимина, становясь напротив и опуская руки в карманы. — Юнги, что ты?.. — А теперь ещё раз внятно: проблема с?.. — Пожалуйста, давай… — Чимин? — М? — Не вынуждай меня прибегать к способу, может и приятному, но гораздо длительному, хорошо? — Я буду кричать. — выставив руки вперёд, Чимин осмотрелся по сторонам, ища глазами пути отступления. — Разве что, от наслаждения. — Мин закусил губу, ухмыляясь. — Извращенец! — А ты развратный шантажист, но я же не кричу об этом на каждом повороте! — Так тебе и поворотов-то не надо, просто напиши об этом в очередном посте! — Эй, я же сказал, что больше таким не занимаюсь, что, не веришь? Значит, этот придурок прав? Ты веришь ему, Чонгуку, о Боже, и снова Чонгуку, но не мне! После того, как мы… ну? — он притих, корча страдальческую гримасу. — А это каким тут боком? Ты, что ли, веришь всем подряд с кем спишь? — Давай-ка уточним: ты не спал ни с кем, кроме меня, а я — верю только тебе. — Откуда тебе знать, что кроме тебя… — Только тупой бы не понял, что ты девственник… ом был. — закончил Юнги, видя как вскипает Чимин. — Но тебя действительно заинтересовала только эта часть? — Этот, как ты соизволил выразиться, девственник, заставил побегать за собой самого Мин Юнги. — Да я и сейчас не скрываю, что хочу тебя. — парень опустил глаза вниз. — Ты хоть когда-нибудь не думаешь о сексе? — Но, ты ведь рядом. Так, что? Раз уж мы всё равно сейчас одни, может?.. — Нет! Нас ждут, идём. — Подождут ещё, подумаешь. — Юнги наклонился, целуя в шею. — Прекрати… — понимая, что не в силах сдерживаться, Чимин попытался отодвинуть от себя парня, но сделать это оказалось куда сложнее. — Меня бесит, — отрываясь от притягательной шеи, продолжал Юнги, — когда он смотрит на моего парня, когда подсаживается ближе, касается тебя… — Парня? — Блять, ты серьёзно? Мне казалось, что это уже решённый вопрос. — А ты думал, что я так быстро соглашусь? Юнги рассмеялся, откинув голову назад и отстраняясь. Видимо, эта вечная карусель никак не остановится. Чимин продолжает водить его туда-сюда, не давая никакой конкретики, даже при том, что Юнги уже опустил свою гордость на такое дно, что никакой подъёмник её оттуда уже не достанет. И, что выходит по итогу? Когда кажется, что Пак подаётся, то верное замечание, что так только кажется, похоже что сполна наслаждаясь видом злого и даже раздосадованного Мина. — Признай, что я твой. — посерьёзнев, сказал Юнги, заглядывая прямо в глаза. — Признай, что ты мудак, использующий людей в своих целях. — Уже… — Не так. Не тогда, когда никто не видит, или никого нет рядом. — Тогда?.. — Ты ведь умненький мальчик, вот и подумай. — Ты же понимаешь, что больше не отвертишься? Я сделаю это, и потом, даже не вздумай о том, чтобы слиться, мой сладкий.

***

Впервые за долгое время у Чимина, наконец, выдался нормальный выходной. Его никто никуда не тащил, не названивал, не тарабанил в дверь. Похоже, что всё, чего ему не хватало — нормальный сон. Хотя даже сам организм, зачуяв неладное от того, что никто его не тормошит, заставил проснуться раньше, проверяя всевозможные новости и только успокоившись, ему снова удалось заснуть. Чуть прохладный душ, чтобы взбодриться, незамысловатый завтрак под ненавязчивую музыку на фоне. Немного побездельничав, Чимин решил устроить дома небольшую перестановку и, хоть места в квартире было немного, а всё же немного сменить обстановку удалось. Движение началось чуть позже. Когда окончательно расслабившись, он поудобней уместился в кресле, чтобы почитать недавно приобретённый комикс, в дверь неожиданно позвонили. И не то, чтобы для Чимина это было прям такой уж и неожиданностью — подобное затишье никогда не заканчивалось чем-то хорошим, а надежда всё равно оставалась, пусть и небольшая. — Я всё сделал. — с порога заявил радостный Мин Юнги, проходя в квартиру и ухватив Пака за руку, поволок его уже в знакомом направлении. Не успевший ничего сообразить Чимин, каким-то образом оказался под Юнги, что уже стягивал с себя футболку, проделывая то же самое с ним. — Эй!.. — пришедший в себя, Чимин попытался возразить, но тут же был заткнут настойчивым поцелуем. Юнги дёрнул его на себя, быстро справляясь с застёжкой чужих штанов и откидывая их куда в сторону. Чимин тут же свёл колени, при всей своей нетерпеливости, не желая подаваться без внятных объяснений. У Мина же, на этот счёт было своё виденье. — Хватит притворяться, что тебе не нравится. — Если скажешь в чём дело, то сделаю всё сам! — выпалил Чимин, почему-то не подумав заранее, чем это может для него обернуться. — Вот как, — хмыкнул Юнги, быстро находя в заднем кармане телефон и протягивая его Чимину, — взгляни-ка! Чимин перевёл взгляд, быстро пробегаясь глазами по написанному, и с каждым словом его лицо искажалось всё больше и больше. Под небольшой фотографией, на которой, собственно, был изображён он сам с голым торсом, а вся кожа была покрыта яркими красными следами, красовалась надпись «Наконец, смогу получить внимание СВОЕГО парня! Так что, сучки, в сторону, горячий Пак Чимин только мой!». — Ты с ума сошёл?! Почему я не видел этого раньше?! — Может потому что ты до сих пор не подписан на меня? — изогнув бровь поинтересовался Юнги. — Быстро удаляй! — Ни за что! Ты получился таким секси-шмекси, что теперь все будут знать, какого красавчика я отхватил. Ну, так, хватит болтать, — Юнги откинул телефон в сторону, укладываясь на спину и переворачивая Чимина на себя, — моя очередь получить от тебя поощрение. — Юнги… — Я тебя за язык не тянул! Чимин цокнул языком, больше не сопротивляясь, возвращаясь к прерванному поцелую. Он получился не таким смелым, скорее тягучим, а Юнги умудрялся ещё и улыбаться, наконец-то добившись того чего хотел. Теперь настал черёд Пака дарить лёгкие касания, и столь важные для другого, поцелуи. И пока он спускался всё ниже и ниже, Мин ловил вертолёты, от того насколько ему сносило крышу. Чимин потянулся к пряжке его ремня, но совладать с собой было тяжелее, чем могло показаться на первый взгляд — руки дрожат, а во рту пересохло, точно пустыня. Спустя несколько секунд вещь всё же подалась, и раззадорившийся Чимин поспешил стянуть джинсы. Юнги приподнялся, хватая его за бёдра, когда тот уже возвысился над ним. — Ты ведь совсем не растянут… — Откуда тебе знать, чем я тут занимался, пока тебя не было? — закусил губу парень, видя как Юнги удивляется по новой. — И ты ещё говорил, что я извращенец! Ах!.. — в такт с Чимином из груди Юнги вырвался стон, и он рухнул на подушки. — Ты так много болтаешь… Чимин продолжал двигаться медленно, упиваясь каждым мгновением, успевая наблюдать, как сменяются эмоции на лице Мина, что вот-вот и дойдёт до точки невозврата. Да, что там говорить, разве уже не дошёл, когда только увидел его? Когда только подумал о том, чтобы посметь его соблазнить? И вот теперь происходит это. Юнги поддерживал его, мягко насаживая на себя. Такой гордый, неподвластный, похоже только для других; такой дерзкий, и совершенно не невинный. Но, только для него… Терпеть не может, когда не по его, но и злиться ведь толком не умеет, только вид делает, что обижается. Кто бы мог подумать, что когда-нибудь Юнги сможет влюбиться в кого-то настолько сильно? И вот нашёлся ведь тот, кто смог украсть его сердце, разум, мысли и чувства… Его всего взял в плен. Чимин затаил дыхание, выгибаясь, и в последний раз медленно опускаясь вниз. Юнги дышал часто, прижимая Пака ближе, томно дыша в шею. — Ну, ты так и не сказал… — Что? — уже с закрытыми глазами, сквозь подрагивающие ресницы, промямлил Чимин. — Кто я, наконец, для тебя? — Ты… Ты просто мой, Мин Юнги, а я твой… — Да, Пак Чимин, я — твой, ты — мой. Я люблю тебя. — Угу. — И это всё? — ответа не последовало. — Не ответишь? Эй, ты спишь, что ли? Хах, ну да, в этом весь ты… Вечно сбегаешь, но точно не в этот раз. Я люблю тебя. Он лишь успел почувствовать, как его обняли со всех оставшихся сил, что-то бормоча в грудь. Всё же, Чимин ответил…

***