Забытый талисман с края света

Павел тяжело вздохнул. Видимо, ему не очень-то и хотелось рассказывать о прошлом. П: - А что ты знаешь про своего прадеда? Д: - Фронтовиком был. - Знаешь, в 1944-1945 годах так и было. Но до этого он на фронте не был. - А кем он был? - Партизаном он был, Димыч. Вместе с моим дедом против фашистов в Таганроге воевал. - Багира и Акела не рассказывали мне об этом. Рассказывали только про облаву в октябре 1942-го. - Они не должны были выдавать своих прежних хозяев и их друзей. Да и когда их взял Вася, они уже "спали". Павел в последний раз выпускал эту парочку на волю за шесть дней до облавы. А потом... - Немцы. - Да. Мы разобрали талисманы. Твоему прадеду досталось три талисмана: тигр, песец и волк. Он зачем-то поменялся с Артёмом: отдал ему талисман лося и взял волчий кулон. - А Химера у него как оказался? - Знаешь... Хранителей было четверо: Николай, Артём, Герасим и Василий. Николай, ты знаешь, мой дедушка. Изначально он испугался ответственности и отдал самый могущественный талисман твоему прадеду, то бишь твой талисман. Васе пришлось бежать из Таганрога, на Восток... Но он везде встречал фашистов, дальше бежать Василий не мог, и в итоге те вскоре напали на его след. А следов в тех краях, куда он бежал, было много, особенно после августа того же года.

***

*Подножье Эльбруса, ноябрь 1942-го года* Василий снова смотрел на горизонт сквозь заиндевевшие ресницы. Казалось, что никогда ещё в этом регионе не было так холодно. Корсак снова выглянул из обжитой пещеры и увидел какие-то чёрные точки. Видимо, немцы всё-таки напали на его след. Вася бросился внутрь своего жилища, собирать свои вещи: еда, облезлые тёплые вещи, наган и патроны к нему, и самое главное... талисманы. - Так, волк, тигр, песец и "хамелеон" - все на месте. Фашисты были близко. Корсак решился на отчаянный шаг: он надел кулон в виде снежинки - талисман песца. Из кулона вылетел квами, похожий на белую лису. Это была Эннли. Эн: - Готова к несению службы. В: - Эннли, лыжню! Василий перевоплотился. Его многослойная тёплая одежда сменилась белым меховым костюмом. Лицо полностью закрылось маской, напоминающей морду песца, а на глазах теперь были очки, защищающие глаза от снега. За спиной появился длинный белый шарф с чёрным кончиком - это было подобие хвоста. В руках материализовались лыжные палки с едва видимыми кнопками, с помощью которых палки могли превратиться в две сабли. Ботинки тоже были с кнопками. Василий активировал их, и из обуви "вылезли" лыжи. После этого Корсак ещё раз выглянул из пещеры и начал спускаться с горы. Бойцы "Аненербе", судя по всему, заметили его, несмотря на то, что одежда Василия была белого цвета. - Da ist er! Schießen Sie in die Beine, ich brauche diesen Russen lebend! (Вот он! Стреляйте по ногам, этот русский нужен мне живым!) - Jawohl, Herr Offizier (Есть, герр офицер!) Послышались выстрелы, пули начали вскапывать идеально гладкую снежную поверхность. Несколько пуль пролетело мимо Василия, и тот начал ехать ещё быстрее. Последователи не унимались и снова встали на лыжи, после чего начали погоню. Спускаться долго, эти немцы катаются на лыжах ничуть не хуже Васи. Он попробовал отстреливаться: в итоге двое солдат упало, но оставалось ещё шестеро. Барабан перезаряжать долго, настигнут. Оставалось только одно. В: - Буран! Вокруг рук стали видны ветряные потоки. Василий развернулся и остановился, после чего выставил руки вперёд. На немцев налетела мини-метель, которая окружила преследователей подобно куполу. Когда этот купол рассеялся, стало видно бойцов "Аненербе", покрытых ледяной коркой и снегом. Они все стояли, не двигаясь. Все фашисты замёрзли насмерть. Василий перезарядил наган и выстрелил в одного из солдат, чтобы проверить, насколько сильно тот замёрз. В итоге боец, как ледяная статуя, рассыпался на куски. Вася облегчённо вздохнул и продолжил свой спуск с горы, надеясь на то, что внизу не будет немцев.

***

П: - Твой прадед был верен нашему движению и хранил талисманы вплоть до 1944-го года. А потом... Он погиб при штурме Берлина. Когда один из Хранителей нашёл Василия, у него были три талисмана: твой, тигра и песца. Волк же был утерян. Потом об этом талисмане стало известно накануне "бархатной революции" в Берлине. Где-то за две недели до того, как рухнула стена.

***

*ГДР, восточный Берлин, 26 октября 1989 года* Николай Николаевич готовил свой автомат к бою. Рядом с ним был ещё и Григорий Васильевич - сын Василия Корсака. Два сына, которые должны были завершить дело своих отцов именно в этот день, ибо совсем скоро человек, который незаконно приобрёл талисман волка, пересечёт стену и бежит в ФРГ. Там уже Хранители не смогут его достать, а потому ребята готовили оружие к бою в двух кварталах от цели. У Николая был АС "Вал", а у Гриши - АПС. Н: - Ну что, Гриша, готов? Г: - Готов, Коля. Надеюсь, наша цель не ушла далеко. - Не уйдёт. Главное, чтобы свидетелей не было. Мужчины убрали оружие и направились к нужному дому. Из него вышла женщина с восьмилетним ребёнком и направилась в сторону гастронома. Парней чуть не хватил удар от испуга. Н: - Видимо, это семья объекта. Погнали, Корсак, времени мало. Ребята быстро прошмыгнули внутрь подъезда и стали искать нужную квартиру. Николай сверялся с компасом. Это, разумеется, был непростой компас - он указывал на талисманы из советской шкатулки. Все Хранители обладали чем-то подобным. Н: - Стой, Гриш, вот эта квартира. Г: - Чё, будем ломать? - Да придётся. Только давай сначала попробуем по-другому. Коля постучался. Незнакомец: - Wer ist da? (Кто там?) Н: - Das ist dein Nachbar von unten. Von der Decke tropft Wasser, du gießt uns nicht ein, oder? (Это Ваш сосед снизу. У нас с потолка вода капает, это не Вы нас заливаете, а?) - Ich bin trocken! (У меня всё сухо!) - Kannst du das überprüfen? (А проверить можно?) - Ja jetzt. (Да, сейчас.) Вроде прокатило, но у Николая был очень сильный русский акцент, что вызвало у Корсака сомнения касательно успеха обмана его друга. Послышались шаги. Открылась дверь, и показался обритый человек с седой щетиной. Николай увидел у незнакомца в руке пистолет Макарова. Он попытался отобрать оружие, но противник сумел трижды выстрелить. Все пули угодили Самойлову в ногу, и тот разразился криками и нецензурной бранью. Григорий же выбил пистолет и повалил атакующего на пол, после чего ранил его в ногу. Только сейчас Корсак увидел, что у этого человека на шее висит кулон в виде полумесяца с боковой гравировкой. Видимо, это то, что они ищут. А у владельца оказалось довольно-таки знакомое лицо... Крамской, друг его отца, предатель. Г: - Борис? Что ты тут делаешь? Б: - Пошёл ты на!.. Гриша дважды выстрелил Крамскому в сердце. Она из пуль немного повредила кулон, но это было некритично на первый взгляд. По груди Бориса потекла кровь. Талисман начал напитываться ею, и вскоре вместо обычного оттенка воронёной стали он стал багрового цвета, причём снаружи никаких следов крови не было. Григорию было не до этого. Он сорвал кулон с шеи уже мёртвого коллаборациониста и, подхватив Николая и его оружие, побежал вниз, к выходу из подъезда. Н: - Да аккуратнее ты, твою ж за ногу! Г: - Извини, Колян. У нас всё получилось, талисман у меня. Теперь нам надо как можно быстрее бежать обратно в Союз, пока нас тут не засекли. - Отпусти, я сам попробую дойти. Так быстрее. Несмотря на больную ногу, Николай передвигался относительно быстро. Такими темпами они покинули место происшествия. Совсем скоро они услышали отчаянные женские крики, раздающиеся из дома, и последовавшие за ними агрессивные крики подоспевших солдат.

***

Д: - Мда. Жестоко, ничего не скажешь. П: - Понимаешь, Дима, по-другому и нельзя было. Если бы Борис бежал в западный Берлин, его уже было бы не остановить. Он бы такое учинил... Да и его сын впоследствии стал таким же: охотился на талисманы. А что касается твоего талисмана, то твой дед оставил своего сына в счастливом неведении, и тот потом подарил его тебе, как талисман удачи. - Понятно. У меня ещё такой вопрос... А вы приехали сюда только из-за моего талисмана? - Скажу честно, мы приехали сюда не только из-за хвалёной "парижской романтики" и твоего талисмана. Мы уехали из России из-за того, что Крамские охотились за нами. И у Лены были некоторые... проблемы в школе. Пришлось переехать сюда. - Кстати... Лена говорила, что живёт только с Вами. А её мама... она осталась в России? На этом моменте Павел поник и снова уставился в пол. Стало видно, как на лице Самойлова надулись желваки. Д: - Ой... Прошу прощения, Павел Николаевич, я ником образом не хотел Вас задеть, я... П: - Ничего страшного. Ты не знал. Это... Довольно печально то, что с ней случилось. - Извините, а... Что с ней... случилось? - Как я уже сказал, Крамские охотились за нами. Я уже был Хранителем. Мы с Антониной были так счастливы, Леночке было два года. Дети прошлых Хранителей поздравили меня с днём рождения дочери, дарили подарки для Лены и Антонины. - Красивое, кстати, имя. - Очень красивое. И, в общем, тогда мы жили в Волгограде. Красиво, и ребёнку в будущем будет интересно. Только вот я не знал, что Константин и Эдуард живут в том же городе. Не знаю, каким макаром они узнали наш адрес, но... Был ещё один подарок. Бурый плюшевый мишка с бледно-розовым сердцем в лапах. Антонина решила, что это её подарок, что и спасло Лену... Где-то через две недели у Антонины поднялась температура, начались головные боли, тело начало покрываться струпьями... Мы вызвали скорую, её отвезли в больницу. Она мучалась, не помогали даже грелки и прочее... А через пять дней она умерла. Весь этот проклятый медвежонок был в порошке сибирской язвы. Это выяснила экспертиза. - О боже. Это... бесчеловечно. - И самое главное - это должен был быть медвежонок Лены. То есть, эта участь могла постичь и мою дочь. С тех пор я поклялся, что отомщу за Антонину и за сломанную жизнь Лены... И за свою тоже. Оказалось, что это сделал как раз-таки Константин Борисович. Я выследил Крамского-Старшего и убил его. Три пули из "Вала" в сердце. - И как же Вас не поймали? - Хранители научились не оставлять следы. У нас такая работа, а потому отец учил меня этому, но взял с меня слово использовать эти навыки только во благо, для спасения талисманов. Я этого слова не сдержал. - А потом? - А потом мы переехали в Москву, и там уже начали жить относительно нормально. Я научился готовить, нашёл работу, нашёл садик для Лены, а потом школу. Приходится держать дочку в неведении. Шутка ли - твоего родителя убили вот так, из-за каких-то побрякушек, которые ты обязан защищать? Но больше некому. Ладно, это всё, что ты хотел узнать? - Да... Пожалуй, да. - Извини, Дима, мне надо побыть одному. - Мне тоже надо оправиться от переизбытка информации. До свидания. - До свидания, Дмитрий. Удачи тебе во всём. Дима вышел из комнаты и закрыл дверь. Внезапно он увидел сидящую около двери Лену. Было видно, что на её глазах блестели слёзы. Она посмотрела на Диму, лишь иногда моргая. Корсак помог девушке встать и понёс Лену в её комнату. Там он уже сел на диван и отпустил Самойлову, но та продолжила держаться за майку Дмитрия. Вскоре она прижалась к нему и расплакалась. Корсак обнял Лену и стал медленно поглаживать её по спине. Девушка постоянно ёрзала головой у него на груди, а потому Дима положил правую руку на её правый висок, чтобы как-то успокоить. Казалось, девушка была безутешна, она постоянно содрогалась от слёз, но совсем скоро в ней будто что-то перемкнуло, и она перестала рыдать. Лена посмотрела на парня заплаканными, слегка опухшими глазами. Е: - Слушай... Раз уж отец тебе открылся, то... Не хочешь ли ты услышать и мою историю? Д: - А ты хочешь рассказать? - Отец лгал мне и солгал тебе. Да, у меня были проблемы в школе. Но это были непростые проблемы.