Мой муж архангел

Пока я учился в школе, Михаил почти не являлся. Лишь в минуты отчаяния, когда я думал, что вот-вот шагну из окна, он приходил и садился рядом на подоконник. Уже не такой грустный, как тогда, но даже его спокойствие придавало мне сил. А потом он вновь уходил, оставив меня разбираться с новой жизнью вместе с бабушкой, уроками, профориентацией. Ну, он был прав, это были не его заботы. В конце концов, не тратить же могущество архангела на решение задачников ЕГЭ. Хотя, если честно, мне нужна была помощь, да хоть чья. Денег у нас с бабушкой на репетиторов не было. Благо, учительница по математике пошла мне навстречу и немного занималась со мной после школы. Только благодаря ей я наскреб хотя бы на удовлетворительный балл и смог выпуститься из школы. И дальше пустота. Я не знал куда идти. До смерти мамы у меня была неплохая успеваемость, и я планировал подтянуть ее до экзаменов, чтобы выйти с хорошими баллами и поступить в какой-нибудь более-менее приличный ВУЗ. Может, на юриста какого-нибудь вшивого. Или вообще пойти в полицию, что осталась той же, только сменила название на более модное. Но теперь все эти перспективы были… Недостижимы. С таким баллом мне разве что в дворники. И тогда, проходя очередной тест на профориентацию в интернете (как будто я в них верил, смех да и только), меня посетила мысль, которую я тут же отмел, но в последствии избавиться от нее не смог. Я подумал о том, чтобы отомстить за мою маму. Конечно, я понятия не имел как это сделать, но я знал того, кто точно что-то знает. Здравый смысл заставлял меня перестать об этом думать, а вот злость и ярость, что закипали внутри, побуждали возвращаться к этим мыслям все чаще и чаще. Пока я не позвал его. — Я хочу отомстить за маму. Я был тверд, по крайней мере мне так казалось. И, вспоминая взгляд Михаила, я думаю, наверное, он ожидал от меня что угодно, кроме этого. — Богом Данный, это самоубийство. Он тогда сложил руки на груди и привалился плечом к косяку, с сарказмом и недоверием глядя на меня. Я был совсем молодым мальчишкой, зеленым. Очевидно, абсолютно ничего не знающим про окружающий меня мир. Зато я был полон решимости, и именно это ангел увидел в моих глазах. Мне даже не пришлось его уговаривать. — Ты же понимаешь, что придется убивать? Как тварей, так и людей? Я кивнул. — Посмотрим, сколько ты продержишься… Идет, Богом Данный, я приоткрою тебе завесу тайны и научу, как жить с этим знанием. Учти, ты будешь одновременно и охотником и дичью, и сейчас у тебя последний шанс отказаться. Ах, да, о родных тоже придется забыть. Я заколебался только на словах о родных. Бабушка не заслуживала потерять еще одного своего ребенка. — Я смогу писать бабуле? — Думаю, сможешь. Думаю, сможешь даже навещать. Но о постоянной жизни рядом — забудь. — Тогда я готов. Я увидел в его глазах огонек одобрения и уважения. Я, семнадцатилетний пацан, шкет, удостоился такого взгляда от самого архистратига. Хотя, возможно для него это все и вовсе было простым развлечением, такой вариант я тоже допускаю. Ведь я сам не ожидал от себя чего-то экстраординарного. Я хотел заглушить душевную боль, возможно, уберечь кого-то от такой же судьбы как моя. И, черт возьми, выяснить, почему Михаил не спас мою маму. Сначала я думал, что он не сделал это, потому что ему было все равно. Но тогда на кладбище мне показалось, что это совсем не так, и я был решительно настроен выяснить, в чем же дело. Тем же днем он велел мне собрать минимум необходимых вещей, комплект для ремонта одежды, все деньги, что у меня были, и даже позволил написать бабушке записку. А потом, когда я накинул рюкзак на плечи, обулся и выдохнул «я готов», он дотронулся моего плеча и мы оказались где-то в лесу. Я ожидал чего-то подобного, но был не готов, а потому пошатнулся и шлепнулся на задницу, чем вызвал задорный хохот архангела. Он оказался очень красивым, когда улыбался. Но эта улыбка быстро сошла с его лица, он посерьезнел практически мгновенно. — Богом Данный, то, куда ты хочешь влезть — не шутки. Поэтому и учиться будешь… На практике, — ангел кивнул в сторону, а там… У меня сперло дыхание от ужаса. Я думал, что я ничего не запомню, настолько испугался, но потом Михаил даже помог мне зарисовать его в своем блокноте. Но тогда у меня задрожали коленки и я спрятался за спокойного-преспокойного ангела. — Ч-ч-ч-что это?! — Наверное, я звучал как перепуганный барашек. — Леший, Богом Данный. Это просто Леший, — Михаил звучал как учитель, который в сотый раз объясняет что-то не самому смышленому ученику. Архангел обернулся на меня, усмехнулся и расправил плечи, подняв вокруг порывы ветра. Я бы обязательно спросил про его крылья, если бы не был напуган до усрачки. А тот распрямился, одним жестом заставил лешего остановиться — он вытянул руку и распрямил пальцы, с которых сходили потоки света, постепенно собравшиеся в меч, полностью сотканный из божественного кипенно-белого пламени. — Держи. Потом раздобудем тебе огнестрел, но сначала научись пользоваться тем, что никогда не сломается. Он отдал мне меч, который я с перепугу тут же уронил, побоявшись обжечься. Михаил подумал «идиот». Он не озвучил эту мысль, но я уверен, что она прозвучала в его голове, ведь я слышал, как тот цыкнул и увидел, как он закатил глаза. Оказалось, его оружие не сможет мне навредить, даже если меня пронзить им. — И что мне делать? — Я взял меч и встал в, как мне казалось, оборонительную стойку. — Да хоть что-нибудь, — архангел пожал плечами и отошел в сторону, взмахнув на меня рукой лешему, будто бы приглашая того попировать. — Вообще в сказках лешие, вроде как, добрые ребята… — Проблеял я, наблюдая за тем как махина, похожая на что-то из мультиков Миядзаки, смотрит на меня, будто бы раздумывая. — Это младший леший, их сотни, они глупые и кровожадные. Заблудившиеся в лесу — чаще всего их рук дело. А вот Старший Леший, ну… Тебе с ним лучше не встречаться пока что. Михаил бы продолжил говорить и пугать меня, но умолк, ведь существо перед нами упало на четыре лапы и, взревев, кинулось на меня. — Ми-и-и-иш-ш-ша-а-а-а! Я завопил от страха, выставил меч вперед и зажмурился. И тут же поплатился, оказавшись опрокинутым навзничь, с ревущим нечтом прямо надо мной. От него воняло, несло тиной и гниением. А еще у него оказались острые когти, тут же вонзившиеся в меня. «Я зачем тебе меч дал?» — в голове звучит раздраженный и язвительный голос, но Михаил не вмешивается. Могучие лапы, в сто раз мощнее и крупнее лап медведей, буквально разрывали меня, раздирали кожу и ломали пальцы. Я орал что было сил, сжимал рукоятку меча, но не понимал, что я должен сделать. Пока перед моим лицом не раскрылась зловонная пасть, намереваясь откусить мою голову. Что-то внутри щелкнуло, и вместо того чтобы прижимать оружие к себе, я выбросил руки с ним вперед, пронзив пасть монстра. Я бы не смог проткнуть его смертельным ударом, даже если бы не боялся и захотел, но и меч этот был не так уж и прост, и его хозяин появился рядом, одним пальцем помогая надавить. Божественный свет сначала лениво окутал голову лешего, а потом тот вспыхнул как новогодняя ель, и спрыгнул с меня. У архангела появилась возможность поговорить со мной, и он опустился рядом на корточки, разглядывая мое изуродованное тело. — У тебя все кишки наружу. Все еще уверен, что хочешь этим заниматься? Михаил не отличался чувством такта, это я понял чуть попозже. Он смотрел как я задыхаюсь от боли, вел бровью, заглядывая в мои глаза, округленные от ужаса, ожидал, черт возьми, ответа. — Н… Н-н-н-н… Как же мне было больно. Наверное, если бы не адреналин, я бы точно умер от болевого шока. А он все ждал. Ждал, очевидно торжествовал, но ждал, когда я выдавлю из себя это сраное «нет», и отвяжусь от него. — Н-н-н… Науч-чи меня. Я удивил его тогда. Настолько, что он пошатнулся, едва не упав с корточек, на которые присел чтобы поглумиться надо мной, самонадеянным мальчишкой. Я с рождения был воином.