Часть 5
3 сентября 2021 г., 15:13
— Эй, Изамо, — послышался голосок справа от меня.
Я повернулся, посмотрел на красноволосую красотку, улыбнулся ей и отвернулся.
— Ну, Изамо же! — снова тот же голос, только слева.
— И не проси, не дам. Ты же знаешь, испытания ещё идут. Хочешь угробиться? Я не дам тебе неопробованный до конца артефакт. Если с тобой что-то случится, твой отец мне башку будет отрывать долго и вдумчиво.
— Изамо, да чего ты боишься? Никто же не узнает, — хмыкнула она.
— Ага, а вон тот дрон моего производства, который следит за тобой, тут тоже совершенно ни при чём, — ткнул я пальцем вверх, где как раз завис один из наблюдательных дронов.
Всё-таки Мито была принцессой самого сильного клана на данный момент. Да, теперь самого сильного практически по всем параметрам. И по количеству шиноби, и по качеству обмундирования, и по знаниям, и по деньгам. Мы сманили к нам сотни шиноби из различных кланов, и каждый из них привнёс что-то нужное нам, но клан всеми силами старался демонстрировать, что всё продолжает быть как было.
— Что?! — девушка повернулась туда, куда я показал и начала щуриться.
— Да ты не нервничай, они сейчас там рассматривают занимательное видео о том, как размножаются соседские кошки, и нас не видят. Всё-таки это артефакт моего производства. Уж за мной подглядывать он не сможет, если я не захочу.
Через секунду она подпрыгнула, когда смогла перейти на магическое зрение, которому теперь учили всех шиноби с моей подачи, и смешно упёрла руки в бока. Её красные волосы начали развеваться как на ветру, а лицо покраснело. Признаки ярости у женщин Узумаки налицо.
— Ну, папочка! Я же просила не подглядывать за мной! — она топнула ножкой, заставив меня прыснуть от смеха, настолько комично она выглядела сейчас.
Когда Мито повернулась ко мне, я стоял и смотрел на почти готовый доспех, надетый на манекен, и ничто во мне не напоминало то, что я только что смеялся над ней. Она с подозрением осмотрела меня и снова повернулась к висящему дрону, который успел чуть отлететь в сторонку. Снова сощурившись, она поискала вокруг глазами и снова заметила структуру.
— Так, я хочу ему что-то сказать. Можешь сделать так, чтобы он меня слышал?
— Да запросто, — ответил я, — говори.
Наложенное заклинание слетело, и Ашина у себя увидел раскрасневшееся личико своей дочери.
— Папа! Ну сколько можно? Что за дела? Если хочешь мне что-то сказать, просто иди сюда, и нечего за мной подглядывать! Мы с Изамо в восьмой лаборатории.
Дрон постоял несколько секунд и исчез.
— Чего он так, а? — обратилась девочка ко мне.
— Ну не злись, — улыбнулся я, — это же твой папа, конечно же, он будет нервничать и переживать. Было бы странно и ненормально, если бы собственный отец не переживал за свою дочь. Вот тогда бы уже я стал нервничать.
Я заметил спешащую ауру на входе в лабораторный комплекс, поцеловал милашку и отошёл от неё. Ашина влетел в восьмую лабораторию и с подозрением осмотрел нас.
— Что вообще происходит, а?
Он осмотрел Мито и бросил взгляд на меня.
— Эй, папа, я же просила! Нечего за мной подглядывать. А вдруг я с мальчиками целуюсь? — сложила ручки на груди Мито.
— Я тебе поцелуюсь! Молодёжь.
Я улыбался, стоя в сторонке. Шиноби. Всё они видят, всё замечают. Делают выводы. Профессия у нас такая.
— Эх, ладно. Никакого стыда и совести у тебя, доча, я же беспокоюсь.
Он с подозрением глянул на меня и перевёл свой взгляд на доспех.
— Раз уж я тут, давай показывай, до чего вы дошли? — показал он на доспех шиноби.
Результат полуторагодовых исследований целой группы мастеров печатей Узумаки, и это уже была шестьдесят девятая версия. Здесь мы исправили практически все последние недочёты прошлых. Висящий доспех никак не напоминал то самое первое убожество, которое тут раньше называли доспехом из дерева. Доспех был металлическим и полностью облегал всё тело и спереди, и сзади, и состоял из восьми разных разборных частей. Руки, ноги, шлем, перчатки и кираса. Всё было серого цвета, подвижным на стыках и не стесняющим движений. Доспех плотно облегал тело при помощи заклинания подгонки и облегал со всех сторон. Никаких дебильных балахонов. Никаких вызывающих цветов. Никаких устрашающих масок с зубами и носами. Всё футуристично, лаконично и практично. Покрытие лица было прозрачным металлом, но могло затемняться, чтобы скрыть лицо.
— Мы ещё не до конца всё проверили. Осталось только стресс-тестирование в условиях, приближённых к боевым.
— Да слышал я, как вы очередной полигон уничтожили. Полигонов на вас не напасёшься.
— Я не пойму, вот это старческое ворчание это результат чего именно? Возраст? Или нервишки пошаливают? Ведь я же сам его тут же и восстановил при помощи дотона? Чего ты ворчишь? Полигон стал даже лучше, чем был, и ямы и воронки я убрал, — улыбнулся я.
В последнее время я с главой клана сошёлся довольно близко и беззлобно над ним подхихикивал.
— На спарринг напрашиваешься, опять?
Естественно то, что я съел души Тобирамы и Мадары, не прошло для меня даром. Все их знания, стили боя и техники я узнал, оставалось только натренироваться применять их самому, что я усиленно и делал на полигонах в последнее время. Естественно, я серьёзно опережал своих сверстников, ведь вспоминать и восстанавливать готовые знания это совсем не то же самое, что и учиться заново с нуля, вот и тренировали меня все практически в полную силу, особенно после того, как узнали, что я могу вылечить своё тело от любых ранений.
— Давай, рассказывай, до чего твои умники дошли, — кивнул он на доспех.
— Как и задумывали в начале проекта, всё успешно работает, калибровка закончена. Металлическая броня защищает от любой стали и техник. Вначале работают магические щиты плюс наши барьеры. Их так просто не пробьёшь. Подпитка идёт от мощных накопителей в спинной части, но, если они закончатся, запитывается от самого шиноби. Облегчение веса сделано успешно, так что включённый и работающий доспех не весит вообще ничего. Встроенная невидимость по требованию бойца плюс заклинание тихого шага и кондиционирование внутри. Зимой в нём не холодно, а летом не жарко. Всегда одинаковая температура. Плюс мы добавили изменение голоса, чтобы по голосу было нельзя узнать шиноби. Его голос обезличен. Доспех привязывается по крови и без своего единственного носителя работать не будет. Внутрь шлема встроен разговорник, который подключён к капитану подразделения и к центру координации миссий. Ну и на всякий случай в нём есть аварийная эвакуация. Если вдруг что, по желанию или при тяжелом состоянии бойца, его эвакуирует на базу телепортом.
— А как вообще понимать, кто есть кто в этом доспехе? Они же все одинаковые.
— Всё предусмотрено. У каждого бойца специальной краской нанесен класс и позывной. Эту краску будет видно только в другом таком же доспехе, но не обычными глазами.
— Н-да, я вижу, что вы проделали колоссальную работу. Да и твоё искусство фуин постепенно расширяется.
— Кто может об этом знать лучше, чем сенсей, который меня ему и обучает? — хмыкнул я, — В общем, если эта версия пройдёт тестирование, можно будет запускать в производство. Каждый шиноби Узушио будет обеспечен таким доспехом.
— Не украдут?
— А как? Работать на не Узумаки доспех не будет. Они привязаны к своим владельцам. Разобрать без полного выключения не выйдет, а снаружи он не выключается. Да даже если и увидят враги, ну вот что они сделают? Магия и фуин находятся внутри, под слоем магической стали, который они не сковырнут так просто. Если даже предположить, что кому-то каким-то чудом достанется доспех, ничего они с этого не поимеют, кроме проблем. На каждом доспехе стоит уникальная портальная метка, чтобы солдат мог переместиться к командиру по вызову. Если кто украдёт его, наши ребята телепортируются туда и объяснят всем причастным и непричастным, почему так делать не стоит. Посмертно.
***
Ещё полтора года прошли для Узумаки весьма продуктивно. Новое поколение шиноби тренировалось в академии, а услуги по перемещению в разных странах оказались весьма востребованными. Пока остальные кланы объединялись, потом снова разъединялись, потом опять объединялись… ну, в общем, мерились длиной членов в своё удовольствие, Узумаки тихо, но плотно подгребли сразу несколько ниш, включая и нишу перевозок. Как для больших и тяжёлых караванов с вещами, так и для обычных граждан через наши порталы. Мы также охраняли груз и заказчиков по пути. Сеть портальных меток нашего клана разрослась на весь архипелаг. Скажу даже больше: благодаря нам открылись дополнительные маршруты, которые раньше были попросту нерентабельны. Либо по причине дальнего пути, а соответственно слишком большого времени перевозки, либо по причине сложности и опасности перемещения. Купцы предпочитали заплатить нам и сэкономить на охране, на тягловых животных и пище для них, на повозках, и даже самих караванщиках, но самым главным было, конечно, время перемещения. Одно дело месяцами переться из одного места к другому на краю географии, и совсем другое, оказаться практически где угодно за пять минут. Отдел клановых перемещений создал единый каталог портальных меток, и чем ближе к известной метке выходил наш шиноби, тем дешевле стоил перенос, и тем быстрее он осуществлялся. Время на сборку и разборку товара в пространственную печать и из неё не менялось, единственное, что менялось это как далеко от текущей метки находится точка доставки или склад. Многие купцы заключали с нами долговременные контракты и использовались нами как перевалочные склады. Отправляли заказ одни люди, а на том конце из склада забирали другие. Всем это шло только на пользу. Узумаки примелькались везде. В самом буквальном смысле во всех городах всех стран. Не было ни одной страны, где бы так или иначе не побывали красноволосые улыбчивые шиноби. Конечно, экономический бум в элементальных странах это не вызвало, не те масштабы населения, но торговля весьма оживилась. Всё то же самое происходило с нашими бытовыми артефактами, которые мы клепали десятками тысяч. Артефакты обогрева и охлаждения для дома, артефакты для сантехники, многие бытовые приборы, которые могли себе позволить средний класс и богачи. Естественно, нищие крестьяне не имели денег на наши поделки, но тут уж ничего не поделаешь. Производство артефактов было только одной из статей дохода клана, ведь все артефакты были, по сути, печатями Узумаки, работающими от чакры, которую надо было пополнять. Торговля перезаряжаемыми накопителями, которые у всех артефактов были унифицированы и вставлялись в специальные слоты, стала ещё одним источником дохода. Шиноби из тех, кто хотел, могли подзаработать, заряжая такие накопители и продавая их. Заодно и раскачка резерва. Для крестьян мы придумали другую услугу. Они покупали наши артефакты вскладчину. Эти артефакты накладывали антипроклятия на поля с урожаем, после чего в рост пёрло всё, что они там посадили, а заодно и дохли все остальные сорняки и полевые вредители. Небывалый урожай собирали по нескольку раз в год, особенно если добавлять побольше воды и удобрений. Обычно на всю деревню или группу фермерских полей достаточно было одного такого, ведь артефакту было в принципе всё равно, какую площадь покрывать, конечно, в разумных пределах. Главное, чтобы она не прерывалась, а была ограничена каким-то квадратом. Артефакт состоял из металлического блина и четырёх колышков, которые вкапывались по краям охватываемого участка. Мастера печатей Узумаки влились в новую, мирную стезю очень хорошо. Весь наш клан постепенно переориентировался. Но даже количество чисто боевых миссий тоже пошло в гору. Подавляюще огромное количество миссий по охране высокопоставленных чиновников, заказывали именно у нас, ведь у нас было одно преимущество, которого не было ни у кого другого. В случае серьёзной угрозы Узумаки могли либо вызвать подкрепление, либо эвакуировать клиента, спрятав его от угрозы. Ни у одной другой компании по охране не было такого предложения. Всё то же самое относилось и к услугам наших ирьёнинов. Богатеи и средний класс желали иметь хорошее здоровье, а потому миссии для ирьёнинов стали пользоваться огромной популярностью. Клиентов могло эвакуировать в специальный госпиталь для гражданских, где всегда дежурили наши специалисты, либо за очень дорого ирьёнины могли приходить порталом к ним. Вот так вдруг нежданно-негаданно, подбивая финансовые отчёты, все мои родственники из верхушки деревни, начиная от главы клана и до всех его старейшин с огромным удивлением начали обнаруживать, что на каждую условно боевую миссию приходится не менее сотни мирных миссий, которые в сумме давали в десятки раз больше прибыли вообще безо всякого риска. Вся деятельность Узумаки стала не только более безопасна для клановых шиноби. За последнее полугодие ни одна даже очень опасная миссия не закончилась смертью наших детей и опытных шиноби. Да и вдобавок к этому в закрома клана лилась просто колоссальная река денег. Ни один клан не имел настолько больших финансовых вливаний. Ни один клан не имел настолько сильной материальной базы. Ни один клан и деревня не имели такого мощного обмундирования, и ни одна деревня шиноби не имела такой мощной, разветвлённой и эшелонированной обороны, как Узумаки после ввода в эксплуатацию моих доспехов. После постепенного изменения генома Узумаки, после тщательного обучения военным дисциплинам в Тайдзюцу, Ниндзюцу, Фуиндзюцу, основам Ирьёниндзюцу наш клан и наша территория оказались абсолютно неприступны для других. Теперь даже все армии всех деревень разом не смогли бы пробраться под нашу эшелонированную оборону. Под мои незлобные подначки и хихиканья с демонстрацией цифр и графиков Ашина и наш клан Узумаки публично отказался выполнять заказы на убийство. Это стало не только вредно для репутации, но и сильно нерентабельно. Несмотря на то, что каждый наш шиноби был натренирован убивать, именно заказные убийства по требованию клиентов мы больше не выполняли, хотя после договоров с даймё разных стран мы охраняли дороги, осуществляли охрану портов и выводили бандитов, грабителей и воров как опасную заразу в тех городах и тех странах, с которыми у нас был подписан общий договор на охрану. Работало это предельно просто: шиноби Узумаки ловили подозреваемых либо в результате доклада ответственных лиц города или селения, где завелись бандиты. Этим бандитам на лоб ставилась специальная печать. С такой печатью человек не способен был соврать или не ответить на вопрос. Виновных находили очень и очень быстро, демонстративно подтверждали или отрицали их показания, ведь виновные прямо перед всеми признавались в своих грешках, и их тут же публично казнили или отпускали. Всё это занимало не больше часа от начала и до конца. Ни отвертеться, ни оболгать кого-то было невозможно. Такое честное, беспристрастное правосудие снискало Узумаки репутацию неподкупных борцов за свободу граждан, а наш публичный и демонстративный отказ от принятия заказов на убийство, раскрасил наш облик в белые тона чистоты и непогрешимости. В конце концов, что для простых людей ещё надо? Конечно же, не всё было настолько благолепно на всех направлениях. Бывали и накладки, но они не смогли испортить общей позитивной тенденции. На нас попытались наехать несколько судовых компаний и компаний по перевозкам, которые скинулись и наняли целую команду шиноби из формирующейся деревни тумана. Тем головорезам было вообще плевать кого убивать. Вот только наши ребята, взявшие миссии, тоже были весьма ушлыми. Когда они увидели подавляющее превосходство противников, по сигналу телепортировались в Узушио, вызвали подкрепление из сильных шиноби первого класса и перенеслись обратно. Туманников они изловили, хорошенько отпинали, закатали в свитки и притащили в отдел дознания. Там из них вышибли всё дерьмо, а заодно и сведения о заказчиках, после чего этих самых заказчиков Узумаки развесили на их же кишках прямо напротив их главного офиса. Вот такая специфика местной кухни. Никаких судов, никаких разборок, проблема решается практически моментально и на месте. Как-то удивительно туго доходило до всех остальных, что имея возможность быстрых перемещений для клиентов, совершенно ничего не может помешать нам самим сбежать на базу, либо вызвать подкрепление в любой момент. Примеров такого было не один и не два, и, наконец, до всех дошло, что лучше поменять направление своего бизнеса и остаться в живых, чем гордо остаться на том же месте и либо разориться, либо оказаться совсем мёртвым. Всё то же самое относилось и к одной совсем недальновидной стране, которая попыталась налагать на нас пошлины, сборы, поборы и налоги. Ведь налог всегда налагается только на торговца или его компанию по месту регистрации оной компании. У Узумаки имеется собственный остров, и он же и есть наша страна. В ней мы и зарегистрированы юридически. С другой стороны, если торговец ввёз товар, значит этот товар и должен облагаться налогом. Если у наших шиноби не имеется ни своего офиса в стране, ни складов, ни фирм, ни представительств, а любые заказы выполняются через разговорный артефакт, то надо быть идиотом, чтобы пытаться настолько нагло стрясти за это деньги, особенно с великого клана шиноби. К сожалению, один такой идиот всё же нашёлся. Он даже пошёл настолько далеко, что начал отнимать товары у торговцев, которых мы переправили. Ну что ж. Вывешивать его за кишки мы не стали из уважения, просто он отравился грибочками и умер. Какая неожиданность. Из совсем уж экзотических наездов был и приход представителя клана Хьюга, который заявил о том, что людей из сбежавшей побочной ветви клана Хьюга видели среди команд Узумаки, а раз они находится у нас, то мы должны этих людей им обратно вот так просто взять и выдать. Хорошо хоть этот клоун говорил только с одним из секретарей, ответственным за внешние отношения в стране огня. Я об этом узнал в виде смешной солдатской байки, которую мне рассказали мои знакомые в одной из забегаловок. Повезло им ещё и в том, что дальше этого секретаря бравого представителя клана Хьюга просто не пустили, там посмеялись над хорошей шуткой и выкинули его восвояси, иначе главная ветвь этого клана могла прекратить своё существование. Если бы об этом узнал кто-то выше, даже не понадобилось бы собирать отряд для такого дела. Думаю, что их намного более многочисленная бывшая побочная ветвь с радостью отплатила бы своим мучителям за несколько столетий рабства и унижений. Но не случилось. Мужик утёрся и бормоча проклятия ушёл. Клан Узумаки постепенно переходил на новую парадигму. Мы никого не трогаем первыми, но если затронуть наши интересы, будет больно. Общий посыл, который мы планировали заставить запомнить всех, был: “Не докапывайся до Узумаки!” и как мне кажется, был этот посыл успешным. Видимо, поэтому он решил не связываться с нами и дальше. С Хьюга, как и с другими кланами на территории страны огня, ситуация нарисовалась неоднозначная. Они смогли присоединиться к Сенджу, как и Абураме, Инузука, Шимура, Сарутоби и Хатаке. Переговоры шли и с несколькими другими мелкими кланами, но костяк сейчас составляли именно эти. Присоединиться они присоединились, вот только на этот раз и сами Сенджу были, скажем так, не в лучшей форме. После бойни с Учиха они потеряли много мощных клановых бойцов. Кроме этого отношения внутри самого клана тоже были сильно напряжёнными. Всё больше и больше клановых чуть ли не в открытую высказывались против Хаширамы и против тех уступок и послаблений, которые он буквально раздавал остальным кланам. Как и в других деревнях, это самое объединение шло с огромным скрипом и проворотом колёс на месте, ну и, конечно же, воинственные Учиха тоже никуда не делись и покусывали Сенджу, а иногда и не покусывали, а откровенно вгрызались им в подбрюшье. Если в стране Огня Хаширама старался миром задобрить остальные кланы, то в других странах это не всегда было так. К примеру, Ретто, первый самопровозглашённый Казекаге страны Песка пользовался диаметрально противоположной стратегией сформированной кратким лозунгом: “Присоединись или умри”. Никаких послаблений другим кланам или шиноби не предлагалось, и это объединение было особо кровавым. Кланы и одиночки выслеживались, и им ставили ультиматум. Именно поэтому из страны песка бежали практически все, кто только мог, а оставались там самые отпетые маньяки, под руководством ещё одного маньяка. Остальные деревни пользовались некими комбинациями этих двух стратегий. Мелкие кланы вбирали в себя под страхом уничтожения, а с большими договаривались. Конечно же, наши эмиссары бродили везде, отбирая и сманивая к нам самых молодых и перспективных детей, обещавших вырасти в сильных шиноби. Забирали мы и их матерей, ну там уж смотря по ситуации, а потому деревням оставалось уже… ну, в общем, то, что и оставалось. Ситуация в Узушио даже дошла до точки, когда и сам Ашина начал намекать, что ещё больше шиноби у нас на остров просто не влезет. Он хоть и большой, но тоже не резиновый, хотя, несмотря на ворчание и на придирчивость в отборе новых шиноби мы всё равно продолжали вбирать в себя всё новых и новых шиноби. С островом мы сможем решить проблемы, ведь теперь у нас были представители многих кланов, каждый из которых имел в запасе техники практически всех стихий. Вообще эти прямые управления стихиями и техники на их основе были целой отдельной песней. Плеяды возможностей по управлению стихиями завораживали меня, и я провёл исследование, чтобы привить Узумаки возможности по управлению различными стихиями, и оказалось, что всё упирается, в основном, в контроль и строгую дозировку различных пропорций жизненной и биоактивной энергии. Причём контроль должен быть довольно точен, вплоть до десятых долей процента. Предрасположенность некоторых шиноби к той или иной стихии на генетическом уровне есть не что иное, как закреплённая в генетической памяти, выверенная пропорция инь и янь энергий. Ничто не мешает шиноби посредством упорных тренировок экспериментальным способом найти необходимый процент смешивания, вот только на такое исследование уйдут десятилетия, ведь стоит учесть и не бесконечный резерв каждого шиноби, да и другими делами он должен заниматься. Именно поэтому я обследовал носителей стихийных техник и выявил все генетические триггеры на каждую из стихий и их комбинаций и начал прививать их всем желающим. Для меня это было не так уж чтобы и сложно, а вот для шиноби экономило время просто колоссально. В академии даже появился отдельный предмет на тему изучения стихийных техник шиноби. Теперь, когда практически все Узумаки имели склонность ко многим стихиям, включая дотон, собраться вместе и самым буквальным образом поднять дно океана повыше, укрепив его, не составит больших проблем. Шиноби у нас полно, и каменные дома они себе строят очень даже запросто. Да если понадобится, мы сможем и новый континент тут забабахать, мы ведь никуда не торопимся. Так что места хватит на всех, и ещё даже останется.
