9 огней: перемены

      Холли и Фиона, стоя на краю одного из этажей недостроя, молча смотрели вниз, где кто-то разбился в кровавую лепёшку. Тело после удара о бетонную плиту было похоже на отбитое молотком мясо, а кровь от него разлетелась как клякса от краски. Зеленовласка хотела спуститься туда и рассмотреть получше, кто примерно это мог быть, но, увидев, что Фионе страшно, она всё же решает отвести шатенку домой, а затем вернуться в общагу.       Днём зеленовласка всё же решает вернуться к сиганувшему трупу. Придя на место, девушка первым делом смотрит на голову, дабы по лицу понять, кто бы это мог быть. Какого было её удивление, когда она увидела лицо этого некогда молодого лысого парня с достаточно развитым телосложением. Она какое-то время ещё смотрела на его окровавленное лицо, прежде чем произнести:       -Даня?..

***

Днём ранее

      Когда Марина после звонка Фионе гневно бросила телефон на диван, она решила не медлить и пойти пока что самой разобраться с Юки. Вновь поднявшись в свою комнату, она увидела сидящую в углу японку, которая обхватила свою голову руками, по всей видимости, от внезапно накатившей боли. Возле японки лежала красная волшебная палочка, а чуть дальше — её очки. Одна из линз была с трещинами, а дужки — слегка выгнутыми, что говорило о том, почему очки были на полу. Марина начала кричать:       -Юки, ты совсем?!       Хрипловатым голосом брюнетка сказала:       -Ма, п-помоги мне…       Но Марина закричала лишь громче:       -Помочь?! Чем?! Путёвкой к наркологу?! Или, блять, сеансом инфекации этой палочки тебе в жопу?!       На последнем вопросе Юки резко вздёрнула голову. Красные капилляры делали её глаза страшными, а сухие губы казались сильно повреждёнными. В компании с покрасневшим лицом, бледной кожей и трясущимися руками всё это придавало японке весьма страшный вид. Марина скривилась от злости.       -Ты чё, колдовала?       Отвечать Юки не пришлось — палочка сама засветилась блёклым красным светом. Как только это увидела Марина, она словно обезумела: рыжеволосая девушка быстро подошла к подруге, резко схватила её за волосы и чуть подвела к лежавшей на полу палочке, после чего прокричала подруге прямо в ухо:       -У НАС ЖЕ У ВСЕХ ДОГОВОР!!!       После чего она наступила прямо на палочку, дабы её раздавить. Но волшебное оружие поддаваться не хотело. Тогда Марина нагнула японку так, чтобы та не смогла сама разогнуться, и подняла палочку с пола. После этого рыжеволосая опять грубо взяла японку за её тёмные волосы и процедила:       -Ну всё, ща будет инфекация…       Стоило ей поднять подруге юбку, как Юки тут же истошно заорала. Палочка в руке Марины опять загорелась красным светом, но уже более ярким. Теперь она ещё и обжигала. Повышающаяся температура палочки не сулила ничего хорошего…

***

      Прошло время. Марина лежала под своим окном в облике Огня Юпитера и медленно приходила в себя. Возле неё уже второй час стояла Огонь Меркурия и притоптывала стопой. Наконец, Марина, словно только прорезающимся голосом, выдавила из себя:       -Я что, трахнула тебя?       Красноволосая волшебница резко мотнула головой, из-за чего её хвосты ненадолго приподнялись в воздухе.       -О, тебе в этом повезло. Если бы ты эту палочку засунула бы мне в зад, вместо тебя уже был бы фарш из мозгов.       Злобный взгляд её изумрудных глаз говорил о том, что она не врала. Тогда Марина поспешила задать другой вопрос:       -А… А почему я… Эм…       Меркурий прервала её:       -Тебя превращение спасло.       -А зачем ему меня спасать?       -Потому что ты вылетела в окно.       -Зачем?       Меркурий развела руками и с наигранным удивлением сказала:       -Не знаю!       Юпитер поняла, что она вылетела в окно из-за сработавшей как защита палочки Юки. Всё, что смогла после этого произнести Марина, было лишь:       -Эх. Надеюсь, это последняя херня, с которой нам как-то помогают наши превращения.       Юки посмотрела куда-то вдаль и процедила:       -Да уж, надейся…

***

      Холли уже достаточно долго сидела рядом с трупом того, с кем они так долго собачились в детском доме. Сначала долго думала о причинах его суицида. Затем, наконец, решилась осмотреть его получше. И вот она сидела и читала то, что нашла в той записной книжке, которая была у него с собой. Среди записей она нашла маленькое стихотворение, которое вряд ли он мог переписать откуда-то из сборников со стихами. Зеленовласка осторожно прочитала его вслух.       -Бродит смерть совсем одна        И, когда сгорают души,        Та песня, что поёт она,        Так сильно льётся в наши уши        Светит полная луна        Под звуки той бессмертной песни,        Словно феникс, твоя душа        Из пепла на огне воскреснет…       До этого Холли не знала о том, что тот, кто однажды причинил ей травму на всю жизнь, может быть таким поэтом. О нет, надеюсь, он не обо мне… Из думы девушку вырвал какой-то странный шорох, явно доносящийся откуда-то с недостроенного дома. Холли пришлось идти на шорохи, и уже было неважно, что её ждёт впереди…