Хроники Диоритовой Империи

Глава 12

Агонии пришлось задержаться на базе Оппозиции ещё на какое-то время. Большинство людинь здесь разъезжались за ресурсами или, если жили в отдалении, отдыхали дома. Но какая-то основная коалиция ночевала во вполне пригодном для проживания здании базы, располагаясь на лавках, а то и вовсе на полу. Днём в пустыне испепеляюще жарко, а ночью легко замёрзнуть, но под крышей пережить подобные резкие перепады температур не составит труда. Агония не заметила, как уснула за столом, упираясь лбом в разворот дневника. Её разбудил грохот упавшей стойки с бронёй. – Простите! – Бура поставила стойку «на ноги», вешая на неё броню обратно. От резкого пробуждения у Агонии заболела голова. – У тебя чернила на лбу, – Коко, опёршись подбородком на сложенные замком руки, сидела напротив. Агония потёрла лоб, размазав по нему следы чернил. Бура уронила шлем. – Бура, – Коко глянула на неловкие попытки механицы водрузить шлем на стойку со сбитой верхушкой. – А? – Иди спать. Бура, сощурившись, посмотрела на Главу. Коко медленно кивнула, Бура, вздохнув и отложив шлем, отдала честь, после чего расположилась на лавке и быстро уснула. Настоящая солдатка. Агония отвлеклась от работы, наблюдая за этой отчасти комичной идиллией, но Коко привлекла её внимание стуком по столу. – Нужна пара дней для сбора всех необходимых ресурсов. Ты же сможешь подождать? – Да, – Агония тёрла сухие глаза. – У тебя уже есть план действий? – Коко наклонилась на стол, пытаясь разобрать зарисовки Агонии. Агония опустила глаза в дневник. Смазанные каракули неразличимых неподготовленному глазу фраз, сальное пятно от соприкосновения со лбом, широкоплечая фигура с чернильной кляксой в груди не выглядели как что-то хотя бы издалека напоминающее план действий. Агония вырвала листок и смяла его. – Мне нужно время, – Агония припоминала нужную ей для воскрешения информацию, но без своего трезубца начинать процесс она не видела смысла, –Я могу выходить из здания? – Ты уже куда-то собираешься? – Коко подозрительно прищурилась. Конечно, Коко не будет так сразу ей доверять, тем более в условиях начинающейся гражданской войны. Но говорить, куда конкретно она направится, Агония не хотела. – Домой, – первое, что пришло на ум, – Взять одну вещь для воскрешения, – чтобы точно отпустила. Коко встала с места и направилась к стойкам. Агония ожидала ответа, а не действия, потому подозрительный лязг заставил её напрячься, но она не смотрела в её сторону. На стол перед Агонией опустился меч. – Возьми, пригодится, там темно и монстры кругом. Агония осмотрела совершенно обычный меч и повернулась к Коко. Заботливый жест, но Коко явно было выгодно не подвергать Агонию лишней опасности, в её руках шанс на вторую жизнь у дамы её сердца. Коко в мыслях цокнула языком, чернила со лба Агония так толком и не стёрла. – Спасибо, но у вас нет лука и стрел? – Конечно есть, – Коко метнулась к сундукам, находя там завалявшийся лук и полстака стрел, – Не волнуйся. В ту ночь Агония забрала с полигона трезубец, вернувшись на базу под утро. – Ягодка, – Коко мягко позвала девочку, – Ты уже носом клюёшь, ложись спать. – Курицы клюёшь, – Ягодка зевнула, – Я нет курицы. Коко хихикнула. Ягодка, питая к Главе авторитет и доверие, легла на лавку рядом с Коко и положила голову на её колени. Коко чуть было сама не заснула, но в здание ворвалась одна из отправленных за ресурсами групп. – Коко, Кайла ранена! Две девушки вели под руки другую, она хромала, а правая часть её тела, не покрытая хотя бы мизерной бронёй, была опалена. К Кайле подбежала занимающаяся врачеванием женщина. Она посадила раненую, начала обрабатывать и забинтовывать разрывы с ожогами. – Как это произошло? – Коко аккуратно переложила голову Ягодки на лавку, та фыркнула и свернулась калачиком, – Дело рук Империи? – Крипер, – Кайла втянула воздух сквозь сомкнутые зубы, – Я хотела разведать как у них идут дела. Как они вооружены и всё такое, ай. Но рядом со мной, из ниоткуда просто, крипер появился и взорвался. Такое чувство, будто они на Империю работают. – На Империю работают, конечно, навряд ли, но ты молодец, что попыталась добыть информацию о вражеских войсках. К разговору подключились остальные. – Нам нужны разведчицы и это факт! – А если криперы и правда за Империю? У них же в королевской гвардии есть эта рыжая полукриперша. – Думаешь, они бы стали её слушать? – Ну а вдруг. Кто-то подёргала Коко за плащ. Она обернулась. – Ох, Ягодка, прости, мы тебя разбудили? – Криперы пахнули, – Ягодка потёрла нос, – Я чихала. – Ты чувствуешь криперов, малышка? – Кайла обратилась к полулисе, – А что, если направить в разведку её? Лисы вроде юркие, да и за свою она если что вдруг сойдёт. – Она могла бы помочь заминировать лес, через который Империя будет вести армию! – Что скажешь, Ягодка? – Коко села на колено перед девочкой, – Хочешь помочь нам? – Ты? – Ягодка дёрнула ушком. – Мне ты особенно поможешь. Ягодка не знала ничего ни о работе разведки, ни о минировании, ни о войне. Она боялась влипнуть в передрягу или оказаться в центре лишнего внимания, даже здесь, где ей ничего не угрожало, Ягодка либо крутилась рядом с Коко, либо пряталась в углу. Но, всецело доверяя давней знакомой, Ягодка согласно кивнула. – Спасибо тебе большое, – Коко потрепала рыжую макушку, – А теперь ложись спать. Коко накрыла Ягодку своим плащом. Полулиса спрятала нос в меху и задремала. Коко прошла к столу и развернула карту на нём. За Главой последовала руководительница отряда. – Коко, требуемое количество красного камня собрано. – Отлично. Отдыхайте, потом отправитесь к добывающим железо, – Коко постучала карандашом по отмеченной расщелине на востоке. – Так точно! Агония возилась с зарисовками. Она пыталась вспомнить ранения Фэг, но перед глазами стоял лишь её безжизненный стеклянный взгляд и яркие огни фейерверков, разрывающие одежду и плоть на ней. Агонию затошнило. – Коко, не могла бы ты помочь? – в слегка опустевшем здании Оппозиции отчётливый, слегка расщеплённый голос Агонии звучал чужеродно. – Да, что такое? – Коко, попрощавшись с одной из групп, подошла к скрюченной над дневником Агонии. – Где находится тело? – В надёжном месте, – Коко передёрнуло, – Называй её Фэг, пожалуйста. – Хорошо, – Агония шкрябала грязными ногтями затылок, – Но я имела в виду условия хранения те… Фэг. Ягодка, подобно настоящей лисе, свернулась на лавке, укрытая тёплым плащом, сладко сопела. – В снегу, – Коко села рядом с Ягодкой и стала почёсывать её голову, – А зачем тебе? – Фэг в непригодных условиях начнёт быстро разлагаться, но условия минусовой температуры благоприятны. – Это всё, зачем я была тебе нужна? – Нет, – Агония протянула по столу лист со схематически начерченным силуэтом тела, – Наверняка ты знаешь расположение её телесных повреждений лучше, чем я. Это нужно для изготовления металлических деталей на замену. – Мы разве не можем дать ей зелья здоровья и регенерации? – Коко взяла свой карандаш. – Понадобится колоссальное количество зелий для восстановления целых систем органов. – Ладно. Коко отметила глубокие порезы на предплечьях и запястьях, разбитые колени, сломанный нос и раздробленную скулу. На груди фигуры стоял жирный крест. – Я видела её сломанные рёбра, – Коко провела пальцами по неаккуратным чернильным линиям, – А внутри – сплошное кровавое месиво. Коко протянула лист обратно. – Спасибо. Пока группы, искавшие ресурсы, постепенно возвращались, Агония придумывала торс и руки для будущей оживлённой Фэг. – Что рисуешь? – Бура возникла за спиной Агонии, благодаря своему росту она прекрасно видела все перечёркнутые попытки и наработки по построению искусственного верхнего пояса конечностей, которые Агония старательно закрыла руками, – А, киборга строишь. Может, тебе помочь? Я умею в робототехнику! – Откажусь. – Ну пожа-а-алуйста, я хочу помочь, я знаю как правильно сделать! – Спасибо, не нужно. – Смотри, там самое главное - сердца и лёгких нет, вместо них можно установить насос, который… – Бура заметила, как Агония смяла лист в руках, а сама отвернулась от неё так, что волосы полностью закрыли её лицо, – Тебе правда не нужна помощь? Агония помотала головой, разрывая лист. – Ох, что ж, – Бура потёрла шею, – Прости меня. Бура отошла принимать группу, отправленную в Нижний мир. Агония начала работу заново. Анатомических знаний ей хватало с лихвой, но то ли техникой она так сильно не увлекалась, то ли её гениальность давала несколько вариантов развития событий сразу, между которыми она была не в силах выбрать. Через два часа гипнотизирования листа Агония поняла, что ей нужны чертежи, делать которые она не умеет. Для рэдстоун-механизмов хватало пары примерных набросков, да и то чтобы примерно понять, как они будут выглядеть и работать, а здесь нужно филигранно отточенное функциональное тело. Когда Бура освободилась, Агония, неловко пряча глаза, подошла к ней и протянула лист. – Мне нужна помощь с чертежами. И с дальнейшим сбором механизмов, скорее всего. Бура прямо просияла. До ночи механица с учёной провозились над чертежами, Бура и впрямь хороша в построении техники, с биологическими знаниями Агонии они вместе создавали модель будущего тела Фэг. – Я была военной лётчицей, но до этого проходила стажировку у самолётостроительниц, – Бура чертила модель руки по линейке, – Там была дамочка, которая обожала всяких роботов. Один раз ей гранатой оторвало руку, так она сконструировала себе роботизированную! – Мне не так часто доводилось применять свои знания на практике. Вижу, мне ещё есть, чему поучиться. – Мне кажется, нам ещё нужно заменить ей ноги ниже колена. И сами колени тоже. – Чтобы она могла удержать собственный вес, – Агония потёрла переносицу, – Я поняла. – Давай выгравируем в углу грудной пластины «Ф.Э.Г. 2.0»? – Зачем? – Круто же звучит! Она будет как киборг! Надеюсь, Коко нравятся робо-женщины, – Бура хихикала, пока подрисовывала аббревиатуру на чертеже. Лицо Агонии тронула слабая улыбка. Всё шло по плану. К следующему утру должны были доставить оставшееся количество материала и можно начинать конструировать протезы.

***

Затрубили фанфары. Взошло солнце, озаряя всё вокруг живительным светом, рассеивая туман после ночной прохлады и побуждая природу и живность покинуть миры сладких сновидений. – Солнышко вышло, – Эллиот помогал пасечнику заносить пустые рамки в сарай, – Я так по нему скучал. – Пчёлки тоже скучали, но теперь им пора на покой. Эллиот остановился у двери, ведущей в ветхий сарай и оглянулся на постепенно теряющие рыжие листья дубы. Подумать только, лето так быстро пролетело. Столько всего произошло за это время и вот он здесь, в последний раз помогает этому доброму дедушке, прежде чем уйти на войну за Империю – Дальше я сам, сынок, – пасечник принял из рук Эллиота рамки и поставил их у стены, – Теперь пчёлок нужно кормить, чтобы они хорошо пережили зиму. Я справлюсь, спасибо тебе большое за помощь старику. – Не за что, Деда Василий, это Вам спасибо за ночлег и еду для меня и Феррари, – Эллиот пожал старику руку. – Возьми ещё от меня, сынок, – Василий вложил Эллиоту в ладонь завёрнутый в плёнку мягкий шарик, – Это прополис. Он пригодится тебе, когда придёт время. – Спасибо ещё раз, до свидания! Мальчик с собакой покинули деревню, расположенную неподалёку от цветочного леса. Эллиот спрятал шарик в кармашек своей нательной сумки. – Кажется, его обычно для лекарств используют, – Эллиот шёл, наслаждаясь редким солнечным днём, и надеялся, что война не коснётся этой деревушки. Он судорожно вздохнул, когда на горизонте показались имперские военные отряды. Когда он подошёл ближе, его сразу же заметила Нлоп. – Сделал, что хотел? – У-угу, – нет, не сделал. Он ещё слишком много хотел сделать, но не идти туда, где людей убивают из-за того, что другие люди с короной на голове не могут решить разногласия человеческим разговором. – Умница, – Нлоп похлопала его по плечу. Впервые Эллиоту её касания не были приятны, её рука будто стала твёрже и иногда странно вздрагивала. Что говорить уж о постоянных паре-тройке мухоморах на голове Нлоп. Кстати о голове. – Нлоп, у тебя выросли рога? – Рога? – Нлоп потрогала свои тёмные, вытянутые рога, – Они всегда такими были, не придумывай. Не были. Были маленькие рожки, а теперь большие и страшные. Хотя, Эллиоту сейчас всё казалось страшным. Но он был благодарен всему, что есть там на небе, за то, что Нлоп держала его рядом с собой и отправляла лишь как передатчика информации командиршам других подразделений. – Такой маленький, а уже в окопе сидит, – к Нлоп обратилась высокая девушка из королевской гвардии, – Не рановато ли? – Империи нужна любая вооружённая сила, – Нлоп случайно ударила хвостом по земляной стене, – Он со мной, я уверена, что с ним ничего не случится. Лада из разведгруппы, например, настоящая патриотка Диоритовой Империи, сама пошла на войну в свои шестнадцать. – Я мщу за брата, – Лада перезарядила арбалет. – Видишь? Всё в порядке. Женщина кивнула, отдала честь и отправилась по заданию, регулировать работу копающих окопы. Эллиот держал в руках запечатанный конверт. Может быть, в нём послание от Оппозиции о том, что они хотят провести мирные переговоры? Остаётся только мечтать. Если Нлоп считает такие меры необходимыми, значит, так и должно быть. Империя же не хотела зла? Всё было очень даже хорошо. Но и Коко с Фэг не были злодейками? – Нлоп? – Что, Элли? – А почему говорят, что мир не делится на «чёрное» и «белое»? – Потому что они смотрят на этот самый мир под разными углами сразу. – А под каким углом на мир смотришь ты? – Под правильным. Эллиот отдал ей конверт и больше не задавал глупых вопросов не по делу.

***

День, но небо затянулось чернотой. Гулял воющий, гоняющий песок, ветер. – Хорошо, что в пустыне нет дождей, – Бура усмехнулась, поправляя гогглы на лбу и крикнула, – Люк открывается? – Да! – ей ответили сверху, продемонстрировав раздвигающий доски механизм. – Отлично! Агония, мы можем начинать? Не терпится установить ей все эти прибамбасы! – Я жду Коко, – Агония перебирала склянки с готовыми зельями, – Мы не можем начать без тела. Фэг, без тела Фэг. Я нервничаю. Агония кончиками пальцев коснулась металла готовых и ждущих своего часа протезов, прокручивала в голове план действий и смотрела на стремительно несущиеся по океанических размеров просторам чёрного, как смоль, неба серые корабли-облака. Двери базы Оппозиции отворились, все резко обернулись. – Мы пришли, – Коко с трупом Фэг на руках прошла к железному столу посередине и аккуратно её на него положила. Она попросила ножницы и самостоятельно избавила её от одежды. – Слабонервных прошу удалиться, – Агония со звонким шлепком натянула резиновую перчатку на руку. Агония приступила к вычистке остатков разорванных на лоскуты органов продезинфицированными инструментами, Бура надела гогглы, включая тепловизор на правой линзе, и помогала эту пакость убирать, а Коко отрегулировала свет ламп и стояла за их спинами. – Ой, а что с пищеварительной системой? – Бура заметила прилипший к позвоночнику желудок, – Мы это не обсуждали. Агония понимала, что Фэг еда больше не будет нужна. Скажешь об этом остальным – возникнут вопросы, мол, а как она тогда будет жить? Но будет ли Фэг вообще «жить»? – Это моя специальность, я и разберусь с этим. Пока Бура отвернулась за железной основой для крепления аккумулятора, а также насоса с мехами, Агония отрезала гладкомышечный мешочек и завязала обрывающийся пищевод на конце в узел. Установка аккумулятора и жизнеобеспечивающей аппаратуры прошла успешно, вены и артерии были соединены с насосом, а меха – с глоткой. Бура начала запечатывать верхнюю часть торса в металл. – Нужно ампутировать руки и голени, – Агония приставила к плечевому суставу лобзик. – Угу. Коко поднимала каждую отделённую конечность и бережно складывала их в ведро с останками органов. – Зачем ты, – Агония хотела сделать замечание Коко, но поймала строгий взгляд Буры, – Проехали. Собрав металлический каркас грудной клетки и приварив проложенную незеритом пластину к груди, Фэг усадили и принялись за спину. Бура не оставила задумку о гравировке. Ключицы и лопатки Агония лишила кожи, оставив кости, которые обила железом, вырезанные мышцы она заменила металлическим аналогом. – Зачем вы отрезаете здоровое? – Коко принесла очередное ведро для лишних частей мускулатуры. – Чтобы она смогла двигаться. – Ага, мы сделаем её ещё сильнее для войны! Тень сомнения проскользнула по лицу Коко и залегла глубокой складкой между бровей. Она глубоко вздохнула, но останавливать их не видела смысла. Через время руки были прикреплены к торсу, голени – к бедренным костям, а спина была полностью закована в металл. Также облицована стала часть затылка, а порт для подзарядки закрыт. – Кажется, она готова, да? Агония? Агония рассматривала своё творение. Всё на своих местах, как она и представляла. Только, кажется, в той книге было написано об амулете для контролирования создания создательницей. Агония посмотрела на свою железную подвеску и решила пропустить этот пункт. – Осталось срастить металл с плотью и установить капельницы, – Агония, выбросив перчатки, взяла колбы с зельями. Агония, заполнив стерильный пакет зельем здоровья, воткнула иглу в вену на шее Фэг. Остался кровоподтёк, но это не страшно. Разделив работу с Бурой, они проливали все стыки металла с кожей зельем регенерации. За окном – поздняя ночь, почти утро. Громыхает гром. – Теперь точно всё? – из-за усталости энтузиазм Буры поубавился. Коко вовсе давно дремала, – Она должна ожить? – Да, – Агония, открыв инвентарь, достала свой трезубец – Тор. Он как родной лёг в руку, учёная огладила его древнюю гравировку пальцем и занесла его над головой, – Отойди и закрой глаза. Трезубец попал Фэг в металлическую грудь и отскочил Агонии в руку, но за ним последовал разрезающий ночную океанскую гладь чёрного неба ослепительный клинок молнии. Все мгновенно проснулись. – Нас атакуют? Что это было? – Тс-с! Агония медленно начала подходить к Фэг. Капельница опустошалась, значит насос работает. Если работает насос – работает и аккумулятор. – Она теплеет, – Бура поняла, что не зря включила тепловизор на гогглах. Фэг дёрнулась и раскрыла глаза. Коко в удивлении, граничащим с восторгом, прикрыла рот. – У вас вышло? Фэг села на столе, теряя иглу капельницы, и свесила тяжёлые металлические ноги. Она, хрипло дыша через неправильно сросшийся сломанный нос, подняла голову на Агонию. – Слушаюсь Вас, Хозяйка, – голос Фэг из-за искусственных лёгких исказился. – Хозяйка? – Коко как водой окатило. Она подбежала к Фэг, но та не обратила на неё никакого внимания. – Я забыла вас предупредить, – Агония облизала свои пересохшие губы, оборачиваясь к Главе, – Я оживила Фэг, с одним лишь условием, что она теперь полуголемка. – Что это значит? Ты присвоила её себе? – Коко чуть не ударила Агонию, но её руки вовремя перехватила Бура. – Воу, остынь, ты чего. – Советую тебе держать свои руки при себе, – Агония похлопала Фэг по крупной железной руке, – Иначе, потеряв меня, она станет берсерком. Чтобы её остановить в этом состоянии, придётся её полностью уничтожить. Коко рычала от злости, слёзы наворачивались на глаза. – Ты знала об этом, Бура? – Клянусь, впервые слышу! – Хорошо, – Коко высвободилась из хватки Буры, – Что ты хочешь за свою работу? – Как договаривались, ресурсы, – у Агонии дёргалось веко, серьёзные переговоры давили, но железная дышащая махина рядом давала какое-то ощущение полной защищённости, а потому и уверенности в голосе прибавилось, – И возможность отгула от фронта. – А если нам нужна будет помощь? – Бура состроила жалобную моську, – Я с Фэг 2.0 могу без тебя не справиться. – В этом случае я тебе помогу. – Какой приказ? – Фэг наклонилась ближе к Агонии. – Подчиняйся Оппозиции. Коко, – Агония указала рукой на Главу, – в частности. – Слушаюсь, Хозяйка, – Фэг поклонилась и опёрлась руками, чтобы встать. – Ой-ей, не вставай, терминатор, ты раздетая, – Бура поставила руки на грудь Фэг, – У меня есть отличный вариант для тебя. Бура метнулась к сундукам, а Коко подошла к Фэг, беря её руку в свои. – Ты помнишь меня? Коко посмотрела в глаза Фэг. Кажется, будто бы вот, к ней вернулось сердцебиение и дыхание, пусть и искусственные, её спина была тёплая из-за аккумулятора. Она была живой. Но взгляд остался пустым. Фэг смотрела сквозь Коко, её радужка потускнела, а по краям желтоватого глазного яблока лопнули капилляры. Фэг кивнула. – Вот, нашла! – Бура притащила зелёную камуфляжную безрукавку с карманами на груди, широкие плотные бежевые бриджи и кожаный ремень с двойной застёжкой, – Будет удобно и вполне стильно! На, надевай. Пока Фэг мерила любезно предоставленную Бурой форму, Агония отозвала Коко чуть в сторону. – Стоило мне долго не выходить из дома, как тут военный конфликт в самом разгаре. Как королева реагирует на всю ситуацию? – Агония не раз думала о том, как поживает Марен, не происходило ли новых приступов озверения, или она вела себя в обществе максимально приемлемо. – Королевы больше нет, – Коко наблюдала за молчаливой полуголемкой Фэг, вокруг которой крутилась разговорчивая и вполне человеческая Бура и отчего-то совсем не радовалась её возвращению «оттуда», – Удивлена, что ты не знаешь. – Марэн мертва? – уголок губ дёрнулся в ухмылке, свою слабость Агония попыталась скрыть ладонью, – Где она похоронена? – На столичном кладбище, – Коко опёрлась на стену, гадая, о чём думает Фэг. Может ли она теперь думать, как человека и говорить что-то, не содержащее в себе слова подчинения Хозяйке? – А зачем тебе? Агонии и след простыл. Как и оставшихся зелий лечения. Вдали всё ещё сверкали молнии. Коко потёрла шею и погнала Буру спать. Вёдра с кусками тела было решено отдать военным собакам и продовольственным свиньям. К предполагаемому утру вернулся маленький отряд вместе с Ягодкой, которая хвасталась, что смогла подложить много растяжек между деревьями и своей аллергией на порох пару раз спасла команду.

***

Агония выломала дверь собственного дома, схватила валяющуюся у порога лопату и, под бьющим до синяков ливнем, побежала на кладбище. О чём позже, начав задыхаться, пожалела, но на шаг не перешла. Чесались руки, глаза горели предвкушением лицезреть её. Размывающие дороги лужи отражали тусклые попытки грибосветов собирать вокруг себя мотыльков и промокшую насквозь низкую фигуру Агонии. Учёная достигла кладбища и сразу поняла, где ей нужно копать. Диоритовая статуя Марен красовалась на самом видном, просторном и красивом месте, постамент был усыпан букетами и венками. Её могила, правда, решительно не отличалась от всех остальных и находилась за статуей. Здесь Агония наблюдала ухоженную местность и пару свежих роз, место будто уединённое или спрятанное от чужих глаз. Но это даже удобно, шанс обнаружения сторонней наблюдательницей минимален. – Дорогой дневник, если у меня всё получится, то я буду самой счастливой человекой во вселенной. Агония, воткнув лопату в размытый грунт, начала копать. Земля мягкая, её похоронили недавно. Двенадцать часов на ногах совершенно не отразились на Агонии, она устала, но видела в паре метров под землёй свой поистине самый драгоценный клад. Ей ещё никогда не доводилось проводить эксперименты над людинями, а Марен – гибридка. Гибридка, поведение которой зацепило учёную ещё со времён первой неудачной коронации. Лопата воткнулась в крышку гроба. По телу пробежала дрожь. Агония руками расчищала грязь, гвозди пришлось выдирать черенком. – Господи. Марен лежала в обитом красным бархатом гробу в длинном, белом платье, её кожа побледнела, а голова была отделена от тела. Агония коснулась её сложенных на груди рук. – Она моя. Она теперь вся принадлежит мне, – Агония, посмеиваясь, взяла голову в руки, проводя большим пальцем по её уху, – Марэн. Моё сокровище. Она с собственническим удовольствием поцеловала сухие и холодные приоткрытые губы Марен, чьи бивни упёрлись ей в потрескавшиеся уголки рта. Агония лизнула её нижнюю губу, прикрывая глаза и сжимая длинные каштановые волосы измазанными в мокрой земле пальцами. Отстранившись, Агония положила голову Марен на живот её тела и подняла всю полухоглинку на руки. На кончике языка остался лишь слабый сладковатый привкус. Агония положила Марен на землю рядом с надгробной плитой, закрыла гроб и вылезла из ямы сама. Ещё какое-то время она закапывала могилу обратно, после чего выбросила лопату в реку, достала из закромов инвентаря зелье силы и залпом выпила его. Агония вновь подняла Марен на руки, и, прижимая ту к себе, пошла через берёзовый лез за кладбищем на полигон. Гроза постепенно кончалась. Агония переодела тело Марен в просторную больничную сорочку, а белое платье сожгла в печи. Эффект зелья давно кончился, поэтому она переносила Марен по частям, волочила тело, держа её подмышки, а затем переносила и голову. Найдя катушку медицинской нити с иглой, сверяясь с анатомическим атласом, Агония приступила к пришиванию головы Марен к телу. – Дорогой дневник, воскрешение Фэг, а точнее вселение в её тело стихийного духа и становление её полуголемкой – было интересным экспериментом. Но первостепенная моя исследовательская цель не была достигнута. Однако, сейчас в моих руках та, кто ещё недавно стояла у власти, та, от чьих действий зависели чужие жизни, та, кто соединила в себе хоглинскую и человеческую ДНК. Мне открыто столько возможностей, столько опытов и исследований, о коих я до этого даже и мечтать не могла. Широкий рваный шрам красовался на месте стыка головы и тела. Агония положила Марен под капельницу с зельем здоровья и надела на её лицо кислородную маску. Агония достала дефибриллятор и приложила один электрод справа во втором межреберье под ключицей, второй – в проекции верхушки сердца. Разряд. Нет пульса. Разряд. Тихо. Агония нахмурилась. – Я что-то забыла? – она метнулась к атласу, судорожно листая его страницы, – Ну нет, ну пожалуйста, прошу тебя, я же так близка. Только не снова. Агония схватилась за волосы, бубня под нос все пункты своего плана, детально вспоминая этапы пришивания головы. Может быть, недостаточно зелий? Нужно было поставить капельницу с регенерацией? Исправны ли её приборы? За спиной послышался писк. Потом ещё один. Галлюцинации? Агония обернулась – монитор пульсометра показывал редкие, но мерные, сокращения сердечной мышцы. В груди что-то сжалось, глаза защипало. – Получилось.