Синеволосое счастье

Образ заместителя с луком все не выходил из головы Бана вот уже многие часы. От парнишки веяло статью и даже величием: вечно улыбающееся лицо было сосредоточенно, чуть подведенные самой ночью глаза превратились в узкие щелочки, а с виду хрупкие пальцы уверенно сжимали древко стрелы возле щеки. Обычно уложенные на бок или назад волосы цвета спелой сливы прикрывали уши и застенчиво касались кончиков ресниц. Тонкие руки на этот раз были скрыты в рукавах темной кофты, а за тихие шаги нужно было поблагодарить объемные кроссовки, которые на ночь сменили начищенные туфли. Чонин выглядел так… – Просто нет слов! Именно так. Слова отсутствовали как таковые. – Он еще и отвечает! Нет. Это был всего лишь кивок, а сердце так и норовило пробить колени и убиться о грубые пятки. – Феликс, там случайно не господин Ян идет? Чан подорвался как ошпаренный, опрокидывая под собой стул и ударяясь коленями о стол то ли в попытке мчаться на встречу, то ли убежать в свою комнату. Только после этой отрезвляющей фразы Бан осознал, что весь остаток ночи до самого утра просидел в гостиной, устремив невидящий взгляд куда-то на поверхность стола. А теперь над ним потешался его собственный, даром, что сводный, брат, на пару со своим почти что парнем, наблюдая за хаотичными метаниями и диким испуганным взглядом. На что в ответ получил подушкой по лицу и полный игнор на следующие несколько дней. На самом деле, полным игнором это не могло считаться, так как работу еще никто не отменял, но все же это ударило по Хвану. – Ну прости, – жалобно тянет блондин за совместным ужином, перед этим методично размазав половину еды по тарелке. – Просто ты настолько увяз в своих мыслях, что грех было не узнать, из-за кого. – Бин проспал отчет, который должен был прислать еще вчера, поэтому я материл его на все лады и судорожно искал решение его, на минуточку, проблемы, – ровно и несколько отстраненно ответил старший, отправляя в рот очередной лист салата. – С улыбкой на лице? – А, значит в этот момент я представлял, как моя стрела пронзает душу Сынмина, который допустил такую промашку, – как ни в чем не бывало продолжил Чан. Ни под какими пытками от не признается в том, что на самом деле творилось в его сознании. – С каких это пор ты стреляешь? – аккуратная тонкая бровь медленно приподнялась в почти немом вопросе «Кого ты здесь дуришь?». – Ты ведь ненавидел это дело, на отца злился, даже пару луков сломал. – Здесь правда есть стрельбище? – неверяще прошептал Феликс скорее сам себе, но оба брата его услышали. – Это тебе не хотелось держать дерево в изнеженных руках, а мне оно по ночам снилось, да так часто, что в последние годы сбегал иногда в темноте потренироваться, – Чан никогда не мог злиться на младшего, но вот делать вид иногда приходилось, чтобы этот негодник не совал нос туда, куда не просят. – Поэтому сегодня ты снова туда пойдешь? – светлые глаза озорно и слишком хитро блестели то ли от ярких ламп, то ли от предвкушения. – Ночью нужно спать, а не следить за всеми, Джин. – Так вот и спи, а не шастай по территории поместья, пока луна не скроется с неба! Хоть бы о других подумал, тоже мне, директор нашелся, – на светлом лице проступило показное раздражение. – Если так хочешь обо всем знать, то это я поймал Яна за полуночными тренировками, – Бан тяжело вздохнул, спрятав лицо в ладонях. – Поэтому пришлось самому назначить время этому ребенку, чтобы он высыпался. – Тогда понятно, почему у Чонина круги под глазами, которые даже тоналка не скрывает полностью, – задумчиво протянул Феликс. – Он сегодня даже умудрился уснуть, пока мы с Джинни обсуждали чей-то приезд. – Кстати, на следующей неделе приедут последние представители компаний, тебе придется посещать званые ужины. Расписание уже составлено, приглашения с кратким перечнем тем отдам завтра, хочу еще раз глянуть, – деловой Хван снова сменил улыбающегося и беззаботного Хёнджина. Чан ненавидел это. – Не стоит, у меня все и так есть, не первый год в этой сфере, лучше отдохни в эти дни, удели время своему парню, с остальным я и сам превосходно справлюсь. – Но… – Займись собой, ты давно не танцевал, – чуть грубая рука легла на чужую, изящную и гладкую, чуть сжимая. – Не стоит брать на себя больше, чем необходимо. Ты и так мне более, чем помогаешь. – Ты обещал показать мне озеро и устроить пикник, – Феликс был на удивление смышленым и не то что умел читать между строк, он слышал тишину между фразами. – Давай завтра погуляем, как раз выходной и нет нужды пристально следить за всем. Ну пожалуйста! – Вы сговорились что ли? – блондин в изумлении переводил взгляд с брата на любимого. – То один меня уламывает вечером фильм посмотреть и «отдать уже эти бумажки директору Бану», теперь второй настаивает на отдыхе. Уйду я от вас, противные. – Да пожалуйста, – пожал плечами Чан и бросил немного хитрый взгляд на веснушчатого. – Если что, запасные ключи от дома лежат под второй кадкой слева. – С зеленой веревочкой такие? – светлые глаза понятливо сверкнули. – Разрешение даю. – Да вы издеваетесь! – Хван притворно и совсем чуть-чуть наигранно возмущался еще минуты две, отвешивая подзатыльники Феликсу и буквально швыряясь вилкой в брата. Впервые за много лет Кристофер чувствовал себя комфортно здесь, где отец учил быть строгим и контролировать себя и свою жизнь, жестко подчинял правилам, но в то же время был отцом. Парень попытался стать хорошим старшим для своего брата и достойным преемником бизнеса. Вот только он не раз и не два задумывался над тем, что не хочет возвращаться в полупустой дом, когда Хёнджин в очередной раз не возвращался ночевать домой, а своих «возлюбленных» Чан никогда не пускал даже за ограду. Сейчас он на удивление легко принял рядом наследника корпорации Ли, за которым увивались многие из-за слишком привлекательной внешности. Вот только никто не знал, что он не прочь быть подушкой для любимого человека поздно вечером, старательно выбирает овощи из некоторых блюд и неосознанно поддерживает тогда, когда необходимо. Чан очень тихо завидовал и безумно радовался, надеясь, что когда-нибудь у него будет что-то похожее. Возможно, он уже двигался по направлению к своему счастью, оборачиваясь на заснувших на диване блондинов и тихо выскальзывая из особняка.