Выбор

      Первый напряжённо смотрел на братьев, теребя рукава своего лабораторного халата. Том вышел, делая непринуждённый вид, но Красный знал: он просто сбежал, не желая лишний раз испытывать недовольство клонов. И, возможно, чтобы действительно дать им поговорить.       Клоны смотрели друг на друга, даже не двигаясь, не перешёптываясь. Первый выдохнул и медленно выпрямился, приподнимая голову. Нужно быть увереннее. — Перед тем, как вы начнёте закидывать меня вопросами — сядьте. И успокойтесь, меня нервирует ваше напряжение.       Первым подал признаки жизни Джеймс. Он хмыкнул и кивнул, усаживаясь на стул. Этот клон как никто другой знал, что их лидер не любил объясняться перед другими, а если приходилось — делал это через силу, заставляя всех сначала подчиниться и отойти подальше. Джеймс подозревал, что это от чрезмерной вспыльчивости.       Остальные, словно очнувшись от транса, так же расселись кто-куда, но так и не перестали сверлить лидера взглядом. — Ты странный, — сказал Шизо и сел прямо на пол, сложив ноги по-турецки. Первый нервно усмехнулся. — Рад слышать.       Красный взъерошил волосы и засунул руки в карманы, нащупав там обгрызанный карандаш, которым совсем недавно исправлял записи Тома. Том… Что ж, Первый не хотел это признавать, но с ним в этот раз было бы спокойнее. Когда рядом Диктор, то можно не стесняясь проявлять себя, свои настоящие эмоции и недовольство.       Когда рядом братья, то ты должен быть понимающим лидером, поддержкой и опорой. Должен скрывать то, как сильно иногда хочется стукнуть клонов, которые не вникали в суть, как сильно хочется переворачивать столы и яростно кричать. — Прошу не перебивать. Рассказ не из простых.       И Первый подался в объяснения.       Клоны слушали внимательно, так, как не слушали даже раньше, то и дело посматривая в сторону двери, куда ушёл Диктор, а после на своего лидера, который выглядел слишком неправильно. Слишком… Как он. — Тебе удивительно идёт эта одежда, — отозвался Флеш, нервно усмехаясь. Красный не удержался и смерил его колким взглядом, от которого у одиннадцатого прошлась дрожь. — Ты провёл с ним слишком много времени… — Пробубнил клон. — То есть, мы как бы теперь на одной стороне с Диктором? — Недоумённо спросил Эль, потирая подбородок, — Грубо говоря, да. — Неприятно.       Первый вздохнул и чуть более расслабленно подошёл к братьям, не чувствуя больше иррационального страха перед ними. Они точно были обескуражены, точно имели уйму вопросов, но от них не чувствовалось вражды, не было желания навредить своему лидеру. — А ты, кажется, неплохо устроился, — усмехнулся Перчик, окидывая Красного взгляда, — Отъелся, синяки под глазами правда больше стали. Но, кажется, они у тебя равны возрасту. — Ага, как кольца у дерева, — фыркнул Первый и потёр переносицу, — Всё не так… положительно. Томас — тот ещё мудак. Я могу понять его причины и его действия, но не оправдать. К тому же, вроде как пока выходит немного сдерживать его… Фантазию во время экспериментов.       Клоны переглянулись и медленно встали. Шизо первый подошёл к лидеру, положив руку ему на плечо. — Мы не до конца пока понимаем, но мы рады, что ты в порядке. — Да, Босс, ты сделал слишком много для нас, чтобы мы злились. Никто не может знать всего наверняка, — Джеймс улыбнулся и помахал своей металлической рукой. — Спасибо, что остался в порядке. — И спасибо, что попытался нам объяснить, — Перчик подошёл ближе всех и аккуратно обнял лидера, отчего тот вздрогнул. Красный не особо привык к прикосновениям.       Следом подключились остальные клоны, сжимая Красного в объятиях. Первый затаил дыхание, не решаясь даже моргнуть, лишь бы это момент не рассеялся.       Они не злятся.       Они рады видеть его. — Как отвратительно мило, — послышалось позади, отчего клоны вздрогнули, но лишь сильнее стиснули Шрама. — Я сейчас заплачу. — Завались, Том. Иначе правда заплачешь, — тихо произнёс Красный и аккуратно отстранил от себя братьев, поспешно отворачиваясь, дабы они не увидели его растроганного лица. Зато его увидел Томас и лишь усмехнулся. — Заканчивай нежности, Номер Один. У нас полно работы. А у тебя — её теперь в два раза больше. Я за ними следить не намерен. Отвечаешь за них ты. Хоть один накосячит — они в кристалл, а ты… — Том задумался. — А ты лишишься любой возможности заходить в лабораторию и мастерскую. — Ты сам сдашься спустя два часа, когда не сможешь что-то решить, — фыркнул Первый и повернулся к братьям, — Давайте я отведу вас туда, где вы будете жить. Прошу вас, ничего не делайте не подумав. Второй раз я вас из кристаллов могу не вытащить.       Клоны кивнули, всё ещё немного испуганно и агрессивно поглядывая на Тома, а после последовали за Первым, который, проходя мимо Диктора, недовольно толкнул его локтем, в ответ на какое-то замечание. — Всё ещё удивлён, что он так спокойно реагирует на… подобное. — произнёс Джеймс, который шёл ближе остальных. — Да брось, это лишь подтверждает, что наш Шрам его любимчик. Признавайся, Босс, чем ты так его очаровал? — Эль закинул руку лидеру на плечо и улыбнулся, играя бровями. Красный раздражённо выдохнул. — Систематически капал на мозг. Начиная с появления.       Шрам скинул руку и ускорился, не желая обсуждать их с Томом взаимоотношения. Это было слишком сложное и личное даже для самого Первого, не то что для братьев. — О, истории о твоём появлении. Самые интересные, когда ты наконец его упоминаешь, — Перчик улыбнулся, догоняя Шрама, — Не кипятись. Ты же знаешь, что нам просто интересна причина такой терпимости Диктора к тебе. Мы больше не будем.       Первый резко остановился и указал рукой на дверь, вздохнув. — Я не злюсь. Просто устал. Не знаю, можете ли вы свободно передвигаться по зданию, но не советую лишний раз. В случае чего, — Красный указал куда-то за поворот, смотря на Джеймса, которого всегда воспринимал, как своего заместителя, — там находится комната отдыха. Там точно можете быть. Увидите Тома — не бойтесь, но и не агрессируйте. Обычно, ему плевать на всё что происходит вокруг. Я приду чуть позже. Отдыхайте.