Minlix blog

1

      - Я король.       - Уже нет, - с этими словами Феликс, стоявший позади кресла, в котором так удобно умостился Хан, облокотился на спинку и надавил. Кресло откинулось назад, вынуждая Джисона нервно схватиться за подлокотники.       Джисон оказал ему огромную услугу, став его временным "телохранителем". Ликс об этом не просил, так вышло само. Просто утром менеджер привез их раньше остальных на площадку телестудии M Countdown, чтобы стилисты успели подготовить обоих к выступлению без спешки. У Ликса был сложный образ из-за его накладных волос. Учитывая, что после выступления их ждало еще двести дел до конца дня в связи с раскруткой нового альбома, нужно было убедиться, что прическа Феликса выдержит все его прыжки на сцене и после нее, потому что времени поправлять ее между другими съемками просто не будет. Хана же привезли раньше потому, что ему нужно было перекрасить волосы. Таким образом, они – два брата по несчастью, досматривавшие остатки снов в машине и в кресле перед стилистами, объединились, чтобы заботиться друг о друге в течение дня.       Чуть позже к ним подтянулось трио из Чонина и Сынмина во главе с Хенджином. У тех образы были чуть проще, поэтому парней везли не с такой спешкой. Чонин, пока ждал остальных уже готовый и переодетый, стащил из сумки стилистов баллончик с синей краской и сам решил навести красоту на голове.       Хен-лайн опаздывал. И когда все пятеро были полностью готовы к сцене, выяснилось, что старшие все это время были на телестудии, только готовили их, почему-то, в отдельной гримерке. Зашли они, вызвав волну удивления и возгласов. Чанбин быстро перетянул на себя все внимание новым цветом волос, став вдруг светло-русым. Чану вернули рыжий. А новый цвет волос Минхо практически не вызвал вопросов, так как ему просто вернули привычный уже теплый оттенок шоколада.       Феликс, разумеется, это заметил сразу же. Но подойти и нормально поприветствовать старшего ему не дали. Менеджер ничуть не шутил, говоря, что не позволит им даже дышать близко, поэтому быстро нарисовался перед Ликсом, указав на противоположный конец зала. Джисон, став этому свидетелем, сочувствующе похлопал по плечу. И Ликс в очередной раз восхитился чуткостью друга. Если бы Хан, как и все последние дни, вновь ушел веселить Хенджина с Чанбином, Феликс бы взвыл.       - Расслабься, не будет же менеджер ходить за тобой весь день? – тихо шепнул ему Хан на ушко. Громкие голоса Хвана и Чанбина перекрывали их собственные, поэтому Феликс не особо стеснялся и заговорил нормальным тоном, лишь отвернув голову от менеджера.       - За Минхо он точно ходить не решится. Поэтому объектом его слежки стану я. Ты же видел, как он смотрит на меня с самого утра, с тех пор, как забрал нас из дома?       Оба тут же развернулись, поглядывая на тихо сидящего в уголке мужчину. Менеджер делал вид, что занят своими делами, но все знали, насколько внимателен был этот человек. Притянув Джисона за талию ближе, Феликс обнял его и тяжело вздохнул.       - Хочешь, я намажу его стул клеем? - прошептал Хан.       Феликс низко рассмеялся, прижимаясь к другу щекой. Тон у того был настолько серьезным, что Ликс не сомневался. Намажет, если он попросит.       Сверкать намеренно перед камерами особо не хотелось. Феликс сделал это один раз, для смеха забравшись в коробку, подаренную им телеканалом в честь камбэка. Было смешно первые пару секунд, а потом спину неприятно потянуло, мышцы защемило, и Ликс с трудом выбрался оттуда под смех Чонина.       Отсиживаясь в сторонке, он старался не залипать на руки Минхо, в который раз поправляющие ремень на синих брюках. Красный комбинезон из клипа заглавной песни сменили синие брюки и такого же цвета рубашка с дополнительными вставками на плечах, имитирующими ремни. И Феликс был бы рад продолжить делать вид, что он не пялится на руки Минхо, поправляющего свою одежду, но девушка из стаффа, заметив, что Ликс снова слизал всю помаду с губ, увела его обратно в гримерку. Менеджер, разумеется, пошел за ним, встав прямо у выхода из комнаты. В тот момент Ликс понял, что у него большие проблемы. Такая слежка и контроль каждого его движения уже начали выводить из себя.

2

      Music Core с недавнего времени стал для Минхо почти родной территорией. Его уже все знали, так как он несколько недель работал MC, и чувствовал себя здесь свободно. Поэтому Феликс ожидал, что им будет намного легче пересечься здесь без особенных свидетелей. Но, к большому разочарованию Феликса, все было ровно наоборот. Если Минхо не был занят с ними, то его дергали по поводу предстоящего эфира. В итоге старший появился только к началу репетиции и прогону номера "Thunderous". Сделав запись, он опять убежал, но после все же вернулся к ним в гримерку и сидел под надзором менеджера в компании Чана и Хана, ожидавших своей очереди к костюмерам и стилистам за образом к "The View".       Феликс напросился быть первым в этой очереди просто потому, что сидеть в гримерке и дышать неприятным запахом лака и краски на своих волосах было невыносимо тошно. Вскоре у него разболелась голова, и Ликс вышел в зал ожидания, где вовсю работали вытяжки и кондиционер, фильтруя воздух. Рискуя помять сценическую одежду, он рухнул животом на один из больших пуфов, заменяющих диваны и кресла, и чуть не уснул. Разбудило его движение сбоку и мягкое прикосновение к спине.       - Простудишься же, - Минхо провел рукой над головой младшего, проверяя направление и силу движения воздуха от кондиционера. Дуло не сильно, но для Ликса этого было достаточно, чтобы ходить с температурой уже на следующий день.       Феликс, открыв глаза, сонно посмотрел на старшего. На Минхо все еще были кроссовки и черные брюки для "Thunderous", а белый ханбок был предусмотрительно снят и заменен обычной черной футболкой. Темная ткань плотно прилегала к телу, не скрывая его рельеф. Феликс невольно залип взглядом на груди старшего, снова любуясь его формой, но задумчивое молчание вынудило поднять взгляд выше. Феликс обратил внимание, что волосы Минхо были в беспорядке - от укладки не осталось и следа. Ликс пришел к выводу, что Минхо еще несколько раз успел пробежаться по коридорам телестудии, пока не оказался здесь.       - Привет, - хрипло сказал он. Феликс, прочистив горло, подумал о том, как неловко это все звучало. Но это было их первое нормальное приветствие за день, поэтому Ликс был рад уже этому. Минхо, выйдя из задумчивости, опустил руку на спину младшего, начиная аккуратно разминать плечи. - Ты как тут оказался?       Феликс еле удержал себя от едкого "один", но Минхо понял его и без этого. На вопрос он усмехнулся, а затем едва заметно кивнул головой в сторону, намекая. Феликс, не задумываясь, обернулся следом и увидел сидящего поблизости оператора с камерой, снимающего их. Разумеется, одних их не оставили. Но этот паренек хотя бы не ругался и не смотрел на них осуждающим взглядом. Ему просто велели ходить за мемберами и снимать все, что они делали. Тот добросовестно выполнял свою работу.       Минхо, увлекшись, сжал пальцы чуть сильнее, и Феликс, вспомнив о боли в спине, переходящей в шею, издал тихое хныканье.       - Болит? - голос старшего стал мягче, а движения рук сменились на более осторожные.       - Да.       - Хорошо. Я больше не буду давить так сильно. Расслабься.       Феликс постарался выполнить требование Минхо, насколько это возможно. Он лежал спокойно, иногда постанывая и стуча по обивке пуфа рукой, когда сильные пальцы находили очередную болезненную точку. Но спазм в мышцах стал заметно уменьшаться. Ликс, имея опыт массажиста в их группе, справлялся с подобными неприятностями и болью в телах мемберов быстро. Но когда болезненные ощущения возникали в его собственном теле, отдавать себя в чужие руки он не торопился. Это было местами опасно и вызывало еще больше страданий. Минхо, как и остальные мемберы, делать правильный массаж не умел, однако, был достаточно внимательным, чтобы запомнить некоторые приемы, которыми пользовался Феликс, спасая, например, больную спину Чанбина. Тот частенько напрашивался на сеанс к Ликсу, пользуясь статусом лучшего друга. Поэтому у Ли было много возможностей понаблюдать за работой мастера. Помимо этого, Минхо хватало понимания, что если прикосновения вызывали только болезненные ощущения, то можно было переусердствовать. Он старался быть аккуратным и сдерживать силу. Ликс всегда был очень благодарным, когда старший замечал, что тому требовалась помощь. Поэтому усилия и старания Минхо даром не проходили.       После серии шуток о том, что Феликсу тут не массаж делали, а только пытали, Минхо поднял взгляд на оператора. Немого предупреждения в глазах хватило, чтобы тот быстро собрался и оставил их одних. Феликс, проследив за этим, возражать не стал. Однако, продолжая замечать, как Минхо оглядывался каждый раз, когда слышал движение за углом или видел появившийся темный силуэт, выходящий из коридора или гримерки, он спросил:       - Ты успеешь переодеться?       - Хочешь, чтобы я ушел? - Минхо закончил массировать его плечи и помог сесть ровно. Феликс, изнеженный и расслабленный, забавно заваливался на бок и продолжал моргать сонно.       - Нет, - крепче стискивая ладонь старшего, Феликс покачал головой. - Но ругань слушать не хочу.       Не успел Ликс договорить, как из коридора показался высокий силуэт менеджера. Мужчина, заглянув в гримерку, стал высматривать окружение. Не трудно было догадаться, кого именно он там пытался найти. Минхо раздраженно прищелкнул языком и поднялся с пуфа, пока менеджер не догадался посмотреть в другую сторону. Руку Феликса он отпустил в самый последний момент, когда уже встал напротив него.       - Иди, - спокойно кивнул ему Ликс, но сам нехотя разжал руку старшего. - Я подожду тебя здесь.       Минхо столкнулся взглядом с менеджером, лишь подойдя к гримерке. Феликс, оставшись сидеть в зале, видел, как мужчина о чем-то спросил его, но Минхо, кажется, тому ничего не ответил или сделал это так коротко и жестко, что взгляд мужчины стал еще более суровым. Феликс поспешил отвернуться и улыбнулся как раз вовремя подошедшему Чонину с газировкой в руках. Макнэ был уже полностью готов для сцены, как и он, и Феликс воспользовался возможностью притвориться перед менеджером, что был все это время в компании Йенни, а не старшего. Чонин не возражал и охотно помогал дурить мужчину. В такие минуты Феликс не мог не задумываться, что Чонин был в тайном сговоре с Минхо, так как влияние танцора на самого младшего в их группе сказывалось порой очень сильно.

***

      Феликс и не надеялся получить еще один шанс провести время наедине со старшим в этот день. Менеджер продолжал ходить между ними сторожевым псом. А под конец рабочего дня Ликс мог думать только о том, как побыстрее оказаться дома, принять душ, смыв с себя вонючую краску, и лечь спать. Силы были только на то, чтобы собрать в кучу свои вещи, покинуть здание телестудии и донести себя до машины. Он ничего не ждал, поэтому взмах руки из салона и вид Минхо, держащего свободное место рядом с собой специально для него, стали приятным сюрпризом. Феликс оставшееся расстояние до машины даже прошел бодрее, запрыгнул внутрь и прижался к боку старшего. Следом зашли Чонин с Сынмином, сев на места, что были перед ними. Менеджер, к большому удивлению, ничего говорить не стал, но взгляд на них задержал чуть дольше, чем было необходимо. Феликсу было плевать. Он с трудом держал глаза открытыми.       Оторваться от Минхо и сесть ровно все же пришлось. По устоявшейся традиции, старший должен был провести трансляцию и пообщаться с фанатами по дороге домой. Макнэ-лайн стали для этого эфира приятным сюрпризом. После обсуждения костюмов и отвратительно пахнувшей серой краски на волосах Феликса Минхо резко прервал трансляцию. Она длилась даже меньше десяти минут. Мелочиться и объясняться старший не стал, просто кинул телефон менеджера Чонину, чтобы тот решил, что с ним дальше делать, а сам расслабленно опустился на спинку кресла и выдохнул, прикрыв глаза. Феликс, усевшись поудобнее, настороженно подглядывал за старшим. Минхо хмурился и дышал слишком неспокойно и глубоко, длинные ресницы подрагивали. Его странное поведение не могло не беспокоить Феликса. Когда Ликс все же решился побеспокоить его, чтобы отвлечь от горьких мыслей, Минхо резко обернулся и посмотрел в глаза Феликса, тихо прошептав:       - Дай мне неделю.       - М?       - Я вижу, как тебе неприятно все это. Я разберусь со всем, и они перестанут нас дергать, гоняя по разным углам.       Феликс хотел ответить, что не только ему кажется это все раздражающим. Больше всего Минхо терпеть не мог, когда ограничивали его свободу. Пусть это и было в качестве наказания за их вызывающее поведение, но Минхо не мог не видеть давление со стороны менеджера на Ликса, и запрещать им даже общаться между собой вне компании и дома было слишком. Поэтому Минхо был готов нести наказание за свой проступок, но мириться с такой несправедливостью - нет. Потому что это было уже издевательство. И Феликс все прекрасно понимал, видел вспышки ярости в любимых глазах, когда кто-то из стаффа, в очередной раз, уводил его в сторону, подальше от Минхо. Поэтому, на предложение старшего он легко согласился.       - Хорошо. Я подожду неделю, но не больше, - Минхо вопросительно выгнул бровь, и Феликс, улыбнувшись, пояснил: - В противном случае, я сам на тебя прилюдно накинусь, а потом увезу в общежитие.       Минхо довольно усмехнулся, вновь прикрывая глаза. Феликс явно все еще был под большим впечатлением его выходки и последующего за этим вечера.

3

      Хуже и страшнее гнева Минхо ничего быть не могло. К счастью, бояться этого постоянно не приходилось, так как Ли вывести из себя было сложно, он обладал большим терпением и чаще запугивал, нежели действительно устраивал карательный процесс. Однако, нарваться на неприятности, в то же время, можно было слишком просто и неожиданно. Достаточно не заметить перемену в его настроении. А изменить его могла любая мелочь.       Чанбин в тихом ужасе поглядывал на Минхо, наблюдая, как росло раздражение старшего. Со несколько раз порывался спросить его или попытаться успокоить, но, поймав предупреждающий взгляд, он оставил Минхо в покое. Самоубийцей Чанбин не был, а Минхо почти достиг той отметки бешенства, когда мог не сдержаться и ударить.       Все дело было в челке. Стилисты уложили волосы так, что челка падала на глаза. Минхо же был слишком чувствительным. Легкие прикосновения волос щекотали кожу лица, принося ужасный дискомфорт. К тому же, цветные линзы приятных ощущений не добавляли. И если до репетиции Минхо не обращал на это внимание, то, начав прогонять номер, появившийся зуд вывел его из себя буквально за пару секунд. Он злился, откидывал рукой волосы, челка под собственной тяжестью и слоем лака падала обратно на глаза, и это повторялось снова. В конце концов, Минхо яростно встряхнул головой и выругался, прикрыв рукой микрофон. Именно с этого момента Чанбин, став невольным свидетелем вспышки ярости, настороженно посмотрел на старшего, находясь с ним рядом на одной стороне сцены, и вздрагивать от каждого резкого выпада или взгляда танцора.       Чанбин беспомощно оглядывался по сторонам на других мемберов, но те не могли чем-либо помочь. Всем было известно, что бурю в лице Ли Минхо нужно было просто переждать, затаившись, а не пытаться ее остановить. В противном случае, уровень катастрофы и ее жертв возрастал. Минхо со своими эмоциями всегда боролся сам. Конечно, среди них был тот, кто мог безболезненно для всех успокоить хена, но его уже который день не подпускали к Минхо на пушечный выстрел.       Впрочем, менеджер подниматься к ним на сцену и устраивать представление не стал бы. Так думал Ликс, смотря на Минхо с другого конца площадки. Феликс, сидя в растяжке, нервно теребил секретные молнии на зеленых кожаных штанах, кусал губы и бросал взгляд на бродившего за кулисами мужчину. В голове формировался план, но Феликс не был уверен в последствиях его реализации. Во время сегодняшней записи в Inkigayo он старался строго соблюдать установленные менеджером правила и вести себя как самый примерный мальчик, пока стафф снимал их за подготовкой к номеру. Предчувствие беды никогда не обманывало его. Поэтому, с одной стороны, его лимит еще не был истрачен, и он мог попытаться подойти и поговорить с хеном, с другой - можно было попробовать дождаться окончания записи и уже после, без камер и прочих свидетелей, остаться с Минхо, если тому это будет нужно. Феликс метался в своих размышлениях, но, в конце концов, поднялся на ноги и быстро зашагал в сторону старшего, заметив, как тот в очередной раз раздраженно поднял руки к волосам.       Феликс перехватил руки Минхо и опустил их. Обхватив его лицо своими ладошками, и, не обращая внимание на задержавшего от напряжения дыхание Чанбина, осторожно убрал челку с глаз, уводя ее в сторону и открывая покрытый испариной лоб. Мягкими и неторопливыми движениями он поглаживал острые скулы, иногда проводя пальцами по бровям и вокруг глаз, успокаивая. Вообще, у Феликса была поразительная способность - снимать весь стресс и напряжение. В особенности это касалось Минхо. И было абсолютно не важно, какую стадию гнева застал младший. Он мог свести весь негатив на нет просто одним своим присутствием.       Челка продолжала соскальзывать, и Феликс незаметно убирал ее от лица, отвлекая нежными прикосновениями. Младший был слишком сосредоточен на своих действиях и замечал, разве что, безуспешные попытки Минхо держать руки на месте. В какой-то момент он не выдержал и опустил одну на талию младшего, притягивая его ближе. Феликс вздрогнул, вырвавшись из своих мыслей, когда почувствовал, как сжались пальцы старшего, и как Минхо едва заметно толкнулся бедрами ему навстречу.       По окончании записи выступления с "Thunderous" менеджер в недоумении ходил по студии, пытаясь найти двух пропавших мемберов, а Чан мастерски делал вид, что не видел, как Минхо, поднявшись на их этаж последним, увел Феликса, не доходя до гримерки.

***

      Стена туалетной комнаты, в которую Феликса вжали спиной, была неприятно прохладной, а Минхо был горячим, словно у него жар. И младший прижимался к нему, стараясь урвать для себя часть этой "лихорадки", чтобы согреться. В небольшой комнате их голоса, шуршание одежды и тяжелое дыхание раздавались эхом, словно увеличивая свою громкость. Феликс пытался вести себя тихо, боясь быть услышанным за запертой дверью, но Минхо, будто нарочно, лишал этой возможности, сильнее сжимая его бедра ладонями. Минхо резко развернул Ликса к себе спиной и положил его руки на край небольшой раковины, вынудив немного прогнуться.       Феликс открыл глаза и уставился в зеркало напротив. Тихо выругавшись, он рассматривал свое отражение. Он никогда не задумывался, как выглядел во время занятия любовью. Ведь, пусть и наскоро, но это все еще она. И сейчас, видя свое порозовевшее лицо, блестящие от возбуждения глаза, приоткрытый в немом стоне рот, Феликс чувствовал, что сходил с ума, не в силах оторвать от отражения взгляд.       Феликс дрожал, и с его губ срывались несдержанные стоны каждый раз, когда Минхо резко входил в него, сталкивая их вместе. От этого его член входил слишком мощно и глубоко. Пряжки от ремней звенели на манер колокольчиков, дразня чувствительный слух еще больше. Феликс был уверен, что несколько раз слышал чьи-то шаги за дверью, и не мог представить, что будет делать, если кто-то снаружи попытается вломиться к ним, дернув дверную ручку. Страх быть пойманными вынуждал его кусать губы и сдерживать голос, но сил держаться еще дольше просто не было. Минхо двигался, тяжело и шумно дыша, упираясь лбом в его шею, и сам иногда срывался на низкие стоны. Мышцы рук и спины горели, сказывалась не до конца утихнувшая боль после последних тренировок в зале с тренером. Но упрямство и мягкие стоны младшего подстегивали двигаться быстрее и сильнее, желая достичь разрядки как можно скорее.       Феликс до хруста в пальцах сжимал белый мрамор, пытаясь найти устойчивое положение. Спина и ноги немели от сильных и рваных толчков, лишая уверенности в собственных силах. Руки Минхо с силой удерживали его бедра, контролируя и задавая темп, оставляя болезненные отметины на нежной коже. Он почти в беспамятстве достиг оргазма первым. Совершая финальные толчки, Минхо обнял Ликса рукой поперек груди, прижав того к себе, и со стоном кончил, спрятав лицо в светлых волосах. Феликс, ощутив, как тело старшего вздрогнуло, сопровождая последнее мгновение оргазма, инстинктивно сжался вокруг него, боясь оказаться пустым и брошенным в столь важный момент, но Минхо лишь перевел дыхание, удерживая того на месте. Опустив руки на тонкую талию и забравшись под ткань одежды, он огладил пальцами влажную кожу и продолжил двигаться глубоко и плавно в желанном теле, помня об удовольствии младшего. Феликс, восприимчивый к окружению и подверженный сильному стрессу из-за выбранного места уединения кончить так быстро не мог. Его продолжали отвлекать звуки за дверью. Минхо было легче. Своих желаний он не стеснялся и, казалось, стыда у него не было. Помимо этого, подстегивала ранее вызванная злость на стилистов и не только, из-за чего он эгоистично увел Феликса сразу после съемок, чтобы тот помог ему снять напряжение.       - Ненавижу, - хрипло выдохнул Минхо, обжигая своим дыханием шею Феликса, и тут же провел носом по покрывшейся мурашками коже, целуя ямку за ушком, словно извиняясь за свою несдержанность и грубость в отношении младшего. Отзывчивость Феликса на его действия, вызвала горечь и неприятное чувство, сдавливающее легкие. - Ненавижу, - повторил еще тише.       - Минхо.       - Прости.       - Засунь... А-ах, - Феликс снова до боли вцепился пальцами в края раковины и задрожал от усилившейся стимуляции. Минхо поднял взгляд и посмотрел на него через зеркало. У Ликса губы пересохли от постоянного облизывания, а ресницы стали влажными и трепетали от подступающего удовольствия. - Свое "прости"... м-м... куда подальше!       Феликс, предвидя, что одежда опять пострадает, снова грязно выругался. Минхо тихо посмеивался из-за его выражений, а Феликс был готов выть, не понимая, какого он в такую минуту продолжал думать о костюмах и о том, что, возможно, им снова влетит. Все эти факты и мысли об усталости старшего продолжали отвлекать его.       - Блядство! - заскулил он, когда Минхо в очередной раз сделал сильное движение бедрами одновременно притягивая Феликса навстречу. - Я так близко. Минхо, пожалуйста...

***

      Вернувшись в гримерку, Феликс собирался перекусить с Чаном в кафетерии, но в итоге уснул, утомленный и удовлетворенный одновременно. Лидер не стал его будить и попросил остальных не трогать Ликса. С Минхо Чан пересекся уже в кафе. Тот обедал в компании Хана и всячески пытался игнорировать шутки младшего по поводу его уставшего вида.       Феликс проснулся незадолго до второго выхода на сцену. Хан, которому надоело наблюдать за умиротворенным сопением друга, растянулся рядом с Ликсом на футоне, потревожив его сон. Сонно моргнув и оглядевшись по сторонам, Ликс обнаружил менеджера, караулившего Минхо на расстоянии. А еще то, что он пропустил обед и теперь чувствовал зверский голод.       Джисон, увидев, что Феликс проснулся, принял самую провокационную позу, на которую только был способен, словно обещая все возможные вкусности этого мира. Только его взгляд ясно говорил, что стоит лишь поддаться, и ты сам будешь съеден. И в придачу ко всему этому, Хан держал перед собой подставленную руку с еще теплым сэндвичем, аромат которого очень волновал голодного парня.       - Определись. Ты меня соблазнить пытаешься или, наоборот, отпугнуть. Я чувствую себя этим сэндвичем в твоей руке, - прохрипел Ликс, приподнимаясь. Джисон на это замечание усмехнулся и вручил упакованный треугольник. - Это мне? Спасибо.       Феликс вскрыл его и откусил самый большой кусок, на который был способен, тут же подавившись. Хан, мягко погладив его по спине, произнес:       - Не торопись, время есть.       - Я такой голодный, - Феликс откусил еще и промычал, чувствуя, как живот мгновенно отреагировал на наличие в нем еды.       - Вижу, - Хан снова хитро улыбнулся и решил добавить, потянув за ворот розового свитшота. - И не только это.       - Замолчи, - Феликс возмущенно отмахнулся от друга, но довольную улыбку было не спрятать, оставалось только жевать активнее. В глаза снова бросился высокий мужчина, расхаживающий в футболке с лого их группы, и Минхо, мастерски игнорирующий его. Феликс кивнул в их сторону и спросил: - Давно они так?       - Не очень. И сомневаюсь, что надолго. Минхо устроил разнос по поводу своей укладки. Менеджер ходит за ним ради формальности. Со злым Минхо иметь дело никто не хочет.       - Он уже не злой, просто держит марку, - самодовольно улыбаясь, заявил Феликс, доедая сэндвич.       - Знаю, - поймав вопросительный взгляд, Джисон, указал осторожно пальцем на шею Ликса и ехидно ухмыльнулся. - Ласковый котик.