Глава II Добыча Азго
2 сентября 2021 г., 15:59
В призрачном сияние только что вышедшей из-за туч круглой луны, силуэт всадника, замершего на гребне холма, выглядел таинственно и зловеще. Трем мужчинам у старого колодца на миг даже показалось, что их вожак стал вдвое выше ростом, превратившись в сказочного дэва из дотракийских легенд. Но чудное видение длилось всего лишь мгновение и нарушил его сам Азго, дав шпоры своему коню. Тихо заржав, гнедой рысак стал осторожно спускаться вниз по холму, к стоянке налетчиков на караваны.
Вожак разбойников выгодно отличался от Ларго и Худо, хотя, как и они, являлся дотракийцем. В жилах Азго текла не только кровь повелителей коней, но и кровь его матери — рабыни из Кварта. Именно от нее он унаследовал довольно благообразное лицо и гибкий стан. От отца же, кхала-изгнанника, вожаку достался высокий рост и косая сажень в плечах, что в купе с накаченным торсом и бугрящимися от мышц руками-«молотами» производили неизгладимое впечатление, как на его врагов, так и на женщин, до которых Азго был большой охотник.
Да и одевался вожак не в пример двум своим сподручным. Меху зверей и кожаным тряпкам он предпочитал одежду более цивилизованного мира. Что говорить, Азго был настоящим модником! Его голову прикрывал роскошный тюрбан, украшенный яркими перьями южных птах и нитями настоящего жемчуга. Расшитая замысловатыми узорами рубаха из Кварта была подпоясана алым кушаком, родом из Лисса, а шелковые шаровары из Самирианы были заправлены в невысокие сапожки из желтой кожи, которые так любят знатные нобили из далекой Моссовии. Родному аракху Азго предпочитал мясницкого вида ятаган, опять же Самирианской работы.
Кроме ятагана вожак разбойников располагал небольшим композитным луком в сагайдаке, что был надежно приторочен к седлу и двумя тонкими дротиками, которые дотракийцы обычно используют во время охоты на крупную парнокопытную дичь.
Было, правда, нечто, что роднило кичливого вожака и его сподручных. И это нечто сводилось к двум простыми словам — алчность и жестокость. Ими дышало все естество Азго, начиная от его слегка раскосых злых глаз и заканчивая вечно кривящимся в неприятной улыбочке толстогубым ртом прирожденного сластолюбца. Возможно, поэтому женщины, на которых обращал внимание видный дотракиец, и не любили вспоминать проведенные с ним ночи, хорошо помня безжалостную плеть и холодный смех, казалось лишенный всего человеческого …
Однако не броская внешность Азго заставила его сподручных вскочить на ноги, с жадным любопытством таращась на приближающегося всадника. В свете полной луны было видно, как днем, посему не стоит удивляться, что востроглазый Джон Сноу первым разглядев добычу Азго, так странно заулыбался. Вскоре потаенное значение ухмылки северянина поняли и Ларго с Худо. Их волчьи глаза засверкали от жадности, а на губах зазмеились гаденькие улыбочки.
— Баба! — первым не выдержал Худо. — Клянусь Великим Жеребцом! Баба!
Дотракийский разбойник был совершенно прав. Азго вез впереди себя женщину, перекинув ее бесчувственное тело, словно мешок с овсом, поперек седла. Безвольно моталась в разные стороны голова, отчего пышные, пускай и грязные сейчас серебряные волосы надежно укрывали от невольных зрителей лицо незнакомки. Некогда дорогое, а сейчас немилосердно испачканное и разорванное платье выставляло напоказ длинные ноги с кожей цвета слоновой кости.
Разбойники готовы были прозакладывать свои грешные души кому угодно, что под серебристыми волосами скрывается лицо писаной красавицы. Азго не стал бы тащить в лагерь какую-нибудь дурнушку.
Ларго непроизвольно причмокнул губами, а Худо, нервно переминался с ноги на ногу, не в силах отвести взор от нежданного трофея. На добычу вожака пристально смотрел и Джон Сноу, но на его непроницаемом лице сложно было прочитать какие-либо эмоции.
Подъехав к троице подельников, Азго ловко спешился, даже при этом умудрившись порисоваться перед возбужденными зрителями.
— Сноу! — вожак бросил стоящему рядом северянину поводья своего гнедого рысака. — Отведи моего молодца к остальным. У тебя здорово получается ладить с лошадьми, наемник!
На последних словах Азго ехидно усмехнулся, но Джон и бровью не повел, продолжая без эмоций глядеть на вожака бандитов. Первым не выдержал дотракиец. Дернув щекой, он отвернулся от непробиваемого северянина и занялся нежданной добычей. Бережно сняв с седла бесчувственную пленницу, Азго понес ее к тлеющим углям костерка. За ним поспешили Ларго с Худо, а Сноу взяв под уздцы рысака, повел его к троице собратьев у колодца.
— Вожак, где ты ее нашел? — не утерпел Ларго. — Случаем не в серале какого-нибудь богатого кхала?
— Представь себе нет, бродяга, — самодовольно хмыкнул Азго. — Собственно говоря, я ее особо и не искал. Все вышло совершенно случайно. А как, я сейчас вам расскажу. Но сперва … нужно попытаться привести ее в чувство.
Положив пленницу на услужливо расстеленный Ларго плащ, Азго смахнул с ее лица сбившиеся пряди. Мнущиеся за его плечами дотракийцы шумно выдохнули, пораженные красотой незнакомки. Степным отщепенцам еще не доводилось видеть подобных женщин.
— Великий Жеребец! — хрипло прошептал Худо. — Судя по лицу она совсем еще ребенок … Но тело! Великие боги! Это тело может свести с ума даже кастрата из Кварта!
— Это верно, висельник, — задумчиво протянул вожак разбойников. — Не часто встретишь подобных пташек в наших веселых краях.
Подошедший к ним Джон, тоже замер, не в силах отвести взора от дивной пленницы дотракийцев. Пышные волосы цвета ярого серебра обрамляли удивительно чистое лицо с нежными чертами истинной красавицы: молочно-белая кожа, вызывающий размах жгучих бровей, аккуратный носик с точенными ноздрями, еще по-детски припухлые, но уже по-взрослому манящие алые губы, слегка закругленный подбородок, говорящий о воле и упрямстве характера незнакомки. Все в облике пленницы дышало великосветской утонченностью и породой! Несомненно, в грязные лапы Азго попала не кабацкая шлюшка, а девица благородных кровей.
— Так где же ты ее нашел, вожак?
— А?! — Азго неохотно оторвавшись от созерцания пленницы, бросил на Джона недовольный взгляд. — Что ты там бурчишь, наемник?
— Ты обещал нам рассказать, как это крошка попала к тебе в руки.
— Да тут и рассказывать особо нечего, — пожал плечами дотракиец. — Как вы знаете, поутру, вооружившись луком и двумя дротиками, я отправился поискать какой-нибудь прокорм. Не знаю, как вам, но мне сушенное мясо уже порядком надоело.
Встречаться с отрядами кхала Менго мне особо не хотелось, так же, как и ненароком нарваться на разъезд сучек из Самирианы. Посему я решил сделать добрый крюк на юг, дабы полностью обезопасить себя от нежелательных встреч.
Однако удача долго не желала мне улыбаться. Я проехал много миль на юг, но так и не встретил ни одной путящей зверины. Предгорья Костей словно вымерли. Тогда, отбросив в сторону всякую осторожность, я решил повернуть на запад и оставив предгорья за спиной, с головой окунуться в великое травяное море. Но и тут меня ждало горькое разочарование. Степной зверь так и не пожелал показаться мне на глаза, видимо испуганный сближающимися армиями двух неистовых кхалов.
Так я бесплодно пробродил добрую половину дня. Когда солнце стало клониться к закату, вера в удачное завершение охоты окончательно покинула меня. Сунув лук в притороченный к седлу сагайдак, я уже намеревался повернуть коня назад, когда … — вожак бандитов сделал эффектную паузу, — увидел ее!
Она брела по степи одна одинешенька и сперва я принял ее за дезертира из армии кхала Менго. Но стоило мне подъехать ближе … Великий Жеребец! — Азго взметнул вверх руки в традиционном жесте народов востока. — Сперва я даже не поверил своим глазам. Такая красавица и одна в степи. Уму не постижимо!
Пораженный до глубины души, я попытался с ней заговорить. Но девица и не подумала отвечать. Просто увидев меня, зашаталась, словно тростинка на ветру, и упала к ногам рысака. Спешившись, я быстро обследовал красотку. Кажется, она просто лишилась чувств от голода и жажды. Пару глотков с моей фляги привели ее в чувство. К сожалению, ненадолго. На все мои вопросы отвечать она не пожелала. Только хлопала своими колдовскими глазищами и … молчала.
— Может она просто не знает дотракийского? — предположил Джон Сноу.
— Ты думаешь, я совсем дурак?! — огрызнулся вожак разбойников. — Я пытался говорить с ней на самирианском и квартийском, на языках Гиса и Вольных городов — все без толку! Великий Жеребец! Кто знает, возможно, она вообще глухонемая от рождения … — Азго недовольно пожевал губами. — Однако, как бы там ни было, девчонка вскоре вновь отключилась. И лишь биение ее сердца подсказывало мне весь обратный путь, что добыча все еще жива.
— Она одета, словно дворянка из Миэрина, — заметил Сноу, задумчиво взирая на мерно вздымающуюся девичью грудь. — Как же она оказалось здесь, в предгорьях Костей, так далеко от Бухты Работорговцев?
— Ты прав, наемник, — кивнул вожак. — Подобный наряд не годится для степи.
Достав кожаную флягу, Азго слегка приподнял голову незнакомки. Первые капли воды произвели поистине живительный эффект. Девушка, отчаянно закашлявшись, широко распахнула свои глаза, непонимающе уставившись на склонившихся над ней четверых мужчин.
— Вот это да! — ощерился в глупой улыбке Худо. — У нее фиалковые глаза.
— Чудно. Никогда таких не видал, — поддержал побратима Ларго.
— Я тоже, — прошептал Азго. — Я тоже …
Что по этому поводу думает Джон Сноу осталось неизвестным, так как северянин по своей обычной привычке пожелал отмолчаться. Лишь в его темно-синих глазах вспыхнуло некое, до конца непонятное чувство, когда его взор непроизвольно встретился с фиалковыми глазами пленницы.
Однако этот бессловесный контакт длился недолго …
— Что ты на нее все зыришь! — Азго грубо оттолкнул Джона в сторону. — Не можешь налюбоваться?
Ларго и Худо хрипло рассмеялись, сверля наемника весьма недружелюбными взглядами. Появление красивой пленницы моментально образовало настоящую пропасть между тремя дотракийцами и наемником с западных земель. Теперь присутствие нагловатого чужака вызывало в душе повелителей коней раздражение и гнев.
— Друзья, нам совершенно незачем сориться, — как можно более примирительно заявил Джон Сноу, приклеив к своим устам широкую улыбку. — Понятное дело, что красотка — законная добыча Азго. Но … после него, она станет общим достоянием.
— Как это? — Худо с глуповатым видом почесал затылок, сбив и без того грязные волосы в неприглядный жирный колтун.
— Девка пойдет по кругу, что тут непонятного, — скривился Ларго. — Да вот беда, кто будет первым после вожака?
Два дотракийца посмотрели друг на друга ненамного теплее, чем прежде глядели на Сноу.
— Из этой непростой ситуации есть лишь один выход, к тому же проверенный веками, — еще шире осклабился Джон. — Мы бросим жребий.
