Глава III Жребий Джона Сноу
3 сентября 2021 г., 15:54
В руке северянина, словно по волшебству, появился маленький серебристый кружок. В призрачном свете полной луны он сверкнул настоящим огнем, словно потешаясь над двумя дотракийцами, жадно пожирающими его глазами.
— Танцовщица из Лисса (1) — лучший судья на свете, — тихо рассмеялся Джон Сноу, ловким щелчком пальцев подбросив монетку в воздухе. — Она не только решает споры, но … порой кардинально меняет судьбы людей …
Ларго и Худо были так увлечены непродолжительным полетом монеты, что совершенно не обратили внимание на последние слова их товарища. И, как оказалось совершенно зря! Стоило двум дотракийским разбойникам склониться к земле, дабы узнать результат жребия, как в воздухе серебристой молнией сверкнул меч из чистой валирийской стали.
Голова Ларго слетела с плеч, словно перезрелый кочан капусты. Глухо ударившись о каменистую почву, она не спеша покатилась в тлеющие угли, при этом оставляя за собой темно-багровый след. Обезглавленное тело дотракийца зашатавшись, последовало за усекновенной частью тела, в конечном итоге сверзившись в тот же догорающий костерок.
Все это произошло в считанные мгновения. Но закаленная в сотнях сражениях и налетах реакция не подвела вроде бы нерасторопного Худо и в этот раз. Джон еще только делал очередной замах своим длинным мечом, а дотракиец уже метнулся в сторону, в прыжке вырывая из ножен серповидный аракх.
— Измена! — завыл Худо, парируя выпад вражьего клинка. — Западная собака предала нас!
Зарычав, словно почуявший кровь дикий зверь, вскочил на ноги и вожак этой рассыпающейся прямо на глазах банды. Азго, с перекошенным от ярости лицом, бросился на северянина, метя своим жутким ятаганом тому в бок.
Джон прекрасно понимал, что против двух дотракийцев ему придется туго. Пускай Азго с Худо и были еще теми отщепенцами, но фехтовать они умели на славу. Нужно было срочно сократить число противников!
Налетев на Худо, словно ураган с просторов Летнего моря, наемник серией яростных ударов заставил того попятиться, уйти в глухую оборону. Увернувшись от ятагана Азго, Сноу, что есть сил пнул вожака ногой в живот. Глухо ухнув, тот моментально согнулся напополам. Еще шаг — и меч Джона раскроил бы голову Азго … Но добить вожака северянину не дал Худо, решивший в этот самый миг контратаковать изменника.
Западный меч и серпоносный аракх истошно взвизгнув, встретились, рассыпая в разные стороны ослепительные искры. Противники замерли, вкладывая все силы в свои натянутые, словно стальные канаты, мышцы рук. Первым спасовал Худо, отступив на шаг назад. Этим незамедлительно воспользовался Джон, перейдя в контратаку.
Сильным ударом меча северянин, оттолкнув противника назад, быстро ушел в сторону. Худо поддался на этот простенький в общем-то трюк. Видимо желание уничтожить убийцу побратима окончательно затуманило его разум. Безумно заорав боевой клич дотракийцев, Худо прыгнул вперед, отводя руку с аракхом далеко за спину, дабы одним ударом снести голову наглому обидчику.
Но сей знаменательный прыжок был оборван в своем апогее, когда острый, словно бритва валирийский клинок впился в дотракийский живот. Продолжавший все еще двигаться вперед Худо, буквально разрезал себя на пополам, вывалив на землю все свои темно-синие внутренности.
Издав из глотки полузадушенный всхлип, дотракиец грузно повалился наземь. Однако праздновать победу было рано. Азго вполне пришедший в себя вновь устремился на Джона, со свистом рубя воздух своим ятаганом.
Парировав выпад вожака, северянин отскочил в сторону. Схватив меч двумя руками, слегка согнув широко расставленные ноги в коленях и поддавшись вперед, он замер в оборонительной стойке, пристально наблюдая за кружащим подле него противником.
Азго тоже не торопился атаковать. Чертя ятаганом виртуозные восьмерки в холодном воздухе ночи, дотракиец не нападал сам, но не давал сделать этого и противнику. Любой, даже самый осторожный, прощупывающий оборону выпад меча Джона, он встречал холодной сталью своего клинка.
Оценивающе глядя друг на друга, воины выжидали того заветного мига, когда визави, потеряв терпение, допустит самую роковую в своей жизни ошибку. Дуэлянты напоминали двух молодых, но донельзя свирепых хищников, уже почуявших дурманящий запах крови и готовых сцепиться друг с другом в безумном и в то же время прекрасном танце смерти.
Азго атаковал неожиданно. Ятаган в его руке, словно ожил, превратившись в естественное продолжение руки. Сноу едва удалось отбить целую серию ударов, от которых менее опытный фехтовальщик давно бы уже отправился к праотцам.
Дотракиец осклабившись в жестокой ухмылке, сделал едва уловимое движение, суть которого северянин разгадал в последнее мгновение. Ятаган перелетев из правой руки в левую, коварной молнией устремился к незащищенному боку наемника.
Но валирийская сталь не подвела и в этот раз, блокировав вражье острие в считанных миллиметрах от латаной кольчуги. Железо проехалось по железу, оглашая окрестности зубодробительным скрежетом. Противники, намертво вцепившиеся в рукояти своих мечей, сблизились настолько, что едва ли не дышали друг дружке в лицо.
— Ты хочешь ее, свинья! — прорычал Азго. — Я сразу … это понял. Таращился так, словно ни разу в жизни бабы не видал …
— Она не для тебя, степной шакал, — в той же манере ответствовал Джон. — Такому выродку, как ты, сгодится и стриженная овца.
Видимо, последнее замечание северянина окончательно вывело из себя вожака практически уничтоженной банды. Но вместо того, чтобы отскочить от врага, Азго повел себя совершенно неожиданно. Дотракиец, что есть мочи саданул Сноу коленом в пах. Вскрикнув, наемник скрутился напополам, непроизвольно выпустив из рук свой длинный меч.
Однако бешенный степняк и не подумал зарубить своего противника ятаганом. Нет! Он желал более жестокой победы над наглым приблудой, посмевшим покуситься на его законную добычу. Зарычав от переполнявшего его бешенства, Азго, отбросив свой клинок в сторону, бросился на Сноу с голыми руками.
Ударом ноги повалив северянина на спину, дотракиец вцепился в его шею своими железными пальцами. Мышцы на мощных руках Азго вздулись, пойдя настоящими волнами. Джон захрипел, почувствовав, как с каждым судорожным ударом сердца, с него по капельке выходит сама жизнь. Покрасневший Сноу отчаянно забился, вцепившись в руки Азго, но так и не сумел скинуть их со своей шеи. Проклятый степняк, казалось намертво прилип к нему и ни одна сила в мире уже не способна спасти северянина.
— Скоро ты сдохнешь, западный ублюдок, — брызгая слюной, прошипел дотракиец, чье лицо исказила омерзительная гримаса садистской радости. — А я, сын великого травяного моря, буду жить и всласть трахать беловолосую суку, на которую у тебя так некстати встал хер.
Азго хотел сказать, что-то еще, но … не успел. Острый и тонкий стилет окровавленной иглой вышел из его открытого рта, перед тем разрезав мозг и порвав гортань. Мгновение — и жуткий клинок исчез, вырванный с тела умирающего дотракийца сильной рукой неизвестного. Вожак захрипел и задергался, словно его била падучая, при этом умудрившись окатить изумленного Джона целым фонтаном темно-бардовой крови.
Дотракиец, видимо, был до краев наполнен жизненной силой! Даже с такой страшной раной в голове он сумел подняться на ноги, повернуться назад, дабы глянуть в лицо своему убийце, осклабиться в кривой усмешке и только потом безжизненным телом грохнуться оземь.
Голова Джона Сноу гудела, словно боевой барабан во время сражения, передавленное горло болело, перед глазами скакали огненные шары, а во рту появился неприятный металлический привкус крови. Практически теряя сознание, наемник сумел выдавить из себя тихий смешок. Лишь чудо спасло его на самом краю могилы.
— Дотракийский пес лгал, — донесся до него, словно с другого края мира чистый девичий голос. — Ему не суждено оттрахать кхалиси великого травяного моря.
Над северянином склонилась давешняя добыча покойного уже Азго, крепко сжимающая в обманчиво тонкой руке окровавленный стилет. Как она умудрилась спрятать его на себе, что даже опытные руки дотракийского налетчика не нашли оружия, так и осталось загадкой.
— А ты, оказывается, умеешь говорить, подруга, — из последних сил прохрипел Джон Сноу.
Но на улыбку его уже не хватило. Беспросветная тьма надежно окутала северянина, погружая его в самые потаенные недра глубокого беспамятства.
Глоссарий:
1) На серебряной монете из Вольного Города Лисс изображена танцующая обнаженная девушка. По одной из версий — это местная богиня любви.
