28. Вета
21 октября 2021 г., 10:00
Вета проснулась раньше Никса, но не решалась и шевельнуться, наслаждаясь теплом его тела, кольцом его рук вокруг ее талии и горячим дыханием на самой макушке. Иви не хотела думать о том, что ее ждет за пределами этой кровати: скорее всего, это будет очередной скандал с Тамлином.
Никс пошевелился во сне и что-то тихо промычал, сильнее прижимая Вету к себе.
Осознание того, что Никс ее любит, волнительно теплилось в груди. Отрицать их привязанность друг к другу было бы полной глупостью. Но любовь казалась чем-то слишком взрослым и серьезным. И Иви было немного боязно пытаться найти в себе отголоски этого чувства, почему-то она боялась вот так просто открыть Никсу свою душу и отдать свое сердце.
— Ты слишком серьезная с утра — мурлыкающий голос Никса застал Вету врасплох.
Затерявшись в собственных мыслях, она не заметила, как дыхание Никса стало тише, а руки уже не просто обнимали ее за талию, а чертили медленные круги на нижней части живота.
Вета повернулась на спину и заглянула в еще немного сонные, но уже искрящиеся переливающиеся глаза Никса. Он облокотился на локоть и лениво улыбался, глядя на Иви.
— Ты бы не хотела провести праздники в Веларисе?
День зимнего солнцестояния близился, но Иви и мысли не допускала, что праздник она может провести вне дома. Но эта неожиданная мысль волной предвкушения прокатилась по всему телу Веты, что не укрылось от Никса.
— Наверно, это значит да?
Улыбка на лице Веты немного померкла, и она подалась вперед, садясь.
— Я не могу принять такое решение единолично, — перекинув спутанные прямые волосы через плечо, Иви начала медленно разбирать пальцами колтуны. — Праздники во Дворе весны это важно. Здесь важно, чтобы верховные правители со своей семьей праздновали вместе с народом, посещали службы в храме, писали поздравления высокопоставленным фейцам и выделяли бюджет на подарки детям в бедных семьях. Я всегда помогаю в праздники маме, не уверена, что я могу покинуть Двор просто так.
— Неужели твой вклад в праздники столь велик, что не смогут обойтись без тебя? — Никс накрутил распутанную светлую прядь на длинный палец.
— Никс, — укоризненно заметила Вета, аккуратно снимая с его пальца свои волосы. — Дело не во вкладе, а в обязательствах. Это такая же моя обязанность, как и родителей.
Обернувшись через плечо, Иви попыталась донести до Никса свои мысли еще и напряженным взглядом. Тот сложил руки на обнаженном смугловатом животе и отвел взгляд в потолок.
— Я понял, — голос Никса похолодел.
За дверью спальни послышалось шуршание и шаги. Должно быть, слуги решили принести завтрак в общую гостиную. Вета откинула легкое одеяло в сторону и поднялась на ноги, одернув край сорочки.
Наскоро умывшись и расчесав волосы, Вета заколола передние пряди серебряной заколкой с россыпью драгоценных камней, чтобы те не лезли в глаза. Когда она вернулась в спальню, Никс уже заканчивал застегивать пуговицы на своей черной рубашке с закатанными до сгиба локтя рукавом. Накинув поверх сорочки шелковый халат, Вета распахнула двери спальни и замерла, окруженная запахами десятков букетов, расставленных на всех поверхностях в гостиной.
Казалось, что слуги собрали вазы разных форм и размеров со всего поместья, чтобы вместить такое количество цветов. Розы, пионы, сирень.…От разных цветов и запахов пестрило в глазах, и начала кружиться голова.
— Я бы тоже извинялся не меньшим размахом, — удивленно выдохнул Никс позади Веты.
На низком столике между диванами стояли тарелки с завтраком, дымящийся чайник с чаем и чашки. На одной из пустых тарелок лежал сложенный лист с небольшой веточкой жасмина сверху.
Сердце в груди Иви жалостно сжалось. Опустившись на диван и раскрыв лист, Иви не смогла сдержать дрожащей улыбки, прочитав извинение от Тамлина. В искренности написанного Вета не сомневалась, а еще и в том, что Элеонору во Двор осени не вернут.
Элеонора была очень красивой женщиной, выглядящей значительно старше родителей Веты, но моложе Берона. Кожа ее была тонкой и бледной, а медные волосы локонами ниспадали на закрытые темным платьем плечи, она была очень похожа на утонченную фарфоровую куклу. Лишь красные и темные следы на ее лице и открытой шее выдавали все те ужасы, от которых она бежала из собственного дома.
— Даже не знаю, как вас и благодарить, — голос ее дрожал, а на глазах появились слезы.
— Не стоит, — Тамлин покачал головой, но смотрел он вовсе не на Элеонору, а на Иви которая сидела на подлокотнике дивана в кабинете отца. — Во Дворе весны вы в полной безопасности.
— Тамлин, я знаю, какую ты можешь заплатить цену за это решение, — Ласэн сидел рядом с Элеонорой, сжимая ее тонкую ладонь.
Ласэн прибыл рано утром, как только получил послание от Тамлина. Иви искоса поглядывала на фейца, которого знала с малых лет и который был дорогим и желанным гостем в их доме, хотя ко Дворе весны уже давно не относился.
Длинные медные волосы были убраны в высокий хвост с переплетением нескольких тонких кос, одет он был в плотный кожаный жилет поверх белой рубашки с широкими рукавами, а коже его имела глубокий медовый оттенок, который он приобрел от постоянно нахождения в море под солнцем. Ласэн не нашел себе места в Притиании, но уже давно обосновался в пространстве между островом и континентом, бороздя море на своем собственном корабле со смешанной командой, состоящий из людей и разномастных фейри. Так же в его собственности находилась еще пара кораблей, используемых для торговли или выполнения различных и не всегда законных заказов.
— Мама, я могу забрать тебя на корабль, увезти из Притиании, — Ласэн нервно теребил тонкие пальцы матери.
— Ты думаешь, Берона устрашит море? — разумно поинтересовался Тамлин. — Подобно оскорбления он не стерпит. Если его сбежавшие сын и жена будут где-то на свободе, вдали от него.
— А вот портить отношения с Двором весны, быть может, он не захочет, — продолжила мысль Тамлина Фейт, оборачиваясь от окна.
— Даже если допустить, что у него смелости не хватит пойти в открытую войну с вашим Двором, ты думаешь, он все так оставит? Берон — мстительный ублюдок. И он не забудет этот ваш поступок ни через один год, ни через сотню, — Ласэн выпустил руку матери и поднялся.
— Ласэн, я перед тобой в неоплатном долгу, — Тамлин поднялся из-за стола и посмотрел на старого друга. — Ты спас всю мою семью, и я поклялся тогда выполнить любую твою просьбу.
— А я обещал, что никогда не попрошу ничего, что принесет вред твоей семье, — вторил ему Ласэн, переводя настойчивый взгляд на Фейт.
— Как раз больше вреда ты принесешь нашей семье, если заберешь Элеонору, а Берон вас найдет, — пожала плечами Фейт.
— Да, моя дорогая дочь мне вряд ли это простит, — Тамлин покосился в сторону Иви и, едва различимо, улыбнулся. — Весь этот разговор происходит лишь по ее милости. Не вступись за Элеонору Вета, я б поступил как того требуют законы Притиании. Но она напомнила мне, что законам Притиании, может, давно пора меняться, а мне — вспомнить, кто по-настоящему дорог и важен.
Теперь уже Ласэн удивленно разглядывал Вету, которая старательно отводила взгляд в сторону, пряча улыбку.
— Вот я совершенно не удивлен, что Вета — дочь Фейт. Ты, между прочим, тоже любительница диктовать свои условия и ставить на кон все ради одной жизни, — Ласэн улыбнулся Фейт. — Но я совершенно не понимаю, как это чудесное создание и твоим ребенком может быть, Тамлин.
— Достаточно, Ласэн, еще чуть-чуть, и я покраснею, — Иви махнула рукой и лучезарно улыбнулась.
Было принято решение, что Элеонора останется жить в поместье, если не решит обратного. Ласэн в ближайшие дни должен был отправиться в плавание на месяц и мысль о том, что его мать будет в полной безопасности во Дворе весны, однозначно его успокаивала.
— Я обещал наведаться во Двор ночи, но перед отправкой в плавание обязательно навещу вас снова, — Ласэн крепко обнял Элеонору.
Отстранившись от матери, Ласэн перевел загадочный взгляд на Вету.
— Кстати, о Дворе ночи. Быть может, мне показалось, но я видел сегодня в саду кого-то очень похожего на наследника Двора ночи — Никса.
Вета удивленно вздернула брови и пожала плечами, будто этот вопрос ее вовсе и не касался. Родители обоих Дворов очень просили пока сохранять их отношения в секрете. Но Ласэн был вовсе не кем-то посторонним, он был вхож в обе семьи.
— Понятия не имеем о чем ты, Ласэн, — Тамлин же играл лишь на половину, так как его губы растянулись в предательской улыбке.
— Вам обоим осталось ему лишь письменное признание написать, — Фейт закатила глаза. — Всего хорошего, Ласэн.
Ласэн тихо рассмеялся, все еще терзаемый любопытством, но допытываться не стал. Помахав напоследок, рыжеволосый феец скрылся за массивными деревянными дверями, а Элеонора удалилась в отведенную ей комнату.
Никс появился в холле в туже секунду, как в нем ни осталось никого, кроме Веты и ее родителей. Глядя на высокую фигуру Никса, сердце Веты кинулось в пляс, но она заставила себя остаться на прежнем месте, лишь улыбнувшись ему уголками губ.
— Могу ли я у вас кое-что спросить? — Никс же, напротив, на Иви не смотрел, его взгляд был прикован к Тамлину, хоть и обращался он к обоим верховным правителям.
— Слушаем, — Фейт кивнула Никса и осторожно взяла Тамлина под руку, ожидая явно чего-то нехорошего.
— Я пригласил Иви на ближайшие праздники в Веларис, — от начала разговора, сердце Веты ухнула куда-то вниз живота. — Она отказалась, сказав, что должна участвовать в празднестве и помогать вам в организации некоторых мероприятий. Но, быть может, если бы вы разрешили ей покинуть Двор весны на несколько дней, она бы изменила свое решение.
Никс уперся раскрытой ладонью в темные гладкие перила лестницы и выжидающе переводил взгляд от Фейт к Тамлину и обратно.
— Если Вета сама приняла такое решение, то, быть может, она хочет остаться на праздники дома, в кругу семьи? — в голосе Тамлина слышалась едва ощутимая, но ужасно горькая на вкус издевка.
Фейт молчала, поглядывая в сторону Иви. Она все понимала, ведь чувства Иви не имели ничего общего с желанием или нежеланием с кем-то вместе проводить праздники. Иветта пускай и бывала острой на язык, порой высокомерной и очень упрямой, но определенные вещи в своей жизни она ценила и уважала. И долг перед Двором весны стоял для нее превыше всего. На данный момент она была первой и единственной наследницей среди всех детей верховных правителей Притиании.
И Иви прочитала это все во взгляде Фейт.
— Я думаю, что она отказала мне именно из-за страха разочаровать вас, — Никс в словах не осторожничал, а Вета гневно стиснула челюсти.
— Я останусь дома, Никс. Не надо продолжать этот разговор.
— А я думаю, надо. Если я предложу достаточно большую плату за эти праздники в Влеарисе — тебе точно разрешат провести их со мной — Никс был непреклонен, что изводило Вету даже больше чем смысл разговора.
— И что ты можешь нам предложить? — слова Никса рассмешили Тамлина.
Никс в ответ улыбнулся чуть шире, но в его глаза Вета увидела нехорошие огоньки.
— Я ни слова не скажу своим о том, что видел и слышал за последние два дня. О том, что госпожа Двора осени сбежала во Двор весны, Двор ночи узнает, но позже и не от меня. Я уверен, вам нужно время чтобы подготовиться к тому, что скоро вся Притиания разделится на два лагеря — тех, кто ваше решение поддержит и тех, кто будет на стороне Берона.
Молчание, которое повисло в холле, можно было пощупать руками. Вета даже на какое-то мгновение забыла, как дышать, настолько шантаж Никса выбил у нее почву из-под ног. Впервые она увидела в Никсе не глупого мальчишку и ни очаровательного юношу, а хитрого и расчетливого наследника Двора ночи. И к собственному ужасу, ей это понравилось.
— Ты достойный сын своих родителей, — опережая реакцию Тамлина, заговорила Фейт. — Твоя взяла, Никс. Мы не против того, чтобы Вета провела праздники во Дворе ночи, если ты, конечно, гарантируешь ее полную безопасность. И если она захочет провести их в Веларисе.
