40. Никс
10 ноября 2021 г., 10:00
Рисанд давно предполагал, что Двор осени может начать войну. Еще больше его подозрения подстегивал Эрис, который периодически появлялся во Дворе кошмаров и сообщал, что Берон все больше отдаляет старшего сына от власти. А это могло значить, что правитель Двора осени нашел себе союзника.
Вчера Эрис с частью своих воинов бежал из Двора осени. А Берон напал на границу Двора весны. Войско Тамлина границу отстояло, но скорее всего это было просто показательное нападение, следующий бой будет кровопролитный и безжалостным.
У Эриса и Двора ночи уже давно был заключен союз. Те должны были помочь ему отвоевать свой трон во Дворе осени, свергнув Берона. Сейчас настало лучшее время, так как с Двором ночи в битве будет участвовать Двор весны. Рисанд направил Вестников Тьмы и часть иллирианских войск так же на границу Двора лета и осени. Таркин уже давно подписал военный союз с Рисандом, по которому оба обещали предоставлять свои земли по необходимости, с условием не нарушения суверенитета Дворов и угрозы жителям.
Никс стер выступивший на шее пот, несколько капель скользнуло под плотный черный ворот кожаного доспеха. Фейра возводила купол вокруг разрастающегося лагеря. Ни иллирианцы, ни войны Двора кошмаров к погодным условиям Двора лета готовы не были.
Часть границы Двора весны была скрыта плотным ковром леса, но Никс не сомневался, что именно под этим покровом скрыта основная масса армии Тамлина. Центральный шатер Двора весны стоял несколько выше основного лагеря, четверо крепких воинов в кожаных доспехах стояли по обе сторону от шатра, настороженно наблюдая за приближением Двора ночи с Эрисом.
Полог дернулся, и Рисанд первым шагнул в светлый шатер с деревянным круглым столом в центре. Тамлин и Фейт одарили его подозрительными взглядами. Иви стояла за спинами родителей рядом с Роленом. Ее бледное лицо вытянулось и похудело, под глазами залегли глубокие тени, выглядела она уставшей и измождённой. У Никса сжалось сердце. Зеленые глаза тоскливо скользнули по Никсу, но она тут же вернула взгляд на стол, вглядываясь в деревянные фигурки на карте.
Рисанд и Фейра опустились на оставшиеся два незанятых стула, Кассиан, Никс и Эрис остались стоять. Напряжение, повисшее в шатре, можно было пощупать руками. Но все происходящее вокруг Никса заботило мало, он не мог оторвать глаз от Иви.
— Подозреваю, у вас множество вопросов? — Рисанд в привычной ему манере по-кошачьи улыбнулся.
— Думаю, самый очевидный задам я: что здесь, Котел подери, происходит? — неожиданно зло поинтересовалась Фейт, перекидывая через плечо плотную косу светлых волос.
— Война. Я думал, это очевидно, — тихий насмешливый голос Эриса, заставил Тамлина вскинуть звериный взгляд, пригвоздивший наследника Двора осени к полу, словно пика.
— Очевидно, что война, — Фейт словно не слышала издевки в его голосе. — Которую начал твой отец. И странно видеть тебя не той стороне границы, Эрис.
— Я лишь хочу забрать то, что должно стать по праву моим, Двор ночи мне в этом охотно помогает. Отец всегда был жестоким и беспощадным правителем, но после ухода матери он словно обезумел, не знаю, почему он не начал войну раньше.
— Мы подозреваем, — уже серьезнее вступил в разговор Рисанд. — Что у Берона есть могущественный союзник.
— Уже два наших отряда разведчиков исчезли у границы Двора осени, — тяжело выдохнув, признался Тамлин, поглядывая краем глаза в сторону Фейт.
— Азриэль вернется с минуты на минуту, — сообщил Рисанд, сцепляя пальцы поверх карты. — Он передал, что у него есть какие-то очень важные сведения, которые надо увидеть лично. А пока мы ожидаем, хотелось бы обсудить нашу тактику, так как сражаться придется вместе.
К столу приблизился Кассиан, его массивная фигура с плотно сложенными крыльями согнулась над картой. Широкая ладонь в кожаной перчатке с красным сифоном посередине скользнула по границе Двора осени.
— Территория Двора осени не лучшее место для сражения, тем более враг ориентируется на ней лучше нас, — палец отошел в сторону от границы вглубь Двора весны, убирая расставленные деревянные фигурки. — Это место стало бы прекрасным полем боя. Иллирианцы оттеснят армию Двора осени вглубь Двора весны, а там…
— Нет, — Рисанд рассказывал план Никсу еще, когда они были в собственном лагере и тот опасался, что Тамлин рассвирепеет, но верховный правитель Двора весны ответил тихим угрожающим тоном. — На мои земли не ступит ни одна нога ни армии Двора осени, ни Двора ночи.
— Тамлин, я понимаю твои опасения, — Фейра положила раскрытые ладони на стол.
— Нет, не понимаешь, Фейра, — все тем же тоном отрезал Тамлин. — Как только граница моего Двора будет пресечена, опасности будет подвергнута не только моя армия, но и мир во Дворе весны. Что если противник пробьется вглубь Двора? Даже если мы одержим победу, разбитые, но выжившие войны Двора осени двинутся к ближайшим деревням заниматься грабежом и насилием. Я знаю, Фейра, что судьбы жителей Двора весны тебя не беспокоили никогда, но я поклялся защищать свой Двор и свой народ любой ценой, я перед ними в неоплатном долгу.
— Поосторожней в выражениях, Тамлин, — сквозь сжатые зубы предупредил Рисанд.
Никс тоже ощетинился, почувствовав, как кровь в жилах закипает.
— К тому же, где гарантии что ваша армия не нападет на мою, когда со Двором осени будет покончено? — светлая бровь Тамлина метнулась вверх.
— У нас военный договор. Ни твоя, ни моя армия в сражении против друг друга не столкнется.
— Военный договор был заключен только из-за наших детей. Сейчас этот договор и ломаного гроша не стоит! — Тамлин начал повышать голос.
— Значит это твое последнее слово? — Никс ощутил, как отец начал звереть, скидывая покровы с собственной силы.
— Достаточно, — властно прервала их Фейт. — Враг у нас пока один и давайте не будем искать его среди нас. Двор весны полем боя станет только в случае нашего поражения.
Повисло молчание. За пределами шатра раздались приглушенные голоса и шелест крыльев. Азриэль вошел раньше, чем Никс успел его почувствовать. Певец теней выглядел мрачно, на его щеке уже заживала глубокая царапина, а доспех на руке был разорван. Азриэль с кем-то сцепился во время разведки во Дворе осени.
— Что за… — тихо прошептала Фейт, сморщив нос.
И правда, Азриэль принес с собой страшное зловоние. Источник которого находился в пропитавшемся черной слизью мешке в руках Азриэля.
— Этих тварей со стороны моря Двора осени множество, — скривившись, Певец теней кинул мешок на стол, карта мгновенно пропиталась слизью.
Ролен, стоящий рядом с Иви, потеснил бледную принцессу так, что она оказалась полностью им скрыта, а сам встал вплотную к Фейт, которая нахмурившись, смотрела на мешок.
Рисанд махнул рукой, и края мешка развязались, показывая отвратительную отрубленную голову существа, видеть которого Никсу не доводилось. Жабья морда темно-зеленого цвета с распахнутым клыкастым ртом и закатившимися желтоватыми мутными глазами была забрызгана темной вязкой кровью.
— Матерь милосердная, — Фейт непроизвольно вцепилась пальцами в лежащую рядом руку Тамлина.
В голубых глазах волнами плескался страх. Ролен, стоящий рядом, мягко положил руку на плечо Фейт и закрыл мешок, чтобы скрыть отвратительную морду. Подозвав одного из солдат у входа, генерал велел немедля сжечь мешок.
— Пятьдесят лет ему понадобилось, чтобы дойти до Притиании, — Фейт прижала сложенную руку к губам, с беспокойством смотря на Тамлина.
— Элладан — правитель подводного царства Оксус. Именно он пятьдесят лет назад уничтожил всякий мир на родном острове Фейт, — Тамлин сжал пальца жены, второй рукой. — А сейчас добрался до Притиании и, видимо, объединился с Бероном.
— Если это так — это очень плохо, — Фейт покачала головой, а Иви сделала решительный шаг к матери, сжав ее плечо рукой.
В стену в сознании Никса неожиданно постучали, приоткрыв завесу своего сознания, он получил от Рисанда послание в виде чьего-то воспоминания.
Морской берег с темными башнями из грязного камня у черной кромки воды, две армии, схлестнувшиеся в ожесточенном бое. Одни бойцы в золотых доспехах яростно сдерживают атаку врага с земли и с воздуха, вторые — в черных — сменяют погибших братьев быстрее, чем противостоящая сторона успевает перевести дух. Золотых доспехов среди сражающихся становится все меньше, а те, что пали, втоптаны в потемневший от крови песок.
Моргнув и отогнав от себя пугающую своим размахом картину, Никс увидел подобные чувства и во взгляде Кассиана и Фейры.
— О численности его войска можно лишь догадываться, — Тамлин больше не был настроен яростно. — Возможно, Матерь смилостивилась к нам, и до берега Притиании дошла лишь часть армии Оксуса, но в последнее время нам везет все меньше.
