Королевство выжженной земли

Никс

      Мориганна первой нашла Никса на возвышенности. Того била мелкая дрожь, он не мог связать и пары слов. Мор нежно провела рукой по волосам Никса и совершила переброс в лагерь Двора ночи.       Она переместила себя и Никса сразу в шатер верховных правителей, чтобы избежать лишних и непрошенных взглядов. Фейра оборвала себя на середине слова, резко подскочив к Никсу.       — Никс, что с тобой?       Фейра отняла руки Никса от лица, пытаясь взглянуть в глаза сына. Тот безвольно осел на пол шатра, смутно понимая, кто его окружает. Мысли волчком крутились в его голове: Иви умерла, Иви умерла, Иви умерла.       — Вета либо тяжело ранена, либо погибла, — тихо заговорила Мор, кто-то в шатре тяжело выдохнул. — Я видела, как белокрылый воин забирал ее в сторону лагеря Двора весны.       — Она умерла, защищая меня, — голос Никса звучал хрипло и тихо. — Приняла на себя удар, предназначавшийся мне.       — Милый, — выдохнула Фейра, проводя подрагивающими пальцами по волосам Никса.       Никс рывком утер все еще оставшиеся на его щеках слезы. Вместо щемящей пустоты в нем начала зарождаться злоба, откинув руку Фейры, Никс поднялся на подрагивающие ноги.       В шатре собралась почти вся его семья. И каждый жалостливый взгляд, обращенный на него, вызывал злость и ненависть: каждый из них был счастлив, так как сохранил свою пару и любовь, а некоторые теперь действительного могут спокойно выдохнуть — его чувства к Иви больше не могут быть угрозой.       Но поток злости и желчи Никс проглотил, выйдя прочь из шатра. Ощутив, как прохладный ветер обдувает разгоряченную кожу лица, Никс смотрел как иллирианцы и Вестники Тьмы радуются победе. И если хорошо подумать, Никс внес тоже неплохой вклад в эту радость — он убил одного из предводителей войны.       Но радость от этого события Никс вряд ли сможет оценить хоть когда-нибудь. Лишь ноющее непривычное ощущение магии внутри напоминало, какую теперь мощь Никс открыл в себе.       От резкого выброса посторонней магии, Никс вздрогнул всем телом. Обернувшись, совсем рядом с собой он увидел Тамлина, принявшего полностью человеческий вид, но его доспех, лицо и волосы были грязными от чужой крови. А в изумрудных потемневших от боли глазах читалась… Никс был уверен, что Тамлин явится его убить и был готов принять эту судьбу без колебаний и сомнений, не к чему ему пустая жизнь без Иви. Но в глазах Тамлина он не увидел ненависти и злобы, верховный правитель едва уделил его вниманием, как тут же отошел к шатру, откуда вышел Рисанд. Позади Тамлина молчаливой бледной тенью замерла Ситара, чьи глаза испуганно перемещались от одного правителя к другому.       — Тамлин, не знаю за какой расплатой и местью ты пришел сюда, но… — Рисанд, замерший перед входом в шатер, закончить не успел.       Тамлин с грохотом опустился коленями в склизкую растоптанную грязь, а голова его безвольно свесилась на грудь. Не за местью сюда пришел Тамлин.       — Однажды, для спасения жизни Фейры ты приказал мне опуститься на колени. Тогда это, конечно, было для тебя игрой, но удовольствие ты получил, — голос его был лишен хоть каких-то эмоций. — Прошу тебя, Рисанд, помоги мне.       Тамлин согнулся, опустив голову и практически касаясь лбом мысков ботинок Рисанда. Никс впервые видел на лице отца настоящее изумление.       — Рисанд, умоляю, помоги убедить всех верховных правителей пожертвовать частичку своей силы, чтобы оживить Иви, — голос Тамлина сорвался, тело содрогнулось в беззвучном рыдании.       — Я не могу, Тамлин, — Рисанд сделал короткий шаг назад, мотая головой. — Они не согласятся. Ни с моей помощи, ни без.       — Примени силу, взамен я сделаю все, что ты захочешь! Молю! — Тамлин был в настоящем отчаянии.       — Нет, Тамлин! — ответ Рисанда был жестким и не требовавшим дальнейших молений.       Внутри у Никса стало совсем холодно и пусто. Желание упасть на колени рядом с Тамлином и молить отца, возникло стремительно. Но что-то его останавливало от этого бездумного поступка. Наверно, знание, что отец и в этом случае свое решение не изменит.       — Поднимись с колен, верховный правитель, не у того ты вымаливаешь спасение своей дочери.       Бриаксис появился среди шатров так же неожиданно, как и на поле боя. Сейчас в расплывчатом серо-черном дыму можно было разглядеть очертания фигуры, похожей на фейскую, только лишенную каких-либо черт.       Тамлин медленно поднялся на ноги, а из шатра вышли Фейра, Мор, Кассиан и Азриэль.       — Ты можешь оживить Иви? — в голосе Тамлина слышалось недоверие.       — Я многое могу, мои силы весьма разнообразны, — голос Бриаксиса был приглушенным и тихим, словно он разговаривал из-под огромной толщи воды. — К тому же, больше стечение обстоятельств, виной которых во многом ты, верховный правитель, являешься, наконец позволило мне встретить старого друга и отпустить его домой.       — И ты же явно хочешь что-то взамен? — Фейра встала рядом с Рисандом, воинственно расправив плечи.       — Кроме моей неприкосновенности и окончания бессмысленной охоты… — Никс мог поклясться, что в булькающем звуке услышал тихий смех.       — Проси, что хочешь! — Тамлин шагнул вперед.       — Не будь таким глупым, верховный правитель, и не предлагай то, что дать не можешь. Или если я попрошу у тебя добровольно пожертвовать своей истинной связью с верховной правительницей, ты исполнишь мое желание?       Никс ощутил весь ужас, который волной прошелся по Тамлину, тот замер немым изваянием не в силах ни вздохнуть, ни моргнуть.       — То-то же, быть может, и правильно ты боишься, что, не связывай вас парные узы, любовь всей твоей жизни увидела бы тебя настоящего и ушла, — Бриаксис упивался страхом Тамлина.       — Тебя нужна парная связь? — Никс заговорил громко и четко. — Забери мою, но оживи Иви!       — Щедрое предложение, но от тебя я его получать не хочу. Для тебя эта связь ничего и не значит, а, следовательно, никакую жертву ты во благо своей любви и не приносишь.       Хоть глаз у Бриаксиса и не было, но он однозначно посмотрел в сторону Ситары, которая потрясенно втянула ртом воздух и нервно сжала подол темного платья.       — Если я предложу тебе нашу связь, ты вернешь Иви? Живую и здоровую, такую же как она была прежде? — костяшки на ее руке побелели от того, как сильно она сжала ткань.       — Разумеется, такую же вздорную и очаровательную, — Бриаксис словно соблазнял всех вокруг. — Но подумай хорошенько, девочка. Не отдашь ты мне узы, я могу сделать так, что все забудут об этом разговоре, а юный наследник Двора ночи будет искать утешения в твоих объятьях и рано или поздно воспылает к тебе положенной любовью и желанием.       Никс посмотрел на Ситару, ожидая ее решения. Почему-то Никсу и в голову не могло прийти, что девушка действительно может хотеть с ним парных уз. Причин этих желаний могло быть множество.       Никто не посмел сказать Ситаре и слова, даже Тамлин, только отошедший от ужаса, что увидел в бесформенном черном облаке, ждал ее решения.       — Ты предлагаешь мне ненастоящие чувства в обмен на жизнь той, за кого я сама жизнь готова отдать? — Ситара разжала пальцы, выпуская смятую юбку. — Забирай эту связь, забирай все мои мысли и чувства к Никсу, но верни Иви.       — Так тому и быть.

Вета

      Боль яркой вспышкой разрывала грудь. Первый вздох оказался самым трудным, второй и третий уже сгладили раздирающие ощущения. Иви едва приоткрыла глаза, когда начала щурится от непривычно яркого света. Крики и смех вокруг больно ударили по ушам из-за чего она протяжно застонала.       Глаза все-таки пришлось открывать. Первое, что она увидела это заплаканное лицо Фейт, которая трясла Иви за плечи, пытаясь ее обнять. Теон из-за плеча матери с красными глазами громко причитал о том, что никогда не простит Вете ее смерть.       Смерть.       Осознание поразило Иви так сильно, что она изумленно позволила Фейт притянуть себя к груди и сжать в теплых объятьях.       Вета точно помнила, как совершила переброс, увидев занесенную саблю Элладана над Никсом. Помнила, как пыталась загородиться воздушным щитом, но магия уговора решила сыграть в свои игры именно в этот момент. Вета не смогла отгородиться щитом, она безвольно наблюдала за тем, как Элладан наносит ей удар, предназначавшийся для Никса.       — Мам, перестань, — Иви попыталась отодвинуться от Фейт, но та лишь сильнее сжала дочь в объятьях.       — Ты хоть представить можешь, что мы тут пережили?! — Теон голосил Иви в самое ухо, от чего та недовольно морщилась.       — Я… — Иви замялась. — Не уверена, что должна просить прощение за собственную смерть. Но отблагодарить кого-то за свое воскрешение точно хочу.       Иви наконец удалось выпутаться из объятий Фейт, но, чтобы ее не обижать, Вета крепко обняла Фейт за шею и поцеловала в щеку. Нечто подобное она сделала с Теоном, стирая слезы с его щек. Она понимала, что испытывали ее родные.       Иви лежала в своем шатре. Доспех с нее сняли и облачили с простое не приталенное белое платье до середины голени, чуть ниже груди на платье багровел темный след. Иви коснулась испачканной ткани, но никакой боли или неприятных ощущений не последовало, раны, как и не бывало.       Когда босые ноги коснулись ворсистого ковра, Иви не смогла сдержать улыбки. Все ощущения в этом мире ей придется познать вновь. Но одно, что она не чувствовала вот уже полгода, Вета ощутила сполна. Магия потоками неслась по ее венам.       Непроизвольно улыбнувшись, Иви повернулась спиной к Теону и оттянула платье вниз, оголяя шею и верхнюю часть спины.       — Есть там что-то, напоминающее страшную татуировку из Двора ночи?       — А должно быть? — озадаченно поинтересовался брат.       — Новая жизнь обрекает тебя на разрывы всех прошлых уговоров и уз, — Тамлин зашел тихо, как крадущаяся кошка.       Он был в простом кожаном доспехе, с лица и рук была стерта кровь и грязь, но не очень аккуратно. Иви кинулась на шею отцу, чуть не сбив его с ног. Обхватив его за шею, она поджала ноги, повиснув на нем. Тамлин крепко стиснул дочь в объятьях, шумно втягивая носом ее запах.       — Это ты сделал? — голос Фейт дрожал, она встала на ноги и пошатнулась, глядя на мужа. — Ты отдал что-то Рисанду или…?       — Нет, я здесь не причем, это все Ситара, — голос Тамлина был мягким и нежным, в его глазах заплескалась еще большая любовь, когда он скользнул взглядом по Фейт.       Фейт плотнее сжала губы, чтобы не расплакаться и шагнула к Тамлину с Иви. Верховный правитель второй свободной рукой привлек Фейт к груди. Теон тоже не остался в стороне, тепло накрывая своими руками плечи матери и отца.       — Дайте мне буквально пару минут, хорошо. И я обязательно вернусь, — заерзала Иви, пытаясь выпутаться из рук и тел своей семьи.       — Пару минут, не больше, — дрожащим голос проговорила Фейт, утыкаясь лицом в грудь Тамлина, пытаясь скрыть подступившие слезы.       Иви быстро кивнула головой и босая выбежала из шатра, на ходу создавая себе обувь. Магия легко и ловко слушалась ее, а все из-за браслета с сифоном, который с руки ее не сняли.       Ситара стояла чуть в стороне. Прибыла она явно вместе с Тамлином, но семейную идиллию нарушать своим присутствием не собиралась. Хотя и имела на это все права. Иви не дала ей и рта раскрыть, накинувшись на девушку с объятьями, Вета задыхалась от сотен благодарностей, которые ей в голову приходили.       — Ив, я люблю тебя, ты — моя лучшая подруга. Я отдала за твою жизнь то, что мне то никогда и не принадлежала, — через смех и слезы выговаривала Ситара. — Видимо, вот для чего Котел нас с Никсом соединил, чтобы в какое-то мгновение я приняла правильное решение и спасла твою жизнь, отдав эту связь.       Иви вслушивалась в слова Ситары, изумлялась описанию Бриаксиса и не верила, что кто-то может обладать такой силой, чтобы так легко воскресить кого-то.       — Я знаю, твои тебя ждут, но пускай я сейчас и не чувствую Никса, как бывало с нитью, но то что он испытал, когда лишился тебя… Он хотел умереть с тобой, Ив, молил Вариса, чтобы тот сказал Тамлину, что это он виновен в твоей смерти. Я все это чувствовала и видела по нити.       Иви отстранилась от Ситары, вглядываясь в ее глаза. Ситара быстро улыбнулась и молча кивнула Вете на ее внутренние терзания.       — Я тебя прикрою и выбью тебе еще пару минуток. Иди.       Вета совершила переброс к границе между военными лагеря Двора весны и ночи. Из-за собственной смерти Иви и забыла, что еще совсем недавно здесь бушевала война, о которой сейчас напоминает лишь вытоптанная, темная от крови земля.       Лагерь Двора ночи уже сворачивался. Большая часть воинов уже отбыла, половина палаток была сложена, а вторая уже частично разобрана. Иви шагнула на вытоптанную землю лагеря Двора ночи, опасливо оглядываясь по сторонам. Иллирианцы недоверчиво косились в ее сторону, но очень быстро теряли интерес и возвращались к дальнейшим сборам.       Центрального шатра, палаток верховных правителей и внутреннего круга уже не было. Иви растеряно выдохнула, остановившись посреди лагеря, мотая головой из стороны в сторону. Когда она почувствовала едва ощутимое касание черной тени до защиты в собственном разуме.       Крутанувшись, Иви не смогла совладать с собственными эмоциями на лице. То ее губы растягивались в улыбке, то начинали трястись от подступающих слез. Никс был одет в обычную черную рубашку и брюки, волосы его были расчесаны и уложены, на губах играла хитрая улыбка. До чего же он был красив.       Вета, не помня себя от счастья, кинулась к Никсу. Тот подхватил ее на бегу, прижимая к себе, что есть мочи. Руки заскользили по талии и спине, Никс что-то говорил, но из-за шума крови в ушах Иви не могла и слова разобрать. Слезы сами собой покатились по щекам. Из-за неправильного решения они потеряли полгода. И едва не лишились всего.       — Я тебя больше никогда не отпущу, — сквозь слезы прошептала Иви, отстраняясь, чтобы заглянуть в прекрасные переливающиеся глаза.       — А я тебя никуда не отпущу, — вторил ей Никс.       Его губы мягко коснулись ее. Ладонями Никс сжал ее лицо, не позволяя Иви отстраниться, будто она собиралась это сделать. Иви до боли в пальцах сжала ткань его рубашки, яростно отвечая на поцелуй.       — Никогда? — вдохнула Иви в губы Никса.       — Никогда. Ты — моя, а я — твой, и даже парные узы это не изменили, — Никс улыбнулся Вете в губы, прежде чем снова ее жадно поцеловать.