Последний человек

— Ладно, давайте я ещё раз повторю. — сказал кот за кассой без особого энтузиазма. — Вы хотите бургер, большую газировку, шесть обжаренных утиных кусочков и три большие шоколадные печеньки? — ага. — Санс повернул голову к Салли. — точно всё? — И картошку. — шепнул Флауви ей на ухо. — И картошку. — ответила Салли.       Всё-таки они тоже называли это картошкой.       В голове у Салли не было ничего, кроме песни. Она тихо напевала её мотив, иногда шепотом проговаривая слова. Как же там было?       Раз-два, пять-раз, так, наверное, скоро дойду до конца, дарит каждый день каплю свинца, каждый день, час…       Даже вспоминать это не пришлось, музыка заиграла в её голове, словно радио, которое включила не она. Папа любил такое слушать, а Салли старалась любить то, что любил папа.       Но это никогда не помогало.       Санс, уже не задавая вопросов, сам провел её в полупустой банкетный зал, в котором даже не горели лампы, свет шел только с окна. Положив на стол поднос с едой, он сел, но Салли не отвисла. Она стояла напротив, взгляд опущен, смотрел вникуда. Скелет понял, что само оно не кончится. — эй. — недовольно произнес он и магией отодвинул второй стул. — садись давай.       Салли села, достала из рюкзака Флауви и поставила его на стол. Тот тут же ухватил ртом картошку, а вот подружка его не торопилась есть.       Санс понятия не имел как начать разговор. Между ними не было даже никакого напряжения, но пропал контакт. Она была не с ним.       Но попытаться надо. — хей, детк. почему скелету грустно? — Потому что его брат мог умереть? — потому что он одинокость чувствует…пиздец ты шутку испортила.       Только Флауви хрюкнул, подавившись картошкой. — так тебе и надо, блять. — цыкнул скелет, смотря на противно-ехидную морду цветка, так ещё и в полутьме.       Салли вздохнула и предприняла немую попытку предотвратить конфликт — отодвинула ботиночек с Флауви чуть подальше. И его картошку тоже. — Что ты от меня хотел? — спросила Салли, подняв наконец свой безучастный взгляд на собеседника. — проведать. — ответил скелет, пожав плечами. — пожрать дать. — А… спасибо.       Лучше вообще не стало, Санс пожалел что появился здесь. Ощутил себя мухой, что перед рожей маячит. Съебал бы, да только у него стояла задача, которую он сам себе и придумал. Морального права съебать не имел. — хули ты тогда не ешь? — спросил он напрямую. — Извини. — сухо ответила она и, взяв в руки бургер, начала жевать.       Хорошо, прогресс. Надо приводить дуру в себя. — хотя тут готовят не так хорошо, как у Гриллбза. — И чаевые не берут минетом. — поддержала она разговор, запив бургер холодной газировкой. — Хотя, откуда мне знать? Но, если что, в этот раз сосешь ты.       Санс поржал. Отлично. — вряд-ли кто-то осмелится мне в рот что-то засунуть, эти зубы не какой-то декор ебанный, понимаешь? — Я бы рискнула. — сказала Салли. — Только у меня члена нет. — после этого его бы тоже не было. — хмыкнул скелет, мысленно угарая с этого стебнутого диалога. — Ну и ладно. После этого он мне уже не понадобился. Терять нечего.       Флауви тяжело, практически мученически вздохнул, проглатывая утиный кусочек. — Почему, когда дело доходит до еды, вы начинаете обсуждать всякую мерзость? — пиликнул он недовольно. — В прошлый раз было говно! — а в этот раз хуи, сорняк. завидно что-ли? это ментальная связь, блять, тебе нихуя не понять. — Не ментальная, а…связь двух придурков, которые только об одном и думают. — фыркнул Флауви. — о чём? — Вряд-ли Санс думает о членах столько же, сколько и я. — сказала Салли, неспеша доедая бургер, для которого у неё наконец появился аппетит. — а что, частенько в голове всплывают? — Загораются. Понимаешь ведь? — спросила она и тихо засмеялась с набитым ртом. — ой блять… — театрально он закатил огоньки в глазницах, будто пародируя своего брата. — детк, по крайней мере заебись, что настрой у тебя не меняется. — Стабильно хуевый, точно. — вздохнула она со странной улыбкой. — Ну ничего. Всё в порядке.       Скоро всё кончится. Салли в этом почти что не сомневалась, но вслух решила не говорить. Одна мысль о том, что большая часть её пути позади, уже приносила странноватую больную радость. А их царь убьёт её быстро. Других вариантов нет. — слыш, детк. — внезапно обратился к ней скелет, тут же заметив, что глазки её разъезжаются в глупых мечтаниях. — планы у тебя какие? — Сдохнуть. — улыбнулась она и подмигнула ему. — а если не сдохнешь? — А ты думаешь это возможно? — вероятность есть. — Ну… — задумалась она уже серьезно. — Не знаю даже. Наверное, пойду в полицию, скажу, что вот она я, меня ведь не было столько дней, пропала без следа. Мой работодатель наверняка будет переживать, ведь никто так хорошо не расставляет книги по полкам, как я. — ты что, в библиотеке работаешь? — В книжном. — кивнула Салли. — Ничего особенного. — а потом чо? — Пойду к отцу. Может, он сможет отложить свои дела хотя бы на час ради меня. Если трубку возьмёт… — ответила она и взяла в руки увесистое печенье, начиная грызть, словно грустная крыса.       Флауви сделал так же. — а дальше?.. — продолжал допытывать её Санс. — Не знаю. Зачем думать о том, что не произойдет? — есть другие варианты, детк. — Какие? — например, вернуться обратно к Ториэль и не ебать мне мозги.       Салли цокнула, глянув на него, словно на дурачка. — Не смешно вышло, лучше продолжай шутить про кости. — я нихуя не шучу, бля. брось ты эту всратую затею, бери цветок и пиздуй в Руины. иначе я сломаю тебе ебало за иррациональность решений. — Ты уже обещал это сделать. — фыркнула Салли. — Но пока что преуспели все, кроме тебя. — а я в конце очереди, детк. она очень длинная. — Не сработает на меня эта угроза. Меня разве что в огне не сжгли, а всё остальное, вроде, было. Можешь с меня кожу снять. Хочешь? — спросила она и, задрав рукав худи, проятнула ему свою руку.       Окинув взглядом её предплечье, Санс, промолчав, положил кисть на новые ожоги и начал их лечить, сверкая красной магией. — если тебе не смешно, то значит я нихуя не шучу. потому что от моих шуток всегда смешно. — его голос звучал непривычно серьезно. — возвращайся к козе. я проведу и тебя, и твоего сорняка. — Нет. — ответила она тихо, не убирая свою руку от его магических манипуляций. — Мне нечего там делать.       Чтож, он пытался. Ну не мог он преподнести это ещё мягче. Салли была слишком решительна, просто, блять, полна решимости, спорить с ней бесполезно. Но решимости на что? Решимости сражаться в ней не было, а про навыки и вовсе не стоит говорить. Она просто хочет сдохнуть, он видел это по глазам. Но зачем так изощряться ради этого? Возможностей сдохнуть было немеренно.       Но он и не будет спорить. — ок. но тебе не обязательно идти туда прямо сейчас. никто не гонит, и бабла в кошельке ещё много. — Точно. — поддержал его Флауви. — Мы немного сидим совсем, я бы ещё с удовольствием поел. — Неизбежное оттянуть пытаетесь? — прямо спросила Салли, скучающе, хотя больше устало, сложив руки на столе и положив на них голову. — Знаете, как говорят? Если что-то болит, то это надо отрезать как можно быстрее. — И кто же так говорит? — сщурил Флауви мышиные глазки. — какой-то еблан. я вот слышал, что если болит, то лечить надо. — сказал скелет. — Ну вы, ребята, сейчас просто пальцем тыкаете в синяк. — ответила Салли. — И ты из-за этого руку предлагаешь рубить? — спросил цветок. — Да, а потом голову.       Салли тяжело вздохнула, глядя на эту внезапную скооперировшуюся группу её поддержки. — Что, нравлюсь вам, да? — оторвав голову со стола, она выпрямилась и взяла себе оставшуюся картошку. — Дурачки. Глупые. Глупые придурки, дебилы. — а схуяли я на уровне этого сорняка оказался? — Не сравнивай меня с этим мешком мусора!       Они произнесли эти фразы одновременно, перебивая друг-друга, после обменявшись неприязненными взглядами. Никто не подтвердил слова Салли, но и не стал отрицать симпатию. — Ходите за мной, как побитые котята. — продолжила она свою мысль. — Но я всё-равно должна сказать вам спасибо, давно у меня не было компании. Я ощущала себя очень одинокой до того, как оказалась здесь. Хорошо, что под конец я была не одна, очень приятно знать, что кому-то не всё равно. Хотя осознавать это странно.       Диалог, хотя то больше монолог, ведь отвечать на это пацаны не собирались, пошел откровенный. Салли выражала свои мысли открыто. Прощальная речь разве может быть иной?       Санс недовольно скрипнул зубами, его огоньки в глазницах вновь закатились. — детк, мозги ебешь. сколько раз мы с тобой уже прощались навсегда? — Раза два точно. — ответил Флауви. — во-во, так что я с тобой больше прощаться не собираюсь. судьба может в любой момент подкинуть скелета в твой шкаф. — улыбнулся Санс и подмигнул ей.       Салли аж пробрало. Но потом и она улыбнулась. Они оба были такие забавные, такие глупые. В её груди промелькнула искра тепла. Настолько мимолётная, предательская, болезненная. Это надо задавить, потушить как можно скорее, иначе вспыхнет огонёк надежды, а от него избавляться больнее — можно обжечь руки. Поэтому она не сделала этот глупый шаг к сближению — подавила в себе желание обнять каждого из них.       Пусть идут нахуй и дальше живут свои жизни. — Ты лучше знаешь что сделай. — обратился цветок к скелету, словно начальник. — Расскажи лучше что-нибудь про свою мусорную жизнь. Мы не должны тут просто так в тишине сидеть. — не указывай мне. ты, блять, чучело. про свою жизнь рассказывай, она хуйня похуже моей!       Какая прелестная перепалка, но у Салли появилось желание вмешаться. — А ведь правда. — тихо сказала она, свабив тон голоса почти до шепота. — Ты поговорил со своим братом?       Этот вопрос скелета успокоил быстро. Он подвинулся чуть ближе и тоже перешёл на полушепот. На его лице появилась странная гримаса. — по правде говоря, прошло всё неожиданно хорошо. я с ним побазарил и мы, типа, неплохо выяснили отношения. — ответил он, нервно постукивая костяшками по столу. — хотя то, что это в реальности произошло, а не в моём ебанном сне, просто нахуй выводит меня из себя. — Что ты имеешь ввиду? — спросила Салли. — хуй знает, детк. радоваться не умею. — Тебе придётся учиться. — ответила она и улыбнулась настолько тепло, как и сама от себя не ожидала. — Я очень рада за тебя.       И она не врала. Салли точно была уверена, что уж эти чувства она испытывает по-настоящему. Непривычно даже ощутить что-то настолько светлое в себе, ведь, казалось бы, ей стоило начать по-черному завидовать. Она бы тоже так хотела. Но им желала добра. Почему-то. — спасибо. — цыкнул скелет. — отчасти, это и твоя заслуга, поэтому…да, спасибо. — Разве моя? — ну да, ты же мне немного мозги вправила.       И правда что-ли? Она как-то помогла? Нет, конечно, это и была её цель, когда она заводила те задушевные разговоры с ним. Но… серьезно? Она не верила, что последствия каких либо её действий могут быть хорошими.       Салли начала неловко улыбаться, не принимая благодарность, но и не отрицая свою причастность. Ей стало жутко неудобно. — Ну… — замялась она. — Тогда не проеби. Такой совет тебе. Если есть семья, то и жить есть ради чего. Не все этим могут похвастаться.       Флауви промолчал. Пожалуй, некоторое время он злился на Салли там — в Водопадье, когда смог увидеть фотографии её семьи. Они живы, значит она счастливее его. Так он думал. Но ведь и его родители не мертвы. А вот он для них…       И всё-таки, что у неё случилось?       Сможет ли он хоть когда-нибудь узнать об этом? — так это логично, хули. — ответил ей скелет. — Логично — не значит легко. Поговорить с братом тоже было логично. — но нелегко, да… — сердито произнес скелет. — вечно ты говоришь какую-то умную хуйню. — Я безобразно тупая.       Как она была в этом уверена! Хотя, Санс считал, что и умной её, в целом, назвать сложно. Скорее, не самая тупая здесь? Умнее, чем он? Ну уж точно нет! — ну знаешь, детк, сложно быть умной и красивой одновременно. так бывает раз на миллион. — сказал он, всё ещё в попытке разбавить атмосферу. — Ты что, комплимент мне сделал? — хихикнула Салли. — и себе тоже. ты то ладно, допустим, красивая, но я то и умный, и красивый. ну и ахуенный, в добавок.       Не то, чтобы Санс искренне так думал. Он был мастером втаптывать себя в грязь, особенно когда у него нет другой работы, но именно эти слова говорил с такой серьёзностью, что сложно было разглядеть за ними его реальные комплексы. — Да, ещё и невероятно забавный. — добавила она, одобрительно кивнув.— Знаешь, возможно, при других обстоятельствах я бы позвала тебя на свиданку. — здрасьте, а это что по-твоему? нет, серьезно, это реально выглядит как свиданка, я сам не ожидал, что тут даже света не будет. ты когда в последний раз жрала при свечах? — Я такого, пожалуй, даже не помню.- задумалась Салли. — Хотя я часто была на свиданиях. — а я — нет. и при свечах никогда не хавал. — сказал он. — Ты что, никогда не был на свиданиях? — удивилась Салли, пожалуй, слишком громко, скелету даже стало немного неловко. — да был, блять. пару раз, но они были меня недостоины, понимаешь? неправильно реагировали на шутки. одна, помню, съебала сразу после первой же шутки про носки, даже не заплатив за счёт. но я тоже не заплатил. но мы, кажется, нихуя и не заказали.       Салли смеялась, визуализируя эту сцену, а после, отсмеявшись, визуализировала ещё раз и снова начинала смеяться. — Ой, боже… — пыталась она отдышаться. — Ой, плохо мне. Ты, видать, просто на очень узкого любителя. Знаешь, как говорят? Кажется, чем дороже товар, тем меньше спрос. Просто не все могут позволить. — о, — щёлкнул он костяшками. — да-да, точно. возьму на заметку. в следующий раз так и скажу. — Лучше при знакомстве говори, — сказал Флауви. — чтобы они даже времени на разговор с тобой не тратили. — иди нахуй. — А продолжения у твоих свиданок какие были? — спросила Салли. — не было нихуя. да мне, честно, похуй. я не шарю как себя вести на таких встречах, может поэтому бабы и убегают. — В этом нет ничего сложного. Может, ты просто нервничал? Или вы знакомы были слишком мало — много причин. Но, если тебе плевать, то это хорошо. Отношения в жизни не самое главное. — да понятно, я и не страдал об этом никогда. — В Подземелье много других способов, чтобы пострадать. — добавил Флауви.       Санс бы хотел с цветком согласиться, но вдруг в голову пришла мысль, которую он поспешил озвучить. — знаешь, детк, я уверен, что если бы мы это свидание даже заранее запланировали, то ты бы всё-равно его притащила. — Флауви? Пф, — хмыкнула она. — естественно. Кто ещё с тобой так филигранно поругается? — а тут не во мне дело, я видел как он с детьми из Снежнеграда общается. они даже от меня столько новых слов не узнали, сколько от него. материт их, блять, как какой-то старый пердун. — Они хотели меня затоптать! — возразил Флауви. — этого очень сложно не хотеть, с твоим то уебанским характером и мерзким голосом. — Ты себя со стороны слышал? У меня всегда уши закладывает от твоего противного баса! — нет, это у меня закладывает уши от твоего крысиного писка, блять. — Крысиного?! — Ребят, — вклинилась в их ругань Салли, посмеиваясь. — ни у кого из вас нет ушей.       Это было так странно. Её жизнь идёт на минуты, а она здесь, в пустом ресторане, смеётся с…нет, не с друзьями. Но все они готовы притвориться, что близки друг с другом, и Салли позволила себе обмануться. Правда же, позволила? Не полностью, конечно, но она забылась, наблюдая за их безобидной руганью. Да уж, будь у неё такие друзья на поверхности, то она, может, и не решилась спрыгнуть сюда. Жаль, что она здесь неестественная аномалия, чужеродный орган, что требует уничтожения. Так, может, притворись она скелетом, цветочком или козочкой, то, может быть, смогла бы остаться? Жаль, что этого не сделать, и встреча эта рано или поздно закончится. Но, пока она здесь, то стоит дальше делать вид, что всё в порядке, делать вид, что это просто милое свидание. Чтож, она так может, она ведь сотню раз была на свиданиях. — Хей, Санс, какое у тебя хобби?       Вопрос звучал так банально, что его, пожалуй, никогда раньше скелету не задавали. Он тут же прекратил ругаться с цветком и задумался. — ну, вообще, дохуя их. я ебейший генератор самых смешных шуток на свете, это во-первых.       Скелет начал рассказывать это, как на духу, а Салли облокотилась на стол и слушала это с таким вниманием, будто он открывает ей какую-то тайну. Может, ей и правда было бы интересно, будь они на настоящем свидании. Хотя, ей интересно, конечно же, но перед смертью всё звучит как белый шум. Никакой ценности. Так она думала. — во-вторых, детк, я просто в ебейшем восторге от ваших учёных. — Что? — спросил цветок, опередив Салли с тем же недоуменным вопросом. — то, ебанный рот. матан, физика — я в этом шарю. ну так, на уровне любителя. иногда могу, если спать не хочется, сидеть и решать задачи, или учебники перечитывать. у нас в доме их просто дохуя.       Что-то Флауви не шибко в это верил. Он, по правде, всегда недооценивал скелетов, ставя под сомнения их, не только умственные, но и любые способности. Разве что способность вредить, как он считал, была у них на высоте, оттого восхищения своего человека он не понимал. Она что, серьезно поверила ему? Почему её глаза так горят? Да он сто процентов не знает что такое проценты! И вряд-ли читать умеет! А считать — тем более! Какие ещё учебники по квантовой физике? Какая же она доверчивая… Конечно, когда Флауви, ещё будучи не цветком, проходил обучение, то и физики, как таковой, не было, а квантовой — тем более. Но он точно знал, что, будь такой предмет в его время, то он бы точно всё-всё освоил, и получше этих глупых скелетов.       Да только никто не замечал его недовольное фырканье. Скелет был увлечен своими рассуждениями, а Салли слушала его жадно и восхищённо, даже если понимала через слово. Она никогда не разбиралась ни в точных, ни в естественных науках, оттого все, кто хоть немного в этом что-то понимал, вызывали у неё неподдельный восторг. — а ты чо умеешь? колись. — наконец спросил Санс, после, казалось бы, минимум десяти минут болтовни. — Да так, ничего особенного. — уклончиво ответила Салли. — ну уж нет, нехуй заднюю давать. — Ну…я раньше пела. Немного. — Ага, я слышал, — сказал Флауви. — и это не «немного». — и чо там было? — спросил у него скелет. — Песни примерно о том же, о чем вы, дебилы, постоянно разговариваете. — зачёт, зачёт. — поржал Санс. — и чо, красиво? — Да, достаточно. — Да чо ты… — засмущалась Салли, глупо посмеиваясь. — Я просто, когда в универе училась, в группе пела. — ну ахуеть «ничего особенного», блять! играла на чем-нибудь? — На гитаре. — ответила она. — Но училась с детства на пианино. — гонишь. — Нет, серьезно, я слышал. — подтвердил Флауви. — ну нихуёво, детк. талантище, жаль не послушаю уже. — цыкнул он удручённо. — помню, мой бро с год назад притащил в дом электрогитару со всеми составляющими. я балуюсь на ней, когда не сплю. — Но спишь чаще, да? — хихикнула Салли. — пизда. но знай, если бы я занимался чаще, то давно бы уже стал супер монстро-звездой. — сказал он с театральной напыщенностью. — грёб бы золото лопатой, но я просто, знаешь…не хочу. — Ну да, тебя же только это останавливает. — ехидно улыбнулся цветок. — Ох, слава и богатство так обременяют, дело исключительно в нежелании. — чо, сорняк, не веришь в меня? — Ты и хот-доги неважно делаешь. — ответил Флауви. — Для того, чтобы играть на гитаре, надо хотя бы кетчупом мимо булки не промахиваться.       Скелет охнул, и Салли даже не поняла было ли это возмущение ложным, или же он правда обиделся. Они снова начали ругаться. Ей только оставалось наблюдать и улыбаться. Пусть ругаются столько, сколько хотят.       Лишь бы побыть здесь подольше.

***

      Сколько не оттягивай, но к концу подходит всё. Санс заплатил за счёт, проводил ее через отель и ушел. В этот раз они не стали обременять себя прощанием, даже каким-либо его подобием.       Чем ближе был конец горы — тем теснее становилось. По выходу из отеля дорога сменялась мостиком, и за ним уже, гудя и сверкая, возвышались ворота. Вот так просто, буквально в нескольких шагах. — Это уже дворец? — В каком-то смысле. — ответил Флауви. — Это вход в лабораторию. Придворную лабораторию. — И что это значит? — Это, скорее…офисная часть замка. Но там есть лифт! Поэтому добраться до королевских башен не составит труда.       Чтож, понятно. Пройдя на середину мостика, Салли села на его край и свесила ноги в темную бездну, положив рюкзак с Флауви на колени. Цветок совсем не был против подождать, но всё же решил зарыться в рюкзак поглубже, спрятав лепестки от ветра, что поднимался с глубины обрыва.       Жаль, что скелет ушел. Сейчас он был готов терпеть его компанию как можно дольше, если это избавит их от будущего.       Он уже отвык быть в одиночестве.