Truth, Lies and Storytelling | Правда, Ложь и Повесть

      Апрель 2002 года       Звук активировавшегося камина отвлек внимание Гермионы от листа пергамента у нее на коленях. Она подняла глаза и увидела запыхавшуюся Джинни, вышагнувшую из камина, все еще одетую в снаряжение для квиддича.              – Что случилось? – спросила Джинни.              Гермиона снова посмотрела на пергамент, постукивая кончиком пера по своим губам.              – Помидор или тыква?              – Прошу прощения?              – Помидор или тыква? Драко ушел на весь день и мне нужно закончить работать с меню прежде, чем он вернется домой.              Ошеломленная Джинни открыла рот, заикаясь в поисках ответа.       – Что… ты... но ... – она развернулась и начала ходить туда-сюда по комнате.             – Все не так сложно, Джинни. Просто выбери что-нибудь одно, – Гермиона скрестила руки на груди. – Обычно я знаю, что хочу выбрать, но мой мозг превратился в кашу после миллиона других решений. По правде сказать, я надеялась, что Драко просто возьмет меню на себя и решит этот вопрос.       Ее подруга повернулась, вытянув палец, и в ее глазах вспыхнул классический гнев Уизли.       – Ты послала мне Патронуса и сказала, что это чрезвычайная ситуация. Я ушла с тренировки за день до одной из самых важных игр сезона, чтобы ты спросила, какой суп мне больше нравится?       – Ты подружка невесты, Драко нет дома, а Гарри на работе ...       – Я тоже была на работе! – Джинни бросилась к Гермионе и щелкнула ее по лбу. – Квиддич – это моя работа! И я могу потерять свое место в завтрашней игре из-за тебя!       Пытаясь защититься, Гермиона схватила стопку пергаментов по планированию свадьбы и подняла их, как щит. Она выставила ногу в попытках оттолкнуть Джинни.       – Гермиона, клянусь, если ты не прекратишь пинать меня, я нашлю на тебя летучемышиный сглаз!       – Пожалуйста, не делай этого. Мне нравится смотреть на свою будущую жену, не думая о вылетающих у нее из носа гигантских слизистых летучих мышах.       Гермиона и Джинни замерли. Они посмотрели в сторону камина и увидели Драко, стоящего там с ухмылкой на лице. Гермиона не могла вспомнить, слышала ли она, как камин снова активировался, и на мгновение задумалась, как долго он наблюдал за ними.       – Кто-нибудь расскажет мне, что происходит? – он ухмыльнулся этой паре, и его глаза игриво заблестели. – Вы обе выглядите нелепо.       Гермиона свернулась клубочком на подушках, одна ее нога застыла в воздухе в середине удара, а Джинни вытащила палочку и уже была готова произнести заклинание.              – Отлично! Твой будущий муж здесь. Он сможет справиться с этим безумием, – Джинни обошла Драко, направляясь к камину. Она обернулась и посмотрела на Гермиону. – Больше не связывайся со мной посреди дня. Я серьезно. Даже если ты скажешь, что умираешь, я не приду раньше пяти.       Пламя с ревом ожило, и Джинни унесло прочь, оставив после нее лишь немного сажи. Гермиона выпрямилась и села прямо, потянув за низ джемпера, чтобы расправить его.       – Привет, любимый. Как твоя работа? – невинно спросила Гермиона, как ни в чем не бывало.       Драко покачал головой и сел рядом с ней на диван, взяв стопку листов из ее рук и переложив ее на столик.       – Работа как работа. Лучше расскажи, как прошел твой день?       – Все было в порядке. Невилл прислал несколько фотографий с цветами, которые он вырастил для нас. Они прекрасны. Я думаю, что план рассадки гостей тоже готов.       – А ты собираешься рассказать мне, почему Джинни угрожала проклясть тебя, когда я пришел?       Гермиона смущенно посмотрела на свои колени.              – Возможно, я послала ей Патронуса в середине ее тренировки... И, возможно, это было связано с супом.       С легким смешком Драко резко притянул ее к себе и поцеловал в висок.       – Грейнджер, не нужно паниковать из-за мелочей. Я знаю, что нам нужно доработать меню сегодня вечером, но это могло бы подождать до того, как я вернусь домой.       – Я ходила сегодня в Нору. Чтобы спросить Артура, не поведет ли он меня к алтарю. Конечно, он сказал «да», – Гермиона играла с краем старого слизеринского джемпера Драко, который она привыкла носить. – И это заставило меня подумать обо всех, кого не будет с нами на следующей неделе. Мои родители, твои родители… все остальные...       Драко встал с дивана и опустился перед ней на колени.       – Мне жаль, что мы не смогли вернуть их воспоминания. Мы перепробовали все, что могли, привлекли лучших целителей разума в мире, и никто не смог справится с твоим заклинанием. Вот насколько ты могущественна, Грейнджер. Лучшие в мире все еще недостаточно хороши, – он заправил выбившуюся прядь волос ей за ухо и потянулся, чтобы нежно поцеловать девушку в лоб. – Если бы они могли быть здесь, ты знаешь, что они обязательно были бы.       Гермиона закусила губу. Она вспомнила тот день, когда узнала, что не сможет вернуть воспоминания своих родителей. Драко крепко обнимал ее всю ночью, убеждая, что все будет хорошо, что ее родители счастливы и живы, даже если они не знали, кто она такая.              Когда Драко сделал ей предложение, он пообещал небольшую свадьбу, совсем не похожую на свадьбы Малфоев в прошлом. Не было бы ни проектировщиков, ни декораторов, ни журналистов.       – Что еще остается решить? – спросил он, выводя ее из задумчивости.       – Просто заканчиваю список блюд для Молли. Она попросила меня прислать меню сегодня вечером, чтобы она могла начать подготовку, – Гермиона протянула Драко предложенное меню.       Быстро пробежав по нему глазами, он схватил перо со стола и начал вносить изменения в то, что было написано. Закончив, он свернул пергамент и перевязал его лентой.       – Вот так. Готово.       – Разве я не имею права сказать последнее слово? – спросила Гермиона.       Драко встал и подошел к окну, чтобы подозвать одну из их сов.       – Томатный суп, запеченная курица, жареные овощи, картофельное пюре и на десерт тот тройной шоколадный торт Молли, который ты так любишь.       – Ты так любишь этот торт.       – Да, а ты любишь меня, так что позволишь мне получить его.

***

      Драко поправил галстук-бабочку и оценил свой внешний вид в зеркале. Он почувствовал, как его ладони вспотели от нервов, и поблагодарил Салазара, что они решили устроить весеннюю свадьбу.       Услышав легкое покашливание, Драко обернулся и увидел Гарри, стоящего в дверях гостевой комнаты на Гриммо, 12.       – Почти готов? – спросил он. Сам Гарри был одет в черную мантию, которую Драко заставил его сшить на заказ. – Гермиона не хочет, чтобы мы случайно столкнулись с ней, выходя из камина.       – Да, почти, – Драко подошел к прикроватному столику и схватил свои карманные часы и коробочку с кольцами. Он бросил ее Гарри, уверенный, что рефлексы ловца не позволят ему уронить столь ценную вещицу. – Теперь это твоя ответственность, шафер. Я верю, что ты не потеряешь кольца.       Гарри усмехнулся и спрятал коробочку в мантию.       – Спасибо за вотум доверия, Малфой.       – Я помню, как ты не мог найти ни одной вещи в день своей собственной свадьбы, а затем тебе пришлось звать Грейнджер, чтобы она пришла и помогла тебе успокоиться.       – Знаешь, примерно через час ты больше не сможешь звать ее Грейнджер. Тебе придется называть ее по имени.       Драко закатил глаза и раздраженно выдохнул.       – Я называю ее Грейнджер с тех пор, как мне исполнилось одиннадцать. Я не собираюсь называть ее как-то по-другому только потому, что мы поженимся.       – Ты называл меня разными именами в течение многих лет, но у тебя нет проблем с именем Гарри.       – Гарри не такое длинное для произношения имя как Гермиона. Боги, о чем думали ее родители?       Поттер засмеялся и отступил в сторону, позволяя Драко выйти из комнаты первым. Они вдвоем направились к камину в гостиной. Гарри двинулся вперед, чтобы пройти вперед Драко.       – Я вернусь, чтобы убедиться, что на горизонте чисто. Дай мне двадцать секунд, а потом проходи, – он схватил щепотку летучего пороха. – Коттедж Малфой-Грейнджер! – зеленое пламя вспыхнуло, и Гарри засосало прочь.       Драко расхаживал взад и вперед по гостиной. Он чувствовал, как шалят его нервишки, но не понимал причины. Предложение Грейнджер было самым легким решением, которое он когда-либо принимал. Он уже много лет знал, что она была тем человеком, на котором он собирался жениться, и после всего, через что они прошли, он чувствовал, что они заслужили свое «долго и счастливо».       Взглянув на карманные часы, которые Гермиона подарила ему в качестве раннего свадебного подарка, он заметил, что двадцать секунд, о которых просил Гарри, давно прошли, пока он тут расхаживал. Поттер, вероятно, стоял по другую сторону камина и старался не паниковать, думая, что жених сбежал с места происшествия.       Драко взял щепотку летучего пороха и назвал свой собственный адрес. Стремительное тепло путешествия в одно мгновение подхватило его и перенесло в гостиную его дома. Он быстро проверил свою мантию, довольный тем, что смог убедить Гермиону перейти на усовершенствованную версию камина-без-сажи.       – Вот ты где! Клянусь, Гарри собирался послать поисковую группу, если бы ты не поторопился, – Джинни схватила Драко за локоть и вытащила его из комнаты, уводя в другой конец дома, где его ждал Поттер. Девушка потянула Малфоя за отворот его мантии и приложила к нему бутоньерку, сделанную из маленьких кусочков зелени и цветочков цвета слоновой кости, которую удерживал на месте специальный амулет. Прикрепив одну из них и к Гарри, Джинни начала просматривать список вещей, которые должен был запомнить шафер.       – А ты, - сказала она, шагнув так, чтобы оказаться прямо перед Драко. – Тебе просто нужно сказать «да». Не выходи за рамки сценария, не признавайся ей в своей любви в стихах, которые заставят ее плакать и разрушат всю нашу тяжелую работу. Магия может помочь только туши для ресниц. Прибереги это для медового месяца. Понял?       Драко усмехнулся, но кивнул после того, как Джинни шлепнула его по руке тыльной стороной ладони.       – Понял. Грейнджер уже произнесла мне ту же речь.       Благодаря сильному толчку Джинни, Драко сошел с крыльца и направился по гравийной дорожке в заднюю часть дома. Он слышал тихое журчание реки на заднем плане и слабое щебетание птиц, эхом разносившееся среди окружающих деревьев. Звуки голосов стали громче, когда деревья поредели, и он смог разглядеть небольшую группу ведьм и волшебников, сидящих перед аркой, сделанной из переплетающихся ветвей и лиан. Вокруг арки были сплетены цветы классического свадебного цвета и зелень, очень похожие на ту, что украшала его бутоньерку.       Министр Шеклболт стоял во главе, и его лицо украсила приятная улыбка, когда Драко и Гарри приблизились. Сначала он пожал руку Гарри, а затем крепко сжал ладонь Драко.       – Мистер Малфой, еще раз спасибо за то, что попросили меня провести церемонию.              – Спасибо, что пришли, министр. Я знаю, как много это значит для моей невесты, – Драко провел руками по своей мантии, пытаясь унять нервную дрожь.       Он окинул взглядом небольшую группу собравшихся людей, отметив, как все смешались вместе. Там были слизеринцы и гриффиндорцы, сидящие рядом друг с другом, и никто, казалось, не собирался вытаскивать свои палочки. Чистокровные и маглорожденные. Пэнси сидела с Луной, явно смущенная и сбитая с толку тем, что говорила ей Лавгуд. Невилл и Блейз вели, похоже, жаркую, но дружескую дискуссию.       Все было так, как он себе представлял, когда рос. Почти.       – Она гордится тобой, – тихо сказал Гарри. – Твоя мама. Я знаю, что это так.       Драко проглотил комок, образовавшийся у него в горле.       – Я знаю, что это так. Она любила Гермиону.       Гарри толкнул его в бок и хихикнул.       – Ты назвал ее Гермионой.       Прежде чем Драко успел отпустить язвительный комментарий в ответ, Молли быстро обошла всех и села рядом с Лавандой. Она мягко улыбнулась Драко и приложила руку к сердцу.       Заиграла тихая музыка, сигнализируя о прибытии Грейнджер. Джинни первой вышла на поляну с доброй улыбкой на лице.       – Она почти здесь, Малфой. И она идеальна.       Переключив свое внимание обратно на то место, откуда Грейнджер должна была выйти на поляну, он глубоко вздохнул и выпрямился. Его сердце бешено колотилось, и нервы, которые, как он думал, он привел в норму, снова взвинтились.       Секунды казались часами, пока он ждал ее.       А потом он увидел ее, и время вовсе остановилось. Джинни была права — Гермиона была идеальна.

***

      – Ты прекрасно выглядишь, Гермиона, – сказал Артур, нежно положив руку ей на плечо.       Она посмотрела на него, благодарная за своеобразную роль отца в своей жизни и на этой свадьбе. Никто никогда не смог бы заменить ей собственного папу, но Артур был близок к этому. Маленькая слезинка собралась в уголке ее глаза, и она подняла руку, чтобы вытереть ее, прежде чем она прольется.       Джинни сжала плечо Гермионы.       – Он здесь, и даже не похож на полного придурка. А теперь не плачь. Я люблю тебя.       Шелковое зеленое платье, которое Джинни выбрала для себя, закружилось, когда она развернулась лицом к алтарю. Она направилась по тропинке к поляне. С того места, где спряталась Гермиона, она могла видеть только нескольких гостей и все еще была в безопасности от любопытных глаз Драко. Ее взгляд скользнул вниз, к ее собственному кремовому платью. Джинни таскала ее по разным свадебным магазинам в Лондоне и Париже, как магловским, так и волшебным, прежде чем они смогли найти подходящее платье. Оно было облегающим и сшитым из кружева, свободно расклешенного на бедрах, и у него были рукава, доходящие до запястий. Сзади платье было открыто, и она почти чувствовала себя неудобно, но знала, что Драко сойдет с ума, когда увидит ее в нем.       Музыка сменилась, сигнализируя Гермионе, что пора идти. С твердой рукой Артура в качестве напоминания не бежать к Драко сломя голову, они начали свой мучительный путь по проходу.       – Это ужасно медленно. Почему мы выбрали эту песню? – жалобно спросила она.       Артур улыбнулся ей.       – Я чувствовал то же самое, когда ждал Молли. Когда я увидел, как она идет по проходу, время остановилось. Она была самой потрясающей женщиной, которую я когда-либо видел. Я был благодарен за эти несколько дополнительных мгновений, чтобы полюбоваться ей. Я чувствовал себя так, словно мы были там совершенно одни.       Они подошли к краю поляны, и она, наконец, смогла его увидеть. Даже осознавая, что она держит под руку Артура, и другие люди все еще разделяют их, казалось, что весь мир растаял и остались только два человека. Она и Драко.       Его светлые волосы сияли даже в тусклом сером свете, который обеспечивало это время года. Он сжал губы, и она увидела, как у него перехватило дыхание, когда он проглотил свои эмоции. Она едва могла дышать, разглядывая его костюм впервые, потому что он настоял, что она не увидит его до свадьбы.       – Если тебе удастся сохранить платье в секрете, почему моя одежда должна быть этого лишена? – спросил он однажды к ее большому разочарованию.       Но это стоило ожидания. Он был самим совершенством. Абсолютно идеальным.       После того, что показалось вечностью, они наконец добрались до алтаря. Министр Шеклболт что-то говорил, а Артур отвечал, но Гермиона не разбирала и половину слов. Драко шагнул вперед и взял ее руку в свою, притянув к губам, чтобы запечатлеть легкий поцелуй там, где скоро должно было быть ее обручальное кольцо.              Она передала свой букет Джинни и встала должным образом между алтарем и группой своих друзей. Ее глаза встретились с глазами Драко, впитывая каждую его черту. Гермиона благодарила всех причастных за то, что ей наконец посчастливилось назвать его своим мужем.       – Мы собрались здесь сегодня, чтобы засвидетельствовать связь двух людей в вечном браке, – начал министр Шеклболт. – Брак – это не просто обещание любить друг друга. Это соединение двух уникальных магий, разделяющих вашу суть. Любовь – это не поиск недостающей половины, а поиск человека, чье сердце и душа дополняют ваши собственные. Сегодня мы являемся свидетелями брака двух людей, которые испытали любовь и потерю, которые знают, что когда вы находите подходящего человека, вы пройдете через что угодно, чтобы быть на его стороне.       Гермиона подняла руку и смахнула слезу, скатившуюся по ее щеке. Она подумала обо всем, через что они прошли вместе, и была уверена, что была бы готова пережить все это снова, ради этого момента.       – Пожалуйста, возьмитесь за руки, – проинструктировал министр.       Гермиона передвинула левую руку так, чтобы она обхватила левое запястье Драко, и его действия повторяли ее. Министр Шеклболт приложил свою палочку к их соединенным запястьям.       – Гермиона Джин Грейнджер, ты пришла сегодня по доброй воле, чтобы выйти замуж за Драко Люциуса Малфоя? Клянешься ли ты быть рядом с ним во времена любви и войны, помогать, когда ему плохо, и поддерживать в трудную минуту? Обещаешь ли ты связать свою магию с его, навсегда соединившись воедино, пока вы оба будете жить?       – Да.       Мягкий золотой свет распространился по ее руке и обвился вокруг их рук. Она чувствовала, как его тепло пульсирует и покалывает, проходя сквозь их пальцы.       – Драко Люциус Малфой, ты пришел сегодня по доброй воле, чтобы взять в жены Гермиону Джин Грейнджер? Клянешься ли ты быть рядом с ней во времена любви и войны, помогать, когда ей плохо, и поддерживать в трудную минуту? Обещаешь ли ты связать свою магию с ее, навсегда соединившись воедино, пока вы оба будете жить?       – Да.       Серебряный свет скользнул вниз по его руке, смешиваясь с золотым светом. Пульсирующее ощущение усилилось, когда два огонька заплясали вместе, соединяясь и сливаясь воедино. Гермиона почувствовала, как ладонь Драко крепче сжалась на ее запястье. Она подняла на него взгляд, наблюдая, как огни отражаются в его глазах.       Свет становился все ярче, распространяясь вокруг пары, и вскоре стало казаться, что они смотрят на солнце. Вспышка белой магии вырвалась из их рук, полностью охватив молодожен и откинув волосы Гермионы с ее лица.       Когда магия вокруг них успокоилась, министр Шеклболт поднял свою палочку, потянув за ней немного белого света. Он поднес свечение к листу пергамента слева от себя и постучал по нему палочкой, чтоб свет просочился в бумагу.       – С большим удовольствием я объявляю вас мужем и женой. Драко, ты можешь поцеловать свою невесту.       Используя руку, все еще сжимающую ее запястье, Драко потянул Гермиону вперед, так что ее тело оказалось вровень с его. Он поднес правую руку к ее лицу, проведя по ее затылку. Она приподнялась на цыпочки, чтобы сократить расстояние между ними.       – Я люблю тебя, – прошептал он, касаясь губами ее губ, когда говорил.       Его губы прижались к ее губам, он углублял поцелуй, и продолжал его, пока у нее не закружилась голова. Их руки разъединились, и он переместил свои на ее поясницу, застонав ей рот, когда почувствовал под ладонями обнаженную кожу. Гермиона растворилась в нем и в своих ощущениях, цепляясь пальцами в его торс для поддержки, она чувствовала остаточный магический импульс между ними.       Драко слегка отстранился, замедляя их страстный поцелуй, пока он не превратился в мягкие касания губ. Его руки двигались вокруг нее, пока не остановились по обе стороны от ее лица. Поцеловав его в последний раз, она отстранилась, чтобы посмотреть на своего мужа, совершенно запыхавшегося и влюбленного.       Слабые звуки аплодисментов становились все громче, пока не загремели у нее в ушах. Впервые с тех пор, как она увидела Драко, Гермиона вспомнила, что они были окружены своими близкими. Все стояли, громкие крики доносились от семьи Уизли, сидевшей на первых рядах. Даже Пэнси, казалось, незаметно вытирала слезы. А Гермиона даже не была уверена, что та когда-нибудь проникнется к ней теплыми чувствами.       Джинни протянула Гермионе букет цветов и кивнула головой в сторону прохода, напоминая, что они должны двигаться. Драко предложил ей руку, как джентльмен, каким он и был, и они вместе направились по тропинке к своему дому, где проходил прием.       Как только они покинули поляну, Драко повернулся и поднял ее с земли на руки, поддерживая ее под коленями и за плечи.       – Я люблю тебя, муж, – Она поцеловала его в шею и почувствовала, как он зарычал.       – Осторожнее, миссис Малфой. Нам еще нужно провести вечеринку.

***

      Для празднования был установлен белый шатер, накрывающий маленькие круглые столики, которые окружали танцпол, а в воздухе повсюду мерцали волшебные огоньки. Вокруг столбов палатки и вдоль потолка вились те же цветы, что украшали арку и бутоньерку. Гермиона никогда не видела ничего подобного раньше – эта свадьбы была во всех смыслах сказочной.       Драко подвел ее ко входу в шатер, положив руку на обнаженную кожу ее поясницы. Гости по очереди подходили к ним, осыпая поздравлениями, и обязательно оставляли комментарии о том, насколько красивой была церемония.       Когда все собрались под навесом шатра, Драко повел Гермиону на танцпол и на первых же аккордах музыкальной композиции он поклонился, протянув руку. Она вложила свою руку в его и подняла другую, аккуратно укладывая ее ему на плечо. Годы свиданий с Драко и вынужденные посещения различных мероприятий и вечеринок окупились этим моментом. У девушки не было никакого страха запутаться в собственных ногах или забыть, в какую сторону она должна была двигаться.       – Я не могу поверить, что мы женаты, – размышляла Гермиона, пока Драко вел их по танцполу.       Он радостно напевал, и девушка могла чувствовать, как его грудь вибрировала от удовлетворения.       – А я могу. Как только мы закончили Хогвартс, я понял, что женитьба на тебе – это мое будущее.       Она смотрела в его глазами, отливающие серебром, и наполненные любовью.       – Только после окончания Хогвартса? Не раньше? Я, кажется, помню время, проведенное в Выручай-комнате на пятом курсе...       – Ш-ш-ш, – прошептал он, заставляя ее замолчать нежным поцелуем. – После этого столько всего произошло. Тогда я просто хотел уверенности, что мы выберемся из этой передряги живыми и здоровыми.       Драко развернул ее и низко наклонил, придерживая одной рукой за спину, а другой все еще держа ее за руку. Гермиона обвила свободной рукой его шею и притянула его лицо ближе, встретившись с его губами в страстном поцелуе.       – Леди и джентльмены, мистер и миссис Малфой, – прервал Гарри, музыка стихла.       Подняв ее на ноги, Драко притянул ее ближе, продолжая обнимать за талию.       – Спасибо за танец, жена.       – Это было для меня удовольствием, муж, – ответила Гермиона с усмешкой. Она взяла его за руку и повела с танцпола к их столику.       Джинни вручила каждому из них по бокалу шампанского и подняла свой в тосте. Звон бокалов разнесся по шатру, и Гермиона поднесла свой к Драко. Их хрусталь соприкоснулся, и Малфой наклонился, чтобы нежно поцеловать ее.       Ужин подали сразу, как только они заняли свои места, и Гермиона с усмешкой отметила выражение лица Джинни, когда перед той поставили суп.       – Черт, надо было просто ответить на ее вопрос, – пробормотала Джинни.       – Тебе не нравится суп? – Драко ухмыльнулся.       – О, нет, все прекрасно. Я бы никогда не стала раздувать из мухи слона из-за такой глупости, как суп, – Джинни бросила взгляд на Гермиону, которая только весело рассмеялась в ответ.       Остальная часть ужина прошла гладко, пока не настало время для произнесения речей. Артур и Молли говорили и про Гермиону, и про Драко, зная, что ни один из них не мог разделить этот день со своими родителями, а речь Джинни заставила Гермиону плакать сильнее, чем она ожидала.       – И теперь шафер, мальчик, который выжил, умер и снова выжил, третий лучший капитан Гриффиндора по квиддичу — после Вуда и меня, конечно, — самый молодой главный аврор Британии, мужчина, которому потребовалось шесть лет, чтобы понять, что он понравился девушке, тот, кто не нуждается в представлениях… Гарри, – сказала Джинни, закончив свою речь и присаживаясь обратно на свое место.       Поттер закатил глаза и встал, держа в руке бокал вина. В отличие от Джинни, у него не было с собой ни пергамента, ни карточек, напоминающих приготовленную речь.       – Жизнь похожа на коробку бобов Берти Боттс. Никогда не знаешь, что получишь, – начал он. Глаза Гермионы расширились, когда она услышала эту первую реплику. Она оглядела палатку и заметила, что еще несколько человек пытаются скрыть свой смех.       Она наклонилась и прошептала Джинни:       – Сколько он выпил?       – Только один бокал до этого. Он не пьян, – с улыбкой ответила Джинни. – Хотя, я понятия не имею, к чему он клонит.       – Иногда ты получаешь конфету со вкусом корицы, полную любви и горячей страсти. В другой раз – с землистым вкусом травы, обещающую рост и жизнь. У вас могут быть дни, которые похожи на лимонный сорбет, в то время как другие напоминают нечто похожее на ушную серу. Моя дружба с Гермионой была захватывающей. Я думаю, что за последние одиннадцать лет нашей дружбы мы перепробовали несколько коробок Берти Боттс, как в прямом, так и в переносном смысле, и она была рядом со мной, разделяя все вкусы. Я рано понял, что Гермиона мне как сестра, а это означало, что однажды придет какой-нибудь другой волшебник и влюбит в себя. Моим самым большим желанием было, чтобы он дарил ей дни яблок и черники и защищал ее в дни тухлых яиц и ушной серы. Когда Драко стал нашим другом в Хогвартсе, я, возможно, и не осознавал, что между ними происходит на самом деле, в конце концов, я сражался с темным волшебником. Но я знал, что он всегда будет рядом с нами. Гермиону не нужно спасать, но я рад знать, что в те дни, когда она вытаскивает конфету со вкусом ушной серы, Драко будет рядом с ней и поможет преодолеть это. Нет никого, кому я доверил бы сердце Гермионы больше, чем ему. Пусть у вас будет жизнь, полная корицы, лимонного сорбета и зефира. За Драко и Гермиону.       Бокалы звякнули вокруг них, когда Драко встал и притянул Гарри в объятия, шепча что-то ему на ухо. Гермиона обошла стол, чтобы тоже тепло обнять его.       – Спасибо, Гарри. Это было... Ну, в начале я не понимала, к чему ты клонишь, но мне понравилось. Я не должна была ожидать чего-то меньшего.       Как только речи закончились, волшебные огни слегка потускнели, а музыка стала громче и более жизнерадостной. Джинни схватила Гарри за руку и потащила его на танцпол, где уже собирались другие пары.       – Ты это слышала? Гарри пожелал нам дни страсти и роста. Ты думаешь, он намекает на племянницу или племянника? – прошептал Драко ей на ухо. Его пальцы скользнули по ее пояснице, посылая мурашки по спине. – Что ты скажешь, если мы трансгрессируем отсюда и начнем работать над частью со страстью?       Гермиона подумала о том, чтоб остаться еще немного, потанцевать и разделить этот вечер с их друзьями, но рука Драко скользнула ниже, обхватывая ее задницу. Он поцеловал ее за ухом, его теплое дыхание щекотало волосы у нее на затылке. Закрыв глаза и прижавшись к мужу, она положила голову ему на плечо, наслаждаясь тем, как мягкие поцелуи заставляли бабочек порхать в ее животе.       Гермиона подняла голову, встречаясь с ним взглядом, обвивая руками его шею, и в таком положении их носы почти соприкасались.       – Я думаю, Молли будет больно, если мы хотя бы не попрощаемся перед уходом. Дай мне пять минут, а потом ты сможешь отвезти меня туда, где запланировал наш медовый месяц.       Пять минут прощания превратились в двадцать. Гермиона могла бы сказать, что терпение Драко иссякло, в тот момент, когда он набросился на Невилла за то, что тот слишком подробно объяснил процесс выбора цветов для свадьбы.       – Мне очень жаль, Невилл, но это был долгий день. Большое тебе спасибо за все, что ты сделал. Я дам о себе знать, как только мы вернемся.       Гермиона быстро обняла Невилла, прежде чем вытащить Драко из палатки.       Они взбежали по ступенькам к своему дому, смеясь так, словно вернулись в Хогвартс, и крадучись бродили вокруг замка поздним вечером. Драко, отдавая дань свадебным традициям, перенес жену через порог их спальни, уронил ее на кровать и стянул с себя мантию, оставшись в одной рубашке и брюках.       Гермиона приподнялась на локтях, уставившись на него с недоверием.       – Здесь? Мы впервые трахнемся как супружеская пара, здесь, в нашей спальне, в то время как все наши друзья и родственники пьют и танцуют прямо под нашим окном?       Он устроился на кровати так, чтобы его тело нависло над ней.       – Конечно, нет. Я просто не хотел отправляться в свадебное путешествие в этой одежде. В том месте, куда мы направляемся, в этом будет слишком жарко.       Она почувствовала, как его твердый член прижимается к ее бедру, сдерживаемый только тканью брюк, и выгнулась навстречу ему в ответ.       – Я не могу дождаться момента, когда избавлю тебя от этого платья.       Застонав, она попыталась обхватить его ногой за талию и притянуть ближе, но узкое платье помешало ей сделать это.       – Драко, пожалуйста...       Его тело оторвалось от нее, и он встал у кровати, потянув за собой. Малфой достал из шкафа сумки, которые собрал заранее, и протянул одну ей. Она шагнула в его объятия и почувствовала, как активировался портключ, унося ее в неизвестном направлении. Когда она почувствовала, что снова крепко стоит на земле, Гермиона уловила запах морской воды. Теплый ветерок щекотал ее обнаженную кожу, и она чувствовала маленькие песчинки на пальцах ног. Их губы снова соприкоснулись, и огонь вспыхнул внутри нее.       – Ты нужен мне, ты так нужен мне, – прошептала она ему в губы.       – Как пожелаете, миссис Малфой.