What's It Like To Burn In Heaven?

Сонхва на самом деле не был придурком. Просто ему было трудно выражать свои эмоции. Его друзья с удовольствием отмечали, что независимо от того, что он чувствовал, его естественная маска была почти всегда идеальной. Счастье, грусть, злость, растерянность — все это сводилось к поджатым губам и непоколебимому взгляду. Он редко делал это специально, скорее, это было что-то, что внушили ему, пока он не стал вести себя иначе. При этом чувства не вызывали у него особого восторга. Чаще всего они доставляли ему больше хлопот, чем пользы. Было не так уж много преимуществ в том, чтобы позволять себе чувствовать, а не просто-напросто управлять собой на автомате. Он мог принимать разумные решения, не задумываясь о том, что почувствует он сам или другие. Он просто делал это, исходя из логики, казавшейся лучшей для всех, независимо от их эмоциональной реакции. Именно таким капитаном он и был. Логичным, авторитетным, уверенным и решительным. На поле, чтобы стать лучшим, нужно было обладать не только физическими навыками. Нужно было обладать и умственными способностями. Знать, куда нужно идти в любой возможной ситуации, знать, где должны находиться все игроки в любой момент времени, предугадывать следующий шаг соперника. Только во время игры в бейсбол он действительно чувствовал себя нужным. Только тогда он чувствовал себя свободным. — Сонхва! — позвал Бёнкван, будто уже сотню раз звал его по имени. Сонхва моргнул и обернулся, когда закончил застегивать ремень и остановился на полпути из-за того, что потерялся в своих мыслях. — Хм? — пренебрежительно спросил он, снова опустив глаза на свои руки. — Поторопись, парень, ты здесь уже целую вечность. Ребята ждут, — он говорит, бросая на него непонимающий взгляд, прежде чем выйти к остальным членам команды, сидевшим на своих местах. Новые студенты, новые игроки, новая команда. Сонхва надеялся, что не повторится история прошлогодних первокурсников, которые считали себя чересчур крутыми, чтобы слушать его только потому, что их взяли в самый престижный колледж Южной Кореи. Но в бейсболе неважно, насколько хорош ты был в одиночку. Важна была командная работа. Без этого они не смогут победить. Глубоко вдохнув, Сонхва вышел и направился к группе ребят, одетых в красивую, чистую форму. Он стоял прямо, расправив плечи, и смотрел в глаза каждому, кто хотел отвести взгляд. — Итак, слушайте все, — он сказал плавно, но с суровой интонацией. — Сегодня день, когда вы присоединились к одной из лучших бейсбольных команд в стране. Вы здесь по конкретной причине: чтобы показать, что вы лучшие. Это не дается в одиночку и уж точно не является поводом для повышения собственного эго. Вы знаете, насколько вы хороши. Но вы ничто без своих товарищей по команде. Оглянитесь вокруг, — сказал он, жестом указывая на группу. Он наблюдал, как все посмотрели на парней слева и справа от них. — Это ваши люди, ваши братья, ваша команда. Мы все здесь прикрываем друг друга. Запомните это прямо сейчас, — он действительно старался подчеркнуть это, потому что слишком много людей приходило сюда, думая, что они будут красоваться, и это всегда дорого обходилось всей команде. — Никогда не забывайте об этом. — Да, капитан! — прозвучало хором. От этого в его груди появилась гордость. Ему было хорошо в этой группе. — Это то, что мне приятно слышать, — сказал он, на его губах появилась легкая ухмылка. Он почувствовал себя свободным. — Хорошо, давайте сделаем быструю перекличку, а потом сразу же начнем, — он говорит, хлопнув руками. После этого они собрались в круг, назвали свои имена, год обучения и рассказали немного о себе. Сонхва был предельно внимателен, особенно к первокурсникам, ведь он их совсем не знал. Как только они приступили к практике, Сонхва захотел посмотреть, на каком уровне находится мастерство каждого. Кому над чем нужно поработать. Некоторые из старших игроков, похоже, не очень хорошо поработали летом, в то время как другие, наоборот, улучшили свои навыки. Что касается новичков, то они тоже устанавливали свои планки. Но был один, который выделялся. — Кто это? — спросил Сонхва. Имена первокурсников смешались в кучу. Сонхва заметил, что он почти идеально играет на всех позициях в защите. Его телосложение было бесподобным, работа ног — быстрой и уверенной. Больше всего Сонхва поразило то, что он прекрасно разбирался в психологических аспектах игры. Он предугадывал каждый мяч, отбитый или брошенный в него. Он просчитывал каждый шаг, пока мяч не оказывался в его перчатке. У него была мощная рука, подходящая и для питчера, и для аутфилдера*, и для защитника. Его можно было бы назвать асом. — Чхве Чонхо, — ответил Бёнкван, взглянув на планшет, в котором он вел статистику и делал пометки. — Первокурсник, 20 лет, специальность — бизнес-администратор. Интересный факт — любит петь в свободное время. Сонхва кивнул, запомнив его слова. Чхве Чонхо. — Запиши, сколько мячей ему удается отбить во время игры. Я буду следить за тем, как он замахивается, чтобы понять, нужно ли что-то подправить, — распорядился он, Бёнкван понимающе кивнул. Как и ожидалось, Чонхо оказался так же хорош в игре с битой, как и в защите. Почти, по крайней мере. — Он отбил все мячи, но четыре из двадцати отскочили, — сообщил Бёнкван. Сонхва кивнул. — У него есть привычка опускать плечо. Иногда это не имеет большого значения, потому что мощь его замаха все равно выбивает мяч в сторону, а не вверх, но без этой силы все они поднимались бы вверх. Если он сможет это исправить, каждый удар будет идеальным, — Сонхва решил. — Чхве Чонхо! — позвал он как раз в тот момент, когда Чонхо положил свой шлем рядом с сумкой для биты. Он поднял глаза и быстро подбежал к нему. — Да, капитан? — Ты знаешь, почему четыре твоих мяча отскочили? — спросил он, пристально глядя на новичка. Однако Чонхо не выглядел напуганным. Он горел желанием учиться. — Да, капитан, — сказал он. Сонхва кивнул, давая ему возможность продолжить. — Я постоянно опускаю плечо. Эта привычка появилась у меня после того, как один из моих тренеров изменил наш стиль игры, и теперь я не знаю, как от нее избавиться, — признался он. Значит, он осознает свою ошибку, это хорошо. Сонхва снова кивнул в знак одобрения. — Мы будем работать над этим, хорошо? Я помогу тебе. Это хорошо, что ты знаешь, — успокаивающе сказал он. Чонхо ослепительно улыбнулся и поклонился. — Спасибо, капитан. Я буду стараться, — внезапно Сонхва захотелось усыновить еще одного. Он отогнал эту мысль и похлопал Чонхо по плечу, после чего позволил ему вернуться к тренировке. После тренировки они все собрались в круг. Большинство из них были вспотевшими и измотанными, другие были слишком на взводе из-за переизбытка адреналина, чтобы оставаться хоть немного энергичными. — У меня есть для вас домашнее задание, — говорит Сонхва. — Я хочу, чтобы вы написали то, в чем, по вашему мнению, вам нужно совершенствоваться, и указали свое имя. Принесите мне это до следующей тренировки. Я разберу ответы и разобью всех на группы. — Да, капитан! — Хорошо, ребята, вы свободны. Хорошо поработали сегодня, — он похвалил всех, прежде чем повернуться, чтобы присоединиться ко всем в раздевалке. Он переоделся в форму и собрал свои вещи. Он убедился, что вышел последним и что раздевалка выглядит чистой, после чего тоже направился к выходу. — Сонхва, — он повернулся, но столкнулся лицом к лицу с тренером. — Можно тебя на минутку? — Конечно, тренер, — сказал Сонхва, полностью поворачиваясь к нему лицом. — Ты в курсе, что компания, из которой мы обычно получали товар, закрылась, верно? — спросил он. Сонхва кивнул. — Поэтому мы решили воспользоваться помощью студентов, — тренер улыбается и протягивает листок бумаги. — Это номер президента арт-клуба. Я знаю, что тебе, наверное, не очень приятно давать свой номер кому попало, но уверяю тебя, он безобидный, — тепло говорит тренер. — О… — произносит он, беря листок. — Я… так вы хотите, чтобы я связался с ним и все такое? — спрашивает он. — Если ты не возражаешь. Я подумал, что будет удобнее общаться двум студентам. Ты знаешь свою команду лучше меня. Ему также нужно будет снять со всех мерки, так что назначьте время, когда он свободен, чтобы команда смогла его найти, — объясняет тренер. — Вот и все. Хорошо поработали сегодня, — говорит он, похлопывая Сонхва по спине, и уходит. Сонхва вздохнул, глядя на номер. Либо все пройдет хорошо, либо он облажается.

Мерч

Seonghwa: Привет? Seonghwa: Это Пак Сонхва, мой тренер дал мне этот номер, чтобы поговорить с тобой о продукции для нашей команды.

Hongjoong: Я не давал согласия на то, чтобы ты получил мой номер.

Seonghwa: Ну, извини, думаю, тебе придется обсудить это с тренером. Seonghwa: Кстати, кто это?

Hongjoong: Что-то мне подсказывает, что ты не догадаешься, даже если я тебе скажу. Hongjoong: Меня зовут Ким Хонджун. Я президент арт-клуба и специализируюсь на дизайне одежды.

Seonghwa: Да, ты прав, я ничего не слышал о тебе.

Hongjoong: О, так значит, ты всегда был придурком, понял.

Seonghwa: Прошу прощения?

Hongjoong: Я думал, когда ты пролил кофе на меня и не извинился, у тебя был просто плохой день. Теперь я вижу, что ты такой всегда.

Seonghwa: О, ты кофейный ребенок. До сих пор не понимаю, почему ты злишься на меня за то, что я стоял там.

Hongjoong: Я не ребенок. Мы на одном году обучения.

Seonghwa: Ты мог меня обмануть.

Hongjoong: Боже, как ты бесишь. Как ты можешь кому-то нравиться? Сонхва замер, перечитывая текст. Да, это был вопрос. Как он может кому-то нравиться? Близкие друзья не в счет. Он действительно заботился о них так, чтобы быть с ними достаточно открытым, потому что они были важны для него. Но помимо них, он знал, что некоторые люди «заботятся» о нем только из-за того, кто его отец и как много у них денег. Они либо боялись его, либо хотели использовать в своих интересах. Это как-то… бодрило. Кто-то не танцует вокруг него, потому что боится обидеть сына губернатора. Сонхва получал удовольствие от подшучиваний, которые другие боялись произнести. Он наслаждался, когда его обзывали.

Seonghwa: Хотел бы я знать. В любом случае, есть ли у тебя подходящее время, когда мы смогли бы встретиться? Я бы хотел обсудить это как можно быстрее.

Hongjoong: Сейчас уже довольно поздно. Разве у тебя не было тренировки? Разве ты не устал?

Seonghwa: Откуда ты знаешь, что у нас была тренировка?

Hongjoong: У меня есть друг, который присоединился к команде в этом году. Hongjoong: Если хочешь, то можешь прийти, наверное. Если нет, то можно завтра около 6?

Seonghwa: Я приду сегодня. Надо побыстрее с этим разобраться.

Hongjoong: Хорошо. Я живу в общежитии на восточной стороне, третий этаж, комната 307.

Seonghwa: Хорошо, скоро буду.