Когда все вместе

      — Ты не пожалеешь, обещаю, — проникновенно добавил ЧонУ, а Чонгук на это только кивнул.       Он чувствовал, как уходит отупляющий страх, как отпускает нервное напряжение, а тугой узел в груди разжимается. И хотя он совершенно не представлял, как строить отношения дальше, как себя вести, как сексом втроем заниматься в конце концов, самое трудное было позади — Тэ согласился попробовать. А с остальным они как-нибудь разберутся. Тем более, он ведь будет не один.       — Судя по твоему виду, — задумчиво растягивая слова, произнес Тэхён, — ты уже готов начать демонстрировать, что я «не пожалею».       Чонгук точно сошел с ума, рехнулся по полной, потому что умудрился ощутить приятный укол возбуждения от одних только этих слов. Он бросил взгляд на ЧонУ и понял, что в психушку они, если что, пойдут вместе: тот часто и поверхностно дышал, впиваясь пальцами в ковер. А затем, вскочив, в два шага преодолел расстояние до дивана и буквально стек на пол между ног Тэхёна. Провел ладонями по бедрам и остановился у самого паха. Чонгуку с его места не было видно выражение лица ЧонУ, зато Тэхёна — прекрасно. От него буквально разило удовольствием и самоуверенностью, он смотрел на ЧонУ со снисходительным любопытством… И это пиздецки заводило. Чонгук замер в своем кресле, боясь пошевелиться, разрушить момент, и отчетливо понимал, что хочет увидеть, что будет дальше.       — Почему остановился? — вкрадчиво поинтересовался Тэхён.       — Жду разрешения, — голос брата звучал низко, хрипло. Почти никогда прежде Чонгуку не доводилось слышать подобных ноток в голосе ЧонУ, что, в общем-то логично. Только вот, к собственному стыду, ему нравилось… И нравилось слишком сильно, чтобы он мог это проигнорировать.       — Думаешь, заслужил? — издевательски протянул Тэ. И вот опять: вроде он не к Чонгуку обращался, но собственному телу, кажется, было на это плевать — член стремительно твердел, а сердце заходилось в бешеном ритме.       — Нет, конечно, — с каким-то веселым азартом ответил ЧонУ, — но я сделаю хорошо. Тебе понравится, обещаю.       — Решил подлизаться, чтобы я не злился на обман?       — Именно. Я бы сказал «подсосаться», но если хочешь, то могу и вылизать.       — Наглый, — довольно протянул Тэхён, зарываясь пальцами в волосы на затылке ЧонУ, отчего тот издал протяжный стон, так похожий на его собственный. — Твой брат скромнее, — и поднял глаза на Чонгука, который почувствовал себя обнаженным под этим взглядом. Эмоционально раскрытым. Так, словно бы Тэхён видит его насквозь, знает обо всех сокровенных и постыдных желаниях.       — Хочешь, чтобы я умолял? — серьезно спросил ЧонУ, и Тэхён перевел взгляд обратно на него, отчего Чонгук непроизвольно выдохнул. — Я очень хочу, Тэ, пожалуйста. Я так соскучился, ты не представляешь. А потом испугался, что ты просто пошлешь нас обоих и уйдешь… Позволь мне сделать тебе хорошо.       — Люблю, когда ты ломаешься и начинаешь выпрашивать, — прокомментировал Тэхён. — Сделай это.       — Спасибо, — негромким шепотом выдохнул ЧонУ.       Жаркий, умоляющий шепот в исполнении брата и снисходительный, но наполненный теплом взгляд Тэхёна, срывали крышу. Они были одеты, еще ничего толком не произошло, но Чонгука просто размазывало от желания. Он прикрыл глаза, справляясь с нахлынувшим возбуждением, но тут же распахнул, услышав, как громко вжикнула молния.       ЧонУ был к нему спиной, а встать Чонгук по-прежнему не решался, так что оставалось довольствоваться только влажными, пошлыми звуками и видом того, как брат двигает головой, старательно отсасывая. Тэхён сильнее зарылся пальцами в волосы на затылке ЧонУ, сжал их в кулак и откинулся на спинку, прерывисто выдыхая и прикрывая от удовольствия глаза.       Чонгук шире развел ноги и сжал свой член прямо через штаны — терпеть было просто невозможно. ЧонУ сосал шумно, мокро, со стонами и хлюпаньем, и эти звуки, а еще тихие, сдержанные выдохи Тэхёна заводили похлеще любого самого разнузданного порно.       Он потер себя через одежду, не сумев сдержать непроизвольного стона, и заерзал, вытягивая шею и силясь лучше разглядеть происходящее.       — Остановись, — Чонгук замер, только через секунду осознав, что сказано это было не ему. Он видел, как Тэхён потянул за волосы, вынуждая брата отодвинуться, а затем неспешно поднялся на ноги. — Нашему Чонгук-и не видно, — с тихим смешком пояснил Тэхён, а потом сделал шаг и встал боком к Чонгуку, а ЧонУ, бросив быстрый взгляд на него, сдвинулся следом. — Вот так лучше. Продолжай.       И ЧонУ вновь взялся за дело, только теперь Чонгук видел все в деталях: как красиво растягиваются губы брата вокруг члена, как подрагивают пальцы, вцепившиеся в бедра Тэхёна. И он, наверное, чертов извращенец, но сказать, за кем ему приятнее наблюдать: за старательно отсасывающим братом или немного расслабленным в своем удовольствии Тэхёном — Чонгук ни за что бы не смог.       — Заглатывай, — прозвучало отрывисто, и Чонгук издал что-то похожее на жалобный всхлип. Пиздец! — Давай, я знаю, что ты умеешь.       ЧонУ как-то отчаянно застонал и опустился ниже, изгибая спину, чтобы запрокинуть голову. А потом подался вперед, глотая член до самого основания. И так и замер, прижавшись губами к лобку и глядя на Тэхёна полными слез глазами.       — Умница, — похвалил Тэхён, и это, кажется, вышибло дух из них обоих. Потому что Чонгук снова обхватил член через одежду, едва сдерживаясь, чтобы позорно не спустить в штаны, а ЧонУ неловко поерзал, явно в поисках так необходимого ему трения.       А потом Тэхён обхватил голову ЧонУ обеими руками и начал двигаться сам: сначала медленно, едва покачиваясь, но спустя всего несколько движений ускорился и стал буквально вколачиваться в податливое горло. И все, что оставалось Чонгуку, это завороженно смотреть, как натягиваются губы, как раздуваются щеки, когда ЧонУ, не успев привыкнуть, давится, как текут по лицу слезы и как сладко, просяще ерзает его брат на полу. И это сводило с ума, потому что ЧонУ — его близнец. Копия. И Чонгуку очень легко оказалось представить, что именно так он будет выглядеть, если… когда Тэ решит сделать с ним то же самое. И, блядь, он соврет, если скажет, что ему не хочется этого прямо сейчас. Еще как хочется! Уверенно трахающий рот его брата Тэхён выглядел настолько охуительно, имел так уверенно и хорошо, что Чонгук закусывал губу в нетерпении, мечтая оказаться на месте ЧонУ. Или Тэхёна…       — Разве я… — Тэхён не договорил, издав гортанный стон. — Черт, ЧонУ, как же ты хорош в этом, господи, — надломленно прошипел он, оттягивая пряди и заставляя брата выпустить член изо рта. — Так вот, разве я разрешал себя трогать, Чонгук-и? — прозвучало резко, и Чонгук вскинулся, только сейчас осознав, что продолжает поглаживать себя.       — Нет, — он даже головой помотал, медленно отводя руку в сторону. Но Тэхён продолжал вопросительно на него смотреть, так что Чонгук неуверенно добавил: — Прости…       ЧонУ тоже повернул голову в его сторону и с любопытством оглядел. И от взглядов этих двоих становилось еще более неловко. Они безо всякого смущения так очевидно наслаждались происходящим… А Чонгук только и мог, что краснеть, но глаз от представшей перед глазами картины отвести ни за что не сумел бы.       — Иди к нам, — позвал Тэхён и протянул ему руку.       Чонгук сглотнул.       Пиздец.       Смотреть на них — уже предел мечтаний, а уж присоединиться…       Он поднялся и на подрагивающих ногах шагнул к Тэхёну, неуверенно остановившись рядом. Он совершенно не представлял, что делать. Что, в конце концов, ему можно? И насколько эти двое готовы позволить ему участвовать?..       — Ты так мило смущаешься, — улыбнулся Тэхён, притягивая к себе Чонгука для поцелуя. Облизал его губы и неспешно, будто пробуя, скользнул внутрь языком. Чонгук прикрыл глаза, расслабляясь в чужих руках, и ответил, подстраиваясь под движения, охотно позволяя Тэ вести. — Вы настолько похожи, но при этом такие разные… — отодвинувшись, добавил Тэхён. — Даже целуетесь каждый по-своему. Ты, — он погладил Чонгука по щеке, — легко отдаешь инициативу, а твой брат, — он опустил взгляд на продолжавшего стоять перед ними на коленях ЧонУ, жадно следившего за ними, — вечно пытается меня побороть.       — Мне нравится думать, что ты меня заставляешь, — пьяно прокомментировал ЧонУ. Его губы припухли, а голос звучал хрипло.       — А тебе? — повернулся к нему Тэхён.       — Мне, — Чонгук сглотнул: произносить это вслух было жутко неловко… Он глубоко вдохнул, набираясь смелости, и тихо-тихо ответил: — Мне нравится быть послушным.       — О, это я уже понял, — хмыкнул Тэ и положил руку ему на шею сзади, чуть сжал, отчего тело прошило приятной дрожью. — Хочется, чтобы тебя хвалили?       Сил хватило только на то, чтобы кивнуть, потому что обсуждать все это вслух было пиздец как стыдно. Но смеяться над ним никто не спешил, скорее наоборот: Тэхён смотрел серьезно и внимательно, явно принимая сказанное к сведению, да и брат выглядел слишком уж понимающим. Но молчал. Чонгук на секунду прикрыл глаза. Скажи он подобное ЧонУ в иной обстановке — замаялся бы от шуточек отбиваться, а сейчас… Это так странно.       — Значит, старшенького надо унижать и ломать, а послушного младшенького — хвалить и лелеять, — подытожил Тэхён и усмехнулся: — Чувствую, скучно мне с вами не будет.       — Я же говорил, — довольно прокомментировал ЧонУ.       — Ты что-то слишком много говоришь! — прозвучало резко и недовольно. Переключение с задумчивого и теплого Тэхёна на Тэхёна властного произошло настолько быстро, что Чонгук вздрогнул. Он даже не успел понять, а колени уже подломились будто сами собой — подчиниться... Преклониться. Он ощущал себя неловко, неправильно, когда стоял вровень перед таким вот Тэхёном. Но тот не позволил ему рухнуть рядом с ЧонУ, придержал за плечи, а потом и вовсе прижал к себе. — Не спеши, еще успеешь. Он ведь твой хён, верно? Старший… наверное, более опытный во всем, несмотря на небольшую разницу между вами? Наверное, и ведет себя часто со свойственной старшим снисходительностью, так?       — Да, — легко согласился Чонгук. Он никогда не был против, легко признавая за ЧонУ старшинство, пусть и ворчал периодически.       — А теперь смотри, Чонгук-и, — от проникновенного шепота в ухо по коже пробежали мурашки, — твой крутой старший брат сейчас стоит на коленях… Я велел тебе смотреть!       Чонгук моргнул и, повинуясь приказному тону, опустил глаза на ЧонУ, который отчего-то кусал губы и выглядел так, словно не знал, куда себя деть.       — Сядь на пятки, — ЧонУ сглотнул и подчинился, расслабляясь и следуя указанию, — а теперь раздвинь ноги шире.       Чонгук гулко сглотнул и шумно втянул носом воздух, когда Тэхён уперся босой ногой в заметный даже через штаны стояк ЧонУ. Тот всхлипнул, прикрыв глаза, и дернулся, непроизвольно потеревшись о стопу Тэ.       — Давай сам, — ЧонУ вскинул взгляд на Тэхёна, перевел его на Чонгука и… покраснел. Это было… внезапно. Его наглый близнец и… вот так. Но по-своему даже красиво, хотя он не до конца понимал причины такого поведения. Впрочем, как и собственных реакций. Все происходящее казалось странным сном, фантазией, внезапно обретшей плоть. — Неужели не хочешь? — тем временем насмешливо протянул Тэхён, и пальцы на шее Чонгука сжались, заставив громко выдохнуть. — Мне убрать ногу? — вкрадчиво, с толикой угрозы уточнил Тэхён.       — Нет! — ЧонУ ухватился руками за согнутое колено и чуть сдвинулся, усиливая нажатие. Но этого явно было недостаточно, так что брат снова заерзал, продолжая тереться и несдержанно постанывать, выдыхая сквозь сжатые губы. И не прекращал смотреть в глаза Тэхёна.       — Смотри, Чонгук-и, твой хён ведет себя, как маленькая шлюшка. Ему так сильно хочется, что он готов изображать пса, — ЧонУ от этих слов коротко простонал в голос, но не остановился. — Представляешь, — продолжал комментировать Тэхён, — насколько ему унизительно так себя вести перед младшеньким? Не зажмуривайся, ЧонУ, смотри на нас, — приказал Тэхён, и брат, открыв глаза, кое-как сфокусировал поплывший взгляд.       Чонгук закусил губу — видеть ЧонУ таким было непривычно, странно… И очень возбуждающе. Его шумный самоуверенный старший брат сейчас крутил задом, вцепившись в ногу Тэхёна, и натурально скулил от удовольствия. И, к собственному стыду, Чонгук понимал, что его это заводит, как и теплое сильное тело Тэ, к которому он прижимается, вкрадчивый шепот и его уверенные касания. Когда Тэхён забрался под футболку и, погладив живот, поднялся выше, сжав в пальцах сосок, Чонгук вскрикнул. Он сильно сдавливал, выкручивал, и эти прикосновения ярким наслаждением отдавались в паху.       — Они у тебя такие чувствительные, — хрипло проговорил Тэхён, — я это еще вчера заметил. Кстати… Вы на этом и прокололись, мальчики.       Снова стало стыдно за обман, и Чонгук, уткнувшись носом в шею Тэхёна, прерывисто выдохнул.       — Прости нас, мы такие долбоёбы, — и, извиняясь, провел губами по коже.       — У вас будет много возможностей за это извиниться, — со смешком ответил Тэхён, взлохмачивая волосы на макушке Чонгука.       ЧонУ задышал чаще и коротко, негромко всхлипнул, активнее двигаясь на полу. Движения становились все более рваными, несдержанными, и Чонгук с каким-то восторгом осознал, что тот в шаге от того, чтобы кончить. Кончить, дроча об ногу Тэхёна. В одежде… Пиздец!       — Не заслужил, — заметив то же самое, холодно произнес Тэхён и приказал: — Остановись, ЧонУ.       Тот сделал еще несколько движений и, отчаянно застонав, все же замер, а затем и вовсе немного отодвинулся.       — Молодец, — удовлетворенно выдохнул Тэхён, — пострадай для меня немного, — и, повернувшись к Чонгуку, произнес намного мягче: — Пора и тебе поработать, как думаешь?       Чонгук на это только кивнул и, подчиняясь требовательному взгляду, опустился на колени. И сглотнул, когда перед самым его лицом оказался член Тэхёна: красивый, твердый, с набухшей головкой и выпирающими венами. И большой… Черт, как это уместить во рту? А в себе? Чонгук не представлял. Но становилось по крайней мере ясно, отчего ЧонУ прихрамывал после встреч с Тэхёном…       Он неуверенно обхватил член ладонью, на пробу провел несколько раз, чувствуя, насколько тот горячий. Поднял вопросительный взгляд на Тэхёна, молча умоляя подсказать ему, что делать. Тот смотрел тепло, с легким любопытством, и мягко улыбался, видя смущение Чонгука.       — Давай, малыш, — подбодрил Тэхён, — у тебя все получится.       Чонгук разомкнул губы и осторожно обхватил ими головку. Толкнул чуть глубже по языку, кайфуя от приятной тяжести на нем, от того, как широко пришлось раскрыть рот, и от нежности кожи, которая на пробу оказалась куда мягче даже языка. В нос ударил приятный, возбуждающий, едва уловимый запах самого Тэхёна… И тут до Чонгука дошло, что до этого член сосал ЧонУ и губы Чонгука сейчас скользят по слюне брата. О господибоже… Тэхён поощрительно погладил его по щеке, наверняка чувствуя, как двигается его собственная плоть во рту у Чонгука, и шепнул:       — Смелее.       Чонгук согласно промычал, попытался насадиться сильнее, как ЧонУ, до самой глотки и… ожидаемо подавился. Так сильно, что закашлялся, инстинктивно выпуская член изо рта и судорожно вдыхая.       — Не спеши, — ЧонУ подвинулся ближе, видимо, наконец справившись с прерванным оргазмом. — Я научу.       Чонгук утер выступившие слезы и вновь придвинулся к Тэ, глядя на ЧонУ.       — Ты по любому будешь давиться — с непривычки, да и член у Тэ слишком большой, чтобы на нем учиться, — Тэхён цокнул языком, но не стал вмешиваться. — Однако выбирать не приходится, так что запоминай, мелкий. Широко открой рот, зубы прикрой губами — поначалу рискуешь поцарапать, когда снова подавишься. Потом научишься и так, но это придет с опытом. Встань так, чтобы горло было прямым — будет легче, а когда головка упрется в глотку, постарайся сдержаться и толкай дальше, одновременно сглатывая. Вот так, смотри.       И сделал ровно то, о чем рассказывал, легко, почти играючи заглатывая далеко не маленький член. Слезы все равно брызнули, да и слюна с уголков губ стекала, но ЧонУ показал все с первого раза, что вызывало в Чонгуке бурную зависть. Ему тоже хотелось ощутить, каково это.       ЧонУ замер и, потянувшись, ухватил Чонгука за руку, пристраивая его ладонь на своем горле. А потом качнулся назад, чуть выпуская член, и снова вперед, отчего Чонгук, завороженный, застыл, чувствуя, как под его ладонью, в горле брата, двигается член Тэхёна. Ёбанный пиздец!..       — Вот так, — с рваным вдохом освободив рот, произнес ЧонУ. — Попробуй теперь ты.       Чонгук кивнул, глубоко вздохнул, и ЧонУ помог ему, сам направляя член Тэхёна в его широко раскрытый рот. Перед глазами маячила рука ЧонУ, и это было как-то слишком… Иных старшие братья учат целоваться, а его старший брат и здесь выделился — учит его глубокому минету…       Чонгук все равно подавился: раз, второй и даже третий. Он тяжело дышал, каждый раз выпуская член изо рта, но пытался снова и снова, желая доставить Тэхёну такое же удовольствие, как и ЧонУ недавно.       — Вовсе не обязательно, что получится с первого раза, — отодвигая прилипшие ко лбу пряди волос, мягко произнес Тэхён.       Чонгук вскинул глаза, внутренне кайфуя от того, как неровно, сбито звучит голос Тэ: значит, ему хорошо. Значит, у Чонгука получается. Понимание этого подстегивало стараться еще сильнее, и он, осторожно выпустив член изо рта, непривычно хрипло ответил:       — Но я хочу.       — Тогда делай, — после некоторой паузы согласился Тэхён и, обращаясь к ЧонУ, добавил: — Помоги ему.       ЧонУ кивнул, закусывая нижнюю губу. Он тяжело и неровно дышал, смотрел так пристально, тяжело, а его пальцы, вновь обхватившие член Тэхёна, заметно подрагивали. Ему же тоже нравится то, что он видит?..       Ухватив Чонгука за подбородок, ЧонУ заставил его вновь широко открыть рот, а потом осторожно направил член, проталкивая его медленно и давая Чонгуку возможность отодвинуться, если станет совсем трудно. Но сам Чонгук отступать не собирался. Правда, успел сбиться со счета, когда у него наконец стало получаться. Лицо было мокрым от слез, слюна буквально капала с подбородка, а горло першило, но он сумел. Коснувшись губами лобка Тэхёна, Чонгук замер, наслаждаясь ощущением того, как член распирает горло. Было странно, непривычно, но так… Чонгук затруднялся сформулировать даже для себя, каково это, но ему точно все нравится.       ЧонУ провел руками по его шее, чуть сжимая, и восхищенно выдохнул:       — Охуительно!       — О да, — сдавленно выдохнул Тэхён, который терпеливо позволял им играться, не двигаясь и не выказывая никакого возмущения. — Ты умница, Гук-и, я горжусь тобой.       От похвалы запылали щеки, и Чонгук с двойным усердием принялся отсасывать, старательно борясь с рвотным рефлексом. Тэхён не перехватывал инициативу, как с ЧонУ, не пытался сам трахнуть его рот, но Чонгук был уверен, что это только пока… Так что он сам активно двигал головой, наслаждаясь тем, как расходятся стенки горла, впуская член внутрь, как скользит по языку нежная кожа, и тем, как сладко стонет Тэхён.       Он видел, как Тэ протянул руку и провел пальцами по губам ЧонУ. Тот послушно открыл рот, впуская их внутрь, и принялся сосать с таким удовольствием, словно это конфета. Брат хныкал, закатывал глаза и постанывал, сжимая губы на потрясающе длинных и красивых пальцах.       — Быстрей, Чонгук-и, — приказал Тэхён, и Чонгук ускорился, изо всех сил стараясь угодить.       Он крепко зажмурился, сосредотачиваясь на ощущениях, но буквально чувствовал направленные на себя взгляды.       ЧонУ убрал ладонь с члена еще когда у Чонгука впервые получилось заглотить до основания и с тех пор не возвращал ее. Но Чонгук знал, что брат стоит на коленях рядом с ним, ласкает пальцы Тэхёна и наблюдает. Видит все, что происходит. Как и Тэхён.       В тот момент, когда Тэ резко ухватил его за волосы и заставил выпустить изо рта член, Чонгук разочарованно застонал и распахнул глаза.       — Открой рот, — раздалось отрывистое сверху, и Чонгук подчинился. — Высунь язык, — Чонгук послушался, и Тэхён принялся дрочить той самой рукой, которую до этого старательно вылизывал ЧонУ, доводя себя до оргазма.       Чонгук смотрел на то, как красивые, ухоженные пальцы уверенно двигаются по члену, как прямо перед его лицом блестит от выступающего предэякулята головка, как часто, с влажными звуками, надвигается на нее крайняя плоть…       Вроде ничего особенного, просто дрочка, но в случае с Тэхёном — с членом Тэхёна, его руками и хриплыми, сдержанными стонами — это воспринималось иначе. С ним все было иначе. А понимание, что последует за этим и зачем Тэхён велел ему открыть рот, сладко скручивало возбуждением, так что хотелось свести ноги и нелепо тереться об одежду.       Тэхён хрипло застонал, ускоряясь, и кончил, разбрызгивая сперму, которая попадала не только на язык, но и на лицо. Теплые капли стекали по коже вокруг рта, по щекам, подбородку и даже по носу, а Чонгук только и мог, что жмуриться, сжимая себя через одежду.       — Хорошо выглядишь, — спустя несколько секунд после оргазма проворковал Тэхён и добавил уже тверже, обращаясь к ЧонУ: — Почисти его лицо.       Чонгук распахнул глаза и уставился на ЧонУ, который беспрекословно придвинулся ближе и замер в считанных сантиметрах от его лица. Они столкнулись взглядами на секунду, а затем ЧонУ чуть опустил глаза и… предвкушающе провел языком по своим губам. Подался вперед, медленно, словно давая ему возможность отодвинуться, и коснулся его щеки кончиком языка, а затем принялся слизывать капли спермы с его кожи широкими влажными мазками. Это было слишком пошло, интимно и… слишком горячо. А судя по тщательности, с которой ЧонУ вылизывал его, горячо было им обоим, учитывая, что кончил здесь только Тэхён.       Чонгук как-то отстранённо подумал, что он, должно быть, ненормальный, раз кайфует от подобного. Но горло приятно першило от первого в жизни минета, собственный член ныл из-за железного стояка и почти болезненно терся об одежду, лицо было измазано слезами, слюной и спермой, а ЧонУ так приятно, сдавленно постанывая, касался его языком под пробирающим взглядом Тэхёна, что эта мысль просто не задержалась у него в голове. Окончательно ее вышибло, когда Тэхён властно приказал:       — Поднимайтесь и раздевайтесь.       Подчинились они с братом сразу. ЧонУ встал словно бы без особых проблем, тут же принявшись скидывать с себя одежду. Чонгук же чувствовал, как затекли от долгого стояния на коленях его ноги, и с трудом умудрился подняться. Он неловко стянул футболку, откидывая ее куда-то в сторону, еще более коряво избавился от штанов и трусов и замер, борясь с отчетливым желанием прикрыться… Ну кого тут стесняться? Тэхёна, который вчера довел его до эмоционального всплеска и слез, или близнеца, с которым он практически одно целое и который только что учил его, как правильно заглатывать член? Какой бред лезет в голову!..       Избавиться от одежды было даже в кайф — стояло так, что чувствительная, особенно после вчерашнего, кожа неприятно терлась об одежду, казавшуюся непривычно грубой. Так что он облегченно выдохнул, когда наконец скинул с себя все. Такой же выдох вырвался из горла ЧонУ — тот, нисколько не смущаясь, демонстрировал свое тело… и свое возбуждение.       Тэхён же оглядывал их с исследовательским интересом в глазах. Даже обошел по кругу, явно будучи довольным тем, что видит.       — Действительно, вы практически идентичны внешне. И оба чертовски хороши, да? Кажется, я сорвал куш.       ЧонУ на это самоуверенно хмыкнул, а Чонгук опустил глаза и закусил губу, радуясь тому, что они пришлись по душе Тэхёну.       Тот, кстати, уже скинул с себя футболку и избавился от давно расстегнутых джинсов, стянув их вместе с бельем, так что Чонгук невольно залип, любуясь потрясающим телом. Он обласкал глазами каждый сантиметр крепкой груди и подтянутого живота, восхищаясь, насколько хорошо сложен Тэхён. Ну как вообще можно быть настолько идеальным? Кажется, Чонгуку нравилось в нем буквально все!       Тэхён, пока Чонгук завороженно разглядывал его тело, борясь с желанием прикоснуться, подошел к ЧонУ и втянул того в поцелуй. Целовались они грязно, так что было видно, как сталкиваются языки, как они вылизывают и кусают губы друг друга. В конце концов, когда ладонь Тэхёна прошлась по крепко стоящему члену ЧонУ, тот с гортанным стоном уступил инициативу в поцелуе, позволяя трахать языком свой рот.       — Иди сюда, — позвал Тэхён и, продолжая одной рукой прижимать к себе ЧонУ, второй обнял его за талию, притягивая ближе. И тоже поцеловал, намного мягче, не насилуя языком, а ласково и неспешно пробуя. Чонгук чувствовал тепло их тел: и Тэхёна, который по-хозяйски прижимал его к себе, и ЧонУ, который касался его плечом и бедром. Это расслабляло, дарило приятное чувство защищенности. — Послушные, — удовлетворенно произнес Тэхён, наконец оторвавшись от его губ, но так и продолжая ласково поглаживать его по спине одной рукой. — И ладно Чонгук, но ЧонУ…       Пауза звучала как вопрос, так что ЧонУ был вынужден ответить:       — Я знаешь как перепугался, что ты нас пошлешь? — он смотрел куда угодно, но только не на Тэхёна, и Чонгук вдруг осознал, что, наверное, выглядит точно так же, когда смущается.       — И решил побыть паинькой? — на вопрос ЧонУ не ответил, только сильнее опустил голову. — Решил, что так мне понравится больше, да? — цепкими пальцами Тэхён ухватил брата за подбородок, заставляя смотреть на него. — Думаешь, я могу решить, что мне не нужен трудно поддающийся дрессировке саб и я решу от тебя избавиться? Именно поэтому держишь язык за зубами и не пререкаешься, м?       Чонгук видел, как дернулся кадык ЧонУ, когда тот резко сглотнул. Ему приходилось задирать голову вверх — Тэхён был выше их обоих.       — Ответь мне, — отрывисто потребовал Тэ.       — Я… — голос осип, и ЧонУ вновь сглотнул перед тем, как продолжить: — Я готов быть таким, каким ты захочешь меня видеть. Я смогу это сделать, честно. Я уверен, что…       Пощечина.       Той самой рукой, которой мгновенье назад Тэхён сжимал подбородок ЧонУ, он, коротко замахнувшись, звонко ударил брата по лицу. Так резко, что Чонгук вздрогнул от неожиданности. А голова ЧонУ мотнулась в сторону, но тут же вновь повернулась обратно — он, нахмурив брови, тяжело глядел на Тэхёна.       — Разве я приказывал тебе что-то подобное? — с нажимом в голосе, от которого у Чонгука подгибались колени, жестко спросил Тэхён. — Ты решил, что вправе думать и решать за меня, что мне нравится, а что нет? Серьезно, ЧонУ? — издевка сквозила в каждом слове, в интонациях, в ехидной усмешке. — Смеешь решать за меня?