Тяжёлая ночь.

      

Улицы Парижа, Крыши

      Тихий полёт в руках Нуара в некотором роде успокаивал Маринетт. Практически не чувствуя прыжков, лишь когда Коту приходилось буквально выстреливать собой для преодоления какого-то излишне большого расстояния, брюнетка чуть ли не дремала, чувствуя ужасную усталость от рваного сна, истерики, и огромного количества мыслей. Ведь с новой «должностью» она начала практически каждое своё действие взвешивать. Но это и приводило к катастрофичной усталости и ошибка, вроде того как она решила выплакаться в Нуара будто в жилетку, или продолжила разговор с ним, хоть и знает, что ей нельзя сближаться с Котом. Впрочем… Если Банникс ещё не выдернула её, возможно, есть шанс что всё в порядке. Всего лишь шанс, ведь она может ждать из-за Нуара, дабы его не пугать или не привлекать, но так или иначе…       «Я просто отдохну. Совсем немного. Надеюсь, мир за это время не рухнет» – свист ветра в ушах, к которому она успела привыкнуть в костюме, сейчас убаюкивал её на пару вместе с плавным стуком сердца Нуара, которое она слышала, пока он её куда-то нёс будто невесту. Почему так, а не прижав к себе поперёк талии, дабы работать шестом? Нуар сам сказал, что ему так неудобно, а требовать своего Комфорта Маринетт сейчас не хотелось. Так что, слушая мерное буханье и шелест воздуха, который они рассекали с каждым прыжком и приземлением, Дюпен-Чен и вправду задремала, что могло бы обернуться для неё очередным кошмаром, если бы не Нуар, слегка коснувшийся её щеки, чем собственно и разбудил Маринетт. При этом формально она лишь открыла глаза, пока мозг ещё спал, от чего она не контролировала ни язык, ни руки. И лишь пробормотав «Адриан», запуская пальцы в копну золотистых волос, да увидев ОХРЕНЕВШИЕ глаза Кота, поспешила вскочить с его рук, чуть не перелетая через ограждения вниз, к подножию Эйфелевой Башни. Впрочем, шок от… Раскрытия? Хрен его знает, было ли это оно, но парень грешным делом чуть не посчитал что Маринетт всё это время знала, кто скрывается за маской героя. А в остальном, шокированное состояние не помешало ему отреагировать на слишком резкие движения Дюпен Чен и прижать её к себе, может быть даже слишком резко, ведь брюнетка только и смогла что пискнуть, пока Нуар наполовину в ужасе, и наполовину в шоке кричал. – Принцесса, какого чёрта ты творишь?! А если бы я не успел?! – но увидев её уверенный взгляд, он невольно проглотил обрывок фразы, слушая твёрдый ответ, после которого он только и мог отпустить её, не понимая откуда у неё настолько железная уверенность в нём. Нет, он контактировал с ней как Герой, но если она не знает, на самом деле, кто он… У них ведь просто было слишком мало общения, с чего бы ей так доверять Нуару? С чего проявлять прямо-таки Наполеоновскую уверенность в его словах? – Ты не мог не успеть. Котёнок, которого я знаю всегда успеет меня поймать – не отдавая особо отчёта своим словам, Маринетт взялась за перила столь привычной ей достопримечательности, что стала основным местом для её встреч с Котом до и после патруля… Да и в любое другое время, когда они не сражались с акумой. Стыдно признаться, но они даже разочек не совсем законно проникли в музейную инсталляцию. Просто им, после боя с акумой, что мнила себя кем-то вроде гибрида Томаса Эдисона и Теслы, захотелось посмотреть на всё это не из-за стекла, а поближе. Разглядеть всю застеклённую комнату, посвящённую встрече Эйфеля и Эдисона, поближе, а не из-за привычного армированного стекла. Тогда ещё вскрылась очень интересная деталь, что своими когтями Нуар мастерски взламывает обычные замки. Как? Она не уточнила тогда, и как сейчас считала, очень зря. Потому что тогда Нуар до смешного напоминал ей Кота в Сапогах от DreamWorks. – Эм. Маринетт… Я не ослышался? – Ну да. Ты самый надёжный парень из тех, кого я знаю, а что? – Дюпен Чен специально попыталась воззвать к кошачьему самолюбию, чтобы не обсуждать свою ужасно глупую ошибку. Ну как, Блять, можно перепутать Адриана и Нуара? Нет, они оба блондины с глазами цвета изумруда, но у Кота банально более тёмный цвет глаз и кошачий зрачок… Её ошибка говорила лишь о том, насколько же Маринетт нуждается хотя бы в нормальном сне.       Впрочем, Нуар на её попытку вообще не повёлся. Ошибка Маринетт и её поведение навели его на максимально дурацкую мысль, и он собирался проверить её. Да, он не мог задать вопрос напрямую, ведь в таком случае раскрылся бы в три секунды, но он мог позадавать наводящих. Ну или попытаться, в конце концов, хоть он и считал, что вполне умён и разбирается в людях, но это ТАК далеко от правды, что подобным словам даже ломанный грош был бы дорогой ценой. Ну а что ещё можно ожидать от парня, что нормально, не в рабочее общество взрослых людей, а к своим сверстникам, попал лишь в 13, а до того из знакомых его возраста у него была Хлоя. Что очень хреновый ориентир для понимания хоть кого-то кроме неё. – Маринетт. Я не об этом. Я о том, как ты меня назвала. Понимаю, что мы оба неотразимы, и совершенно несправедливо делим первое место рейтинга самых красивых парней Парижа, пока я явно лучше Агреста, но всё же – «пробежавшись рысцой» по минному полю, Адриан пытался вытянуть из Маринетт объяснение, совершенно забыв из-за потенциальной угрозы для него и для девушки от этой нежелательной правды, что первоначально притащил подругу сюда чтобы её успокоить после тотальной истерики, а не чтобы допрашивать – Ну вы не только оба «Неотразимы», но и оба отпускаете временами кошачьи шуточки, оба блондины, оба обладатели зелёных глаз, имеете примерно одинаковое телосложение и плюсом к этому я слышала на записях блога как ты говорил на китайском во время битвы с моим двоюродным дедушкой. Ну а Адриан помогал мне общаться с ним до этого, ведь… Стыдно признаться, но в китайском я профан полнейший и не то чтобы двух слов связать не могу. Я этих двух слов не знаю. Хотя после того случая изредка делаю попытки научиться у мамы хоть чему-нибудь – пока Маринетт банально перечислял то что она знает схожего о двух парнях, не задумываясь особо об их схожести, ведь в битве с Горизиллой, акуматизированным водителем Адриана, она буквально видела их двоих вместе, как в общем-то и Нуар «видел» её вместе с «Ледибаг» во время истории с акуматизацией Мадам Менделеевой. Ну а после слов про обучение девушка поднесла костяшку пальца к губам, прикусывая тот, чтобы не стучать зубами от холода. Он бодрил, помогал расслабиться, как и весьма дурашливый разговор с Нуаром, всё же с напарником она могла быть «ПРАКТИЧЕСКИ» откровенной и вот так вот пикироваться чуть ли не вечность, наслаждаясь просто общением, компанией, и мягким «теплом» которое всегда излучал вокруг себя Нуар. «Будто Солнце, не примени Господь что чёрный… И может похвастаться ему успехами? Как там было… Ни жуеде во хен заи ксинг ма? Агрх! Ну где мой словарь, когда он так нужен! Обычно лишь под ногами путается и в рюкзак попадает вместо учебника, а тут его нет нигде»       Адриан же за спиной девушки не видел, как та начала кусать палец и как она хмуриться, силясь вспомнить одну из, едва ли, десяти фраз которые она скорее зазубрила, чем правда изучила. А именно “Ты считаешь у меня хорошо получается?”. Да и, наверное, даже если бы видел, не придал бы этому значения сразу, так как… Прямо выражаясь, Маринетт, всего лишь за каких-то десять минут, а то и пять, заставила его во второй раз выпучить в полном шоке глаза, не понимая, кто здесь идиот. Он, считавший себя просто великолепным конспиратором, а на деле просто уповал и беззаботно пользовался тем что маска вроде бы как скрывает личность обладателя. Алья, столько бьющаяся над загадкой героев Парижа, но при этом видимо не слушающая Маринетт, или слишком уверенная в том, что будь Адриан Нуаром, Нино знал или хотя бы заметил бы… Или же идиоты — это весь Париж, и его жители, возможно из-за какой-то акумы, ну ведь выпускал же Бражник сотни бабочек в День Героев, вдруг и сейчас поддерживает где-то специального злодея, просто потеряли возможность связывать два и два. А Маринетт просто не попала под атаку, хоть это и звучит убедительно… Ну или он себя накручивает. Да, в такой вариант он тоже всё ещё верил, хоть и исчезающе слабо, после такого разноса на тему конспирации между его двумя личностями.              В остальном же, наш Нуарчик был настолько шокирован, и настолько бледен, что Маринетт, несколько раз повторив фразу шепотом, повернувшись проглотила язык, и подойдя, сначала легонько тряхнула героя за плечо. Впрочем, реакции не было никакой, и не придумав ничего лучше, чем попытаться просто усилить воздействие, Дюпен Чен слегка провела рукой по плечу и шее Нуара, щипая его за щёку. К счастью это помогло ей обратить его внимание на себя, и пока взгляд Нуара был сконцентрирован на ней, а не где-то в дали или внутри себя, произнесла, ведь боялась просто забыть слова, если вдруг начнёт расспрашивать напарника о том, чего это он выглядит так, будто анаконду какую увидел… Ну или голого Бражника – Ни жуеде во хен заи ксинг ма? ([nǐ juédé wǒ hěn zài xíng mǎ] буквальная транслитерация для тех кому режут уши попытки Маринетт) – А? О, да. У тебя… Отлично получается, Маринетт… – всё ещё находящийся в немного овощном состоянии Адриан, попытался резко собрать свои мысли в кучу, не обращая внимание на девичью ладошку на щеке. И когда через пару секунд у него это получилось, он галантно убрал руку подруги с щеки, коснувшись её пальчиков губами, да спросил, одновременно отшутившись – Я просто задумался на тот счёт, что мне, наверное, стоит сменить место нашей дислокации, а то чьи-то пальчики уже замёрзли, а простудившаяся и продрогшая за ночь дочь, явно наведёт Месье Дюпена на одну из двух мыслей. Что или ты где-то сама гуляла, или что «Хвостатое Недоразумение» в моём лице тебя украло в ночи. И так как я мог наследить на твоём балкончике, боюсь он однозначно поймёт всё произошедшее и мне придётся убегать от самого доброго «Великана» Парижа, у которого ужасно тяжёлые руки. И… Сколько ещё ты таких параллелей нашла между мной и Агрестом? – А что, хочешь что-то поменять, дабы выделяться на его фоне? – дослушав Нуара и задав вопрос с небольшой усмешкой, Маринетт выдернула ладонь из руки Кота, молясь всем богам чтобы всё произошедшее не привело к катастрофе. Нет, они как всегда просто пререкаются с Котом, но… Ей бы случайно что-то не ляпнуть. Или не сдать себя. Как она чуть не сделала дома, попросив её личного «шута» остаться. В конце концов, если бы вдруг квами проснулись от их разговора, эти накладные ушки на его макушке точно бы всё услышали. И да, после её вопроса на лице Нуара проступило хоть и знакомое выражение, но очень уж редко оно появлялось на его лице. Выражение боли, будто она что-то задела, потому Маринетт уже собиралась начать тараторить, как Нуар накрыл её губы ладонью – Да. Думаю, мне что-нибудь следует поменять, пока кто-нибудь ещё не провёл все эти параллели. А у тебя и вправду отлично получается их находить       Не зная мыслей героя, Дюпен Чен рассудила, что ему подурнело из-за самой мысли, что такое количество схожестей может ему навредить, и уже было собиралась сказать о случае с Гориллой, телохранителем Адриана, но она буквально прикусила язык, который готов был начать молоть совершеннейшим образом опасную информацию.

«ТЫ ЧТО МЕЛЕШЬ, ШУМОГОЛОВАЯ! ВДВОЁМ ИХ ВИДЕЛА ТОЛЬКО ЛЕДИБАГ!»

Наорав на себя хорошенечко в мыслях, и сглотнув слюну с солоновато горьким привкусом, Дюпен Чен уже более собранно, стараясь не слишком болтать языком, пока не оценила степень поражения, произнесла, предварительно добавив себе ещё один ментальный подзатыльник. «Блеск, ещё и язык прокусила» – Думаешь это может ему навредить? Может быть был случай, когда вас видели вдвоём на публике, или на видео? Ну какой-нибудь отрывок из Леди Блога – пытаясь приободрить Кота максимально мягкими выражениями, она увидела, как он прижал к голове уши, и совсем сник. Ох ну что-ж такое-то! Почему её тайна постоянно стоит другим боли?! Пока Маринетт уже строила виселицу для самой себя, за то как она успела за месяц хранителем фактически убить отношения с Лукой, совсем завраться перед родителями, начать напропалую обманывать подруг и в конце концов ещё и Кота заставила расстроиться, ведь сама знает прекрасно, что Алья тогда не смогла заснять ни единого хорошего кадра из-за огромного роста акуматизированного телохранителя, и там не видно чтобы Адриан и Нуар были вместе, сам Агрест просто представлял, какой же АД его ждёт, если вдруг Миледи узнает о том, что Дюпен Чен знает его личность. Сомнений в этом не осталось, ведь… Ну как можно попасть во всё, уточнить что он явно собирается что-то поменять в действиях одной из своих личностей дабы они не были такими похожими, а потом ещё и добить информацией о том, что он, идиот последний, не имел ни единого ПУБЛИЧНОГО алиби, которое было бы снято в репортаже новостей, или хотя бы Ледиблоге Альи. Он ведь и вправду в том случае с Гориллой был на глазах лишь у Маринетт, а потом быстро отпустил Вейхема. Ну почему он не дождался тогда Алью, у него была бы хоть одна попыточка сбросить Маринетт со следа. Но привычный к общению с людьми, которые чаще друг другом манипулируют, Адриан видел в речи Маринетт то чего не было, хоть и не допускал мысли что она им управляет. Скорее уж заботиться, предупреждает. Ну не такой человек Маринетт, чтобы шантажировать его или принуждать к чему-то. «Ох… Как же хорошо, что я зашёл к ней. Иначе бы так и не знал. Теперь думаю понимаю, почему ей настолько тяжело. Расставание, столько дел в пекарне, ежедневные нападки Хлои и этой проклятой Лилы, шитье, действия старосты, подруги, акумы, ежедневный контроль своих эмоций. А всё потому что она догадалась о тайне моей личности. Вполне может быть, что доказательств у неё нет, но… Маринетт очень умная, думаю ей достаточно было логических выводов. И получается именно поэтому она никогда не акуматизировалась, никогда не попадала под атаки контролирующих акум, всегда такая добрая и старается помочь другим, а также постоянно пытается меня куда-нибудь спрятать от посторонних глаз. Всё чтобы помочь, и чтобы не раскрыть мою тайну… Я должен Плаггу просто тонну сыра, за каждое отрицание того что я идиот. Я не просто идиот, я самый настоящий клинический идиот, ведь так и ходил бы, не вправь Маринетт мне мозги.» Посмотрев на Маринетт, у которой забегали глаза, он быстро вернул своему лицу улыбку, и коснувшись её плеча слегка похлопал, заставляя Маринетт поднять глаза и увидеть лучшую ободряющую улыбку, на которую он был способен. А после, развивая успех, ведь вроде бы как она отвлеклась, продолжил, плавно подхватывая Маринетт, которая уже заметно подрагивала. Но на этот раз он прижимал её к себе рукой, другой хватая покрепче шест дабы с его помощью побыстрее вернуться к Дюпен Чен домой. А то он мало того, что вместо помощи ей, она помогла ему, потыкав как котёнка во все его ошибки и промашки, так ещё и заморозит её, из-за чего может простудиться. – Так, Принцесса. Вижу, что ты очень хочешь мне помочь, и это великолепно. Ты настоящий герой, и именно поэтому я не понимаю, почему Миледи отказывается давать тебе вновь Талисман Мыши. Ну серьёзно, она ведь тебе его всё равно не на постоянной основе отдаёт, так чего бояться. Но мы отвлеклись. Изначально этот котик украл принцессу из кроватки, потому что у неё всё было ужасно, а пока получается так, что я просто вынес тебя в одно из самых холодных мест ночного Парижа, не считая Сенну, и выслушиваю все свои ошибки. Так дела не делаются Мурцесса, а потому сейчас, прости, но мне придётся слегка поносить тебя как мешок для скорости. Потом можешь хоть побить меня за это. Но я не позволю тебе ещё минут 20 мёрзнуть – закончив свою речь, прижимая её к плечу грудью, геройской хваткой удерживая, он запустил их с помощью шеста вверх, после чего повторил это практически перед падением на одну из крыш, циклопическими прыжками с шестом, достигая крыши дома Маринетт минут за пять, после чего быстро отнёс её на балкон, и усадив на катушку, вытащил, не глядя, одеяло через оставленный открытым люк, накидывая его на плечи девушки. Далее же, попросив Принцессу подождать ещё чуть-чуть, он достал из жезла немного наличных, отучившись платить картой после первого же вопроса от Натали, о странных тратах в пределах Парижа, хотя Адриан должен был находиться дома. Удалось съехать на то что он просто хотел побаловать друзей, с которыми сидел на видео звонке, вместо того чтобы пойти с ними лично, ведь его в очередной раз не отпустили из дома. Но именно тогда он стал просить наличные, или снимать их. Натали по первой это не одобряла, но, когда ей стало приходить намного меньше ссылок о его расходах, и не приходилось за них отчитываться перед Габриэлем, Санкёр начала сама поощрять такой «традиционализм». И собственно потому теперь у него, как у героя, всегда есть некоторая «не отслеживаемая» сумма. И с этих денег он купил в хорошо знакомом, любимом героями круглосуточном баре два термоса, чай и кофе. Термосы потом конечно обещал вернуть, но сейчас просто вернулся к Маринетт, наливая ей жасминового чая – Раз уж ты пытаешься говорить на китайском, чай, наверное, сможешь оценить. Ну или просто погрей руки – он сел на перила, отпив кофе, смотря как Маринетт куксится от непривычного вкуса, но явно наслаждается запахом и теплом, спрятав ноги в тёплые тапочки, хотя вышла к нему в совсем уж тоненьких шлёпанцах – Я просто ужасный садист – О чём это ты? – Ну а кому ещё могла прийти в голову мысль привести девушку в тонкой одежде на верхушку Эйфелевой Башни, тем более, когда она в тонких шлёпанцах. Наверное, все ноги заморозила себе, пока мы говорили. – Боже, расслабься Кот. Я, бывает, сижу здесь всю ночь в таком же виде как была на башне, и пусть ветер тут не такой сильный, но думаю ты понимаешь разницу между несколькими минутами и несколькими часами. Всё хорошо, Котёнок. Мне нужно было развеяться, иначе совсем бы зачахла, и пришла бы в коллеж мертвее мёртвой – прыснув от такой тавтологии, Маринетт ещё раз сделала крошечный глоточек горячего зелёного чая. На деле она и вправду с мамой начала его пить и могла оценить качество заварки, пусть конечно и только на уровне что заварен он верно или неверно. Тут чай был заварен верно… Ну вроде бы. Очень трудно понимать, когда прокушенный клыками язык считай горит от температуры. – Ну… Ладно. Но не думай, что мы оставляем этот вопрос. Просто хочу понять. У тебя что-то случилось. И пусть ты не горишь желанием мне рассказывать, но я хочу тебе помочь как ты мне сегодня, а потому даже не думай отказываться. Иначе начну пользоваться теми гадостями, которым научила меня Миледи – Это ещё какими, Котёночек? – каким таким гадостям это она могла его научить? Да что этот несносный кошак себе позволяет – Ну к примеру, могу сесть на фонарный столб над Сенной, а тебя держать за ноги свесившейся вниз. Причём держать так, будто в любой момент могу бросить купаться – Агрест под маской усмехнулся, пока Дюпен Чен слегка сникла, особенно в своей, как ей казалось, праведной возмущённости, понимая, что… Она и вправду бывает жёсткой. «Если вспоминать даже просто сбывшиеся мои угрозы, ни то что все… Ой ёёё~~» – И… И часто тебя так вешают? – Да всего пару раз. Но поверь, опыт незабываемый, в миг прочищает мозги. А потому давай колись, Мурцесса, что произошло Глядя на Нуара, Маринетт десять раз перепробовала разные варианты того, что давит на неё, но по итогу решила остановиться на самом безобидном, выдыхая и начиная чертить носком ноги «узоры» на плитке балкона. Ей всё равно не хотелось говорить, все темы были опасными, да прямо говоря ей просто хотелось послать кота с его помощью куда подальше, но после того как она его так безбожно сравнила с Адрианом, явно испортив Нуару настроение и тем что он видите ли, совсем не уникальный, есть Адриан Агрест во всём с ним схожий, так оказывается ещё и Адриан из-за этого может стать мишенью тех, кто желает раскрыть героев… Было бы свинством просто выгнать Нуара, поплакавшись в него как в жилетку. – Ну… Вряд ли это будет прям новостью, но… У меня были отношения. Не очень долгие отношения с одним парнем, новеньким в коллеже. Это Лука Куффен, хотя ты и вряд ли его знаешь иначе как Глушителя… Ну или Истину. – Это тот парень что бегал и постоянно у всех спрашивал твой секрет, а потом выяснилось, что он сын Джаггеда Стоуна? Помню, помню. Было забавно перебивать его вместе с Миледи, чтобы не рассказать ему секреты друг друга. Я тогда ещё узнал, что ей оказывается вполне нравится моё чувство юмора. Ну или начало нравится. Вы расстались ведь, насколько я знаю – предавшись воспоминаниям, Адриан не сразу понял одну ошибку, если бы Маринетт не знала его личности. Нуар ведь не может знать, что они расстались. Но учитывая, что Маринетт знает, и он уверен в этом на 99%, Агрест не стал поправляться, вызывая у Дюпен Чен грустное выражение, которое она удачно спрятала в чашке термоса. Даже её напарник знает об этом Провале на её любовном фронте – Угу. И ух. Когда об этом говорит герой, становится ещё обиднее, будто у тебя и сомнений не было – Да нет, просто… У меня у самого случилась размолвка в моём гражданском обличье. Та девушка, что превратилась в акуму с парализующим шаром. Ну ты знаешь – уже не отдавая себе контроля, Адриан спокойно говорил о том, о чём никогда бы не сказал, будь у него сомнения. Но в том-то и дело, что сомнений не было. А уж если Маринетт сейчас назовёт имя Кагами, то тогда да, он стопроцентно спалился, с потрохами и всеми секретами. Впрочем, снимать трансформацию он не станет даже тогда, если Маринетт не станет настаивать. Хотя бы просто потому что ей явно тяжело держать этот секрет, о своей догадке и решении. А уж если он буквально и наглядно всё подтвердит, то может случиться акума. И этого нельзя допустить. Даже не из-за его тайны, а хотя бы потому что он невероятно должен Маринетт, за все её старания по его прикрытию – Кагами… Да, это была очень страшная акума. Все в жизни врали хотя бы раз, пусть даже по мелочи, но все. Оправдания в коллеже, перед родителями, друзьями. В общем я понимаю, наверняка было тяжело скрывать свою геройскую деятельность от неё – ну а мыслях Маринетт... А, впрочем, читайте сами «Охренеть! Она рассталась с Адрианом всего ничего, неделю-две назад примерно, и уже успела найти Кота в его гражданском обличье?! Да как так-то! Пока я одному мальчику признаться не могу, она не только увела и потом бросила Адриана, посчитав что мы встречаемся в тайне, так ещё и повторила это с каким-то другим парнем? УМУ НЕ ПОСТИЖИМО! Подруга ещё… Лахудра блин… Ладно я уже перегибаю, она в отличие от меня не хранитель и может позволить себе отношения, так пусть ищет… Но то что она разбила сердце двум моим близким, моему ЛУЧШЕМУ ДРУГУ И НАПАРНИКУ, а также моему АДРИАНУ… Я ещё припомню. Вот только приди на примерку, всю иголками обтыкаю» –Ага. Собственно, мы расстались как раз из-за этого, я постоянна ссылался на дела или ещё какие-нибудь выдуманные причины, чтобы бежать к очередному акуматизированному, а мы и так могли видеться всего ничего. Вот и получилось… Ну что получилось. – Мне… Жаль, что у тебя всё так плохо на любовном фронте, Нуар – Да ладно. Лучше заметь, получается сейчас на твоём балконе маленький клуб «брошенок». Нам ещё третьего члена и хоть каждую ночь собирайся, да промывая косточки бывшим – эти слова всплыли у Адриана непроизвольно, он просто вспомнил какую-то мелодраму, на которую нарвался пока листал телевизор, и которую Плагг не то чтобы комментировать, он и слушать её не желал, чуть не сломав котоклизмом пульт, требуя у Адриана убрать эти мыльные сопли, пока он ещё добрый. Но фраза оказалась, к удивлению Агреста, ужасно удачной. Потому что Маринетт, прикоснувшаяся к чаю губами, так громко прыснула, что расплескала все. Благо напиток уже вполне остыл и не жёг кожу, и она прямо так, в мокром одеяле и с лицом на котором была куча капель чая, начала сгибаться от припадочного хохота, что-то невнятно бормоча про Хлою, Лилу, а также всех мальчиков, которые проявляли к ней интерес. Лишь через десять минут, когда Нуар стал откровенно бояться за всю красную, и едва дышащую Маринетт, она глубоко выдохнула и вдохнула, после чего произнесла, утирая слезы и пытаясь привести в порядок, хотя бы какой-то, распущенные и спутавшиеся в одеяльном коконе, от её движений, волосы. – Это…. Это просто фееричная шутка, Котёнок… Уф… Но, если бы такой клуб правда создали… Там бы было далеко не три человека, а несколько десятков, не считая двух заноз… Ой не могу, чуть живот не надорвала с тобой. Увидев наконец совершенно искреннюю, не натянутую улыбку Маринетт, Нуар спокойно допил кофе, после чего, посмотрев на часы в шесте, поморщился. Ему хотя бы четыре часика надо поспать. Как и Маринетт. А потому, закручивая свой термос, он достал из жезла… Кнопочный раскладной телефон? Даже два? – Ну хорошо, Принцесса. Не думаю, что ты рассказала мне прям всё, из-за одного расставания, насколько я тебя знаю, ты бы не стала использовать меня как жилетку для слёз. Но раз уж ты уважаешь мой секрет, я постараюсь уважить твой, и не буду копать всё и сразу. Расскажешь, как сможешь, пусть даже придётся придумать какую-то безумную историю. Я всё выслушаю и не буду копаться, в чём ты врёшь, в чём приукрашаешь, или что-нибудь ещё. Просто знай, с сегодняшнего дня я твой личный Кот Терапевт, и вот мой терапевтический телефон – раскрыв старенькую раскладушку Samsung красной в чёрную точку окраски, он протянул её ей, а сам взял чуть более красивый, пусть и тоже раскладной кнопочный телефон, с кошачьими ушками, да открыв прижал к уху – Во-первых, котёнок, есть собаки терапевты, но я не против кота. Особенно такого большого и удобного для обнимашек. Только вот во-вторых тебе не понравится. Откуда столько телефонов, и что более важно, с чего бы мне брать что-то что может вывести на твою гражданскую личность – Маринетт уже тянула телефон назад, но закатив глаза Нуар убрал свой и накрыл протянутую ей руку с мобильником сверху и снизу своими ладонями, сетуя на такую упёртость подруги, ну она ведь всё знает, нахрена пытается вести себя так будто ни о чём не в курсе. Нет, это вызывает уважение, но всё же правда излишне быть настолько упёртой. – Повторю твоё построение аргументов, Мурцесса. Во-первых, это не мой гражданский номер. Это специальный номер героя, который я даю всем акуманизированным, кто чувствует, что может стать лёгкой мишенью для Бражника. Обычно я просто пишу им подбадривающие СМС и очень редко приходится отвечать на звонки если всё правда серьёзно, да превратившись в героя бежать с кружкой какао и круассанами, чтобы предотвратить очередную проделку Драной Моли. А во-вторых, эти два телефона я купил изначально для себя и Леди Баг. Но она отказалась наотрез, сославшись на то что не будет переписываться со мной в гражданской личности, у неё и так времени мало и это ставит под угрозу геройскую тайну. А когда она стала Хранителем, так и вовсе чуть не шарахнулась, от этого предложения. Причём уточню. В мобильных есть сим-карты, они оформлены одним человеком, акуматизированным менеджером салона связи, Джеромом. Как акума он был известен как Коммивояжёр. Ну я думаю ты помнишь, одна из самых безобидных для гражданских акум была. Вот после победы я с ним поговорил, и понял, что парень очень нервный, так как в Париже всего ничего. Ему была нужна постоянная поддержка. Ну и мы попробовали придумать вот такой вот «номер геройского психиатра». Но так как Миледи по молчаливому согласию оставила вопрос с предотвращением повторных акуматизаций на меня, второй номер был пока вообще не нужен. – Я… Я помню, это была сложная акума. Он вас сильно ранил тогда. Ты получил по лицу битой несколько раз, а Леди Баг вроде бы была ранена в бедро сумкой полной ножей – Маринетт помнила эту акуму ОЧЕНЬ хорошо. Как минимум потому что это была одна из немногих акум способных по-настоящему навредить героям физически, не на уровне синяков, ушибов, ссадин и растяжений, которые лечились Чудесным Исцелением и костюмами, не задерживаясь больше пары дней максимум, а на уровне сломанных костей и глубоких ран. Она тогда не сказала Коту, но то как ему вышибли зуб, ей пришлось умолять Алью удалить, а её шрам на бедре, от удара сумкой с торчащими ножами, имел длину в три-четыре сантиметра, пока сам нож пронзил плоть до кости – Да ладно, любые раны, даже от его «Всё Разрезающих Космических Ножей», на нас с Миледи заживают как на заговорённых, хотя мы и есть заговорённые. Ну или скорее Чудесные. Впрочем, да, это был ужасный по сложности злодей, который с другой стороны просто заключал с людьми сделки, обменивая одни вещи на другие. Кто же знал, что от числа сделок он становится сильнее. Да и вещи потом… Очень не хотелось нам с Леди Баг применять Чудесное Исцеление. Очень. Но пришлось – Адриан прикоснулся к клыку, который ему сначала сломало ударом биты, а после выбило остатки. Потом у него целую неделю были ТАКИЕ проблемы с улыбкой и болью от растущего стараниями Плагга зуба, что ему приходилось прикладывать огромные усилия воли, дабы не материться на Джерома по телефону – В общем не беспокойся. Этот номер полностью безопасен и никак меня или тебя не компрометирует. А если прям кто-то будет задавать вопросы… Ну скажи, к примеру, что это рабочий. И записывай в него всех, кому помогаешь, для кого что-либо делаешь. В общем пользуйся на здоровье, а если вдруг будет слишком тяжело… Позвони, и я сразу прибегу. Даже если до этого спал или был занят. Хорошо – Ну… – ей идея не нравилась, телефон казался очень… Нет, не так. ОЧЕНЬ опасным шагом, который мог привести к появлению Кота Блана, но… Это будет легко понять, если что, Банникс к ней ворвётся в её комнате сразу как Нуар уйдёт, а потому она спрятала телефон под одеяло, в карман, чувствуя тепло от него – Ладно, уступлю тебе, Глупый Кот. Раз так хочешь послушать на ночь чей-то голос, или почитать как тебе желают доброй ночи, то я буду таким же «терапевтом» для тебя каким ты хочешь стать для меня. В конце концов, нас же обоих бросили. – Ну вот и славно. А теперь, прости Мурцесса, но мне нужно домой, спать. И тебе тоже, так что быстро беги в кровать – загнав упирающуюся Маринетт в люк, Нуар собирался было уходить, но получив короткий поцелуй в щёку, с пожеланием «Доброй ночи, Котёнок. Считай наградой за свою прогулку от Принцессы», подвис. Впрочем, увидев, что Маринетт ложиться, слегка поворачивая одеяло чтобы не укрываться мокрой стороной, закрыл люк и побежал домой, написав в пути, на телефоне, прежде чем вернуть его в жезл, заодно меняя имя контакта с «Миледи» на «Мурцесса» – Спокойной ночи, Маринетт Маринетт же, некоторое время ворочаясь, спать первоначально не хотела, боялась очередного кошмара, но почувствовав вибрацию телефона в кармане, посмотрела на экран, и прочитав сообщение, только улыбнулась, отправляя похожее, но с другим обращением. «Спокойной ночи, Кот Нуар». А потом, в ожидании Банникс, которая могла прибыть в любой неподходящий момент, Маринетт не заметила, как уснула, и на этот раз её, до самого утра, ничего не беспокоило. Ни Кот Блан, ни Бражник, ни единой из того разнообразия кошмаров, что начинались по-разному, но всегда заканчивались её поражением… А после Смертью