Грязь

Андрей проснулся с ощущением очень недоброго утра. Алкогольная отрава до сих пор просилась наружу, но на этот раз он смог доползти до туалета. Вывернувшись над унитазом наизнанку, Андрюха прислонился лбом к холодной кафельной плитке. Он чувствовал, что мучает его уже не похмелье, а синдром отмены. Руки тряслись, а организм немедленно требовал закинуть в себя хотя бы пива. Князь вздохнул и отправился на поиски заветных бутылок. В номере, где музыканты вчера начинали пить все вместе, валялись вперемешку бутылки, одежда и спящие тела. Перешагивая через всё это благолепие, Андрей добрался до пары запечатанных бутылок темного пива и вернулся к себе. Сев на стул, он только сейчас заметил безмятежно спящего и похрапывающего на его же кровати Горшка. «Блять, а этот как здесь оказался?» — подумал Князь, делая глоток, а потом кое-как вспомнил обрывки ночного разговора. Он допил бутылку, ощущая прилив сил и энергии, и сел на кровать будить Миху. — Эй, давай, просыпайся. Мишка заворочался, показал Андрею фак и продолжил спать. Князь успел схватить его за вытянутый средний палец, усмехнулся, облизал и прикусил. От таких неожиданных действий Миха тут же распахнул глаза и свободной рукой схватил Андрея за шею. — Ты чё блять, совсем страх потерял? Разорвав эту хватку, похожую на странные объятия, Князь засмеялся и повторил: — Вставай, говорю. Буду из тебя полового гиганта делать. Сам же просил. Миша потряс головой и запустил руки в спутанные волосы, стараясь вспомнить хоть что-то. — Блять, Андро, если я тебе вчера чего-то спизданул, забудь. Потому что сам я нихуя не помню. Но Андрей отмахнулся от него и полез в ящик тумбы, на которой стоял телевизор с видиком. Глаза его светились каким-то странным огоньком, и отступать он не собирался. — На, я пиво тебе достал, — кинул он на кровать бутылку и видеокассету, параллельно включая телевизор. — Смотри, чё тут я нашел. Горшок мельком посмотрел на обложку кассеты. — Чё за порнуха? — Классная, блять. Качественная, я бы сказал. Посмотрим? — Нахуя? — Так проверим твою боеготовность, — Андрей как бы невзначай коснулся его ширинки. — Спятил? — Не-а. Ну давай, я включаю. Миха, с трудом пытаясь прийти в себя и вернуться хоть в какое-то более-менее приемлемое состояние, протянул обратно Андрею кассету. Давно они не смотрели вместе ничего такого. В училище, да, было дело, но что взять с озабоченных подростков. А сейчас-то что нашло на этого придурка? А Андрей, включив кассету, поставил паузу и повернувшись к Горшку, сказал вдруг, странно улыбаясь: — А давай на спор? У кого быстрее встанет? Только, чур, без рук. — Чё, детство в жопе заиграло? Давай, блять, ещё как пятиклассники, размерами меряться будем. — А давай. Но сначала нужен стояк, — всё так же улыбался Князь, протягивая Михе руку. — Ну, спорим, или слабо́? — Мне? Да нихуя. Спорим, — согласился Горшок, глядя на заставку с голыми девицами и подумав, что это и правда будет забавно. Андрей нажал на кнопку «плэй» и устроился поудобнее, полулёжа на кровати. На экране большегрудая девица призывно раздвинула ноги, а её окружили четверо или пятеро голых мужиков. Члены двоих справа и слева она то сжимала в руках, то брала поочередно в рот, а третий парень уже пристроился между её ног, языком дразня клитор. Миха сглотнул, а потом спросил у замершего Андрея, который с трудом удерживался от того, чтобы не запустить руку к себе в штаны: — Андро, а ты, это, ну, ебался когда-нибудь не один, а, типа, ну, групповуха? — С двумя тёлками однажды. А чё? — Ну и как? — Охуенно. Миха про себя позавидовал насыщенной половой жизни Андрея, а потом бросил взгляд на отчётливо проступающую сквозь ткань голубых джинсов выпуклость и сравнил со своими ощущениями. — Андро, ты выиграл, — вздохнул он. Андрей поставил паузу, а потом повернулся к Михе и тоже оценивающим взглядом посмотрел на него. — Да, Мих, а у тебя серьезно проблемы, — сказал он, уворачиваясь от подзатыльника. — Да нахуй мне сдались эти экранные жеребцы. Давай в реале тёлок подцепим. — Идея, так-то, классная, но потом. А сейчас, давай, выполняй желание, раз проиграл. — К-какое желание? Мы, блять, так не договаривались. — А кто ж просто так-то спорит? — Ну и что ты хочешь? Андрей чуть задумался, а потом сказал, расстёгивая на джинсах молнию и медленно стягивая их: — Отсоси. Освобожденный от одежды орган во всей красе открылся перед глазами Михи. Не очень большой, но широкий в обхвате, идеально ровный, с выступающими венами — мечта любой девушки. Но не парня же! Миха перевёл наконец взгляд на глаза Андрея и увидел в них только похоть. — Андрюх. Не. Ты чё… — И что теперь, я должен так ходить? — Бля, это твои проблемы. Руки-то у тебя есть. В это время дверь номера распахнулась, и к ребятам ввалился Балу. Вид у него был такой пьяный, как будто было не утро, а начало ночи. — Пацаны, пиво есть? Спасите, — начал было он, а потом завис, кое-как обрабатывая в пьяной башке увиденную картину. На телевизоре на паузе был поставлен явно какой-то порнофильм, Андрей стоял перед кроватью со спущенными штанами и боксерами, а перед ним сидел Горшок. — Оу, ребят, простите, я помешал. Чё вообще здесь творится? — Проигравший желание не хочет выполнять. — А-а, я погляжу, весело тут у вас, — протянул Балу, плюхнулся рядом с Михой на кровать, а потом неожиданно опустился на колени и спросил у Андрея: — Хочешь? В обмен на пиво. Князь, немного опешивший от решительности Балу, растерянно замигал. А терять было уже нечего. Они стремительно катились куда-то ниже самого грязного дна, в чертовски притягательную бездну. Андрей облизнул губы и кивнул. Саша аккуратно взял в рот головку, провел по уздечке языком. Андрей тяжело задышал и закрыл глаза. Балу довольно улыбнулся, а потом обратился к Михе. — Включи порнуху-то, веселее будет. Горшок послушно нажал кнопку и отодвинулся к краю кровати. Посматривая то на экран, то на Андрея с Саней, он с какими-то животным ужасом понял, что наблюдать за друзьями гораздо эффективнее для стояка, чем смотреть на незнакомую звезду порноиндустрии. Вдобавок ко всему, кроме возбуждения, он ощущал противные уколы ревности, потому что Саня-то был просто другом, а вот на Андрея Миха иногда засматривался совсем по-другому, но не признавался в этом даже себе. Балу тем временем перешёл к более активным действиям, одной рукой поглаживая и сжимая мошонку, другой скользя по основанию, а губами плотно обхватывая член. Андрей сдавленно стонал, а потом резко прижал голову Шуры к себе, заставив его остановиться. — Стой, стой. Я сейчас кончу. — За чем же дело стало? - хрипло спросил Саня, немного отстранившись и пытаясь отдышаться. — В рот что ли? — Ебашь, — согласился Балу. Андрей, уже не в силах больше сдерживаться, обхватил его голову двумя руками, сделал несколько резких толчков и выдохнул: — Саня… Ты крутой. Балу вытер пот рукавом, выхватил у Горшка бутылку пива, немного отпил, а потом резонно спросил: — А чё вообще за херь? Вы чё с утра не спите, а хуй знает чем занимаетесь? — Потому что вчера этот урод все уши мне прожужжал, чтоб я помог ему, знаешь, стрелки на часах перевести, чтоб импотентом не стать. А сегодня слился. Шура медленно обдумал метафору Князя и обратился к Михе. — Чё, реально? — Да отъебитесь, блять, нормально всё у меня. — Ну давай, докажи. — Да пожалуйста, — Миха рванул ремень и зиппер. Зрелище Сашкиного минета привело к просто железному стояку. Пацаны заинтересованно смотрели на него. — Ну и чё ты мне тогда заливал вчера? — сказал Князь. Они с Балу медленно подходили всё ближе, заставляя Миху вжаться в угол. — Вы чё нахуй? Я не педик. — Так и мы тоже, Мих. — Я видел, как же. — Мих, дак это так, акт взаимопомощи. Разрядка за пиво, — пожал плечами Балу. — Да отстаньте. Мне баба нужна. Нахуй вы мне сдались? — Баба? Спорим, тебе не даст никто? А вот я сразу найду, — сказал Андрей. — Блять, тебя чё сегодня на споры-то пробило? — А так. — Да спорим, спорим, — сказал Миха, от греха подальше застегивая обратно брюки и снова протягивая Андрею руку. — Сань, разбей.